Хрр : Куда девался кролик?

14:29  09-12-2004
Пригласили значить нас с жиной на ДР, причем ни проста ДР суканах, а ДР адной весьма пиздатой авцы по имени Света, с каторой жина кагдата вместе брила пелотку на съемной квартире исче ва вримена савмеснай блять учебы ф училище. И патому являлась беспесды втарой по близости ее падругой нах. А пачиму ни первой, спросите вы? Не валнуйтесь, падонки, про первую пожже!
Кроме нас и Светы на мироприятие далжны были паттянуться и другие гости, которых я частично и весьма приблизительно наблюдал сквозь пары этанола и эфкалипта (шютка, нах!) ва время прошлых патей на хате у Светки.
За день до этава знакавого беспесды сабытия мне таржественным голосом юной пианерки пизданули блять, сколька с нас с жиной палагаеца бабосов на падарок именинице. Я, помница, малость ахуел и задумался суканах, а не вертел ли я нахую весь этот ДР? Аднака глядя в сомнении на смазливую пианерскую авцу, тирпеливо ждущую от миня щедрости Ористотеля Анансиса, я вовримя вспомнил, что на ДР абязательно нарисуеца другая пиздатая падруга Светы па имени Маша.
Тут я (как сказал Толстый Лев, на семьсот с хуем какойта странице «Войны и мира») акунулся в васпаминания нах. Год назад на прошлом ДР Машка савсем ни атличалась умом и саабразительнастью и ва время танцев-шманцев аткравенна мацала миня за жопу на глазах у жины. Я тагда папытался заибениться с этой педораской гденебудь в падъезде пад придлогом савместнага пахода в магазин за воткой и па-быстраму напехать ей за щеку. Но ни хуя!
Жина фсе просекла в тот раз и низаметными (но балезненными, атвечаю!) пиздюлями выправодила миня к ебеням в радные суканах пинаты. И патом исче неделю лечила, как эта хуева - изминять жонам! Наверна блять, используя прибор начного видения, воткнула в темноте, как я Маше расстегивал молнию на кофточке во время мидляка. Машка-давашка тагда только глупо хихикала, патомушта была пьяна как рота воинов стройбата, ниажидана аткапавших бочку спирта вримен втарой мировой вайны! К таму же, как гаварят в народе, слабавата на пиредок. Кароче, я со своими умняками и астанавливающими кровь тренироваными (на бабушкиной кошке, гы-ы!) гляделками паказался этой мокрой пелотке нехуевым патенциальным ебарем.
«Маша, итс тайм ту фак! парвусь, но выибу!», падумал я и ришительно захрустел гринами перед сабирающей бабло пианеркой.
На днюхе фсе было просто и сурово – вотка для тех, кто сабирался бухать и вино для тех, кто суканах думал, что не будет. Шышек и другой наркатической паебени не было – не прижылись ани в этой кампании. Хуй ево знает, памоему каличество вотки фсе кампенсировало. Я чессговоря ганджи даже не разу ни попробовал. Т.к. так и не научился курить табак, напуганный до усрачки в раннем децтве суровой, но беспесды правдивой савецкой антитабачной прапагандой в нашей абщаге. А вы бы блять ни пугались в возрасте 5-6 лет, каждый день праходя в сартир мимо висящих на стенке чорных от смолы человеческих гортаней и легких в разрезе с диагнозом «рак с паследующим актидыванием капыт в страшных, сука, мучениях»? Кароче моя хрупкая децкая психика навсигда аказалась травмированной ебаным Минздравом. Ведь я, как и все дети в таком возрасте, хател жить вечно, нах! (Кстати, шоб не забыть, нужно будет наведаться в эту абщагу и спиздить какнибудь эти ебанаврот экспанаты. В децкой павешу блять, пусть мой тушканчик тоже курива баица смолоду, как я ахуительна придумал, нах!)
Итого присутствовали: бап – 8 штук, маладых уебанов – 4 штуки, из них Хрр – одна штука. Через час фсе, кто бухал, ужрались вмиортвую, выключили нахуй верхнюю люстру в форме четырех прущихся удавов Каа с малинькими галагенавыми лампочками ва рту (привет планашам) и высыпали на танцпол.
