Владимир Павлов : Двойники

14:43  11-11-2013
В одном провинциальном городе жил мальчик по фамилии Иванов. Ничем не выдающийся, заурядной внешности, с вялым, приспосабливающимся характером. Шел ему уже семнадцатый год, а он, вместо того, чтобы слушать маму и выбирать профессию, валял дурака и пил пиво с другом. Пойманный с поличным, он, не успев приготовиться и солгать, глупо улыбался и говорил: «Ну, выпил немного пива, не лопну же я, мама»
Однажды, задержавшись в школе, Иванов вернулся домой поздно. Мама, уставшая на работе, как обычно, засыпала в своей комнате под негромкую болтовню телевизора. Дохлебав холодного супа, похожего на слякоть, он предупредил, что пойдет за продуктами, оделся, захлопнул обитую рваной клеенкой дверь и пошел, – не в магазин, конечно, а к другу, выпить. Пил он вовсе не потому, что ему нравилось, а по той простой причине, что это строго запрещалось. Как все слабохарактерные подростки, Иванов хотел подражать более самоуверенным сверстникам. Сумерки синей лимфой заливали полости улиц.От серого неба отрывались хлопья снега, заранее испачканного. С подступающей к горлу сладостью, предвкушая он поднялся по лестнице и нажал на звонок. Никто не откликнулся. Наверное, друг где-то гулял или крепко спал, напившись. В расстроенных чувствах он пошел назад. В подъезде в нос ударил запах тухлой рыбы. Когда до его этажа оставался один пролет, Иванов вспомнил, что оставил дома ключи. Он поморщился от досады. Надо звонить, будить маму. И вдруг мама показалась этажом ниже, бодрым шагом обогнала его, ласково сказала, что сейчас откроет, точно слыша его мысли, открыла дверь и прошла на кухню. Войдя следом, пораженный Иванов направился в мамину комнату, – он ведь помнил, что она должна спать. Так и есть: она там, лежит на диване, проснулась от шума его шагов и, не понимая, спросонок, на него смотрит. У него похолодела голова от страха. Значит там, на кухне, ее двойник. Иванов догадался, что двойник боится своей реальной копии, и далеко не отходил. Скоро вернулась сестра. Но двойник ей был не страшен: она всегда слушала маму, не пила пиво и учила в школе биологию, а потому знала, что такого не бывает. Иванов приспособился к опасности: он редко заходил на кухню, старался возвращаться домой вместе с сестрой и с крепкого пива перешел на среднее, чтобы не притуплялась бдительность.
Вскоре после этого Иванов увидел двойника сестры. Находиться в доме стало опасно, приходилось ночевать у друга. Приближался день рождения сестры, и, против обыкновения, она заранее пригласила его вечером. Что-то подсказывало ему не ходить, но, когда настал этот день, Иванов не сдержался и пообещал, что будет, заранее уточнив, что стол накроют на кухне.
Он успел вовремя, даже отказавшись от предположения друга выпить пива. Мама сестра уже расставили угощения и поджидали его. Иванов устроился возле окна, и тут почувствовал вибрацию телефона и услышал голоса в гостиной. Запахло тухлой рыбой. Его обожгла страшная догадка. Иванов глянул на телефон и, увидев пропущенный вызов сестры, понял, что не ошибся. Шестым чувством он угадал, что, если оставаться совершенно спокойным, не допускать даже малейшей тревожной мысли, двойники не тронут его и будут вести себя как люди. Сестра налила ему пива в честь праздника. Он произнес тост и залпом осушил стакан. Сдерживаться давалось ему неимоверными усилиями, но что-то в его поведении, наверное, было не так, потому что двойник подозрительно присмотрелся и налил еще. Иванов пил уже пятый стакан, а сестра все наливала – ему одному. Мама тоже забеспокоилась: перестала есть и с нечеловеческой злобой косилась на сына. Иванов захлебывался рвотой, у него разрывался желудок, но страх сводил его с ума: он пил и пил. Наконец, что-то в организме надломилось. Он встал, попытался крикнуть, но тут же упал на пол с таким звуком, будто что-то лопнуло. А тем временем в комнату, где сидели настоящие мама и сестра, вошел его двойник, и никто не заметил подмены.