Т.О.П.О.Р. : Концерн «Помечтайка»

20:50  10-02-2012
Жизнь научила меня не испытывать лишних иллюзий, я знаю что я могу, а чего — нет. Но зато на некоторых моих знакомых она отыгралась по-полной, снабдив их бурной фантазией и солидным зарядом мечтаний. Сначала я просто посмеивалась над мечтателями, но с некоторых пор начала их откровенно презирать.

Первый контакт меня и человека, полного грандиозных планов, произошел еще на заре 90-х. Это был мой крестный, дядя Федя. Однажды он пришел к нам домой, году эдак в 1992. В доме было хоть шаром покати, зарплату мамуле задерживали по пол года, а папуля у меня, как и во многих перестроечных семьях, умер где то на войне, или пропал в полярной экспедиции. Дядя Федя был всегда потрепан, и как любой предмет одушевленный, он имел характерные черты, по которым я научилась отличать дядю Федю от других дядь — он был хронически небрит и всегда носил с собой огромную и очень таинственную кожаную сумку...

Помнится мне как сейчас — он жадно прихлебывал любезно предложенный чай, и излагал что то, что даже мне, на тот момент пятилетнему ребенку, казалось чем то невероятно глупым и неуместным в подобных обстоятельствах.

- Ты знаешь, у меня есть отличный план, — припадал он на уши моей маманьке, — вот если построить в нашем городе парк развлечений, такой как Дисней-Ленд. Но только надо найти спонсоров. Но идея на миллион! — он достает из своей потрепанной сумки блокнот, вырывает оттуда лист, и начинает там что то чертить.
- Вот, смотри! — показывает он маме, — там можно было бы построить небольшой аквапарк, и эти… как их там? Горки! Американские! — мамуля смотрит на него задумчивым взглядом, ей, воспитанной интеллигентке, как- бы и хочется послать его на хуй, да только воспитание не позволяет. Читается в этом взгляде, что зарплату не дали опять и что в холодильнике пусто и что соседке она должна еще 30 рублей, а тут приходит дядя Федя, и морочит ей голову какой то неслыханной ерундой. С другой стороны слушать его бредни веселее, чем думать о пустом холодильнике… И она слушает.
Наконец он рассказал маме все, что придумал накануне и засобирался уходить, на прощание нерешительно попросив в долг три рубля.
- Мам, а дядя Федя правда будет строить этот… парк? — спросила ее я.
- Дядя Федя — дурак, — ответила мама.

Прошло лет пять, прежде чем мне предстояло пострадать из за излишней мечтательности дяди Феди. Дело в том, что я научилась недурно рисовать к десяти годам, и всякий раз, когда он приходил к нам в гости, показывала ему свои рисунки. Зря. Даже детские рисунки всколыхнули в его разуме поток новых идей и в следующий свой визит он притащил с собой пакет с чем то, что сулило мне бесцельный труд и гнусную эксплуатацию.
- У меня идея на миллион! — сказал он маме, прихлебывая чай из кружки. Я нашел прекрасное занятие своей крестнице, которое к тому же должно еще принести недурной доход! — и он вываливает на ковер содержимое своего пакета — на полу оказывается пачка масляных красок, пара видавших виды кистей и с десяток небольших холстов, напяленных на деревянные рамочки.
- Это все тебе, моя дорогая, — говорит он мне, и тут же переключается на маму.
- Мне пришла такая идея — рисовать голубые розы и продавать их летом на набережной — такого ни у кого нет, тема супер! — и снова переводит на меня взгляд:
- Детка, нарисуешь мне к пятнице?
- Хорошо, дядь, нарисую, — ответила я. И нарисовала. И дюжина картин с голубыми розами до сих пор валяется у меня в подвале — к пятнице у дяди Феди созрели новые идеи.

