Важное
Разделы
Поиск в креативах
Прочее

Кино и театр:: - Маленький зелёный абажур, или Причуды Полнолуния

Маленький зелёный абажур, или Причуды Полнолуния

Автор: Голем
   [ принято к публикации 22:32  01-02-2013 | Юля Лукьянова | Просмотров: 889]
* * *
«Лёгкой предрассветной тенью мчалась по зимнему лесу пара гнедых коней.
Скрипели волнуемые ухабами кленовые санки, держа в объятиях двух седоков и кучера. В глубине кибитки, представлявшей собой растянутую на деревянном остове медвежью полсть, незваными гостьями метались колкие, завьюженные снежинки. Бросала смутные тени, кивая им с потолка, крошечная лампа, обёрнутая, словно зелёным абажуром, лоскутом лёгкой ткани. Отсветы керосиновой лампы, не проникавшие в углы кибитки, придавали лицам пассажиров оттенок грусти и сдержанного достоинства. Высунувшись и бросив взгляд по сторонам, де Брасье ткнул кучера кулаком под лопатку. Однако возница, никак не отреагировав, продолжал нахлёстывать лошадей. Тогда шевалье обратился к своей соседке, графине де Монтеспан:
– Где мы, Луиза? Замок Шонвальд в каком-нибудь часе езды от владений герцога де Бюсси, а между тем…
Но и Луиза продолжала хранить молчание. Словно ища ответа, взгляд шевалье скользнул по её изящной фигуре. В жёлтом зареве полнолуния плечи и грудь графини, казалось, были усыпаны мириадами искр. Луна освещала сугробы так, словно звала лесное зверьё пересчитать иголки на мрачных елях.
– Почему вы молчите? Что с вами происходит? – вскричал де Брасье.
Не отвечая, Луиза замерла, словно готовясь к решительному моменту. Лицо её исказилось. Во взгляде проступало что-то хищное. Юноше, экзальтированному россказнями замковой дворни про ночных монстров, показалось, что уголки прекрасного рта украсились клыками и закипели слюной. Не успел де Брасье прийти в себя, как кучер обернулся к нему и с лёгкой улыбкой, в которой, однако, не было ничего человеческого, сказал:
– Ну что же, милый Рене…»

– …давай за лопатой! – раздалось под окнами жилконторы.
Вздрогнув, я отодвинула книжку на край стола. Щёлкнула выключателем настольной лампы, и комната, словно избушка Бабы-Яги, мгновенно вернулась к казённому быту. Всего-то, скромный новогодний подарок – маленький зелёный абажур с настольной лампой, а вот, поди ж ты… в унылой, стоптанной конуре управдома стало намного уютней. Кричали за окном, похоже, дворники.
Что они выкинули на сей раз, восточные изуверы?
– Лариса Георгиевна, Наиль лопата-крыша забыль! – донёсся выкрик Акбара.
Лучше бы он башку на крыше забыль, чёртов Наиль, вздохнула я.
Днём дворники скидывали с кровли снег тяжёлыми деревянными лопатами – не дай Бог, навернётся такая дура от шального порыва ветра… короче, надо идти – и лучше прямо сейчас. Оглянулась в зеркало и взгрустнула: хорошо бы похудеть, хотя бы в некоторых местах… правда, для этого надо в некоторых местах не жрать!
Окрикнув в форточку дворников, я им велела зайти. Акбар, длинный сухой таджик неопределённого возраста, замер в дверях. Наиль, маленький, круглый, рыжеватый татарин, кивнув, с независимым видом прошёл к столу. Скрывая под маской развязности смущение и чувство вины, дворник схватил книжку и пробежал глазами пару страниц:
– Понсон дю Террайль? Это что, типа Дюма?
– Это, типа, пустой калган! – со злостью отвечала я, набросив ватник и переобуваясь в сапожки. – Заберём лопату, и первое, что я сделаю – в башку тебе настучу!
– Всё обещаете, Василий Иванович… – жеманно протянул Наиль, и оба заснеженных дворника расхохотались. Обучила фольклору на свою голову… стараясь не расхолаживаться, я вырвала книжку из рук Наиля и рявкнула:
– Бегом к электрикам. Попросите два фонаря – и ко мне! Долго будете чапать, таких фонарей навешаю…
Дворники ушли, а я вновь принялась за книжку.

