Рыкъ : Повесть о герое моего времени, его друге, крысе и карме

20:12  22-02-2006
Повесть о герое моего времени, его друге, крысе и карме.
(Все события и персонажи вымышлены)

Утро не предвещало ничего хорошего. За окном стояла испепеляющая жара и банда каких-то ебанутых подростков, включивших на всю катушку не менее ебанутую группу «Руки вверх» и плясавших под такой незамысловатый акомпанимент модный ныне танец брейк. Вдали гудели клаксоны автомобилей, заебавшихся стоять в пробке. От помойки, расположившейся неподалеку от пятиэтажки разило протухшей капустой и говном бешеных собак, которое имеет свой собственный навязчивый запах. На подоконнике же шумно еблись тараканы, громко скрипя усами о стекло и предоргазменно охая на всю ивановскую. Хотя, тараканы и запах говна бешеных собак вполне могли быть плодом больного воображения нашего героя, до конца еще не вышедшего из алкогольной прострации, нагнанной на него тремя литрами водки и танцами с какой-то стремной облезлой и потасканой старухой.

Наш герой – мохнатое животное-карлик – уже битый час лежал на кровати, свесив толстую волосатую ногу и схватившись за живот. С его сухих и бледных губ слетали ругательства и обещания убить «эту охуевшую пенсионерку с ее тухлой крысой». Под кроватью лежал крокодил и во сне пытался укусить нашего героя за пятку свешенной ноги. Ему снился Шестакович в голубом чепчике и красных туфельках, дирижировавший и вертящий дряблой голой задницей. Крокодил подпердывал под звуки снившейся мелодии и бурчал животом.

- Э, крокодил, ты хули пердишь так резко? Отравился что ли?
- Аф э? – проснулся крокодил и зачем-то облизал пятку мохнатого животного.

Со словами «ну будет, будет ласкаться-то» карлик достал из изношенных серых штанов волосатый хуй и начал остервенело дрочить, высовывая язык и гладя себя свободной рукой по пузу. Через двадцать минут безуспешной дрочки животное с горя плюнуло в потолок и обратилось к лежащему под кроватью другу, уже почти опять заснувшему.

- Слы, крок, а пососи мне хуй.
- А пошла ты нахуй, Чебурашко, - послышалось из-под кровати.
- Нахуй, между прочим, только твоя жопа хороша, ебаный ты гомодрил. А друзья должны выручать друг друга в беде. Я бы вот тебе последней рубашки не пожалел, была бы она у меня.
- Ты тоже сравнил, рубашку дать и на клык накинуть. Довольно-таки разные вещи.
- Хули разные-то? Вовсе и не разные. Тут все дело в дружбе, помощи, понимании и сострадании. Бум? – потряс хуем Чебурашко.

Обиженный крокодил вылез из-под кровати и, махая обрубленным хвостом, пополз в направлении кухни. Через минут он вернулся с громадными ножницами для стрижки кустов и попытался отрезать Чебурашке хуй, но хуя он, как не искал, найти не смог, поэтому решил отрезать Чебурашке ухо.

- Чебурашко, ты гандон распоследний, как посмел предложить своему лучшему другу пососать немытый хуй? Тварь ты испорченная, - и уже было начал сводить лезвия ножниц, как мохнатый зверек вдруг встрепенулся и заскулил.
- Э, Генний Христофорыч, ты чего буянишь? Я по-дружески попросил, в шутку, а ты сразу в штыки, как последний мудак.
- Тотоже, - поостыл крокодил.
- Ген, а чего ты такой зеленый-то не пойму, перепил что ли? – с заботой в голосе спросил Чебурашко.
- Дык, я всегда зеленый, как колбаса и елка. Родился таким.
- Ну да. Забыл-с.

В комнате повисла пауза. Чебурашко первым прервал молчание.

- Ген, а хули Пауза-то на люстре висит? Ты ее закинул?
- Где? – удивленно спросил крокодил.
- В пизде, блядь. Чего в квартире дохуя люстров что ли?

