БАХЧИСАРАЙСКАЯ РЕЗНЯ (1 ЧАСТЬ)

Автор: Пиздоглазый спермоглот, сын пиздоглазой шалавы "▲3= а11а22а33+а12а23а31+а13а21а32-а13а22а31-а11а23а32-а33а21а12. Следовательно, мы находим определитель 3-го порядка. Мы можем также найти определитель n-го порядка. Или вычислить алгебраическое дополнение с помощью минора ”, – закончил свою речь молодой математик-заучка, лет двадцати. Он стоит с мелом в руках и в очках для слабого зрения у доски, и укоризненно смотрит на меня, как учитель на наитупейшего засранца.
– Друг мой, не надо пугаться. Математика - дело тонкое и точное. Тебе нужно лишь постараться вникнуть в саму суть, и ты увидишь, всё получится! Ты боишься?! Знай, мы с тобой ещё будем бороздить по безграничным просторам высшей математики. Она – царица наук. Без неё нет будущего!
Всё. Заткнись. Хватит. Я сижу на твёрдом стуле, принуждённый слушать его треп. Связанный по рукам и ногам странной липкой верёвкой, с кляпом во рту. От ярости и бессилия стискиваю зубы. Они ведь знают, что я ненавижу вычисления. Ведь знают, что у меня патологическая аллергия к естественным наукам и предметам. Ведь они в курсе, что меня выворачивает от всего заумного дерьма. Знаю, что рождён не для этого.
Тангенсы, косинусы, ромбы, логарифмы, производные, функции, эллипсы, линейные уравнения, точки пересечения, координаты, векторы, базисы, теорема Лопиталя и т. д. и т. п. Не каждому по силе выдержать алгебраическую нагрузку. Некоторые сдавались.
Был такой умный человек. Антон…, Антон Кирпичиков. С детства у него было влечение к точным наукам. В школе всё было замечательно, учился на «отлично». С преподавателями очень даже ладил, его держали на хорошем счету. Пятёрки, пятёрки и ещё раз пятёрки! Окончил школу с золотой медалью. То же самое произошло и в университете. Всё отлично, всё путём! Магистратура, аспирантура, докторантура,… В общем, являлся незаурядным человеком в сфере math. Уникум. Вундеркинд. Человек-мозг. Ему бы радоваться и гордиться, но не достиг он и тридцати лет, как свихнулся. Просто лишился рассудка. Все полы, потолки и стены его дома были исписаны чёрной краской формулами, уравнениями и никому непонятными вычислениями. Жуткая картина. Сойти с ума в расцвете сил. Вот вам и любовь к math.
- Отпусти, меня сволочь, - мысленно произношу я.
- Ну, мой Архимед! Скажи, хочешь стать знаменитым учёным? – спрашивает меня гребанный математик, - или хочешь быть тупой курицей, как твой предок? Хочешь лазить по помойкам?! Стоять на паперти?! Работать дешёвым жигало?! Что ж, тогда вся Всемирная Ассоциация Математиков объявляет тебе войну с летальным для тебя исходом. Я в лице алгебраического мира проклинаю тебя. Чтоб жизнь твоя сделалась жалкой и несчастной! Чтобы дети твои были мутантами в виде ошибок природы!!! – лицо математика покрылось испариной, а он сам был озлоблен, гневен. Он стал громко орать на привязанное к стулу липкой вонючей верёвкой «я», медленно приближаясь ко мне с неведома откуда появившимся острым ножом в руке. – Ты одна из гнойных язв нашей планеты! Ты гнилостная газовая гангрена!!! Да-а!!! Ты самое тупое животное, каких я видывал на своём веку! Твои родители – ублюдки! А ты!!! А тебе сейчас я отрежу…!”