geros : Дневник регаты-3. Первый этап. г.Порта-Росса-о.Вулкано.

19:58  31-01-2011
Поутру, определённо с бодуна, вываливаю из каюты. Тётка, куда более свежая, следует моему примеру. Окружающая среда радует нас солнечной безветренной погодой. Немного свежо, но что в том удивительного? Пусть и Сицилия, но на дворе, то бишь, на борту, как-никак, а октябрь месяц.

Помимо отличной погоды и многого для себя нового на самой яхте и в её окрестностях мы обнаруживаем остальных членов экипажа. И утро начинается со знакомств. Поскольку наш экипаж, в отличие от всех других, был сформирован организаторами по остаточному принципу, в одной упряжке оказались те, кто имел мало отношения к яхтенной тусовке. Более того, впервые друг друга видевшие. Но, как покажет будущее, подобная раскладка станет отнюдь не худшим вариантом взаимоотношений таких разных в иной жизни людей.

Кроме Кости и Алины – наших спутников по вчерашнему перелёту, мы сразу же сталкиваемся с Инной и Борисом из Питера, как я понял, знакомыми ещё до регаты. Следующий персонаж – Вадик из Краснодара, президент нескольких альтернативных ассоциаций бокса, поразивший меня, казалось бы, несовместимыми качествами — «братковскими» интонациями и стилем разговора вкупе с изумительной эрудицией и острым интеллектом. Возможно, определённую роль в подобном удивительном сочетании сыграли четыре его высших образования. Наконец, Ира откуда-то с Урала, самая старшая в составе экипажа, тихая, почти незаметная, скромная и незлобливая. Её незначительный яхтенный опыт с лихвой компенсировался недюжинной активностью и энтузиазмом в управлении парусами в течение всей гонки.

Из всей компании более серьёзными навыками управления парусным судном, помимо шкипера – чемпиона Украины и мастера спорта международного класса, обладали лишь Борис и Костя. Причём, последний имел даже международное удостоверение шкипера в сочетании с опытом яхтенных походов в одиночку. Инна же поразила всех своим неиссякаемым энтузиазмом в приготовлении завтраков, обедов и ужинов в том случае, если принималось решение принимать пищу на борту, а не на берегу.



И в это первое утро регаты в составе полностью укомплектованного экипажа мы вскоре были приглашены к завтраку, по команде Инны лишь передавая из кухонного угла кают-компании на стол в кокпите всё, что она приготовила.

Но завтрак завтраком, а душа требовала пива. Перекусив, мы в полном составе отправились в городок на разведку и прямо на выходе из марины обнаружили довольно приличный ресторанчик. Вот она — возможность реализовать-таки мои душевные устремления! Ко всему прочему, здесь готовили и традиционный итальянский эспрессо, лишний раз подтвердивший очевидность контраста с поглощенной на борту растворимой бурдой. Да и организм никоим образом не воспротивился подобному сочетанию двух, казалось бы, трудносовместимых компонентов.

Через некоторое время непосредственно около ресторана состоялось общее собрание участников, на котором обсудили детали первого старта. Здесь же планировалось провести и заключительную торжественную церемонию вручения кубка победителям после финиша пятого этапа.



Для полной готовности к выходу в море оставалось лишь запастись провиантом и спиртным. Проблемой это не стало, поскольку с тыльной стороны ресторана оказался минимаркет. Погрузив всё в тележку, откатили её к яхте. Она-то и стала первой нашей потерей в гонке, оказавшись за бортом после разгрузки от неловкого движения кого-то из нас. Все попытки выловить утопленницу оказались тщетными, приличная глубина не позволяла зацепить её крюком.

Последним штрихом перед выходом стало водружение российского флага. Инициативу проявили Костя с Алиной, правда, никто и не возражал против исполнения кем-то другим любой, пусть и пачотной обязанности.



Флаг водружён, но какое там «гордо веять»? Пока перед нашими глазами лишь жалко болтался скомканный трёхцветный лоскут, словно укоряя нас: «Так где же открытый всем ветрам морской простор? Заставим, наконец, макаронников трепетать перед расейскою флотилией!»