Крокодил почесал затылок и аккуратно снял привязанную к люстре за хвост крысу Паузу. Пауза не двигалась и скорее всего уже давно умерла от прилива крови в мозг. Гений погладил ее толстым зеленым пальцем и тяжко вздохнул:

- Издохла, серая. Чего же Шпокляко ее с собой не забрала когда уходила?
- Ты вообще что ли ничего не помнишь, зеленый? – подавляя смех, сказал Чебурашко – Ты же ей вчера открывал секреты анального сношения. Она после сеанса не то что крысу, имя свое забыла.
- А, ну да, - устало подтвердил крокодил - А ты чего же тогда делал?
- Я, - замялся Чебурашко, - я вот Гетте штудировал...

И показал грязным пальцем на разорванную книженцию в мягком переплете, на обложке которой виднелось слово «Гамлет»

- Так то не Гетте, то Чехо... – глаза Гения вдруг сузились, - Слы, шерстяной, а чего это у крысы вся срака порвана?

***
Друзья шли по улице и молчали. На ухе у Чебурашки весело тельце мертвой крысы, а Гений пережевывал лодыжку подростка брейк-танцора, который по глупости назвал вышедшего из подъезда крокодила «зеленой гориллой». На этот раз молчание прервал крокодил:
- Бля, моток говяной ваты, скажи еще раз почему у Паузы до гланд раздолбана срака. Только ты по-крестьянски объясни, а то я из-за этой ебаной дискриминации так институтов и не заканчивал.
- Ну, Гений Христофорыч, тут чтобы объяснить нужно использовать специальные биолого-физиологические термины. Без этого никак. Вот смотри, мейцефолия животных такова, - Чебуршка всегда, когда врал придумывал какие-то новые трудно выговариваемые термины, надеясь, что неуч-крокодил, будучи запутанным псевдонаучными терминами, не поймает его на пиздеже, - что при повышении внутрипечечной температуры сфинктер, рассчитанный на давление в пять омъ, не выдерживает и взрывается, разрывая анальное отверстие на семь Эйзудовых полоскательных плоскостей. Перефразировав, можно сказать: В Паузе накопилось так много говна и шкурок от сарделек, что жопа не выдержала и разорвала сраку. Кстати, надо сказать, что смерть абсолютно безболезненна и моментальна.

Чебуражко под конец своей речи так распылился, что даже начал жистикулировать и махать над головой тушкой Паузы, как если бы она была каким-то лассо. Но крокодил оставался хладнокровным и недоверчивым.
- А как ты ответишь, запиздившейся кусок шерсти, если я скажу, что мне очень сильно кажется, что ты нагло присунул свой облезлый хуй бедной и пьяной крыске? И умерла она именно от этого, а не от скопившегося говна.
- Не, ну, зеленый, ты чего мне не веришь? Я же не зря институты кончал с красным дипломом. Я же эксперт в области мейнецефолии.
- А ну да, но мне все-таки кажется, что ты пиздишь как дышишь. Вот в тебе говна, как в мамонте, однако ты же не взрываешься, а спокойненько так подпердываешь где не попадя. А?
- Чего ты акаешь? Бе, блядь. У меня, ясный хер, нету и в помине никакой мейнунацафалии, потому и не взрываюсь, - Чебурашко был на грани нервного срыва, - смотри, моя расса феномологически составлена из корней фосфора и пероксида, поэтому у меня не может быть майнцуфалии, когда как крысы только этой майнцуфалией и живу...
- Да хуй с тобой, облезлый, - махнул рукой уставший крокодил, - Теперь слушай меня всеми своими уебанскими ушами эхотронами.