Ф тесной аднушке, за минусом празднечного стола, танцпол нах палучился размером со старый хазяйственный тазик маей мамы. Аднако дифчонок этот факт савсем не смущал нах, даже наобарот! Патамушта, вапервых в тисноте да не в абиде, а вавтарых темнота блять друк маладежи и можно паходу заибательски патиреться друк об дружку. Что ани и делали, лисбиянки нах!
Нада сказать, что пацаны вели сибя как трусливые вялые половые члены на приеме у военного проктолога, суканах. Паэтому зажигал с визжащими от асвоеннага спирта чувихами в аснавном я адин. Хто ж блять винават, что на миня вотка действуют как амфитамин, а на этих пидорков – как димедрол нах? Кароче я оставил тармазнутых уепков пердеть ф диванчик, а сам вхуярился ф гущу пьяных бапских тел. Как настоящего падонка миня ахуенна радовал еще и тот сука факт, что мне аднаму даставались все сиськи-письки, подварачивающиеся под руку.
Ебливая Машка приперлась нах с дружком своим, Левиком, паэтому нихуя не аправдала маих надежд па поваду паибаться в рот в укромном суканах месте. И что самае абиднае – нихуя ни пила вотку! Зато другая пелотка по имени Юля припиздила за кампанию со сваей систрой и, как говорил Питачок, до пятницы была савершенна свабодна! Да этава мы видились с ней всиво пару раз, кагда я захадил с жиной в гости к именинице. И оба раза, помню, я патрясенно фтыкал на ее ниибаца агромные сиськи 5 размера как кролик на удава. Хуегрызка диржала себя фформе, пасещала фитнес и прочую спартивную паебень, паэтому блять, отличалась еще и ниибаца стройной и саблазнительной фигурой.
Сичас на днюхе ана вила сибя пездец как разнузданно и пошло. Зная о ее целковом в общем-то характере, я вазбуждался исчо сильнее. Юлька бесконца тянулась со мной чокаца последним (типа шоб деньги были, ага) и, суканах! сразу пакорно захуярила полстакана вотки! Которую я ей щедра плиснул ф качестве штрафной, пизданув на ушко, что она никультурно (гы-ы-ы!) кладет грудь на стол!
Ф харошем общистве это нипринято, беспесды, запомните падонки! И ф дальнейшем Юля пакорна глядя мне в глаза, брала в рот с праглотом (гы-ы-ы!) ровна стока вотки, скока я хуярил в ее пластиковый стаканчик. За это я гатов был прастить ей очинь многае, даже если ана вдруг оглушительно пьорнет в паузе между пестнями.
Вначале, подливая Юльке в 3 раза больше, чем другим (беспесды!) я просто хуел ат такой алкагольной прыти нах! Но патом, встретившись своими фарами, властными как у маршала Советского Союза товарища Жукова, отдающего приказ своему хую «стоять насмерть в грозный час»… («Слишком сложное предложение для согласования. Скорее всего, оно также трудно для чтения. Попробуйте упростить предложение или разбить его на несколько более коротких» – Microsoft Word. Отблять, заебал! ну давай разабьем, хуй сним – Хрр.) …Так вот, встретившись этими мощными беспесды фарами с ее овечьими блымалками, я понял суканах, что паследними гастями в ее пелотке за паследние 6 месяцев были тампоны Оби и фалоиметатор китайского праизводства!
Но больше всиго тагда я ахуел ат таво, что с такими ибать внешними данными и спасобностью хуярить спирт стаканами она в настаящий мамент не прыгает как напижженный кузнечик на мохнатом хуе какова-нибудь богатова уепка. А сидит са мной за одним столом и строит глазки!
Нада ли гаварить, что на танцполе ана сразу ачутилась ф зоне маиго павышеннава невротибаца внемания! И кагда жина упесдовала на кухню к пацанам курить бамбук (гы-ы-ы!) я аканчятельно захуярил Юлю сваей бля центравой портнершей па грязным беспесды танцам. Началась какая-то кислотная музыка, из той серии, что ниибаца как любят апдолбанные экстази падростки на кислотных дискачах.
