arc : Семейное счастье. Рождество.

09:55  01-05-2015
Я надеваю костюм троечку, завязываю галстук, прыскаю платок одеколоном, меняю стельки в туфлях, прилизываю волосы – и всё это с таким остервенение и злобой, как будто я одеваю своего злейшего врага, приговорённого к смерти.

- Проклятье! Когда это закончится! Нет покоя ни в выходные, ни в праздники! – кричу я не скрывая своего раздражения.

- Ты что-то сказал, милый, - раздаётся голос моей благоверной, сидящей в ванной уже больше часа.

- Какого чёрта нам нужно ползти к твоим родственникам? Что мы у них забыли? Вчерашний день?

- Не нуди, зайка. Мама будет очень довольна.

- Ага…Мама будет довольна…Ну-ну…Здравствуйте Вальдемар, вы сегодня так элегантны… А Верочка сегодня так сияет, так сияет!.. - раздражаюсь я по поводу своей тёщи. - Тьфу. Лживая бестия!

- Дорогой, ты что-то сказал? – голос из ванной.

- Нет дорогая, я молчу.

- Ну можешь же быть лапонькой, когда захочешь.

- А может мы сегодня никуда не поедем, останемся дома, выпьем вина, посмотрим телевизор. Ну а дальше по желанию, – говорю я писклявым голоском полным надежды.

- Что!

Из ванной выползает злобное существо в красном халате и мокрыми волосами.

- Ты в своём уме! Как это, никуда не поедем! Поедем, ещё как поедем! Имей в виду, если ты осмелишься остаться дома, то клянусь, я уйду, навсегда уйду… навеки уйду и Машеньку заберу. Ты её никогда больше не увидишь… Нет, я умру! Я прямо сейчас умру! У тебя на глазах умру. И ты будешь мучится всю жизнь!

- Но дорогая…

- Дорогая! Какая же ты бездушная скотина! У меня всего одна мама, и ты… ты не можешь, тебе лень её поздравить с Новым Годом! А Тётя Лена, как она любит Машеньку, твою дочь между прочем, всегда делает ей дорогие подарки. Фёдор Егорович дал тебе денег в займы. Забыл уже. А кто нашёл тебе тёпленькое местечко в банке? Что, память отшибло? Так я скажу! Вася, братец мой. А ты… ты бесчувственный грубиян! Боже, куда я смотрела?

- Прости меня…

- Простить тебя? Тебя, на которого я потратила десять лет… лучшие годы моей жизни… и что я получила? Ничтожество! Да, ты слышишь меня, ты именно ничтожество!.. Господи, как я несчастна… Нет, дорогуша! Тебе нужна жена не такая кроткая как я. Тебе нужна ведьма… ведьма, которая будет тебя грызть каждую минуту. Драть волосы на твоей плешивой головёнке. Ненавижу! Всеми фибрами души, ненавижу! Презираю!

- Я не прав дорогая. Прости меня окаянного. Бес попутал.

Я пытаюсь загладить свою вину и успокоить разбушевавшегося дракона (Верочка по гороскопу дракон).

- Возьми список покупок и иди в магазин. Если что пропустишь, можешь не возвращаться домой.

На этот раз всё обошлось. Я быстро оделся, набросил пальто и под строгим взглядом своего надзирателя был проведён до самого выхода. Открыв дверь, на меня, с крыши, падает большой снежный ком, сорванный ветром.

- Чёрт! – выругался я.

За дверью слышится язвительный смешок.

– Вот стерва!

****
Скупившись в ближайшем гастрономе я возвращаюсь домой, и что вижу. В прихожей стоят зимние сапожки, а на крючке висит серое пальто, пахнет валерьянкой. Сестра жены, Танечка, барышня вспыльчивая и истеричная, лежит на диване, в зале, вся в растрёпанных чувствах, нюхает белую дрянь и жалуется на свою жизнь.

- Ах, ну почему я так несчастна? Верочка, ты слышишь?

Верочка в ванной. Заметив, что я вошёл, меняет позу, наполовину открывает глаза, протянув руку, хватает меня цепкими пальцами за запястье и тащит к себе. Я попал в капкан из которого невозможно вырваться, это конец.

- Это вы, Вальдемар? Сядьте возле меня, я прошу вас.

Сижу на краю дивана, как пленник, в надежде, что хватка ослабнет и мне удастся выскользнуть. Минут пять она лежит с закрытыми глазами, потом открывает веки и умирающим голосом спрашивает:

- Вальдемар, вы счастливы?

Мешочки под глазами напухают, а на ресницах появляются слёзы. Всё это сопровождается глубоким вдохом и жалостливым голосом:

- Вальдемар, неужели… неужели всё уже кончено, прошлое погибло безвозвратно и его не вернуть! О нет!

Рука театрально падает на диван. Ура, свободен. Я быстро отсаживаюсь на безопасное расстояние.

- Я не знаю… всё так сложно… может быть… где то там… - бормочу что-то невпопад, беспомощно глядя на дверь. Ища спасение. Боже, когда же она откроется.

