Пульс ЛитПрома: последние комментарии

Евгений Морызев: У афтора сегодня днюха, с чем его и поздравляем.

алексей чудинов: я таг скажу - банально - если идти, то дойдешь. Или хотя бы приблизишься. Сколько людей из провинции, гастеров пробиваются в жизни и сколько благополучных горожан из обеспеченных семей опускаются на дно. Видел много раз и то и то. Мечта - начало, главное продолжить.

Дом у моря...да это красиво, но через полгодика-год взвоешь. Смена места и образа жизни - тяжелейшая штука.

:огда-то много лет назад увидел на Пукете объяву - продается дом и стрелка - где. Прошел метров сто и: на самом берегу, метров двадцать над морем( безопасно от цунами), дом, мангальница рядом...короче мечта. Стоил тогда 6 мильёнов бат, бат был один к одному с рублем, денег почти хватало. Прямо загорелись с женой. Слава богу, не срослось. Много серьезных нюансов. Про аренду - сказки. А сейчас люди, накупившие недвижки заграницей, в жуткой жопе. В финляндии например.

Одно - сейчас подобный дом стоит...тысяч 300-400 долл. И все же.

На море лучче ездить.

Совесть Лета: Игорь, большое спасибо за правки, жму руку. Я внес ваши правки и добавил свои. Финальную версию можно почитать тут: https://proza.ru/2026/01/11/100 Жаль, редактора тут не правят.

Митька Вольгемут: #11 Витя, если будет ещё такой комент под моим стихом, пошлю тебя пентоном. На отборном русском матерном. Но пентон будет идеален и по метрике и по ритмике. Я пошлю тебя идеально выверенным по ритмике и стилистике матерным пентоном.

Митька Вольгемут: Качемцев, пентон это застывшая стихотворная форма. Бездушная и бессмысленная как твой комент. Мне раньше не нравились стихи Качемцева. Теперь понял, что комменты ещё хуже. Я бы прочёл и вдумался. Но, Качемцев, в вашем комментарии вдуматься не во что.

Постскриптум- пентон и гексон мне не интересны.

Дмитрий Полосков: Ведь если звёзды зажигают, значит это кому-нибудь нужно…

Виктор Качемцев: А на хрена нам Ахернар?

allo: хорошее да

но два но в конце надо поправить..

allo: читаю. экшн пошёл. скоро развязка походу

allo: хм.. я как раз с глазками на Литпром впервые заезжал.

allo: ггг это фанфик на песенку Колокола* Маркина - Старкова

чёрствые вы люди..

Седнев: По-моему, я уже раз семьсот читал подобное.

Седнев: Немного небрежно зафиналил

allo: апокалипсисом запахло.

читаю, Ген. Литпром не умер. сижу возле аппарата жизнеобеспечения. слежу за стрелками..

allo: Твардовский о солипсизме. молодец Шаня

allo: Барыбино почитать как старый альбом полистать

allo: ну вот и Кая подъехала. хороший автор. может теперь и Чижов вернётся.

Игорь Бекетов: А ведь неплохо, шъёрт побъери!

Прямо-таки ай да ну!

Жми дальше!

Игорь Бекетов: “В общем и целом” (по Швондеру) замечательно. Я не пожалел затраченного на прочтение времени. Форма креоса хороша (есть, на мой вредный взгляд, незначительные огрехи, о которых речь ниже). Стиль лёгок, читаем без труда. Содержание – на злобу дня. Радует, что такие авторы, не смотря на лихолетье, выживают на ресурсе, который, уважаемый Сержант, рубанув шашкой, сгоряча похоронил.

Хочу оговориться в том, что мои замечания есть частное мнение, не обязывающее автора этим замечаниям следовать. Мое видение деталей. Поэтому, когда я непрошено лезу со своими советами (иногда язвительными), это не что иное, как указать на то, что режет мне глаз. А мой глаз мне дорог. Вот в чем дело.

Итак, прокатимся по форме креоса.

“В городе сначала исчез запах хлеба, а потом — запах страха”.

Отличный старт.

“Сердце у него было слишком большое для этого города”.

Замечательно!

“…и кто-то из тех, кто носил форму, переставал существовать как живой человек”.

Может быть, погибал? Это лучше строится с ритмом предложения.

“— Нам нужен человек со стороны, — сказал полковник, не глядя в глаза. — Такой, чтобы не был в этом болоте по уши”.