Время шло и я подрастала, а мир сталкивал меня все с новыми и новыми видами людей, строящих грандиозные планы на все случаи жизни. Однажды к нам переехал на «три дня пожить» двоюродный брат моей мамули, дядя Изя. Ну и три дня затянулись на долго, а точнее пока он не умер от старости. Всегда, когда они с мамой ругались, он угрожал уехать в Израиль.
- Изя, ты опять забыл купить соль? — осуждающе вопрошала мама.
- Уеду в Израиль! — возмущался Изя.
- Изя, ты опять в грязной обуви ходишь по ковру?
- Хватит упрекать меня! Уеду в Израиль!
- Мам, а дядя Изя завтра уедет в Израиль? — спрашивала тогда я у мамы.
- Конечно милая, дядя Изя уедет в Израиль и тебе больше не придется спать в коридоре, на раскладушке, — говорила мама громко, чтоб дядя Изя ее слышал. Я же думала что она говорит правду и радовалась, но дядя все не уезжал.
Позже я узнала, что из иврита дядя Изя знает всего одно выражение «таки да», и то подозреваю что это не иврит.

И вот мне стукнуло 25. Я продаю пирожки в электричке, не ахти профессия но зато это то, что я умею. Я иду по утреннему поезду, и даю людям возможность перекусить на ходу. Они едут в поезде на свою низкооплачиваемую работу, едят мой пирожок, и строят свои грандиозные планы.

Есть у меня один знакомый, зовут его Димой. Наверное я до сих пор с ним общаюсь только потому, что на его фоне я могу казаться успешной деловой женщиной. Диме тоже 25, он считает себя альфа самцом и любит упоминать, что он лев по знаку зодиака, а львы, они все личности творческие, утонченные и хитровыебанные. Фактически весь круг общения Димы состоит из его бывших подружек, есть небольшой сегмент девушек, которых Дима рассчитывает поиметь, а потом сделать бывшими и совсем небольшой сегмент мужчин, которые Диме нужны для того, чтоб находить новых девушек и делать их бывшими. Сам он, на мой взгляд, достаточно жалок, чтоб рассматривать его как потенциального жениха, но определенный вид девушек не может устоять перед такими Димами. Ну и слава богу, что на меня его темперамент не распространялся, ибо нравились ему девушки творческие, я же особа практическая и кроме как печь пирожки и кое как рисовать я больше ничего не умею. Потому Дима вспоминал обо мне крайне редко, и то лишь тогда, когда ему было что то нужно. В общем это был как раз такой момент. Приближалось 14 февраля и еще дней за 10 до него он попросил меня нарисовать его новой пассии открытку, так как помнил что какие то способности к рисованию у меня были. Я пообещала и забыла, надеясь что он найдет кого то другого для этого, но Дима никогда не забывал, если ему что нибудь было нужно.
- Дорисуешь сегодня? Да, я скот и мудак, но мне правда очень очень нужно, — жалобно хнычет в трубку он.
- Да… Хорошо, что напомнил… Что ты скот и мудак! Сейчас я прям сделаю. Уже вот картон достаю, — говорю ему я, придерживая трубку плечом и переворачивая пирожки на сковороде.
- Кстати, слушай, нет желания, на свободной пока что основе… Ну не подзаработать, а влиться в идейку одну, которая потом бабло приносить будет, творческая. Если заинтриговал могу рассказать, — и он замолкает настороженно, как будто хочет услышать на том конце провода звук журчащего кипятка, которым я ссу, когда день начинается с подобных предложений.
- Рассказывай.
- Ща, — он делает паузу, видимо для того, чтоб меня совсем заинтриговать, — есть тут идейка у знакомой, я сейчас к ней подключусь… Артстудия по разработке и шитью субкультурных вещей качественных но доступных по деньгам. Ну как кибер брюки для готов стоят от 5к минимум, а реально сшить продать и заработать можно было бы и за 2 или 2.5к… Даж не идейка… Она сейчас уже открывает свою артстудию.
- Хорошая идея. Всегда мечтала поучаствовать в чем нибудь подобном. Правда я не умею шить, — и лицо у меня при этом как у Мао Янга из комиксов FU. Если то время, когда я относила себя к каким то субкультурам прошло лет 10 назад, то у людей, подобных Диме оно не заканчивается никогда.
- Шить не обязательно, — обнадеживает меня Дима.
- Да и вообще, нужно именно умение видеть, представлять: прически, одежду. Даж не выкройку и на бумагу ее кидать, или скажем понять, что я говорю и накалякать. Ну и себе шмоток намутить в копье можно пафосное и подзаработать и чем дальше тему развивать, тем, я думаю, лучше будет, — продолжает фантазировать он. Я снимаю пирожки со сковороды и ложу новую партию. Представляю как я хожу по электричке, сообщением Москва -Петушки, продаю пирожки и одетая как Отто Дикс. Это конечно полный треш, только пирожки у меня никто не купит...