- Вальдемар, неужели этот сладкий миг никогда не повторится? - стонет она, орошая круглые щёки слезами. – Вальдемар, где же ваши клятвы? Где обед вечной любви?

Бррр… Какая гадость. Ещё минута и я выпрыгну в окно, головой вниз, в асфальт. Но слава Богу, открывается дверь и в комнату влетает ангел. Верочка, в том же халатике с полотенцем на голове. Увидев рыдающую сестру она набрасывается на меня с ещё большим остервенением.

- Ну какая же ты скотина! Сестру довёл до слёз.

- Но я… - делаю безуспешную попытку оправдаться.

- Что ты? – перебивает жена. - Ну что ты? Идиот, так и скажи! Я, идиот! И всё сразу встанет на свои места.

- Ну что ты, Верочка, - лопочет сестра. - Он.. он, так мил, а мне так больно… так больно. Ох… как мне больно…

Начинаются рыдания и стоны, сопровождаемые нелепыми упреками и обвинениями в мой адрес, при этом все громко кашляют и сморкаются в мою подушку.

- Вот видишь, изверг, у сестры истерика. А нам, между прочем, через пять минут ехать надо. Иди на кухню и принеси успокоительное.

Я послушно отправляюсь на кухню.

****
Мы выходим из дома, садимся в такси. Жена пытается аккуратно уложить подарки для бесчисленных родственников в багажник машины, недовольная тем, что багажник слишком мал и невместителен, а подарки слишком габаритны и неудобны.

- Куда едем? – спросил таксист.

- В Измайлово, Щелковское шоссе, - ответил я голосом умирающего Гамлета.

Движение. Бесконечные пробки, светофоры, логика супруги, вчерашняя попойка в ночном клубе, похмелье, дикое желание завалиться спать, изжога – всё это мешается в гремучий коктейль и производит в животе муть… Мутит ужасно, а тут ещё таксист плетётся еле-еле. Господи, лучше издохнуть!

Заезжаем в Измайлово. Там живёт дядя жены, Семён Маркович. Милейший человек. Он без памяти любит меня и мою жену, Верочку. После смерти он оставит ей наследство: квартиру и маленький дачный домик. Но… чёрт с ним, с его наследством, и с его любовью! Это катастрофа. Мы приехали в то самое время, когда он погружён в тайны политики.

- А слышал ты, друг мой, что Рамзан задумал? – встречает он нас. – Какой мужик, а? Но какова Чечня!!

Семён Маркович обожает Кадырова. Он как и всякий российский обыватель помешан на украинском вопросе. И если б дать ему власть, он решил бы этот вопрос как нельзя лучше…

- Не-ет брат, тут не Параша и не хунта виноваты! – говорит он, лукаво подмигивая глазом. – Тут Америка, брат! Зуб даю на отсечение - это Америка! Америка и баста! Вот скажи мне, какого чёрта они полезли в Ирак? А, что нечего ответить! А я тебе скажу. Там нефть. Нефть там, понимаешь! Они туда полезли чтоб нам нагадить. Цены на нефть обвалить. А цены упадут и что? А то, мой дорогой, они хотят нас извести, голодом заморить. А мы им знаешь что? Нет, дорогой, не знаешь! А мы им кукиш покажем, вот такой кукиш.

Он сложил пальцами кукиш и стал крутить. Я слушал его около четверти часа, пытался пару раз встать, но он всё время хватал меня за руку и требовал дослушать до конца.

- Нет, ты погоди, я тебе ещё кое что скажу! А Меркель – эта фрау Риббентроп. Ведьма германская. Она видите ли санкции решила ввести. Да что нам её санкции, тьфу… а вот Олланд, это гад ещё тот, ишь что надумал, «Мистрали» нам отдавать не хочет. Вот взять бы ему да по уху… по уху дать, да так чтоб лоб затрещал.

Он кричал, брызгал в лицо слюной, тыкал пальцем в нос, цитируя целиком газетные передовицы.

- Трезубец, вот причина раскола. Наложите его на карту Украины и вы увидите географическую картину: Запад – Центр – Восток – Крым. Раскол ждёт Украину! Да, мой милый, именно так всё и будет!... А Рамзан молодец, здорово его ребятки этим укропам перья пощипали. А… что скажешь…

Господи, как медленно тянутся минуты. Я усиленно борюсь со сном тараща на него глаза…

- А что у них за парламент, сборище негодяев. По ночам водку жрут, втихаря от народа, да варениками закусывают… А кто виноват в том, что они водку жрут… не знаешь, а я знаю! Виноваты те, кто ёлку на майдане не давал устанавливать, и каток заливать! Во, брат, как получается… Рамзан это первый понял. Вовремя он этого Немцова туда спровадил…Эх, вот бы ещё парочку…

От обалдения у меня начинают закипать мозги… Путин, Рамзан, Меркель, Обама, Олландо… все они начинают прыгать у меня перед глазами, как чёртики, что напились и устроили драку в центре Европы.
Проходит пол часа… Уф!
Мы выходим на улицу и садимся в такси.

- Господи, всю душу вымотал своей политикой, чёрт старый.

