Не Понятный Шум.

Автор: Тоша Кракатау Не Понятный Шум.

День первый.

Доктор, мне не спокойно, я взволнован. По подробнее? С какого момента начать? С детства? С детства не помню. Я начну с утра.
Было лень вставать. Зима, знаете ли, темень за окном и этот Не Понятный Шум. Я позже о нём расскажу. Нет, не забуду.
Так вот утро. Будильник на сотовом старой модели, из тех, чей звонок не многим мелодичней скрежета зубов. Глаза не хотят открываться. Я их поддерживаю, разумней было бы поспать, но работа. Надо. Делаю над собой усилие и сваливаюсь с дивана в тапочки. Нет, не то, чтобы целиком, доктор. Ногами в них попадаю. Кстати, доктор, а у вас есть тапочки? Есть?! Я так и думал!
Далее. Иду в туалет, затем в ванную, на кухню… ну, чай, сухое печенье, беру сигарету и опять в туалет. Да, доктор, я курю. Как это вы догадались?
Так, тут мы подходим к самому интересному. Тоесть к входной двери. В смысле я подхожу. Понимаете? Не поняли? Ну, не суть. А, вот ещё, доктор. Вам не приходило в голову, что, находясь внутри дома, разумней было бы входную дверь называть выходной? Не смейтесь, я серьёзно, впрочем, я отвелёкся.
Подхожу, значит, к выходной двери, а на ней записка. На белом листе формата А4 чёрным фломастером написанно: «Слышишь Не Понятный Шум»?
Представьте моё удивление, доктор. Да, я живу один. Нет, ключи от квартиры есть только у меня. Я, конечно, кинулся проверять все окна. Оказалось все закрыты. Более того – заклеяны на зиму. Как я поступил? Так же, как поступил бы любой разумный человек. Взял чёрный фломастер и написал: « Да, я слышу Не Понятный Шум». Ага, на том же самом листе. Нет! Я не пью! Наркотики, нибожемой! Как вам такое в голову пришло, доктор?! Я работаю диджеем, какие уж тут наркотики?

День второй

Ох, доктор, что вы так часто вспоминаете про Не Понятный Шум? Неужели это так важно? Впрочем, вам видней. Хорошо, я его опишу. Он… он как гул летящей саранчи, если слушать его через мягкую сеточку, вроде тех, что крепятся к студийным микрофонам. Да, гул саранчи, но несколько приглушённый.
Мешает ли он мне? Я бы не сказал. Чего бы я хотел? Хотел бы я, чтобы он пректратился? Вы знаете, мне всё равно, мне просто хочется понять его природу. За этим я к вам и обратился. Я неоднократно спрашивал своих не частых гостей, слышат ли они то, что слышу я, и все как один заявляют, что не слышат ровным счётом ничего.
Хорошо ли я сплю по ночам? Да, доктор, со сном проблемм нет…хотя, постойте, вот что. Мне иногда кажется, будто я умираю во сне. Перестаю дышать, проваливаюсь в пропасть и, проснувшись, подскакиваю на кровати, жадно глотнув воздуха. Впрочем отдышавшись, я быстро засыпаю опять.
Вот какой мне недавно приснился сон. Вся земля покрыта огромными домами, плоскими и очень высокими. Вроде как пачка дамских сигарет, понимаете? На планете нет уже места, она перенаселена. Почти нет рек, совсем нет лесов, и только бесчисленные люди теснятся в своих небоскрёбах. Места настолько мало, что каждый ютится в продолговатом ящике, напоминающем гроб. Только этот гроб снабжён всеми удобствами.
Фасад небоскрёбов усеян квадратами, каждый такой квадрат это чёй то дом. Понимаете, доктор, стена как шахматная доска, расчерчена на квадраты.
В моём сне я один из людей в балахонах. Чёрных балахонах. Мы ходим по узким улочкам, что между небоскрёбов, и смотрим на стены. Дело в том, доктор, что дом-гроб светится на стене, пока в нём обитает живой, а когда человек умирает, то гаснет свет и мертвец остаётся в своём доме навсегда. В этом мире хоронить людей негде, нет места. Люди обретают покой там, где жили.
Я и несколько моих товарищей в чёрных балахонах, ходим меж домов и смотрим. Смотрим на рисунок из светящихся и погасших квадратов, чтобы понять путь смерти. У нас есть с собой специальные дощечки, на которых мы помечаем те самые квадраты. На каждый дом своя дощечка с чёрными и белыми квадратами.
Как смерть делает свой выбор? По какому принцыпу? Отметив на дощечках несколько домов, мы сравниваем их. Анализируем. Мы называем это Рисунок Смерти.

Доктор, вы бледны. Что с вами? Вам плохо?

Эпилог

Доктор, вы меня простите. Я всё придумал, всё соврал. Не было никакого «Не Понятного Шума». Не было записок на двери. Мне просто был необходим ктолибо, кто выслушает то, что созрело в моей голове. Кто бы выслушал меня? Кто бы дал мне возможность высказаться? Лишь тот, кто заранее был подготовлен к необычному, к не нормальному. Поймите, множество идей вскипали во мне, жаждали быть услышанными. Вы молоды, к томуже вы женщина. Наверное, не стоило подвергать вас этому испытанию. Однако, я полагал, что в силу вашей профессии, вы подготовленны к такому…
Так вот ваша плата, возьмите. Нет, не стесьняйтесь, не говорите, что вы не помогли мне. Вы очень помогли. Я высказался. Теперь прощайте, доктор! Мне ещё о многом надо поразмыслить. Наедине.