|
Важное
Разделы
Поиск в креативах
Прочее
|
Х (cenzored):: - О собакеО собакеАвтор: Ралевич
[ принято к публикации 17:42 25-07-2014 | Саша Штирлиц | Просмотров: 968]Дождь пошёл и мгла легла. Я - застрявший в доме пласт, Всякий раздавить горазд. А над крышей - неба трон, Пёс твой звёздами пленён. Собачонка причитала В поисках земли причала. Светит лампочка в затылок, Пока быт подъездный пылок. Ночь в задворках стерегла В звуках битого стекла... Как ковбой лассо накинет, Руку отлежишь - руки нет. Дома вещи, как крестражи. Ночь их, сука, не замажет. Если будет свет пропит, Обернётся глаз в софит. Безотрывно в ночь смотреть - Не увидеть утра впредь. И брести вдаль по аллее, Чтобы лапы в кровь зардели. Людям не покинуть ясли, Все в песочнице погрязли... Разжигать цилиндрик в пепел, Чтобы бог меня заметил. Теги:  2 
Комментарии
а рукоять куда делась во втором стишке? ...... Чтобы лапы в кровь зардели... ггг Ралевич, вы бы саму песенку заслали, может так понятнее будут мысли ваши.... Еше свежачок
Вовке маленький в запарке Повстречает Новый год. Ждут лишь детские подарки За насыщенность хлопот. Целый час сперва на стуле Заставляли песни петь. Выл противно как в июле Папой раненный медведь. У отца есть много шуток.... Как пришла - не пойму и сам я.
В простынях испанский стыд. Ты стоишь на ковре нагая, Я лежу ещё не мыт. А звезды в небе покраснели, От снега отряхнулись ели. Светился снег теплом фонарным, Я вновь лупил тебя нещадно. Закончив сказочную гонку, Сплилися, словно осьминог.... Декабрьская страда в зените.
Морозом схвачена земля. И тащатся кровосмеситель С трупоукладчиком в поля. Бежит мальчишка с автоматом. Солдатик отморозил нос. Его обкладывает матом Верховный дед Исус Христос. “Расчетливость во всë...
Сказка про Деда Мороза и хуя Фому
Жил-был хуй. Жил он в паху у Тита Ильича. Хуя звали Фома. Но Фома относился к своему имени с отвращением и не терпел, когда Тит Ильич величал его Фомой. "Меня зовут Хуй!"- орал он на всю квартиру, когда ветхий Тит Ильич, лишенный ракового мочеточника, сердился над ни в чем не повинным Фомой: "Ссы, ёбаный Фома!... Как говорил Владим Владимыч,
«Декабрый» вечер шлялся поздно, И сквозь прощелины в гардинах Втекал отравы полный воздух. Он заливал мой дом с уютом И стол с остатками питанья, Как будто тесную каюту В огромном лайнере «Титаник».... |
Звук разбитого стекла,
Дождь пошёл и мгла легла.
Выгнал. Лампочка в затылок,
Пока быт подъездный пылок.
Он - застрявший в доме пласт,
Шорох раздавить горазд.
А над крышей - неба трон,
Как я звёздами пленён!
И душа запричитала
В новых поисках причала.
Ночь в задворках стерегла
В звуках битого стекла...
Совесть вдруг лассо накинет.
Рядом меня нет - руки нет.
Вещи дома, как крестражи.
Ночь их, сука, не замажет.
Дверь открыл. А я избит,
Заблестел глаз, как софит.
Нету сил в глаза смотреть -
Новый друг владыки - "сеть" .
И брести вдаль по аллее,
Чтобы лапы в кровь зардели.
Предпочёл мне эти ясли,
И другие там погрязли...
Вдохами цилиндрик в пепел,
Я в дыму её заметил.
Неприлично в дождь стоять...
Появилась рукоять.
Появилась колбаса.
Кормит, кормит - полчаса!
Чтобы грязью не пропахла,
Уношу свой запах затхлый.
Надо мной смеются стаей,
Но я помню, верю, знаю:
Судьи не страшны, что врут,
Честные - не страшный суд.