отец Онаний : Ногти

Жили мы бедно и единственными сладостями доступными мне были ногти на ногах у моей бабушки. Зато их я мог мусолить сколь угодно долго. Да и бабушка млела, пуская слюни и тихо попердывая когда я делал это. Хорошие были времена.

А потом бабушка умерла. В очереди в собес. Так обычно и поступают настоящие коммунистки. Её ещё три дня не трогали, думали, что очередь так и не подошла.

Перед похоронами мне сказали, что я могу взять любую вещь бабушки, на память. И я, вооружившись плоскогубцами, вырвал все её ногти на ногах. Из них я сделал ожерелье. Очень им гордился. Начнёт сосать под ложечкой, я аккуратно положу в рот один из ногтей и наслаждаюсь.

А потом жизнь стала совсем тяжёлая. Даже обсасывание бабушкиных ногтей не давало прежнего наслаждения. Вдобавок я пристрастился к рукоблудию, которое отнимало у меня всё свободное время.

Однажды, за таким занятием меня застукал отец. Я сидел на своей кровати, держа во рту один из ногтей бабушки и зажмурившись от наслаждения наяривал своего гусёнка. Увиденное навело отца на мысль, что от такого сына нужно срочно избавиться. И меня сослали к дедушке по другой линии.

Тот дедушка был очень суровым человеком. Про него говорили, что он совсем того. Но я поначалу не верил. Я всем давал шанс. А потом в бане я увидел ногти дедушки. Они были огромными, загнутыми к низу, землистого цвета. Я буквально лишился дара речи, так мне захотелось их облабызать. Но дедушка, поскреб ногтями пол и посмотрел на меня очень признательно.

Моё желание и мой голод крепли день то дня. А ногти дедушки с каждым походом в баню становились всё притягательнее и притягательнее. Я ждал. Я надеялся. Я верил.

И вот однажды дедушку сбил трактор. До больницы старик так и не доехал. Так как я был единственным близким родственником, то мне полагалась всё имущество дедушки. Только меня мало интересовал дома и коза Дашка. Ногти. Вот единственное, чего я по настоящему жаждал.

И перед тем как похоронить дедушку, я вырвал все десять ороговевших уродцев с пальцев ног старика.

Поминки шли своим чередом, а я укрывшись в козлятнике, с наслаждением сосал ногти старика. С таким упоением, что у меня случился стояк. Коза Дашка протяжно заблеяла, ощутив в своём помещении повышенный градус тестостерона и возможный коитус не по согласию. А я увлеченный вкусом ногтей случайно подавился самым маленьким, с мизинца. И никто , никто не смог меня спасти.

Умирая, я видел как Дашка смотрит своими умными глазами на меня и не болеет, а говорит человеческим голосом :"долбоееееееб, бееее".