Херакл : Фантом

20:37  01-07-2005
У нее нет имени, нет тела. Ее нельзя схватить, ударить, прогнать. Она всегда рядом, даже когда ее нет. Стоит только отвлечься от дел, на минутку сомкнуть глаза, как она проникает в мое сознание. Смешно, но я не знаю, как она выглядит, да и как может выглядеть то, чего нет? Странно, что она имеет определенный пол. Однако то, что так вольготно располагается в хитроросплетениях моего разума говорит со мной приятным женским голосом. Приятным до тех пор, пока я не сопротивляюсь ее воле и не спорю с ней. В эти минуты в ее голосе появляются такие нотки, от которых мне становится жутко. Она знает все - все, что было и все, что будет. Иногда она предупреждает меня об опасностях и неприятностях . Иногда наказывает - и я попадаю в историю. Правда в итоге все улаживается - с ее помощью.

Когда все это началось? Трудно сказать. В детстве мне снились странные сны, оставляющие тревожное, тоскливое чувство. Его быстро вытесняли дневные заботы - речка, щенки, война с двоечниками-близнецами Санькой и Витькой за участок улицы, где жила Катя. Первый же ясно осознанный мной контакт случился в парке, за танцплощадкой. Я тогда закончил кое-как восьмой класс и уже больше интересовался Катькиными коленками, чем алгеброй. Старые конкуренты по этому предмету подкараулили меня как-то вечером на тропинке под соснами.

Ребята они были щуплые, но уже постигли кое-какую науку от своего дядьки, проведшего немалую часть жизни далеко от дома. И сейчас у Витьки в руке четко щелкнула выкидуха, Санька же держал руку за спиной. Я уже знал, не видя, что там находится. Дальше я был скорее зрителем, чем участником. Витька двинулся ко мне и запнулся о корень, которого на тропе никогда не было. Падая он подогнул руку под себя, на мгновение мы встретились взглядами. Лучше б я не видел этих глаз. Ненависть, беспомощность и страх. Санька же просто выронил арматурину, схватился обеими руками за горло и медленно осел.

Потом были похороны. А она говорила со мной этой ночью - не во сне, а в те минуты, когда я в поту вскакивал от жуткого Витькиного взгляда. Я лежал, вглядываясь в темноту, а в голове звучал ее голос. Я тихо спрашивал ее - кто она, откуда, я кричал шепотом, прогоняя ее - она смеялась в ответ. Нет, не смеялась. Она никогда не смеется -ее голос звучал, как смех, больно отдаваясь в голове.

- Тебе жалко этих уродцев? - спрашивала она, - так по вашим меркам я сделала благо. Витька начал бы с тебя. А впереди у него - горы трупов. Помнишь, как они с Санькой убивали кирпичами кота? Не спеша, с наслаждением, и тебе тогда досталось от них, когда пытался спасти несчастного.
- Зачем ты помогла мне? Зачем я вообще тебе нужен?
- А это, цыпленок, тебе пока не понять, - серебристым холодным смехом прозвенело в голове.
- Впрочем, ты можешь с ними побеседовать - они на тебя не в обиде.

Тут только я осознал, что то, что я принимал за зыбкие тени от занавесок, на самом деле было двумя полупрозрачными силуэтами, которые после ее слов стали более осязаемыми и медленно поплыли ко мне, все более уплотняясь. У меня крепкий мочевой пузырь. Только это спасло меня от позора, но нервы не выдержали - я отключился.

Утром я проснулся с тяжелой головой, на этот раз помня все до мелочей. Я еще лежал с закрытыми глазами, когда что-то прохладно-неосязаемое прошло сквозь меня и сразу стало легко и приятно - она умела успокаивать.
- Проснулся, цыпленок, - прозвучало откуда-то сверху.

Она была ревнива. Нет, не так, она считала меня своей собственностью. Я сумел отключиться от ее присутствия на тот день и ту ночь, которые мы с Катей провели на берегу речушки. Вернее - Катя заполнила собой все уголки сознания и моя страсть оказалась сильнее назойливого фантома. Но она умела мстить. И уже на утро я держал Катю на руках и не мог сообразить, что происходит, не мог сдвинуться с места. А Катькины серые глаза постепенно угасали.

Фантом был рядом. Я чувствовал ее присутствие, ругал ее последними словами, но голос молчал. Ночью я опять вскочил в кошмарном поту. Мне снилась Катя. Я пришел в себя и тут мои волосы встали дыбом. Катя сидела на кровати. Я осторожно протянул руку и почувствовал тепло ее ладошки.

- Ты... ты жива? - задал я тупой вопрос.
- Жива - просто ответила Катя.
Я не знал, что думать и что делать. Спросонья еще плохо соображая, я все же понимал, что этого не должно быть. Но чувство сильнее разума и я притянул Катю к себе.
-А как же... там.., - начал было я, но она закрыла мне рот своими теплыми губами. Все закрутилось в шальном дурмане...

Мы лежали рядом, откинувшись на сбитые подушки и молчали, взявшись за руки. И тут меня как током шарахнуло! Голос... Это был не Катькин голос! Тварь, она настолько отбила способность соображать, что я не обратил на это внимания. Я вскочил с кровати, отдернул занавеску. Комната наполнилась лунным светом. На кровати никого не было. Откинул одеяло - на подушках остались вмятины. Две.

- Ты мне понравился, цыпленок, - эхом отдалось в голове.
- С-су-ка, она ж была живой и теплой. Что это? Как это можно?
- Уже остыла. И спокойно лежит в доме матери. А тебе понравилось?
Я скрипнул зубами и сжал кулаки.
- Не сучи лапками, цыпленок, завтра из-под земли даже я не смогу ее достать. А жаль, - последняя фраза прозвучала как холодный издевательский смех.
- Сдохни, тварь, сдохни! Исчезни! - я уже не мог сдержаться. Я впился зубами в руку, пытаясь болью выдавить фантом из головы.
- Только вместе с тобой, цыпленок, тебе это надо? - фантом ушел, его место заняла боль.

- Мразь, гадина.., шипел я, подбираясь к металлической лестнице на стене водонапорной башни. Еще по пути сюда фантом пытался остановить меня, но я уже мог, пусть и не полностью, ослабить его власть. Я воткнул себе в бок ржавый штырь, выдранный мной из соседского забора. Боль была страшной, в глазах все расплывалось, но фантом при этом не мог полностью контролировать меня. Можно было прямо в сердце, но я не был уверен, что смогу попасть, как надо.

Она изменила тактику. Теперь в ее голосе ощущались тревожные нотки.
- Цыпленок, ты же сдохнешь сейчас.., - я вырвал из бока штырь и с силой вогнал его в бедро - ноги задрожали, в глазах потемнело. К горлу подкатилась тошнота. Но фантом замолчал. Я вцепился в лестницу, повисел на руках, потом подтянулся так, чтоб затащить раненую ногу на первую перекладину. Опершись на нее, я наступил здоровой ногой повыше, но тут раненая нога подкосилась и я еле удержался на лестнице. Уже на середине пути она опять обволокла мой мозг.

- Придурок, я дам тебе власть, огромную власть - деньги, бабы, только подрасти еще чуть-чуть. Мне надо, чтоб ты жил, я могу существовать только с тобой...

Я откинул голову и с силой ударился зубами об перекладину. Руки ослабели...
- Нет! - Знакомый голос поднялся до визга и пропал. Я полз выше, чтоб наверняка. Кровь собиралась во рту и попадала в легкие. Еще немного... Еще...
- Не-е-е-ет!
Я отпустил руки...