Все-таки – в нашем болоте.

“Он ушёл из органов три года назад — тихо, без скандала, без оркестра. Просто встал, написал рапорт и вышел, не хлопнув дверью”.

На мой взгляд, выделенное – сорняк.

“Он пришёл на первое совещание в гражданском — старое пальто, тёмная рубашка, лицо без выражения”.

Такое ознакомление читателя с новым персонажем очень поверхностно и не очень грамотно (это выделено)

“— Если вы думаете, что он маньяк, — сказал он после первых пятнадцати минут докладов, — то вы уже проиграли”.

Несколько докладов за 15 минут?

“На экране висели фотографии мест преступлений/ Одинаковая аккуратность. Одинаковая чистота. Ни одного «подписи», как любят делать киношные психи”.

Ясно о чем идет речь, но предложение ущербно для восприятия.

“Его нашли в служебном кабинете. Камеры в коридоре «временно не работали»”.

Системная ошибка автора с помощью кавычек втолковать читателю что-либо. Ясно, что камеры были кем-то отключены, таки же-ж надо это показать парой слов.

“В маленьком городе, затерянном между промышленной зоной и выжженным полем, за двое суток погибло больше половины личного состава. Не «пострадало», не «выведено из строя» — погибло”.

Не нужно засорять текст. Ясно, что куча ментов погибла, к чему лишние слова.

“Те, кто не погиб, либо не вышли на смену, либо исчезли, либо написали рапорты дрожащими руками, не дожидаясь рассвета”.

Дрожащие руки. Это из дамской прозы.

“К третьему дню цифра стала неприличной — около девяноста процентов”

Скорее – жуткой, катастрофичной и т.п.

“Рапорты об увольнении посыпались лавиной. Люди сдавали удостоверения, пистолеты, форму”

Опера, следаки и т.д. будет уместнее.

Полицейская система начала схлопываться, как лёгкие под водой.

Легкие схлопываются при поступлении в них воды, но не под водой. Грамматика.

“Проверки стали мгновенными. Решения — окончательными”.

Лаконично и в яблочко.

“Кого-то останавливали просто за то, что он шёл быстро. Кого-то — за то, что шёл медленно. Кого-то — за взгляд. Кого-то — за отсутствие взгляда. Ошибок не признавали. Ошибки устраняли.

Расстрелы среди бела дня сначала отрицали. Потом объясняли. Потом перестали комментировать.

Города начали напоминать зоны, где жизнь измерялась не законами, а настроением патруля”.

Замечательно!

“…государство, лишённое привычного инструмента контроля, начало бить вслепую. И чем сильнее билo, тем больше трещало”.

Скорее, разваливалось, синонимов много.

“Это — переформатирование реальности”.

Когда же русская литература выблюет этот новояз!

“— Он не воюет с полицией, — сказал он на закрытом совещании. — Он воюет с самой идеей посредника между человеком и насилием”.

Обойма из трех ”он” перебор. Первое и второе “он” неплохо бы поименовать.



Десять лет спустя.



“Воронцов узнал об этом не по календарю — календарей в отделении не было, — а по тому, как изменился звук собственных мыслей. Они стали глухими, как будто между ними и реальностью проложили слой ваты. Иногда вата шевелилась и шептала”.

Посыл ясен, но вышло корявенько даже для дурдома. Глухие мысли, шевеление и шепот ваты... Тут необходимо поразмыслить над текстом.

Пожалуй, довольно препарировать потенциально хорошее произведение. Доработать, и будет конфетка (горькая, к сожалению).

О финале произведения. Финальный аккорд столь же важен, как первый абзац текста. Он, если угодно, должен быть подобен удару хлыста по седлу читателя. Это в идеале. На мой взгляд, такой финал удался лишь одному современному автору, не поверите – не нобелевскому лауреату (их уж я почитал достаточно, не к ночи будь помянуты почти все они), а сетевому, здесь – на Литпроме. Абдурахман Попов ”Магнитный бегемот”.

Ну, мы не гении, как Попов, а посему вот мой вариант финала: бедненько, но чистенько.

Ваше:

“А где-то за стенами больницы территория жила дальше— под контролем банд, под присмотром психиатра, под действием препаратов.

И Охотник продолжал существовать.

Просто теперь он носил белый халат”.

Наше:

А за стеной больницы проходила жизнь. Под присмотром Охотника.

Куб.: