Kaizer_84 : Август

21:25  30-07-2009
Август – очень плохой месяц, особенно если как в песне группы «Несчастный случай», без дела и без денег. Искать работу в августе - дело увлекательное, но гиблое совершенно. Можно, конечно, просто переждать до спасительного сентября, но август не любит пассивных людей, он их пускает в расход еще чаще прочих.

Первые пять дней месяца отчетливо дали мне это понять. Точнее первые четыре были в целом ничего, а вот на утро пятого в грудной клетке слева что-то произошло. Сначала показалось, что это сердце, и мне остается только попытаться написать пару прощальных слов перед уже недалекой смертью. Потому что оно настолько сильно просто так не болит. Но потом, попробовав встать, я поняла, что боль явно имеет зависимость от движения, то есть меня видимо банально где-то продуло и теперь стреляет рядом с тем, чему «не хочется покоя». Это было с одной стороны радостно, потому что не самый плохой вариант, а с другой, все равно же больно. Да и сам характер недуга какой-то неинтересный. Вроде как непонятно откуда взявшиеся синяки в детстве.

Мне всегда казалось, что синяк имеет право на жизнь, только если приносит с собой хоть какие-то впечатления. Не жалко удариться, если летишь со всей дури «с горы» на роликах, держась за багажник едущего на такой же высокой скорости велосипеда, например. Есть что дома рассказать, есть за что получить нагоняй и немного жжения от зеленки.
Как назло, конечно же, именно в этот день много раз звонили насчет работы. Правда, в основном, предлагали всякие глупости.
Хороший вариант посулила лишь моя знакомая Света.

Она прямо так и прокричала в трубку:
- Чудесный вариант! Просто шоколадный!
Я шоколад вообще-то не люблю, но хотелось верить, что Света имеет в виду нечто позитивное.
- Сегодня явно не смогу, - говорю, - у меня болит там, где сердце, но не оно. Но все равно, хреново.
- Ну, приходи тогда завтра, я тебя на два запишу. Собеседования директор сам проводит. Его зовут Марк Семенович. Только ты с ним повежливее.
- Ты, наверное, хочешь сказать «позаискивающе»?
- Вроде того.
На следующий день боль не то, чтобы прошла, но стала гораздо более терпимой и почти уже привычной. Примерно как мировой финансовый кризис после острой стадии.

Пока ехала в маршрутке, пришлось прослушать пару странных песен. Особенно порадовал король артистического хрипа Лепс. В припеве его безумно длинной композиции постоянно повторялось удивительное слово "насосень". Лишь к третьему повтору я уловила, что имеется в виду, наверное, "нас осень". Опасное, прямо скажем, сочетание.

Помню, в детстве меня ставила в подобный тупик вторая строчка из знаменитой песни мушкетеров:

«Пора - пора порадуемся на своем веку,
Красавице и кубку, счастливому клинку»

Проблема была в этом «и кубку». Мне упорно слышалось «красавице и Куку», хотя откуда там вдруг взялся Кук, было непонятно. Моему брату казалось, что там поется «красавице Икуку», но это было уж вообще странно, что еще за Икуку, с какого перепуга. Мы ожесточенно спорили, но правильная версия с кубком у нас так ни разу и не возникла.

Но это еще что. Я училась в младших классах с мальчиком, которому вместо "Надежда - мой компас земной" слышалось: "Надежда - мой ком под землей".

Наверное, он сейчас вырос и занимается каким-нибудь концептуальным архаусом.

Из воспоминаний меня выдернули два парня, сидевшие на заднем сидении. Один из них на весь автобус рассказывал, что его мама внезапно подсела на Интернет, особенно, разумеется, на «Одноклассники» и прочие социальные сети. Плюс, по приходящим через спам ссылкам она лазит по всяким трэш-сайтам, на которых написано «Отправь смс стоимостью 100 руб. на номер хххх-хххх-ххххх и получи пароль для скачивания...»… И шлет. А потом звонит ему: дескать, никакого пароля не получила, что делать? Он ее пытается вразумить, что не надо кликать на все ссылки, которые приходят от якобы «друзей», но мама обо всех предостережениях сразу забывает, «это же мне Маша из Хабаровска прислала, мы с ней так дружили, так дружили».

Вобщем, грустная история. Что посоветовал молодому человеку его друг, я не узнала, так как пора было выходить.