Что ж, самое время выдвигаться на старт. Да и лишние десять-пятнадцать минут не помешают, чтобы хоть как-то освоиться и попытаться понять, смогу ли я принести хоть какую-то пользу в гонке. Но затейливая конфигурация марины заставляет нас проплутать и потерять драгоценное время.

К месту старта подходим на дизеле и одновременно с этим ставим грот и стаксель. Погода подпортилась, становится пасмурно, накрапывает дождь и довольно приличное волнение. Приходится надевать куртки, у кого имеются – специальные непромокаемые, у кого подобных нет – те, что есть.

Но природные коллизии меня не особо-то и беспокоят. Всё внимание занимает необычное, впервые происходящее с моим участием действо. Для меня всё в диковинку, начиная от самой атмосферы оторванности от привычного мира после выключения двигателя. Удивительно это ощущение единения со стихией, ещё пару минут назад казавшейся враждебной. Дополнительные нюансы добавляют и характерные звуки хлопков парусов при поиске ветра, и негромкий плеск волн, разрезаемых носами лодок, маневрирующих вдоль стартовой линии в ожидании сигнала, и отчётливые матюги шкиперов яхт-соперниц при совершении манёвра.

Остров, у которого мы должны финишировать, даже не просматривается из-за пасмурной погоды. Но что удивительно, выход в открытое море на утлом суденышке нисколько не пугает. Хотя раньше путешествие даже на больших многопалубных лайнерах всегда вызывало у меня определённую опаску.
И именно участие в этой первой для меня регате позволило на собственной шкуре прочувствовать, насколько принципиально по-разному реагирует морская стихия на вмешательство человека в дела её епархии. При использовании двигателя ветер и волны учитываются нами лишь в качестве противодействующих факторов. Человек в прямом смысле слова бросает вызов враждебным силам, выбирая направление и скорость движения на собственное усмотрение в той мере, насколько позволяет это сделать техническое оснащение судна. И вместо того, чтобы использовать ветер и волны как естественных союзников в своём пребывании на чужой территории, оно буквально разрубает и рвёт их. Стихия от подобного произвола явно не в восторге и всячески противится столь неучтивому вмешательству. По сути, движение превращается в битву — кто кого?

Неоднозначность реакции моря на присутствие человека максимально контрастно выявляется именно на парусной яхте, оснащённой дизелем, когда возникает необходимость убрать паруса и включить двигатель. Особенно при сильном волнении и ветре.

В этом случае, в каком месте яхты ты бы ни находился, дискомфорта не избежать. Беспорядочные жёсткие удары по днищу, соответственно, сумбурная качка, пронизывающий ветер и брызги, от которых становится практически невозможным оставаться снаружи и приходится укрываться внутри. Что тоже не сахар. Однажды при подобных обстоятельствах я ощутил себя довольно неуютно в собственной каюте, потеряв на мгновение все точки опоры после очередного пинка стихии и оказавшись в воздухе на пару с ошалевшей мухой. Что уж там говорить о неудобствах в случае необходимости справить нужду, пусть даже и малую!

Но стоит лишь выключить движок, поднять паруса и …вот она – гармония! Ветра как не бывало, качка становится плавной и прогнозируемой, и ты вместе с лодкой становишься естественной частью окружающего мира, двигаясь в соответствии с предложенными Природой условиями. Это уже не битва, это – органичный симбиоз, и человек из заклятого врага превращается чуть ли не в возлюбленное дитя моря.

…Старт нам не удаётся, и несколько яхт уходят вперед.



Но, благодаря искусству нашего шкипера, пожалуй, лучшего на этой регате, мы – в лидирующей группе 5-6 лодок из 13 принимающих участие, и отрыв от отстающих постепенно увеличивается.



Мы становимся близки если и не к лидерству, то, по крайней мере, к борьбе за него.