****
Кабина остыла. Уходил мерзавец.

- Езжай в Лопатино!

В Лопатино нас ждал Фёдор Егорович, отставной майор, у которого в прошлом году я брал взаймы… Верочка вручила ему внушительный пакет, по форме напоминающий больничную утку и расплескалась в поздравлениях.

- Спасибо, спасибо, милые мои, - отвечает он, ласково заглядывая в мои глаза.

Отвратительная морда. Чтоб он издох, жадная тварь. Еле-еле выклянчил у него сорок тысяч рублей.

- И вам того же желаю… Очень рад, очень рад… Давно вас ждал…

Сейчас начнётся.

- Милый Вальдемар, там ведь у нас, кажется, с прошлого года какие-то счёты есть… Сколько там?

- Ну, там, где-то, - мычу я.

- Я тоже запамятовал… а впрочем, это пустяк… я это, только так… между прочем… Не желаете ли с дорожки?

Я мотаю головой, как конь Пржевальского.

- Ну вот и славненько.

Мы выпиваем по рюмке коньяку.

- Вы знаете, Фёдор Егорович… - начинаю я издалека.

- Что милый!

- Тут такое дело… Непредвиденные обстоятельства… и мама захворала так не вовремя.

- Да-да, я вас слушаю.

- Ну, ей Богу, свободных денег сейчас нет.

- Как нет, - майор всплескивает руками и делает плачущее лицо.

- Голубчик, ведь вы на пол года брали! – говорит он писклявым голосом. – Я вас хорошо понимаю! Мама больна и прочее! Но мои финансы тоже не резиновые. Я бы вас и не дёргал, если б не крайняя нужда! Ах, вы меня просто топите… честное слово топите. После праздников мне кредит погашать нужно. Я рассчитывал на эти деньги. А вы… ах, боже мой… вы, извините, но это даже бессовестно… я от вас этого не ожидал.

Майор ещё долго читал нотации, но отсрочку дал, на месяц. А что ему оставалось делать?
Я вышел на улицу весь красный и вспотевший.
Мы садимся в машину.

- В Кленово, с-с-скотина!

****
Брат жены, Вася, современный молодой человек без определённой профессии и определённого заработка.

- Ура-а! - закричал он, когда Верочка дарила ему новую рубашку. - Как хорошо что вы приехали.

Он целует сестру, меня и двух девиц, что сидят на кухне и хихикают, скачет, прыгает, потом, сделав серьёзное лицо, отводит меня в другую комнату и шепчет:

- Скверная штука, братец… Перед праздниками, понимаешь, потратился, Верочке открытку купил… туда-сюда…ну в общем, денег нет… Положение гадкое…Вся надежда на тебя!

- А что я могу сделать?

- Как что, - удивился Вася. – дай денег, пару тысяч.

- Ей Богу, Вася, у меня самого карманы пусты, - божусь я.

- Оставь, Вальдемар, это же свинство.

- Но уверяю тебя…

- Я всё прекрасно понимаю, не хочешь давать, так и скажи, - надувает губы братец жены.

- Вася…

- Тогда одолжи до зарплаты.

- Какая зарплата, ты же не работаешь.

- Ах вот как ты заговорил. А ты забыл что я для тебя сделал! А, напомнить. Что, крыть нечем. Кто тебя в банк устроил? А ну, говори! Что молчишь.

- Ты мне только ссылку на сайт сбросил, где объявления бесплатные печатают.

- А я и говорю! Если б не я, кем бы ты был ? А.

- На, держи пять сотен.

- Пять сотен, - взъерепенился Вася. – Не-ет, всё Верочке расскажу… я ей глаза открою, пусть она знает, какой у неё муженёк…

- Бери ещё пять сотен и отвали.

Я хватаю жену за руку, и мы едем дальше.

****
Крюково. В Крюково живёт наш кум, барыга и взяточник - советник мера Поленов. Он хватает нас и тащит за стол, что ломится от различных яств, разносолов и алкоголя.

- Нет-нет-нет! – орёт он, наливая мне большую рюмку коньяку. – Не смей отказываться! По гроб жизни обидишь! Не выпьешь – не выпущу!

- Но Верочка…

- Верочка, мы же мужики, правда?

- Да, конечно, - Верочка улыбается, рядом с ней сидит молодой человек с тонкими чертами лица, хорошо пахнущий.

Делать нечего, я скрепя сердце выпиваю. Кум в восторге.

- Богатырь, во богатырь! Давай ещё по одной!

- За что?

- За то, что ты хороший человек, давай ещё выпьем…

- Ни-ни-ни, - засуетился я.

- Обидишь! Не выпущу.

Пью вторую, третью, четвёртую…

- Спасибо кум. Надо выпить ещё, за дружбу!

Пьем. Выпитое подействовало как-то живительно. На следующем визите я долго прощался и жал лапу псу хозяина, при этом настойчиво приглашал его в гости. Как добрались до тёщи, не помню.

****
На следующее утро.

- Вальдемар, скотина, вставай! – кричит жена.

- Да пошла ты, - я поворачиваюсь на другой бок и начинаю храпеть.