Дневник 14.05 Вторник

Автор: Д.Умник 8.00 Встал. Умылся. Поел.
8.30 Посмотрел в окно. Оделся. Вышел.
8.50 Упал. Сломал палец. Он сильно болел. Кряхтя надувался от приливавшей крови к вискам и немного синел от переполнявшей злости и негодования уже Я. Что было первично в моем незавидном положении не известно: боль физическая или боль моральная. С одной стороны палец, мой собственный палец, был сломан. Он, так долго и безропотно служивший мне, являвшийся достойным окончанием моей главной правой конечности. Он – перст, посылающий по конкретному адресу и составляющий 50% победы Черчиля – теперь по форме напоминал арабский полумесяц. Черт возьми, как я ненавижу арабов. Я их ненавижу даже больше, чем всех остальных. Черножопых и узкоглазых недоносков. Ха! «Недонос´ков» - здесь все дело в ударении. Мы белые уроды, какие-то сраные вонючие носки. Нет, черта с два, я не с вами. У меня своя раса: раса полумесячных ковбоев из северного плато. Но арабов я все равно ненавижу больше за их неподдающуюся описанию и пониманию вездесущность. Я не видел ни одного европейского города, даже в колхозно-фермерской провинции, без грузчиков или барменов с темно-бронзовым отливом кожи и пиздящих на непонятном ближневосточном наречии. Все-таки Най был прав, дихотомия Север-Юг. Скоро мы все сдохнем под натиском этих плодовитых варваров.
8.51 Палец по прежнему болел, вводя меня в мир ускоренных раздумий по поводу настоящего, а что важнее будущего. А будущее казалось более чем плачевным. Мимо проходили люди, подмигивая мне искрами отражавшихся лучей в еще сонных глазах, куда-то спешили красивые автомобили, оставляя за собой шлейф искрящихся брызг, бегали голуби, запрыгивая друг на друга и урча, а мне по прежнему было хреново. Блин, что же делать. Ведь все видят, что мне плохо, а проходят. Проходят мимо, потому что не хотят пускать в свою голову еще одну проблему, пусть и такую мелкую как чужой сломанный палец. А может все дело именно в размере. Прессинг огромных членов и сисек сказывается уже и на рамках человеческого горя, до которых помощь из вне не требуется. Где же человеческое сострадание, над которым так долго размышлял Лермонтов, на пару с Достоевским. Нет его. А может его нет только для меня.
8.52 Да к черту вас всех. Даже если бы ко мне и подошел кто-нибудь из этих доморощенных гуманистов, я бы все равно послал его, не забыв упомянуть о безносой Варваре. Идиотская детская поговорка! Ты же вырос из этого возраста. Вот бы кто-нибудь прочитал твои мысли… Давай не отвлекайся, думай. Этот палец так не кстати. Сегодня же такой ответственный день. День, когда можно сделать так много, а можно не сделать ничего. Ты же бежал к этому дню, наплевательски отлистывая дни и даже годы, лишь бы он быстрей настал. И что теперь? Разбить мечту, как фарфоровую вазу о голову безмозглого вдвֹшника – так же глупо и бессмысленно. Нет, надо что-то придумать. А может закинуться марками и отрубить этот палец нахуй, что бы не болел. В чем логика? Этот палец твой, должен служить и помогать тебе, а в конечном итоге становится причиной облома размером в 2 г. х 2,5 тыс/мес. Да за такие бабки я себе пять пальцев круче куплю. К черту эти моральные стереотипы, за мешок денег я готов продать свой палец, тем более, что к душе это никакого отношения не имеет.
17.30 Продал золотое кольцо-печатку.
19.30 Зашел к знакомому хирургу на ампутацию. Затарился морфином.
23.35 После конкретных объебосов вырубился в блаженном угаре.