Важное
Разделы
Поиск в креативах
Прочее

Х (cenzored):: - Сидур

Сидур

Автор: Леонид Очаковский
   [ принято к публикации 05:09  15-06-2005 | Cфинкс | Просмотров: 429]
Привет, Зоя! Пойдем, погуляем по Маросейке. Здесь я гулял и с героинщицей, и с Олей потом. Не одну драгу здесь посещал на предмет приобретения кодеиносодержащих препаратов. Ну, само собой, посещал здесь и управление Госкомстата. Знаю и этот переулок Спасоголинищевский. Если по нему идти вниз, по выйдешь в старейшей синагоге Москвы, которую называют синагога на горке. Вот и знаю я Маросейку по торчу, по статистике, по прогулкам с девушками (почему-то со своими девушками не раз гулял именно по Маросейке). А еще - по этой самой синагоге на склоне московского холма. Кстати, всех своих подруг любил водить в синагогу эту. Если есть желание - могу и тебя сводить на праздник Торы. Расскажу-ка я тебе, как пришел в синагогу в первый раз и что из этого вышло.
Как оно было? Вернулся я из паломничества в холодную московскую зиму полный впечатлений самого разного рода. Кому сначала излагал их полностью - это была маманя, которая делилась со мной впечатлениями о Мюнхене и Майнце. Послушать ее - так это не Германия, а Эдем. Израиль мне понравился, но я его так не восхвалял, как маманя Германию. Неделю прожил как обычно, пошел на всенощную воскресную. Церковные встречали меня, как космонавта, я всем раздавал дары и сувениры из святых мест. Столько внимания мне еще не уделялось никогда раньше. Меня все наперебой приглашали в гости. Возвращаясь домой, я почувствовал знакомую боль в правой ноге, на другой день снова поднялась температура. Это был первый рецидив рожи. Тем не менее я пошел на воскресную обедню, а после нее получил приглашение на трапезу вместе с Паломницей. И рассказывал им про землю Израиля, Рим, Бари, Салоники, Афон. Часа два с половиной. Я чувствовал озноб и сухой жар. Снова поднималась температура. И ногу жгло и пекло.
Вечером я позвонил нашей участковой врачихе Наталье Владимировне, которую мне лет семь хотелось отыметь (она была меня старше на 14 лет). Она пригласила меня к себе завтра на прием. Прихожу. К ней бабки в очереди сидят. А напротив ее кабинета вижу вывеску ИНФЕКЦИОНИСТ. Ведь рожа - инфекционное заболевание, не так ли? Логично обратиться к врачу-инфекционасту, тем более, что там очереди нет. И я вошел в этот кабинет. Здороваюсь, спрашиваю: вот у меня рожа на ноге, Вы можете мне помочь? Молодая темноволосая миниатюрная красавица в возрасте 24 лет с фиалковыми глазами мне мило улыбается и говорит: конечно, покажите Вашу ногу.
Так я познакомился с девушкой, которую мы с маманей потом называли инфекционисткой. Ей тогда двадцать четыре года и было, она только что медицинский вуз закончила. И пришла на работу в нашу поликлинику. Ей все еще было интересно, как молодому специалисту. Профессионал хорошая. Вообщем, посмотрела она, записала анамнез в карточку, поставила диагноз. Недолеченная рожа. И назначила мне лечение. Бицилин поставить, ампицилин хавать. И направила на физиотерапию. К Наталье Владимировне обращаться категорически запретила. Сказала, что она про рожу ничего толком не знает, потому как давно училась, да и терапевт, а не инфекционист. Пошел я к физиотерапевту. А там меня встречает молоденькая светло-русая девушка невысокого роста, миниатюрная, с красивой формой груди, голубыми глазами, короткой юбке. Тоже 24 года. Аня. Тоже расспрашивает меня про болезнь, про паломническую поездку, назначает мне УВЧ, кварцевую лампу и магнитотерапию. Так, заболев рожей, я в поликлинике нашей познакомился впервые с двумя молоденькими врачихами.