В ход идет ром-кола, дабы поднять боевой дух, да и в качестве профилактики от простуды. Вадик-боксёр занимает пост впередсмотрящего на самом носу яхты, ставший для него чуть ли не местом прописки на каждом из этапов. Скорость приличная, и бывают моменты, когда приходится даже откренивать яхту, почти ложащуюся на один борт, переползая по достаточно крутой поверхности крыши кают-компании на другой борт.

(Откренивать – это перемещаться экипажу на борт, находящийся выше, в целях уменьшить и оптимизировать крен яхты для увеличения скорости, а закренивать — перемещаться экипажу на борт, который требуется искусственно накренить для той же цели оптимизации – авт.).

Моросящий дождь постепенно прекращается, ветер утихает. Самое время ставить генакер, разноцветный парус большой площади, исключительно эффективный на малом ветру.

Процесс замены паруса всегда приостанавливает движение, но последующий рост скорости за счёт существенного увеличения рабочей площади парусов компенсирует потери, а затем и дает преимущество. Правда, то же самое делают и другие, поэтому ситуация в лидирующей группе сохраняется стабильной.

Народ разоблачается до футболок, но, как покажет время, ненадолго. По курсу наблюдается затемнение в небе и туманная дымка – приближается очередная полоса дождя.

Ветер же словно затаился, набирая силы перед решительным ударом. Тем не менее, принимая во внимание поставленный генакер, его достаточно для высокой скорости и приличного крена яхты. Но хоть ветер и слаб, по мере приближения дождевого фронта усиливаются отдельные резкие порывы, и во время очередного на одной из яхт нашей группы рвется генакер. Она практически сразу же остается далеко позади. Другим порывом срывает мой солнцезащитный козырек, и это следующая наша потеря после тележки, надо признать, не самая существенная. Через некоторое время от неустойчивого ветра запутывается генакер у лодки, следующей прямо за нами, и она тоже отстает.



Но долго злорадствовать по поводу неудач соперников нам не довелось. Почти сразу же после этого очередной порыв ветра рвет уже наш генакер, и это – новая потеря, пожалуй, самая ощутимая за всю регату. Без него мы теряем какие бы то ни было шансы на победу в этой гонке, более того, начинают закрадываться сомнения о возможности достижения приличного результата по итогам пяти этапов. Ставим стаксель, но мы уже очень сильно отстали. И ветер, пришедший вместе с ожидаемым дождем, уже ничем не может нам помочь.



Как потом оказалось, эти первые приветствия Эола оказались и одними из последних. На протяжении всех оставшихся этапов лишь дважды после этого легендарный повелитель ветров проявил себя. Но именно эти два напоминания о его существовании и определили итоговые результаты регаты.



Меж тем, у Тетки начинается морская болезнь, и ей дважды приходится заглядывать за борт. Надо признать, это стало первым и единственным проявлением морской болезни в нашем экипаже за всю регату.
К острову Вулкано мы немного догоняем ушедшие вперед яхты, но не более того. В итоге, лишь 6 место.



Остров Вулкано представляет собой действующий вулкан, что видно по дымкам, курящимся в разных местах на склонах горы, и по постоянно присутствующему в воздухе запаху серы. Эти моменты, дополняемые абсолютно чёрным песком, порождают вполне определённые ассоциации. Рай и Ад в одном флаконе, как в одноимённом альбоме «Black Sabbath» с участием покойного Ронни Джеймса Дио. Удивительное сочетание волшебства природы и моря с дьявольски дымящимися склонами и чёрным песком.



Бухта острова не имеет марины, поэтому принимается решение организовать якорную стоянку. До берега добираемся несколькими партиями на надувном тузике с мотором — штатном реквизите яхты, благо несильное волнение тому не препятствует.

В городке под вулканом находим симпатичный ресторан с многочисленными увитыми зеленью перголами, где и ужинаем. Нам повезло в том, что один из официантов оказывается болгарином и прилично говорит на русском языке, в противном случае пришлось бы общаться с другими, не знающими даже английского. Что ж, такова одна из особенностей итальянской глубинки.







Ночевка на яхте после обязательного вечернего возлияния рома со шкипером проходит спокойно благодаря совсем незначительному волнению.





(продолжение следует)