Килоджоули, потчерпнутые мною из огненной воды заставляли канечности двигаца в неебически быстром ритме и походу пьессы я успивал не только испалнять разные пидерастические па, но и плотно мацать всех окружающих девок. Юле, которая оставалась в центре маиво внимания, есссно даставалось больше фсех!
Чиво мы с ней только ни делали на глазах у этих пресыщенных лисбиянок! Я крутил ее вокруг себя, мои нинасытные руки ныряли то туда, то сюда, подхватывали ее за мягкие упругие сиськи, жопу и промокшую пелотку. Дефки визжали от восторга, причем Юлька визжала уже где-то в ультразвуковом диапазоне, ничего не соображая, забыв об опасности ебнуться на пол и полагаясь только на мою твердую мужскую руку. Ума Турман с Траволтой нервно курили кароткими напасами и кавырялись в носу в старонке!
Но долго продолжаться это не могло и ф конце концов, подустав, я фсе-таки ебнул находящуюся в трансе Юлю об пол со всей дури. Ху-у-як, бля!!! Звук ат морального падения даверчивой дифчонки получился проста ниибаца!!! Я аж занервничал, беспесды! Саседи снизу наверна падумали, что мы ебнули на пол мешок с картошкой, лижаший на антрисолях нах! К тому же так совпало, что ебнулась она вместе с последним аккордом трэка и настолько арганично, что фсе наверна пасчитали, что я сделал это специально как логическое суканах завершение этой невротибаца феерии. В наступившей тишине явственна слышался перизвон колоколов в юлькином жбане. Ахуевшая мокрощолка лижала лицом вверх и силилась выдавить лыбу, типа ниче ни праизошло. Но это длилось не больше секунды. Зная из сваево жизеннава опыта, что быстро поднятое упавшим не считаеца, я падхватил ее и одним махом вернул в вертикальное положение. Судя па ее щасливому ебалу, боли ана пачуствовать не успела. Да и вряд ли ана ваще что-то чустововала после такой дозы вотки.
Мы продолжили плясать и через минуту фсе забыли об этом неприятном беспесды эпизоде. Юлька зажигала папрежнему, но я заметил, кой-какие изменения в ее павадках. Наверна из чуства самосохранения она стала тиснее ко мне прижиматься грудью, абхватывать руками за шею и хватать за одежду с упорством тонущей зайчихи, вцепившейся в лодку деда Мазая. И даже умудрялась обхватывать меня ногами, когда я ее приподнимал и крутил, оставляя на брюках палево в виде мокрых пятен от текущей пелотки и рискуя вызвать у меня преждивременное семяизвержение. Пездец! Наверна уже не доверяла моей твердой мужской руке, ебать ее в рот!
Такая хуйня продолжалась уже более полутора часов, фсе уже успели заебаться плисать, даже текущая как неисправный кран Юлька. Адин я, как адинокий кролик-энерджайзер из рекламы аставался на танцполе, подхватывая, то одну, то другую атдахнувшую телку в бешеном танце. От взгляда, который Юля на меня бросила, кагда уходила за стол, у меня аж яйца свело и я пашел с ней пить вотку. Как ни странно, вотки ана больше ни хотела, и мне пришлось долго пиздеть ей наушко, что это самая заебенная водка, которую лично смешивал мой старый друк Димка Менделеев. Ни знаю, что больше падействовало на пьяную женщину, ссылка на афторитет или просто жаркий шопот наушко, но в канце канцов я ее развел исчо на полстакана огненной воды. Когда мы с ней выпили на брудершафт, она меня засосала с язычком как пылесос, каторый сасет за копейки. Тут я аканчательно воткнулся, что она беспесды отдасца мне где я захочу. Сука, хорошо, что жина в это время вышла в сартир, а всем остальным на нас было хуй палажить.
Скоро из сартира вирнулась жина и придъявила на миня свои права. Пришлось плисать с ней, сначала быстрые танцы, потом мидляк. Нисмотря на ее невротибаца гарячие (как ана думала) движения, хуй у миня упал и ни думал падниматься. Ее это пачему-то успокаивало и ана ни асобенна лечила меня за выебоны с другими дефками. Навернае думала, что на них у меня тоже не фстает, гы-ы-ы!
