Важное
Разделы
Поиск в креативах
Прочее

Кино и театр:: - Маленький зелёный абажур, или Причуды Полнолуния

Маленький зелёный абажур, или Причуды Полнолуния

Автор: Голем
   [ принято к публикации 22:32  01-02-2013 | Юля Лукьянова | Просмотров: 990]
* * *
«Лёгкой предрассветной тенью мчалась по зимнему лесу пара гнедых коней.
Скрипели волнуемые ухабами кленовые санки, держа в объятиях двух седоков и кучера. В глубине кибитки, представлявшей собой растянутую на деревянном остове медвежью полсть, незваными гостьями метались колкие, завьюженные снежинки. Бросала смутные тени, кивая им с потолка, крошечная лампа, обёрнутая, словно зелёным абажуром, лоскутом лёгкой ткани. Отсветы керосиновой лампы, не проникавшие в углы кибитки, придавали лицам пассажиров оттенок грусти и сдержанного достоинства. Высунувшись и бросив взгляд по сторонам, де Брасье ткнул кучера кулаком под лопатку. Однако возница, никак не отреагировав, продолжал нахлёстывать лошадей. Тогда шевалье обратился к своей соседке, графине де Монтеспан:
– Где мы, Луиза? Замок Шонвальд в каком-нибудь часе езды от владений герцога де Бюсси, а между тем…
Но и Луиза продолжала хранить молчание. Словно ища ответа, взгляд шевалье скользнул по её изящной фигуре. В жёлтом зареве полнолуния плечи и грудь графини, казалось, были усыпаны мириадами искр. Луна освещала сугробы так, словно звала лесное зверьё пересчитать иголки на мрачных елях.
– Почему вы молчите? Что с вами происходит? – вскричал де Брасье.
Не отвечая, Луиза замерла, словно готовясь к решительному моменту. Лицо её исказилось. Во взгляде проступало что-то хищное. Юноше, экзальтированному россказнями замковой дворни про ночных монстров, показалось, что уголки прекрасного рта украсились клыками и закипели слюной. Не успел де Брасье прийти в себя, как кучер обернулся к нему и с лёгкой улыбкой, в которой, однако, не было ничего человеческого, сказал:
– Ну что же, милый Рене…»

– …давай за лопатой! – раздалось под окнами жилконторы.
Вздрогнув, я отодвинула книжку на край стола. Щёлкнула выключателем настольной лампы, и комната, словно избушка Бабы-Яги, мгновенно вернулась к казённому быту. Всего-то, скромный новогодний подарок – маленький зелёный абажур с настольной лампой, а вот, поди ж ты… в унылой, стоптанной конуре управдома стало намного уютней. Кричали за окном, похоже, дворники.
Что они выкинули на сей раз, восточные изуверы?
– Лариса Георгиевна, Наиль лопата-крыша забыль! – донёсся выкрик Акбара.
Лучше бы он башку на крыше забыль, чёртов Наиль, вздохнула я.
Днём дворники скидывали с кровли снег тяжёлыми деревянными лопатами – не дай Бог, навернётся такая дура от шального порыва ветра… короче, надо идти – и лучше прямо сейчас. Оглянулась в зеркало и взгрустнула: хорошо бы похудеть, хотя бы в некоторых местах… правда, для этого надо в некоторых местах не жрать!
Окрикнув в форточку дворников, я им велела зайти. Акбар, длинный сухой таджик неопределённого возраста, замер в дверях. Наиль, маленький, круглый, рыжеватый татарин, кивнув, с независимым видом прошёл к столу. Скрывая под маской развязности смущение и чувство вины, дворник схватил книжку и пробежал глазами пару страниц:
– Понсон дю Террайль? Это что, типа Дюма?
– Это, типа, пустой калган! – со злостью отвечала я, набросив ватник и переобуваясь в сапожки. – Заберём лопату, и первое, что я сделаю – в башку тебе настучу!
– Всё обещаете, Василий Иванович… – жеманно протянул Наиль, и оба заснеженных дворника расхохотались. Обучила фольклору на свою голову… стараясь не расхолаживаться, я вырвала книжку из рук Наиля и рявкнула:
– Бегом к электрикам. Попросите два фонаря – и ко мне! Долго будете чапать, таких фонарей навешаю…
Дворники ушли, а я вновь принялась за книжку.