И Гений начал говорить, время от времени загибая пальцы на лапе:
- Если я что-то знаю наверняка, так это Путь Истинного Буддиста. Моя бабушка, мир ее болоту, научила меня карме и как ею пользоваться. Так вот карма это такая заумная хуйня, которую придумали монахи Тибета. Так вот весь смысл в том, что если ты делаешь много плохих дел, то твоя карма становится плохой и...
- Так это ж чанкра, - перебил мохнатый зверек.
- Да заткнись ты, уебище из коробочки... Так вот, твоя карма становится плохой, как прокисший апельсин, и с тобой начинают происходить всякие хуевый вещи. Поэтому чтобы исправить карму нужно сделать столько же хороших вещей, сколько ты сделал плохих. Иначе пиздетс. Поэтому мы должны найти новую крысу и отдать ее старухе Шпокляк, да так чтобы она не почуяла подмены. Это и будет нашем хорошим делом. Чем больше мы будем делать хороших дел, тем больше хорошего будет приключаться с нами самими. То есть плюс один к карме сегодня, означает какой-нибудь позитивный ништяк завтра.
- Гений, - запротестовал ленивый Чебурашко, которому не хотелось лазать по подвалам и отлавливать крыс, - но это же не научно!!!
- А такова жизнь, мой друг. Такова жисть, - с горечью произнес крокодил и замахал обрубленным хвостом, - Ты думаешь я по пьяни под каток хвостом попал? Хуй там! Это карма меня наказала за всех антилоп, которых я съел.
- Гений, но ведь крыса сама умерла. Это ж все из-за мейнцифаналии этой ебаной, пускай карма ее и наказывает.
- Понимаешь, Чебуражко, меня сейчас обуяли адские сомнения. Мне вот кажется, что я сам эту крыску и навертел на хую. Пьяный я был, не понимал что делал. Ты уж извини, что я сразу на тебя-то подумал, у тебя и хуя-то такого нет, чтобы крысе гузло порвать...

И Гений начал лить крокодильи слезы. А Чебрашко, обрадованный поворотом событий, ехидно пропищал:
- Ну что же, тварь зеленая, согрешил, значит тебе и крысу ловить.

***
Из подвала доносились ругательства и писк. Что именно пищало, и каковы были ругательства – неизвестно, так как наш герой – Чебурашко – уставший от ожидания и мучимый жаждой, не стал вслушиваться и закосолапил в сторону ларька на предмет купить пива. Проблема вся заключалась в том, что, будучи карликом, дотянуться до прилавка Чебурашко мог только во сне и то редко. Поэтому ему пришлось стучаться в дверь и покорно ждать когда из-за нее выглянет продавщица Клава. Однако, она все не выглядывала, и Чебурашко занервничал. «Суки, дайте мне пива, пидарасы вонючие», стучал он в дверь кулачками. «Родину продам, дайте только кеглю пивка, суки вы бессердечные». Вдруг дверь распахнулась, чуть не снеся животное, и перед Чебурашкой открылся волнующий вид: на полу раком стояла продавщица Клава со страпоном в попе, а рядом красовалась крайне привлекательная женщина лет двадцати, вся в латексе. На голове у нее была маска в виде кошачьей мордочки.
- Киска, слы, а можно я тебе помогу Клавку оприходовать, - заговорчески спросил Чебурашко, напрочь забыв о пиве.
- Иди ты на хуй, помесь крысы и мартышки. Я сама ее отымею, - закричала девушка-кошка, - Ты пива хотел? Не тебе пива и вали отседова.
- Ну уж нет! Не откупишься теперь. Я всю жизнь хотел потыкать настоящую женщину.
- И речи быть не может! Это моя игрушка. Иди давай. Вон у тебя крыса на ухе болтается, ее и еби.
- Ну плиз, киска, будь ласка. Не дай умереть девственником.
- Нет, - отрезала миловидная девушка и начала закрывать дверь.

Но Чебурашко не мог упустить момента: он сначала быстро растряс пиво, отвинтил крышку и направил вырвавшуюся из горла струю прямо в лицо девушки. Та, видно, очень сильно испугалась жидкости (еще бы! как никак кошка!) и кубарем выкатилась из киоска. Через пару минут ее и след простыл. За эти пару минут Чебурашко успел скинуть с себя штаны и привести себя в дееспособный вид. Но продавщица Клава каким-то непостижимым образом выпуталась и начала целовать мохнатую мордочку Чебурашки.
- Спаситель ты мой! Хорошенький. Отогнал энтих садомазов триклятых. Умничка. А сам-то малюсенький какой, как игршка. А ведь сильный и храбрый, прям как лев. На тебе пива. Вот еще возьми. И энтого тоже. Давай я тебе в пакетик полажу. А как ты ее обманул-то, мол давай я тебе помогу. А сам-то, сам-то... – голосила от радости Клава.