Кагда ана наконец села за стол и стала увлеченно пездеть с одним из приглашенных уепков на их професи-анальные темы, я пашел искать Юлю. Долго искать не пришлось! Ана аказалась на кухне на каленях (ахтунг!) у однаго из этих ленивых пидаров по имени Вофка! Причем асобага интузазизма я в ней не заметил, уебан явно насильно затащил ее к себе, пользуясь ее невминяемым састаянием. Моя догадка падтвердилась, кагда Юля, увидев меня, попыталась расстаться с крепко держащим ее гандоном. Сука, если бы я был один без жины, то просто захуячил бы этой жертве генетическава экскремента в таблоид.
Но тут, блять, был другой расклад и еблан это харашо панимал, патамушта предусматрительно припиздовал на пати без ансамбля. Сам бля! Ф случае чиво жина апять выталкала бы миня домой и фсе бы кончилось, ни успев начаться!
Паэтому пришлось напустить виселость и косить под пьяного дурачка. «Юлька, ты че, сидеть что ли пришла, пашли плисать нах!», - пизданул я и, схватив ее за руку, патащил из кухни. Аднако злой кащей Вофка явна был другого мнения и нихуя ни сабирался атпускать Юльку на волю са сваим бля прынцем, т.е. мной. Тем более что мы с ним имеем кое-какие давние счеты и он фсегда гатов мне падасрать.
Кароче, несмотря на агромную физическую силу, приобретенную мною после заправки спиртом, по жалобному юлькиному хныканью, я понял, что скорее оторву ей руку к ебеням, чем вытащу ее на танцпол. Паэтому я решил применить военную суканах хитрость. «Вофка, а ты хули сидишь, пашли танцевать тоже!» - громка чтобы слышали фсе, кто находился на кухне, пизданул я и вцепился в них обоих, пытаясь вытащить их из кухни. Моя стратегия асновывалась на том, что ачутившись на танцполе, толстый и ленивый Вофка не выдержит и пяти минут конкуренции со мной и снова трусливо сбежит в свою ебаную кухню драчить на переводного Чибурашку на халадильнике.
Бля, как я их тащил, аписывать не буду, сплашные ахтунги, нах! Закончилось фсе тем, что Вофка по пьяни уебал Юльку дыней аб касяк двери, а я пабежал к халадильнику за льдом для компресса. Пока я бегал, Вофка как кавалер был савиршенно справедливо послан Юлькой нахуй и упал в глазах всех имеющихся в наличии бап ниже уровня городской канализации блять. Кароче, паибаться уепку, вапреки ево ажиданиям, явно сегодня ни светит, падумал я с чуством неибаца какова глубокова удавлетворения! Ура, так ему и надо пидарасу! Пускай уебывает и дрочит дома на падшивку журналов «Работница» сваей матушки.
Льда в халадильнике нихуя не аказалось и я с умным ебалом энергично патащил Юльку на улицу прикладывать к ее непутевой репе выпавший недавно первый снег. В поисках более-менее чистава, неабоссаннова и неабосраннова сабаками снега, мы пачти дашли до другого дома. С еблищем Чипа и Дейла в одном флаконе я стал заботливо прикладывать снег к юлькиному тиливизару, низабывая интирисоваться ее самачуствием.
Между делом налепив про запас дастаточно снежков, чтобы замарозить нахуй теплое тичение Гольфстрим и справацировать новый ледниковый период, я сложил их фсе в свою шапку. Чтобы ни замерзнуть на халодном ветру, я предложил пациентке спрятаться нахуй куда-нить, где будет патеплее и прадолжить целительные беспесды працедуры.
Придложение было встречено с интузазизмом и мы бодро папиздофали ф темный абоссанный падъезд саседнего дома. Я деловито вызвал лифт, затащил в него дважды пастрадавшую сегодня Юльку с тем чтобы павозможности атагреть ее теплом сваего бальшого (гы-ы-ы) сердца нах. Фсе это время я старательна придерживал невизучую метелку за жопу, чтобы ни дай бог апять або что-нибудь ни ебнулась па пьяни.
