Антон Вильгоцкий : Дезинтеграция

12:06  13-08-2009
У меня, покойника, нет ни одного члена, который не был бы богом. Лицо соотносится с Ра, глаза с Хатор, уши – Упат, губы – Анубис, зубы – Хепри, затылок – Исида, грудь – Нетх, спина – Сетх, фаллос – Осирис.

Египетская «Книга мёртвых»

Вернувшись с работы, Иванов поужинал макаронами по-флотски, выпил бутылку пива, посмотрел программу «Время», прочитал вполглаза «Вечёрку», выключил свет и завалился спать. Некоторое время тишину в квартире нарушало только шуршание кухонных тараканов. Потом началась нездоровая хуйня.
Первым проснулся Нос. Несколько минут он тщательно нюхал воздух, пытаясь определить, не пахнет ли жареным. Нос был главным разведчиком Договора Дезинтеграции.
Убедившись, что всё в порядке, Нос несколько раз тихонько шмыгнул и выпустил из своих недр длинную, жирную и зелёную соплю. Сопля медленно поползла по направлению к верхней губе. Рот, вздрогнув, проснулся и широко зевнул. Ворвавшийся в него холодный воздух выдернул из объятий Морфея Язык.
Язык привычным движением облизнул раздвоенное тело Рта, наткнулся на склизкий подарочек Носа и грязно выругался. Сопля исчезла в глубине Рта, а Язык начал побудку. Руки, Ноги, Торс и прочие части тела недовольно ворчали, кляня спикера на чём свет стоит, но всё же постепенно возвращались в дееспособное состояние.
- Все встали? – поинтересовался Язык, закончив громогласно оглашать список участников Договора.
- Все, все, - наперебой загалдели органы. Выпустив газы, к общему хору присоединилась Жопа.
- Хуй встал? – грозно спросил Язык. Детородный орган несколько раз подводил компанию, засыпая в самые ответственные моменты собраний. После он долго и нудно выспрашивал у соседей, что именно пропустил.
- Сейчас, - Жопа сердито пёрнула, разбудив Хуй. Позёвывая, тот поднялся во весь рост и принялся костерить Жопу последними словами.
- Что это ещё за ненормативная лексика, Хуй? – поморщившись, произнёс Язык. - Будешь продолжать в том же духе, и тебя перестанут пускать в… приличное общество. Кто тебя этому научил? Неужели те грязные шлюхи, которых ты дрючил в порту, и которым я… впрочем, это неважно. Не делай так больше, понял?
- Может быть, начнём? – подал голос Торс.
- Давно пора, - поддержала его Левая Рука.
- Ну ладно, если всем невтерпёж… Но сначала замаскируемся. Жопа!
Правая Рука, сложив кисть ковшиком, нырнула под одеяло. Жопа, плюясь и кашляя, разродилась порцией зловонного бурого кала, которым Правая залепила Глаза и Уши. Проснись они в разгаре собрания, и Мозг узнал бы всю правду, а значит, рухнула бы сама идея Договора Дезинтеграции.
- Мы собрались здесь для того, чтобы разойтись, - начал Язык. - Существующее положение дел давно перестало нас устраивать! Никто больше не хочет быть послушным рабом, беспрекословно выполняющим команды этого проклятого самодура Мозга! Настало время отмежеваться и объявить о своей независимости! Все со мной согласны?
- Да!!! – дружно рявкнули части тела.
- Проект Договора Дезинтеграции был разработан мною неделю назад, - не без гордости продолжил Язык. - Сегодня, когда все «за» и «против» взвешены, а большинство высказалось в поддержку моей идеи, мы наконец-то ратифицируем Договор! Кто-нибудь желает высказаться?
Слово взяло Правое Яйцо.
- Я полагаю, - пропищало оно, - что разделение не должно носить радикального характера. Ведь некоторые из нас просто не могут обойтись друг без друга. За примером далеко ходить не надо. Наша с моим коллегой Левым деятельность станет абсолютно бессмысленной, если с нами не будет Хуя. С другой стороны, сам Хуй ни на что не годен, если рядом нет нас. Поэтому мы предлагаем Хую и после Дезинтеграции остаться вместе, основав суверенную республику Гениталия.