Марк Семенович внешним видом сильно напоминал Севу Новгородцева напополам с Генри Резником. Характер, судя по манерам, не очень, море самодовольства и в лучшем случае вялая снисходительность к окружающим.

Правую ногу он задрал почти на уровень уха, безостановочно курил и местами заикался.
Первым делом поискал кольцо у меня на безымянном пальце. Не нашел.
- Не замужем? П-п-п-очему?
Очень хотелось ответить «по кочану». Но это было бы совсем не заискивающе.
Пока я искала приличные слова, он ушел дальше.
- У нас иногда бывают командировки, я потому только спрашиваю. Устал слушать от всех нытье, что муж не отпускает.
- Не страшно, - говорю, - я ездить люблю. Чем дальше, тем лучше.
Его это улыбает.
- И куда самое дальнее Вы ездили?
- Если по России, то в Оренбург.
- За платками?
- Не совсем.

Дальше мы немного обсудили мое резюме, а потом он мне рассказал о том, кто будет моим непосредственным начальником, ну если они меня возьмут. Это было впечатляюще, поэтому заслуживает быть упомянутым.
- Дима – человек уникальный. У него в отличие от Вас, одно незаконченное ПТУ в биографии. Он д-д-д-даже с-с-с-идел! Но при всем этом, редкостной сообразительности парень, многому у него поучиться сможете, если повезет, – чуть ли не с восхищением в голосе выдал Марк Семенович.
Вот честно – для меня это звучало совершенно нереально. Я никогда до того не слышала, чтобы рафинированный интеллигент восхищался бы недоучкой-уголовником. Это интриговало.
Но, как едко пела Алла Пугачева – то ли еще будет.

Перезвонили мне через три дня.
….«Поучиться» у Димы действительно при желании было чему. У него имелся весьма полезный и видимо природный дар определять, где у людей слабые места, а уж затем он вертел этими личностями как хотел. Сотрудники его в основном боялись. Впрочем, коллектив состоял на девяносто процентов из бывших фуршетных паразитов, которые переметнулись на «сторону зла» в надежде увеличить доходы.

Дисциплина там хромала сильно, не смотря на постоянную муштру со стороны Димы. Мой первый рабочий день был 15 августа, а весь отдел еще не просох с отмечания дня пиарщика. Хотя уже было бы можно – ведь день пиарщика отмечается 28 июля.

В тот ничем не примечательный вторник мы придумывали, что можно организовать для строителей, которые свой профпраздник отмечают тоже летом. Не для всех сразу конечно, для одной средней фирмочки.
Была высказана прекрасная мысль о как бы пляжной вечеринке на большой барже с песком. Ведь «водные» виды – это лучшее, что есть у нашего города.
Плохо только то, что все красивые идеи, как правило, разбиваются об одного дремучего монополиста.
В случае с баржей это было Волжское речное пароходство.
Мы туда, конечно, позвонили, но разговор получился короткий. Они совершенно не оценили креатив.
- На хуй!
- Как на хуй???
Вот и все, что было.
Все расстроились и, конечно же, напились.
Уже около дома вечером мне встретился сосед. Он часто гуляет со своим громадным сенбернаром, когда я возвращаюсь с работы. Хотя, сложно сказать, кто из них кого выгуливает, потому что сосед обычно пьян, и пес по большому счету выступает в роли поводыря. У обоих очень грустные глаза и видимо не слишком счастливая жизнь.
Но в этот раз все оказалось даже хуже.
Он меня окликнул, подошел и начал просить помощи.
Из довольно путаного рассказа выходило, что его кладут в больницу, а собаку некуда девать. Не запрешь же ее на месяц в квартире. Короче, он упрашивал, чтобы пес пока пожил у меня.
Наверное, я бы в иной ситуации отмахалась, но тут как-то наложилось одно на другое – и собака-то в общем, мне нравилась, и от алкоголя меня слегка развезло….
Через полчаса сенбернар лежал на кухне и печально смотрел в сторону тусклого фонаря за окном.
Электронные часы показывали 22:59.
Как ни странно, меня беспокоило почему-то только то, что я не спросила, как зовут собаку.
Сосед ее, конечно, как-то называл, кличка много раз проносилась в воздухе где-то рядом со мной, но я ее не запомнила.
Собственно, можно пока называть его Августом. Почему бы и нет.