«Кошмар обернулся пуфом.
Луиза открыла Рене, что кучер – давний друг её, когда-то пленённый мавр, отчего в потёмках лицо его и показалось де Брасье исчезнувшим, а голос потусторонним. Её рассказ остался незаконченным, так как прерван был донёсшимся конским топотом. Луиза замолчала, прислушиваясь. По её знаку кучер мгновенно натянул вожжи, и сани остановились. Видя, что дело принимает нешуточный оборот, де Брасье откинулся на спинку саней, приняв надменную позу и проверяя, на месте ли пистолеты и легко ли ходит в ножнах кинжал. Прошла минута-другая… взрывая снежные вихри, кибитку нагнала заснеженная кавалькада, состоявшая, как показалось де Брасье, из шести-семи всадников. Один из приехавших – судя по богатству снаряжения, предводитель – спешившись, обратился к Луизе:
– Зачем вы звали нас, графиня де Монтеспан?
Луиза молча указала на шевалье, и всадник перевёл взгляд не него.
Услыхав незнакомый голос, де Брасье чуть не вскрикнул. Несмотря на резкость фразы, речь гостя звучала медоточиво, с мягким незнакомым акцентом – словом, на восточный манер. Вцепившись в кинжал, шевалье замешкался: защищаться или атаковать? Шпагу вытащить не удастся… правильно истолковав его колебания, незнакомец с улыбкой заметил:
– На Востоке говорят: когда колеблешься, от действия воздержись. Минуту, шевалье! Прошу внимательно выслушать. Отныне вы мой заложник и, в силу этого, немедленно отправитесь в качестве посланца к герцогу де Бюсси…
– Умоляю, Рене! – прервала его Луиза. – Герцог держит в подвале замка моего отца. Старые счёты… но какое мне дело!
– Отец Луизы – друг мой и покровитель, – с поклоном добавил всадник. – Другого выхода, кроме предложенного, у меня просто нет.
– Но я не сдался в честном бою! – возразил шевалье, поглаживая кинжал. – Вы взяли меня обманом. Я не знаю даже вашего имени!
– В здешних краях меня зовут Саразеном, – с поклоном ответил всадник.
Выхватив из-за пояса пистолет, он приставил дуло ко лбу шевалье:
– Как ни быстр ваш кинжал, пулю он не обгонит! Предлагаю два выхода: умереть или сдаться.
Шевалье мрачно кивнул, покоряясь неизбежному.
– Так-то лучше! – с усмешкой сказал Саразен. – Мы сделаем вот что…»

– …мы с вами вместе пойдём – да, Лариса Григорьевна? – рявкнул Наиль над самым ухом. Невольно вздрогнув, я отодвинула книгу:
– Придётся! Один другого забудете или с крыши, там, навернётесь… а за разбитые фонари отвечать не хочется.
Дворники понимающе улыбнулись, и мы вереницей отправились на крышу.
Чердак был похож на все чердаки, холодный и затхлый. Под ногами скрипела бетонная крошка, путались обрывки ветоши. Фонари исправно освещали дорогу, и мы без задержки приблизились к проржавелому люку, ведущему на крышу. Выбравшись на кровлю, я огляделась. Вот же она, лопата! Так и есть, брошена возле задравшегося кровельного листа. Осторожно ступая, Акбар приблизился к окончанию крыши, подобрал лопату и выключил фонарь, так пригодившийся на чердаке и совершенно не нужный снаружи. Крыша старого дома была заполнена оранжевым лунным светом.
Полнолуние в разгаре, колдовская ночь… Что бы ни накосячила графиня де Монтеспан, книжка отражает реальность, а человек живёт в придуманном мире. Как там дальше у них сложилось? Смогли ли хоть раз переспать по-людски?
Акбар, стоя с лопатой в руках, любовался панорамой ночного квартала.
Замерев от восторга, почти не дыша, я всматривалась в соседние крыши, словно усыпанные ночными звёздами. Да только звезда моя, видать, не в тех небесах стояла… Темнота, лившаяся из чердачной двери, похлопала меня по плечу и сказала восточным голосом, в котором, однако, не было ничего человеческого:
– Ну что же, милый Рене…
Колени подогнулись. Вскрикнув, я рухнула в ошмётки рыжего снега.
– Лариса Григорьевна! Это Наиль шутиль… – донёсся срывающийся голос Акбара.
Я тоже люблю шутиль. Отшибла локоть, сломала ноготь…
Дайте встать, всю кровь из вас выпью!