- Тут есть рациональное зерно, - подумав, согласился Язык. - Что ты на это скажешь, Хуй?
- Я сейчас кончу от смеха! – презрительно фыркнул Хуй. - Гениталия! Кем они себя возомнили? Я – самый важный орган мужского организма. И если независимость, так уж полная. Коллегиальный совет с круглыми дураками Яйцами мне не нужен. А тебя, Жопа, я обязательно выебу за твой галимый пердёж!
- Я не хочу отделяться! – испуганно заорала Жопа. - Торс! Я прошу у тебя политического убежища. Огради меня от посягательств этого извращенца!
- Оставайся, чего уж там, - добродушно пробасил Торс. - Вдвоём, чай, веселей.
- А ты, Хуй, давай, не выёбывайся, - перебирая пальцами, Руки зависли над покачивающимся фаллосом. - Ещё один косяк спорешь – в момент задрочим!
- Руки коротки, - злобно прошипел Хуй.
- Господа, довольно междоусобиц, - примиряюще произнёс Язык. - Все наши проблемы решатся сами собой, как только мы разойдёмся. И если никаких предложений и возражений больше нет, то почему бы нам не начать?
- Мы против! – неожиданно завопили Ноги.
- Вы тоже не хотите отделяться? – иронично цокнул Язык. - Пожалуйста, оставайтесь с Торсом. Он у нас сегодня добрый, всех принимает под своё крыло.
- Нет! Мы против разделения в принципе! – взвизгнула Левая Нога.
- Долго мы друг без друга не протянем! – вторила ей Правая. - Нельзя этого делать! Нельзя!
- Отставить! – скомандовал Язык. - Вы всё равно в меньшинстве, а значит, ваше мнение ничего не решает. Всё давно согласовано, запланировано и расписано по минутам. Осталось только разложить по полочкам. Приступаем, господа! Я буду первым. Очень хочется понаблюдать за процессом со стороны.
- Ну, дык… - Правая Рука взметнулась вверх, с корнем вырвала Язык и положила его на прикроватную тумбочку. Свесившись вниз, экс-спикер продолжал давать ценные указания.
Изо Рта хлынула кровь.
- Началось, - благоговейно пердела Жопа. - Началоооооооооось!
Правая Рука вытащила из-под кровати здоровенный мясницкий нож и одним движением отрезала Нос. Вскрикнув от боли, наконец, проснулась Голова. Но помешать ратификации Договора она уже не смогла. Левая Рука схватила её за волосы, а Правая хорошо поставленным ударом отделила от тела – неделя тренировок не прошла даром.
- Да что ж вы творите, сволочи?! – только и успела крикнуть Голова, прежде чем Левая Рука вышвырнула её в открытую форточку.
Следующим был Хуй. После того, как его отрезали, он с гордо поднятой залупой, не оглядываясь, отполз в сторону.
Тихо попискивая, укатились под кровать Яйца.
Ноги, не выдержав, вскочили и дали кругаля по комнате, тщетно пытаясь спастись от беспощадного клинка. Правая Рука на бегу отсекла Правую Ногу, и обезображенное тело рухнуло, заливая кровью ковёр. Левая Нога продолжала глупо трепыхаться, но уже через три секунды разделила участь своей сестры.
- Мы тоже хотим свободы! – пробулькал кто-то в чреве Торса. - Мы – внутренние органы, субъекты туловища. Дайте и нам суверенитет!
- Говно вопрос! – Правая сделала на боку Торса глубокий надрез, а Левая принялась вытаскивать наружу Почки, Печень, Желудок, Лёгкие, Сердце, Аппендикс, и прочих, кто не пожелал оставаться с придурковатым Торсом, - Берите, сколько сможете проглотить!
- Стойте! – закричал вдруг Язык. - В наши расчёты действительно вкралась ошибка! – бывший глава собрания сорвался с тумбочки на забрызганную кровью постель и успокоился на вечные времена. Его предсмертного воззвания никто не услышал.
- Заканчивай, давай! – подгонял Правую Торс. Та сноровисто отрезала сначала покрытую кровью Левую, а вслед за ней и себя.
Некоторое время независимые органы, подёргиваясь, жили своей собственной жизнью. Потом все замерли и дружно начали разлагаться. В последний раз раскатисто бзднула Жопа.
Всё стихло. И лишь тараканы беззаботно копошились у себя на кухне до самого рассвета.