Молнии пронзили темную массу уныния.
Все человеки, стоящие снизу, завыли.
Сражался огонь с мощью темною, чужеродною,
Жгучаю лава стекала в ядро, в преисподнюю.
Дохла, поганая нелюдь, сжигалась треклятая.
Боже, помилуй! Молитва моя тридесятая....
Весна сквозь булочной витрину
Единым солнечным лучом
Собралась в фокусе, и как лучину
Меня поджаривала за столом.
Янтарный цвет стола из древесины,
В янтарном свете отражал тепло,
И лак на нём блестел красиво,
Подчёркивая книгу — Александр Блок....
Жили мы бедно и единственными сладостями доступными мне были ногти на ногах у моей бабушки. Зато их я мог мусолить сколь угодно долго. Да и бабушка млела, пуская слюни и тихо попердывая когда я делал это. Хорошие были времена.
А потом бабушка умерла....
Вороне как-то хуй достался вместо сыра
На хуй ворона взгромоздясь
(С того и басня началась)
С обиды больно клюнула залупу
Сидела на хую ворона и скучала
Хотела жрать и мысли были все о том
От хуя, нехуево так воняло
Говном....
Дым і роў. Каштаны ў сатрасенне.
Танкі рухаюцца. Ейбать!
Дзед крычыць салдату ў касцы:
- Усіх порвём, ебёна маці!
А салдат сабе ебашит,
Ня на фронт, а на парад.
Калі што, па-геройску ляжа,
А ворагу свой танк не здасць.