Теги:





-1


Комментарии

#0 14:50  02-02-2013Файк    
Ух ты!
#1 15:20  02-02-2013Файк    
Пара сивых коней, мерный цокот копыт,

Между хвойных дерев друг за другом летит.

Продираясь сквозь пни, спотыкаясь о них,

В глубине шириной им навстречу огни.



Вот избушка на пне, маловата слегка,

Кони вкопано враз, заблестели бока.

Кучер видит - не то, и лопатою - хвать!

Коник пегий в пальто стал хрипеть и икать.



Отворилася дверь, на пороге она,

Что же это за херь - худощава, стройна.

Но один есть изъян - очень дева мала,

Ей пешком бы ступить на поверхность стола.



У стакана присесть, на подоле дыра,

Это все как и есть, из одежды кора.

Как осы перехват, в половине тонка,

Кучер очень хотел врезать деве пинка.



Видя этот кошмар в дивном медленном сне,

Засмеялся клошар наступавшей весне.

Живы будем еще, скоро стает и лед,

И укрылся плащом в свете лунном как мед.

#2 15:48  02-02-2013S.Boomer    
Она читала мир как роман (с). Круто!
#3 08:05  03-02-2013Елена Мёбиус    
скушно отчего то..скушно...
#4 10:45  03-02-2013дважды Гумберт    
прочёл. но не въехал, честно сказать. а то, что в кавычках - это цитата? вольный перевод? или авторское? про вампиров чота
#5 13:31  03-02-2013Голем    
Ленка, хорош скроллить. лутше ваще не читай, иди в столбеки

Ди-Гумберт, это авторское, да. и это не о вампирах
#6 13:33  04-02-2013Шева    
А понравилось. Изящно.

Комментировать

login
password*

Еше свежачок
11:15  24-11-2016
: [28] [Кино и театр]
Питерская коммуналка. Скажем, конец восьмидесятых.
За столом сидят двое – мать и дочь.
Обе в распахнутых пальто и зимних сапогах.
Они смеются и прямо пальцами вылавливают из скользкого кулька, лежащего тут же на столе, холодные солёные огурцы....
09:26  11-11-2016
: [17] [Кино и театр]
Шестирукая бабища с сиськами из силикона,
В стрингах из змеиной кожи и с ружьем наперевес,
След берет Иуды Кришны – всем известного гандона,
С рыжей и бесстыжей рожей,
Возбуждая интерес
У толпы многоголовой, многорукой, многоногой,
Именуемой кем надо - «потрясающий народ»,
А народ поверив снова жизни лучшей в жизни новой
Ждет, когда застрелит гада эта бестия вот-вот....
11:21  09-11-2016
: [4] [Кино и театр]
Действие происходило на сцене большого театра. Не того Большого, легендарного с позолотами люстр и красочными декорациями, где блистали звезды оперы и балета, а просто большого, по размерам. Люстры с декорациями были и здесь, но далеко не золоченые и красочные, тем не менее они подкупали своей естественностью, люстра походила на солнце, а декорации были словно собраны по кусочкам со всех уголков страны, с видами больших и малых городов, бескрайних полей и заснеженных тундр....
13:14  07-11-2016
: [4] [Кино и театр]
ПОЭТ

По дороге на студию Вадим за баранкой был угрюм, на шутки товарищей не реагировал. Съемочная группа возвращалась с очередного редакционного задания – снимали сюжет на сахарном заводе....
20:59  01-11-2016
: [11] [Кино и театр]
"здесь и сейчас" - это тонкой иглы остриё.
или вниз со шпиля, или проткнут нАсквозь.
это фокус.., такой себе хитрый приём -
самого себя разглядеть под маской.
не такой, как все... таких, как ты сотни.
выпадаешь в осадок города, и где-то на самом дне
ставишь лета тавро, чтобы никто не отнял,
чтоб запомнить, как живое небо горело в огне....