Лечили меня недели две, за это время симптомы рожи окончательно прошли, я этим девушкам носил и показывал фотки, рассказывал про паломничество. Им все это было интересно, они часто приглашали меня попить с ними чай, что продолжать свои расспросы, фотки смотреть. Так у меня появились первые знакомые девушки, общавшиеся со мной, вне церковного мира. Еще начался Рождественский пост. На праздник Введения сына Людмилы - училки провожали в армию. В какую-то православную часть, как громко называли какую-то воинскую часть в Химках. Я тоже ходил на эти проводы, хотя был сильно болен. Впечатлило напутствие отца Дмитрия молодому призывнику Валентину. Он сказал так: Валентин! Завтра будет твой великий день. До сего дня ты жил со своей любящий благочестивой матерью, общался со своими родными, со своими братьями по вере, по нашему храму. Тебя все они любили. А завтра ты пойдешь туда, где тебя никто не будет любить. Вот такое слово отец Дмитрий сказал своему духовному сыну. Своего рода напутствие. Мать его, сама собой, смущенная и потерянная. Ведь в армию он пошел с целью поступить в семинарию. Туда только тех берут, кто отслужил. Паренек интересный был. Выбрал себе подвиг ходить круглогодично в кирзовых сапогах. Еще до призыва.
Вот все текло, как обычно. Могу сказать одно - внешним толчком послужило сообщение в новостном выпуске. Что издан перевод Вавилонского Талмуда на русский язык. Я знал, что есть два Талмуда - Вавилонский и Иерусалимский. И что Вавилонский - полнее. Мне хотелось читать и изучать Талмуд. Говорили про него много, а что это на самом деле - я не знал. Вот тут издавали вроде самый авторитетный вариант Талмуда на русском языке. И я загорелся мыслью его приобрести и читать. А еще в общественной жизни были выборы в Думу. Я и маманя пошли на них. Получили бюллетень, размером больше, чем овировская анкета в советские времена. И оба бросили в избирательную плевательницу свой голос за КПРФ. Как матушка, не знаю, а я по одномандатному округу тогда проголосовал за представителя партии Анпилова. Мы тогда вместе плюнули режиму в избирательную урну. Типа полижите у моей матушке, а у меня пососите. Помню потом радостную харю Зюганова на телеэкране. Тогда на парламентских выборах КПРФ собрала свой лучший результат. Предстояли президентские выборы. На которых у меня и матушки было лишь одно осознанное желание - плюнуть режиму в избирательную плевательницу.
Прошли новогодние праздники. Я ничего не осознавая встретил 1996 год от Рождества Христова. В котором по всем параметрам круто поменялась моя судьба. В котором я потерял Надюшу и не приобрел ничего взамен. В котором я решил идти абитуриентом. В котором я сменил церковь на синагогу. В котором пласт моей жизни церковной оказался полностью исчерпанным. Встречая его, я ничего этого не знал. Мы все живем, судьбы своей не знаю. Не надо говорить, что я там перебрал чего-то, это в натуре.
А в натуре как оно было? Прошли вполне обыденно новогодние Праздники, елка, Новый год, Рождество, Старый новый год, Крещение. Вместе с новыми историями об оборотнях и чертях шизанутой Софьи Николаевны. Вроде сговаривались всем приходом ехать к рядовому Валентину в его православную часть. Но 26 января я почувствовал снова температуру и тошноту. Температура поднялась до сорока, ощущал чисто психоделические эффекты. Начало глючить. Пред моими закрытыми глазами плясали черти. Вырвало, потом начался понос. Звонит паренек из хора, рассказываю ему это. Он мне сказал, что это кишечный грипп. Кстати, к тому времени окончательно потерял Надюшу. Расстались без разрыва. С ее подругами связь продолжалась в обмене плана на трам. Менял стекляшки на зеленку. Но это было уже не то. Что с ней. Травку курил очень редко тогда.
Вообщем, сначала был грипп с сороковой температурой. Чрез три недели наступил праздник православный Сретения. На который, идя в церковь, я ощутил знакомый жар в ноге и жжение с болью. Для меня было очевидным, что рожа повторилась. Я после службы пошел в поликлинику к инфекционисте симпатичной (обычно очереди к ней не было). Сказал, что чувствую примерно тоже самое, когда на судне в ноябре начиналась рожа, боюсь, что повторяется все. Молоденькая врачиха глянула на мою ногу и сказала: она повторяется и очень хорошо повторяется. И назначила лечение. Год ставиться бицилином раз в месяц, три недели хавать ампицилин и физиотерапия. Кроме того она посоветовала ходить к ней и после рожи раз в две недели на профилактические осмотры. Так что я снова лечился и общался с двумя молоденькими врачихами: Ирочкой и Аней, посещал физиотерапию. Где получал тоже самое: УВЧ, ультрафиолет и магнит.
