Васёк Лучезарный : Синь

Переливая синь из рюмок фонарей
В изъязвленный желудок пьяной ночи,
Усталый разум напрягался, что есть мочи,
Понять себя. Никто не мог помочь и
Спасти его от мыслящих зверей.


Никто не оказал бедняге милость,
Так что свихнуться близилась пора.
Дожить едва ли смог бы до утра,
На месте сердца зиждилась дыра,
Но где-то рядом музыка струилась.


И под её ветвисто-нежной сенью
Полубезумный разум тихо плачет,
Не может, безутешен, жить иначе,
И мрачной этой ночью грачьей
Он ждëт, от музыки придëт спасенье.


Грозился разум, сам себе палач.
Смерть подползала, выставляя жало,
Но только музыка его спасала,
Волной звучаний нежных укрывала,
А то внезапно восклицала: «Плачь!

Всë выплачь, чтоб до самого конца!
Забудь себя, что был когда-то гордым!
Что жизнь потратил на пустые годы» —
Звучали так суровые аккорды,
И слезы капали, что тяжелей свинца.


Вошла в сознанье музыка небес
И синевою разошлись чернила,
И мраком ада буря закружила.
Она стонала и волчицей выла,
Пока проклятый морок не исчез.

Теперь молчи. Свой день пора встречать.
Светлеют и желтеют, розовеют
Вселенной дали. Смотрят ротозеи —
Окошки дома Рихарда Нирнзее,
И в мире, в целом, — тишь да благодать.