«Кошмар обернулся пуфом.
Луиза открыла Рене, что кучер – давний друг её, когда-то пленённый мавр, отчего в потёмках лицо его и показалось де Брасье исчезнувшим, а голос потусторонним. Её рассказ остался незаконченным, так как прерван был донёсшимся конским топотом. Луиза замолчала, прислушиваясь. По её знаку кучер мгновенно натянул вожжи, и сани остановились. Видя, что дело принимает нешуточный оборот, де Брасье откинулся на спинку саней, приняв надменную позу и проверяя, на месте ли пистолеты и легко ли ходит в ножнах кинжал. Прошла минута-другая… взрывая снежные вихри, кибитку нагнала заснеженная кавалькада, состоявшая, как показалось де Брасье, из шести-семи всадников. Один из приехавших – судя по богатству снаряжения, предводитель – спешившись, обратился к Луизе:
– Зачем вы звали нас, графиня де Монтеспан?
Луиза молча указала на шевалье, и всадник перевёл взгляд не него.
Услыхав незнакомый голос, де Брасье чуть не вскрикнул. Несмотря на резкость фразы, речь гостя звучала медоточиво, с мягким незнакомым акцентом – словом, на восточный манер. Вцепившись в кинжал, шевалье замешкался: защищаться или атаковать? Шпагу вытащить не удастся… правильно истолковав его колебания, незнакомец с улыбкой заметил:
– На Востоке говорят: когда колеблешься, от действия воздержись. Минуту, шевалье! Прошу внимательно выслушать. Отныне вы мой заложник и, в силу этого, немедленно отправитесь в качестве посланца к герцогу де Бюсси…
– Умоляю, Рене! – прервала его Луиза. – Герцог держит в подвале замка моего отца. Старые счёты… но какое мне дело!
– Отец Луизы – друг мой и покровитель, – с поклоном добавил всадник. – Другого выхода, кроме предложенного, у меня просто нет.
– Но я не сдался в честном бою! – возразил шевалье, поглаживая кинжал. – Вы взяли меня обманом. Я не знаю даже вашего имени!
– В здешних краях меня зовут Саразеном, – с поклоном ответил всадник.
Выхватив из-за пояса пистолет, он приставил дуло ко лбу шевалье:
– Как ни быстр ваш кинжал, пулю он не обгонит! Предлагаю два выхода: умереть или сдаться.
Шевалье мрачно кивнул, покоряясь неизбежному.
– Так-то лучше! – с усмешкой сказал Саразен. – Мы сделаем вот что…»

– …мы с вами вместе пойдём – да, Лариса Григорьевна? – рявкнул Наиль над самым ухом. Невольно вздрогнув, я отодвинула книгу:
– Придётся! Один другого забудете или с крыши, там, навернётесь… а за разбитые фонари отвечать не хочется.
Дворники понимающе улыбнулись, и мы вереницей отправились на крышу.
Чердак был похож на все чердаки, холодный и затхлый. Под ногами скрипела бетонная крошка, путались обрывки ветоши. Фонари исправно освещали дорогу, и мы без задержки приблизились к проржавелому люку, ведущему на крышу. Выбравшись на кровлю, я огляделась. Вот же она, лопата! Так и есть, брошена возле задравшегося кровельного листа. Осторожно ступая, Акбар приблизился к окончанию крыши, подобрал лопату и выключил фонарь, так пригодившийся на чердаке и совершенно не нужный снаружи. Крыша старого дома была заполнена оранжевым лунным светом.
Полнолуние в разгаре, колдовская ночь… Что бы ни накосячила графиня де Монтеспан, книжка отражает реальность, а человек живёт в придуманном мире. Как там дальше у них сложилось? Смогли ли хоть раз переспать по-людски?
Акбар, стоя с лопатой в руках, любовался панорамой ночного квартала.
Замерев от восторга, почти не дыша, я всматривалась в соседние крыши, словно усыпанные ночными звёздами. Да только звезда моя, видать, не в тех небесах стояла… Темнота, лившаяся из чердачной двери, похлопала меня по плечу и сказала восточным голосом, в котором, однако, не было ничего человеческого:
– Ну что же, милый Рене…
Колени подогнулись. Вскрикнув, я рухнула в ошмётки рыжего снега.
– Лариса Григорьевна! Это Наиль шутиль… – донёсся срывающийся голос Акбара.
Я тоже люблю шутиль. Отшибла локоть, сломала ноготь…
Дайте встать, всю кровь из вас выпью!



