Неудачник

Автор: VPOPYAS_premium_de_luxe Сам я из глубинки. Как-то бабушка напекла мне пирогов с луком и картошкой, да морсу клюквенного с собой дала и отправился я покорять Большой Город, туда, где мечты разбиваются, а страхи крепнут. Сошел я с электрички, огляделся по сторонам и не знаю, куда путь держать. Захотелось даже обратно в вагон забежать, но сдержался. Вышел с вокзала в город, в руке пакет, в чреслах дрожь. И что? Кому я нужен? Кто я? Возникла мысль: лечь на асфальт и трестись в конвульсиях. Может сердобольные горожане помогут мне, сжалятся над больным, накормят, окажут психологическую помощь, в приют отправят. Я уже было лег на землю, но впоследний момент осознал, что это нелепое действо, стыдно как-то, да и глупо. Взрослый мужик, с пакетом в руке, придуривается, вместо того, чтобы дело делать. Нет, не пойдет, это ложный путь.
И вот иду я по городу и гляжу на роскошь пестрящую со всех сторон. А эхти прекрасные, полуобнаженные девочки и женщины, как они возбуждают желания плотские. Не выдержал я вида этих созданий и свернул в закуток. Там сел на траву, пару слезинок пустил, а потом сам себе хорошо сделал. Перевозбудился, простите! Сахар в крови упал и тут, как раз пирожки с морсом сладким очень кстати пришлись.
Прошатался я так до вечера. Воздух прохладным стал, ночью во сне и замерзнуть можно. И страхи меня какие-то обуяли - так ведь и убить могут, под покровом тьмы. Присел на скамейку, выпить хочется, а денег жалко. Тут какая-та баба пьяная ко мне подсела с джин-тоником в руке. Разговорились. Она, сука, все смялась над моими рассказами, думала, что придуриваю я. А потом вдруг говорит мне: айда ко мне, водка стынет, да пожрать кое-чего есть.
Пришли к ней домой, она яичницу сварганила и водку на стол поставила. Я ем, пью, а она по плечу меня гладит.
- Тяжело без ласок мужских нам бабам жить.- молвит она.
- Угу.- вторю ей я.
- Мужа нет.
- Угу.
- Пойдем в комнату, телек глянем.
Зашли в комнату, она эротику включила, раздеваться стала. Штаны с меня стенула и член сосать мой начала. А тут с балкона парень заходит. На вид - ровесник мне, заспанный, угрюмый, злой. Стоит в проеме и мычит, как корова, ничего не понять из речи его.
- Му-у-у, суки, бля, му-у-у.
Я голой лежу, безоружный, а он на меня вдруг как кинется. Я вскачил и с ноги ему в рыло: бац! Потом локтем ему между глаз: хрясь! Завалил детинушку я. Заломал дубинушку. А баба та когтями мне в рожу вцепилась и вопиет:
- По что сынка моего обидел! Он ведь безобидный, плохо ему просто. Больной он, а ты в доме моем дитя мое ломаешь!
Одел штаны я, да из хаты той - прочь (правда магнитофон и бутыль с собой прихвотил).
В ларьке пивном технику на пиво обменял. А утром уже в край свой родной путь держал. Ни с чем к бабке своей вернулся, звездой В Большом Городе не стал, видно не судьба.