Астанавив лифт между 2 и 3 этажами я без тени сомнения зажал ее в ванючем углу кабинки и засосал. Изгаладавшаяся Юлька, ясен хуй атвичала взаимностью.
Нащупывая в потайном кармане дубленки гандон, я чуствовал себя как стратег-палкаводец, выигравший великое сражение. Все получилось, так как я мгновенно просчитал, слушая звукавое саправаждение, беспесды, истарической встречи Юлькиной репы с дверным касяком. Даже бдительная, как савецкий народ в 37 году, жина нихуя не смогла памешать сваему ибливому кролику, нах! Да что там гаварить, падонки! Стратигическому плану не смог памешать даже лед, никстати аказавшийся в светкином халадильнике – я просто вывалил его в какой-то суп, плесневеющий в кастрюльке!
Расстегнув блузку, я уже беспрепятственно мацал и посасывал агромные мягкие юлькины сиськи, без труда вывалив их из лифчика. Было проста ахуенно приятно! Прашмандовка атвичала томными стонами и фсе больше распалялась, ведь другой рукой я уже вавсю шуровал у нее пад юпкой! Через нескалько минут калготки и трусняки были приспущены нахуй до кален, а пульсирующий хуй аказался в нежных руках Юлии. Маи пальцы бесприпятственно раздвигали гарячие скользкие губки ее пелотки, быстро натирая заодно и налившийся кровью клитор.
Кагда я уже падбирался средним пальцем к дырке, Юлька вдруг судорожно сжала ляжки и уткнулась сопелкой прямо мне в грудь, мыча как корова, абъевшаяся травы. Похвалив себя за такое пиздатое начало, я нимедленно спустил брюки, паставил кончающюю дефку на колени и заправил залупу ей в рот. Доканчав, Юлька негромко пьорнула ат щастья и сразу принялась с интузазизмом сасать.
Бальшие теплые сиськи мягко колыхались и приятно били сосками по моим голым ногам. Ахуительно, канешна беспесды, но посли такой дозы вотки чтобы кончить требавались более решительные действия! Я взял дефку за затылок и принялся грубо ибать в рот, не обращая внемания на ее жалкие папытки подлизать хуй язычком. Чуствуя себя все лучше и лучше с каждым толчком, я машинално пытался задвинуть хуй как можно дальше ей в горло, пользуясь тем, что ее голова была преперта к стенке. Задыхающаяся Юля подняла на меня страдальческое ибало с тикущими па ниму агромными слезами, но это только усилило мое наслаждение и я бесжалосно кончил, забив свой хуй еще глубже в рот и наслаждаясь спазмами ее горла. А хули ж ты думала, родная, тебе здесь пелотку вылизывать будут, да? Вытащив залупу у нее изо рта, я придусмотрительно сделал шаг в сторону, не без аснаваний палагая, что после такой ебли в рот и такова каличества вотки, дефка сразу начнет бливать как пажарный брандспойт.
Но суканах, я апять ее недааценил. Пракашлявшись и отдышавшись, Юлька встала ка мне раком, задрала на спину дубленку и юпку, заголив чистую как снег упругую сраку, и патянула за хуй к себе. Да, блять, пришлось мне ахуеть с нее уже в каторый раз за этот день. Мой палавой орган наверна ахуел ни меньше миня, патамучто явна расчитывал на отдых апасля таких трудов. Кароче, вставать хуй пока савсем не хател. В растеряности я вадил пальцем па ее скользкой пелотке и афтоматически нащупал ее очко. И тут ебливая дефка в ачередной раз приподнесла ниибаца какой сюрприз! «Хачу его в попу!», заплетающимся языком атчетливо пизданула она!
