wywa : ко была

13:43  27-06-2007
Скачу сумасшедшей кобылкой, скачу, скачу, йиихо!
Скачу, скачу, зачем, куда, а главное почему?
Почему задала себе эту дибилойдную траекторию? Откуда выдумала, что так нужно сейчас, почему решила, что без этого не смогу? Снюхала грамм счастья и решила приковать себя вторыми копытами к этому моменту. Позу заняла настолько неудобную, что и головой пошевелить не могу и всем окружающим кричу, хотя нет никого рядом: «Посмотрите на меня, на мои неудобства, глядите, глядите. Какая я дурная оказалась! Сама такого не ожидала».
Скачу по полю, поле желтое, трава старая, новой нет пока, а так хочется, но не сезон еще, не сезон. А я хочу, хочу, хочу и еще хочу, зеленой, сочной, свежей, охрененной травки, травки, травки. И снова скачу, скачу, ногами-копытами дергаю.
Разметалась уже вся по этому странному полю. И толку ведь от него никакого, вот другие же пасутся в лучших местах, а я здесь застряла. И уходить не то чтобы не могу, не хочу, видимо. Страдания прияяяяяяяятнее, мазохистка-лошадь, что ужасней видели? А бывает!
На поле моем одно засохшее дерево, молчаливое и безучастное. Стоит и жует свои вялые думы, старые как этот мир. И я вокруг него, что делаю? Правильно, скачу, скачу, скачу. Делюсь с ним болью своей и радостью, такие истории сочиняю, такие сюжеты. А ему в-се-рав-но. И вообще ровно все в целой его жизни, земля под корнями – ровнее не бывает. Но я-то на бешеной скорости, я ее никакой под собой не чувствую, землицы. И что сделать, чтоб на одну волну с этой деревяшкой попасть? Замедлить темп и впасть в полудрему, или еще ускориться, светом стать? Как отгадать? Сил не хватит, уфф.
Вхожу в пике и разбиваю свою буйную дикую лошадиную башку об эту чужую землю, бездетную и фригидную. Черт, больно она меня принимает! Вот теперь с расколотой черепушкой, достаю извилины свои и начинаю их с большим знанием дела развешивать на иссохших ветках игнорирующего все мои действия дерева. Елку сделаю, елку. Я умею из любого дерева елку сделать, особенно если с мозгами к такому занятию подходить. Я симметрию соблюдаю, красивые колбаски по веткам раскидываю. Оно все так же холодно, но и мне теперь все равно, мозгов уже не вернешь, а без них голове еще прохладнее, легче.
О, зашевелилось. Вроде испугалось моих дикарских жертвоприношений. Нет, не надо так! Я же играю, я же актриса в трех последних воплощениях, у меня вся кровь только на этом по жилам передвигается, на безумных представлениях. Не мозги это вовсе, заготовки вот из сумки достаю. Натурально, правда? Я долго их делала, ночами на кухне литры кофе и силикона изводила. Зато добилась своего! Ты ведь мне поверило, непрошибаемое дерево. И я верю в силу чувств. Нет, не переживай, черепок мой тоже в порядке, это шапочка специальная. Головой биться долго училась, все стены в моей олдскульной (да, знакомый назвал так) конюшне во вмятинах, правильных вмятинах, одинакового размера – размера моей головы. А шапку сколько готовила! Терпеливая я, как чудовище – эксгибиционист, прячущееся по темным углам, дожидаясь самого боязливого клиента. Веками будет ждать ради пары секунд удовольствия.
Посмотри, деревяшечка, какие волосы твоя кобылка отрастила, тьфу, гриву. Знатная грива, согласна. Хочешь, обмотаю тебя от корней до самой верхней веточки в них? Они вечные у меня, и желания исполняют. Я же разбудила тебя, значит, в ответе за прирученное. Ты - сверхнеобычное в моей жизни! Все усилия в тысячекратном размере вернулись. Как радостно. Вот еще массажик тебе сделаю, облизну пару раз, и почки на тебе найдем обязательно. Ты зацветешь самыми нереальными цветами на этой планете. Верь в силу мою и твою! И даже если завтра ты увянешь от перенапряжения в поиске смысла жизни, обретенной только сегодня, у тебя все хорошо будет. От этой оболочки освободишься, а там только вверх карабкаться будешь. Я свою миссию выполнила. Расскажи только, очень прошу, в следующих своих воплощениях про меня – кобылу дикую и совенравную, но таскающую с собой большой секрет – силикон за пазухой. Из него-то я чудеса и делаю для таких вот, как ты.
Загляни в глаза мои – пусто там. Спасибо скажи, что такая пустота тебе помогла. И даже не совсем я это, роль только исполнила, скорее уж ты во мне, странное дерево, само себе помогло.
Целуй же мои копыта, пока они в человеческие пятки не перейдут, минуя эволюционные ступени. Заслужили мы с тобой это.
Давай теперь вот ложками сочинимся, и рядом ляжем, застынем без пространства и времени. Хочешь, спою тебе как долго я по полям скакала, чтоб тебя найти, коряжку мою ненаглядную?
Молчишь? Расслабся, для тебя все ново сегодня, понимаю.
Подумай только, что и мне пробуждение твое столько дало, что глотаю слезы счастья сейчас. Мы же с тобой клетками друг в друге существуем. Ага, и еще пара таких рядом с нами, позже покажу.
Надо ли говорить вам, что все они – эти мириады наших общих клеток танцуют сейчас. И все хором, сумасшедшие, поют калмыцкие народные песни, связки свои застывшие разрабатывают, а калмыцкие потому, что оттуда первые из них вышли.
Вставай, гений деревянный, орали секунду назад, что кадр наш снят и уже желает быть заезженным. Спасибо.