Теги:





-1


Комментарии

#0 14:50  02-02-2013Файк    
Ух ты!
#1 15:20  02-02-2013Файк    
Пара сивых коней, мерный цокот копыт,

Между хвойных дерев друг за другом летит.

Продираясь сквозь пни, спотыкаясь о них,

В глубине шириной им навстречу огни.



Вот избушка на пне, маловата слегка,

Кони вкопано враз, заблестели бока.

Кучер видит - не то, и лопатою - хвать!

Коник пегий в пальто стал хрипеть и икать.



Отворилася дверь, на пороге она,

Что же это за херь - худощава, стройна.

Но один есть изъян - очень дева мала,

Ей пешком бы ступить на поверхность стола.



У стакана присесть, на подоле дыра,

Это все как и есть, из одежды кора.

Как осы перехват, в половине тонка,

Кучер очень хотел врезать деве пинка.



Видя этот кошмар в дивном медленном сне,

Засмеялся клошар наступавшей весне.

Живы будем еще, скоро стает и лед,

И укрылся плащом в свете лунном как мед.

#2 15:48  02-02-2013S.Boomer    
Она читала мир как роман (с). Круто!
#3 08:05  03-02-2013Елена Мёбиус    
скушно отчего то..скушно...
#4 10:45  03-02-2013дважды Гумберт    
прочёл. но не въехал, честно сказать. а то, что в кавычках - это цитата? вольный перевод? или авторское? про вампиров чота
#5 13:31  03-02-2013Голем    
Ленка, хорош скроллить. лутше ваще не читай, иди в столбеки

Ди-Гумберт, это авторское, да. и это не о вампирах
#6 13:33  04-02-2013Шева    
А понравилось. Изящно.

Комментировать

login
password*

Еше свежачок
06:27  18-06-2017
: [7] [Кино и театр]
Театр - квинтэссенция простоты,
Где ты - это я, а я - это ты,
Где оба причастны одной cудьбе.
(Когда больно мне, то больно тебе),
Где жизнь - квинтэссенция пустоты
Со всполохом призрачной красоты,
Ее обнажённый бесстыдный полёт,
Где грим Азазелло на шабаш зовёт,
Огонь из светящегося конфетти,
И кто-то смеется и шепчет: "Прости"....
21:27  13-06-2017
: [6] [Кино и театр]
Стоят в глубинках городки,
Где петухи орут до хрипа.
Признаюсь, очень мне близки
Селения такого типа

Заборов их перекосяк
Выводит запросто к речушке
Любого, кто презрел "пятак"
Киношки, рынка и торгушки.

Читать оставьте, коль для вас
Тоскливы встречи с бедным бытом,
Моя история как раз
О месте всеми позабытом....
08:53  05-06-2017
: [23] [Кино и театр]
Развеяв по ветру последний марафет,
громит прибой прибрежные аптеки,
из склянок битых - йодом льёт рассвет,
дыхнуло гнилью, мидий взмыли веки

По рунами изрубленной доске
расколотое, скачет солнца блюдце,
свиваясь в имя чьё-то на песке,
лучи, рассеиваясь, литерами вьются

В медуз светильниках притушен белый свет
над ложами, укутанными илом -
дымится, рвётся солнца трафарет
горгоньей головой-паникадилом

Ложатся в пазл морских ежей скорлупки,
не затихает вет...
16:56  02-06-2017
: [12] [Кино и театр]

Массивные инкрустированные двери бесшумно отворились. В маленький зал, чей потолок пожирала позолоченная лепнина, энергично ступил то ли молодой то ли старый, то ли высокий, то ли низкий, то ли красавец, то ли урод, то ли крепкий, то ли слабый человек....
23:04  28-05-2017
: [73] [Кино и театр]
Язык болтается сиреневый
над морем - облако повесилось,
зажмурилось, слетело лесенкой,
качается, щекочет дерево

А мы в закат идём по берегу,
совпав по месту и по времени,
и нам вполне себе сиренево
до моря, облака и дерева

Лилово нам, и фиолетово
торчит топориком из темени
луна, тараща зрак базедов на
звёзды брызнувшие семенем

на море, кипарисы, лётчиков
подбитых, выбитых из стремени,
с резьбы слетевших и со счётчиков,
с учёта снявшихся из племени<...