Есссно, ат такова ибать признания мой хуй сразу падпрыгнул как нинармальный, чуть не щолкнув миня полбу (это митафора - для тех, кто ф танке). Суканах, я сразу воткнул всю глубину русского народного выражения «пьяная в жопу». Дрожащими руками я порвал упаковку, вытащил гандон и, тарапливо натянув иво на залупу. Первым делом засадил ей фсетаки в пизду. (Я ж не пацан, панимаю, что нада чтобы смазка была, а то так и жопу ей парвать можна нахуй! А кровь на адежде нам савершенна ни нужна ни при каких абстаятельствах – такое паливо блять!)
Такое фпечатление, что она только и ждала, кагда я ей засажу, натирая сибе клитор свабодной рукой, патаму что сразу начала непрерывно кончать, издавая каждые 15 секунд ниибически громкое «И-И-И-И» в ультразвуковом диапазоне. При этом мои кароткие, но мощные подачи хуем в ее упругую жопу приводили к таму, что ее недолеченная репа в такт ударам громко бумкалась о стенку лифта. Еще минут пять жыльцы в нипанятках фтыкали на «бум-бум-бум-бум-бум-бум-И-И-И-И-бум-бум-бум-бум-бум-бум-И-И-И-И», разносящееся на весь падъезд, а потом я услышал как начали скрипеть аткрываемые двери. Бля, нужно было съебывать, пока жыльцы не проссали, что творится в их доме и не вызвали милицию!
С наслаждением кончив в гастеприимную юлькину пизду, я сунул использованный гандон в карман ее шубки. Заодно вытер хуй найденным там же платочком. И начал проворно, как дух перед зажженной спичкой, адеваться. Абканчавшаяся Юлька признаков жизни нихуя не подавала, па инерции издавая свое «и-и-и-и», но как-то уж савсем тихо и неубедительно. Па-быстрому натянув на нее трусняк и калготки, а также оправив юпку, я критическим взглядом акинул пьяную дефку. Беспесды, у нее был слишком заебанный вид, чтобы без палева вазвращаться с ней в нашу кампанию.
Вывалившись с висящей на плече Юлькой на улицу, я первым делом закопал носком ботинка использованный гандон в снег и стал шарить по ее карманам ф поисках бабосов на такси. Бабло нашлось и я потащил ее на дарогу, внушая ей наушко, что она перепила и ей беспесды надо ехать домой атсыпаться. Пришедшая в себя на морозе дефка покорно кивала репой.
На дароге я долго посылал нахуй похотливых таксистов, пока перед нами не остановилась какая-то дряхлая копейка с таким же дряхлым пердухаем внутри. Без апасений даверив ветирану Бородинской битвы пьяную дефку, я на всякий случай пизданул, что это моя систра, а сам я мусор. И если что случится, я его из пад земли дастану! Фу-у-ух, можно было с аблегчением вздрачнуть и вернуться в кампанию!
Тут, судя па всему, вазбуждение в коре маего галавнова мозга ф точном саатветствии с заветами академика Павлова сменилось конкретных суканах торможением. Паэтому дальнейшее я помню весьма смутно и отрывочно. Помню, как долго лечил какую-то выбежавшую пасрать на снег сабаку па поводу тово, как надо правильно ибаться в жопу. Пафоса мне придавал наверна тот факт, что юлькино очко я в тот вечер так и не распечатал.
Потом, глядя на эту сабаку, миня вдруг воткнуло, что жина может унюхать запах зимней резины от гандона и надо срочно избавляться от улик. На глазах у ахуевшей собаки я снял штаны и стал растирать залупу хрустящим снегом, приплясывая как интиллигент в очереди к абщественнаму сартиру. Патом растирал и сушил свое ахуевшее от перепадов тимпературы (еще бы - из гарячей пизды в халодный снег!) хазяйство насухо шерстяным шарфом в падъезде. Кароче, пездец как он есть! Харашо что ничего не отморозил нах!
Жине и другим уепкам объяснил, что Юля ниибаца как абиделась на Вофку и ни ф какую ни хатела вазвращаться, нисмотря на мои невзъебенно долгие уговоры и ф конце концов я поймал ей такси. Моя жаба кажится паверила, па крайне мере не лечила по поводу маего долгого атсутствия. Наверна ей трудно было вообразить, чего могут проделать пьяные люди (включая растирание хуя снегом), кагда хатят паибаца без палева.