- Пока что сама девка, кстати, девка моя бывшая, которая замочить меня пыталась, но то было 5 лет назад и щас мы помирились, — продолжает он, думая, что я молчу ибо заинтригована настолько, что не могу поверить в свалившееся на мою голову счастье, — Я, ты и еще одна моя бывшая, но я с ней не спал. Могу показать фотки их обеих.
- Блин, да у тебя там прям швейная мастерская бывших, — начинаю троллить я, — можешь не показывать фотки. Я тебе и так верю, — а сама тщетно пытаюсь понять роль Димы во всем этом кооперативе.
- Ну я еще Катю свою тоже уже бывшую думал подключить, — продолжает он. Катя, это бедное существо, которое терпело этого олуха года два, пока не поняла, что сколько лягушку не целуй, а принца из нее все равно не получится и ушла сама. Ну, Дима конечно не сильно горевал — свято место пусто не бывает.
- Черт, может быть мне создать что нибудь с бывшими? Ну какой-нибудь концерн по ремонту обуви например. Жаль у меня их было не так много, — размышляю я.
- Ну ты же знаешь, я — лев, мое либидо оно огогого, без шуток, я должен быть блядуном, бабником, — начинает он пиарить свою блядскую львиную натуру. Наверное именно этот пиар позволяет ему быть таким востребованным во многих женских кроватях, однако за пределами постели и в сфере быта у него не складывается.
- Все львы — нарциссы, — констатирую я, лишь бы что то сказать. С таким же успехом я могла сказать, что все львы — насосы или баклажаны.
- Ладно, я еще тебе завтра позвоню, обсудим. Ты уже рисуешь, да?
- Конечно, уже рисую, — говорю я, укладывая свои пирожки в рядок на поднос, — уже дорисовала почти. Пока, — и вешаю трубку, не дожидаясь ответа. Как же меня достают люди из концерна «Помечтайка». Вот, где всегда найдутся свободные вакансии для всех желающих. Я порой благодарна природе за то, что она напрочь лешила меня фантазии, развив во мне сухой материализм.
Дорога на Курский тянется вечность. На улице холод, в метро давка. Но и тут мне никуда не деться от строящих долгоиграющие планы людей...

От писанины меня отрывает звук закипевшего чайника. Я завариваю себе чашку чая и намереваюсь продолжить рассказ, но тут звонит телефон. Это звонит моя подруга, с которой мы проворачиваем общее дело, под кодовым названием «быстро срубить бабла, нифига не делая». Моя тетка пару недель назад ездила в Китай, и я уговорила ее набрать мне там по дешевке бижутерии и всяких безделушек, чтоб перепродать их втридорога и получить профит, особо не напрягаясь. Все выгорело, и профит был срублен.
- Алле, короче у меня идея, — я замираю, забыв даже выдохнуть. И ты, Брут?!
- Я нашла на одном сайте клевые очки, можно купить и перепродать дороже. А еще я узнавала у своей знакомой на счет точек на набережной — большие палатки 13 тысяч, а вот если договориться с ментами и нелегально там стоять, то пять. Мы могли бы неплохо раскрутится.
Учитывая тот факт, что товара нам придется закупить как минимум тысяч на 30… Извини, я не совсем понимаю где мы их возьмем, — вот надо же, как вовремя.
Я могу занять у бабушки, — предлагает она.
- Займи мне тогда свою бабушку… Я занята вообще, перезвони мне позже, — я сбрасываю вызов. Нет, определенно есть у людей какой то лишний ген, отвечающий за этот неуемный зуд в районе пятой точки, который стимулирует их к беспрестанному генерированию грандиозных идей и планов. Я же считаю что если ты не принялся за исполнение своих идей в течении недели с момента появления — что ж, они так и останутся вот тем абстрактным и не воплощенным зудом и чем меньше воплощаются, тем больше будет зуд.
Пока я болтала по телефону, вдохновение писать куда то исчезло, на часах был третий час ночи. Я допила чай, захлопнула ноутбук и пошла спать. Будьте вы прокляты. Вы и идеи ваши. Дадите вы когда нибудь что то делать тем, кто еще способен что то делать?...


PsychoDoll