С рожей я входил в Великий пост. И уже не мог посещать каждую великопостную службу, как делал это все предыдущие года, службы вычитывал дома по Постной Триоди с другими богослужебными книгами. В церковь стало почему-то ходить лень, а без Надюши и не тянуло туда. Кроме того, тогда маманя мне организовала очень выгодный для меня заказ по набору и верстки текста диссертации одного немца. Я набирал и верстал, вычитывал службы дома. Этим я занимался до половины поста - Крестопоклонной недели. Софья Николаевна, Людочка и Паломница мне звонили. Выясняли, что со мной. И настойчиво советовали мне забросить все суетные дела, поговеть, исповедаться и причаститься. А исповедоваться мне вовсе не хотелось тогда. Я заметил, как у меня развивалось неприязнь к исповеди. Рассказываешь каждый раз одно и тоже. К тому же, причащаясь в Рождественский сочельник, я рассказал отцу Дмитрию, что переспал с официанткой Оксаной, и что мне понравились две врачихи из нашей поликлиники. Отец Дмитрий спросил: понравились - и что тут такого? Я спать с ними хочу, сказал я. Я дрочу и представляю, что занимаюсь любовью с ними. Прости, господи, сказал отец Дмитрий. А больше тебе никто не нравиться? Да мне все девушки из нашей церкви нравятся, сказал я ему. И Ваша жена тоже. Я хочу спать с Вашей женой. И когда дрочу, представляю себя, что занимаюсь любовью с матушкой Марией. Помоги, Господи! - сказал отец Дмитрий, откинувшись назад. Это мне надо будет у своего духовника спросить. А тебе вообще-то тогда жениться надо. Батюшка, а может, вы жените меня? Спросил я его. Нет, отказался сразу отец Дмитрий. Ты плохо поддаешься воцерковлению. И православная воцерковленная девушка замуж за тебя не пойдет. С тобой она пропасть может, да и сам ты можешь пропасть. После этого меня чего-то перестало совершенно тянуть на исповедь.
Во вторую половину поста я получил деньги за эту работу - пять с половиной лимонов. И приобрел в нашем книжном магазине две очень интересные книги, которыми зачитался. Это была «История евреев» и повесть «Голем». В которой описаны в мистической интерпретации легенды Пражского гетто и каббалистов. Особенно мне понравилось концовка «Голема» - герой женился на дочери раввина. И в меня вошла мысль эта - я тоже так хочу! Хочу жениться на какой-нибудь невысокой смуглой еврейской девушке в очках, которая будет после месячных купаться в микве, зажигать субботние свечи в нашем доме, отделять халу, когда что-нибудь печет. И вот это могу сказать совершенно определенно - давний интерес к иудейской религиозной традиции, выросший из интереса к Библии и к творчеству Шолом-Алейхема, слился с сексуальным желанием. Мне хотелось исполнить первую заповедь Торы - плодитесь и размножайтесь. Вступая в половые связи, я не чувствовал, что делаю нечто недостойное. Творец все видит, Он видит, как я кувыркаюсь в постели с разными девушками. В конце концов, Он Сам сказал людям - плодитесь и размножайтесь, соответственно - занимайтесь любовью. И когда паре в постели хорошо - Творец радуется и благословляет эту пару. Ведь Он Сам сказал, что нехорошо быть человеку одному. И сотворил для Адама женщину, чтобы была она помощником человеку соответственно ему. И первая пара стала одной плотью.
Читая про рыжую шестнадцатилетнюю еврейскую девушку - давалку в «Големе», я завидовал тем, кто ее трахал. А Надя уехала, мне трахать было некого. Ну, а ты поди сама понимаешь, девушка, я ж девчонок не обижаю. В падло это, так я считаю. Как с девушкой договоришься, как она согласится. Я - не насильник. Это однозначно. И мне пришла в голову мысль, что надо мне обязательно жениться. На еврейке или вообще на религиозной девушке. Ехать в Самарскую область или в Саранск не хотелось. Безбрачия, монашества - этого тоже не хотелось. Близко прошел от православной публике и от монашествующих в паломнической поездке - и понял, что все это не мой путь. Что в среде этой и не прижиться мне. Итак, мне нужно найти себе жену. Которая будет со мной и в радости и в горе. А не только в постели. Предохраняться я не буду, она тоже. У нас родится столько детей, сколько угодно будет Творцу.