***
Уже темнело и друзья сидели на скамейке на детской площадке. Около скамейки лежали пустые бутылки от пива и споенные дети дошкольного возраста. И Гений, и Чебурашко был пьяны и, обнявшись, пели «Тыжменипыдманула...»
- Чебурашко, а я не понимаю, чего тебе Клавка на радостях в попу не дала? Ты ж ее спас вроде.
- Да чего не дала-то? Она-то может... ик... и дала бы, тока я бы не взял все равно. Мне знаешь ли, зеленый, не приятно живых существ в попу долбить. Я еще могу, если они связаны или уж совсем беззащитны, аки крыса...
- А чегой-то ты про крысу-то опять? – насторожился крокодил.
- Да это я так, как говорится, жон жур ме поле жу, - опять придумал что-то Чебурашко, - для поддержания беседы типа.
- А ну да. Тебе, кстати, за то, что Клавку спас плюс один к карме. А вот мне за то, что ни одной крысы не нашел – минус.
- Ой, ладно, зеленый, пойдем к старухе. Признаемся как крысу в жопу вые... Ну в смысле ты признаешься, а я для моральный поддержки. У нее, между прочим, варенье ежевичное в шкафу лежит, если не съела еще. Может спиздим от нечего делать?
- А как же карма?
- Так ежевичное же.
- А ну да. Пойдем тогда.

***
Те три минуты, которые лифт вез наших друзей к этажу Шпокляк, показались им самыми долгими в их жизни. Крокодил еле сдерживал слезы, думая о предстоящем объяснении, а Чебурашко прикидывал как бы спиздить побольше варенья и тоже волновался. «А вдруг заметит. Она же за варенье хуй оторвет, карга старая».

Когда открылась входная дверь, у ног крокодила уже была лужа из слез.
- Старая, ты уж не серчай на меня, обормота зеленого, - сказал Гений и снял тушку крысы с уха Чебурашко, - убил я Паузу твою.
- Ба! Менопаузу мою убил? – Шпокляк начала сексуально облизывать свои старые губы.
- Да нет, карга, крысу на хую завертел. Паузу. – вмешался Чебурашко.
- Ба! Та этошь и нэ моя крыса. Моя крыса вона телевизор смотрит. Ты чего хлопец! Это друга кака крыса. Нэ мая.
Гений заулыбался.
- Ну так и хорошо что «нэ твая». А я-то слезы лью.
- Вы, хлопцы, нэ стойте на дверях-то. Проходитэ в дом. Варэньем угащу, – старуха вдруг ни с того ни с сего облизала палец и провела им по торчащим клыкам крокодила. – Проходи, зеленый. Ты ушь мэня завертел вчера ноченькой-то. Ублажил старую.

Друзья вошли в маленькую квартирку и начали пить чай с вареньем. Они смеялись, радовались и предавались ностальгии.
«А помнишь, как про нас фильм документальный снимали...»
«А помнишь, как зеленый на сцене пернул...»
«А помнишь, как мы крыску наряжали...»
«А помнишь...»
«А помнишь...»
«А помни...»

Домой Чебурашко и Гений пошли уже за полночь.
- Ген, так значит нет у тебя никого минуса к карме!? Живем, Ген!!!
- А ну да.
- Чего-то я даже проникся этой кармой. Я теперь тоже ее в порядке держать буду. Будем вместе дела добрые делать. Да, алкот зеленый?
- А ну да.

И вдруг под ноги им выползла побитая девушка-кошка. Она была настолько немощна, что только и смогла прохрипеть: «Собаки затаскали. Поможите!»

«Плюс один к карме», подумал Чебурашко и спустил штаны.

КОНЕЦ

_________________
Рецензии на повесть:
Ю.Влошкина, кандидат филологических наук: «Повесть несомненна интересна, но поражает своим цинизмом. Так издеваться над известными персонажами – нельзя.»
Ж. Анкина, ученица четвертого класса: «Это очень харошая книга. Она мне очень понравилась потому что помогла переосмыслить моих любимых героев. И научила хорошим словам: страппон, хуй, алкот...»
Хуй Ян Цзы, китайский драматург, духовный лидер, основоположник секты «НеоКарма»: «Ий цзы ии ку карма. Сын ий ии зы ебать анал. Аль иййийи пиздетс.»
Джон Фпирелли, профессор литературы в Оксфорде: «A wonderful piece of narrative that elucidates a number of different attention-worthy issues. Moreover, it provides a very valuable insight into Russian society and its folklore. To thumbs up! »