алексей чудинов : лес

светило встало, как похмельный штукатур,
спецовку разноцветную напялило,
а лес проснулся гол, костист и хмур:
Але, не понял, што это за палево?
А где же мой цветастый лапсердак
от Валентино, да кому он нужен, нах?
и Солнце покраснело, словно мак,
но лишь курило, кашляя простуженно.
С востока потянуло анашой,
и птичьими измотанными клиньями,
они склевали Солнце над рекой…
А лес и не расстроился - Аминь ему.
И кое- как оделся во рванье
с прожилками берез худых из олова,
но в зеркале реки не узнает
себя, уже прощально-невеселого.
Вилась тропинка вдоль него, как шарф,
глаза сквозь тучи синью купоросили…
Небритый лес, как старый Пьер Ришар,
смотрел куда-то вдаль с экрана осени.