В ту весну я тихо приходил к мысли, что на православную аскезу Творцу положить соответствующий орган. Благовещенье совпало с Вербным воскресеньем. Матушка мне тогда сказала: чтоб твоя психичка Людочка пришла и вымыла нам стекла. Я в деликатной форме пересказал просьбу матушке Людочке маленькой. Она ответила просто: пусть твоя мать вызовет фирму «Заря». Я это матушке пересказал, а она кипешнулась: как эта шизофреничка отвечает твоей матери, почему ты ей по морде не дал, услышав это? Короче, эта Людочка меня явно избегала после этого случая. Я постился, молился. Пришло время Песах. И я в очередной раз попросил матушку испечь пресные хлеба. Опресноки. Как написано в Библии. Матушка в очередной год их испекла, 6но кипешнувшись. А до нее их пекла бабушка без всякого кипежа. Но напекла маманя их в тот раз с запасом. Больше, чем надо.
Эта опресночная неделя окончилась в Великую Среду православных тогда. Я чего-то вечером подумал раздать то, что точно не съем, церковным бабкам. Не говоря, что это - опресноки ветхозаветные. Кроме того, в Великую среду я обычно причащался последней литургией Преждеосвященных Даров. Накануне исповедовался отцу Дмитрию. Народу было немного, стал докапываться он сам: ты все согрешаешь грехом Онана?. Бывает иногда, ответил я ему. Грешен, да. По этому греху. А чего еще беспокоит? - спросил он.
Тогда в июне должны были быть президентские выборы. И в СМИ раздули дикую антикоммунистическую истерию. Я честно сказал: беспокоит антикоммунистическая истерия. Такого - не приемлю. Отец Дмитрий вздохнул и сказал: а ты подумай, сколько православных коммунисты убили, замучали до смерти. За Христа. Я этого не знаю, только с чужих слов несимпатичных мне людей, - ответил я. И в такие игры играть не хочу. А кого там тогда убили - мне это все равно. Я - то не убивал сам.
Как хочешь, ответствовал мне отец Дмитрий. Ты ж меня все равно не послушаешь. А на жену мою дрочишь все еще? Да. грешен, дрочу, ответил я. Отец Дмитрий накрыл меня епитрахилью и пробормотал разрешительную молитву. А напоследок сказал: лучше женись. И ищи себе жену вне церковной ограды. У нас ты долго не задержишься. Мне стало противно. Это была моя последняя исповедь. Как и причастие в ту среду Страстной седмицы - моим последним причастием. Больше я не исповедовался и не причащался. Ушел с чувством, что мне в очередной раз насрали в душу. И с новым чувством - больше хрен насрут здесь. А так и вышло. Я тихо прощался с церковью. После паломничества. В ту Великую среду простился с таинствами. А Творец и Библия - это со мной осталось. На всю жизнь. И даже сейчас пред вмазкой говорю: БЛАГОСЛОВЕН СОТВОРИВШИЙ ПСИХОАКТИВНЫЕ ВЕЩЕСТВА!
Я тогда причастился, при этом поперхнувшись. Закашлялся, еле удержался от того, что не выплюнул все это. Вспомнил древнюю историю из патерика, что недостойным ангел сует в уста уголь огненный. Отошел, испил теплоты. И вдруг понял, что я церкви просто не нужен. Я хотел здесь устроиться, хотел читать на клиросе Часослов, Псалтирь, каноны. Хрен устроили инвалида. Хорошо, я церкви нашей не нужен. Ну, так и она на фиг мне не нужна! А вот Творец - Он мне нужен. Хуево без Него, а батюшки всякие и церковные старосты на хрен не нужны. Ни Творцу, ни мне. Одинокий человек идет к Единому Богу. А Бог - не фраер. Его не надо держать за лоха просто. Он все поймет, но ожидает, что Его уважать будут. Если по Библии. Он за Свой базар отвечал всегда, а ты за свой ответь. Это ж не на пустом месте сказано: ПОЛОЖИ, ГОСПОДИ, ХРАНЕНИЕ УСТОМ МОИМ, ЕЖЕ НЕ СОГРЕШАТИ МИ ЯЗЫКОМ МОИМ.
Ну, служба Великого Четвертка красивая, начинается традиционно с вечера среды. Я в церковь собираюсь, матушка эта видит. И спрашивает меня: твоя опресночная неделя уже кончилась. Я отвечаю: она завтра кончится с выходом звезд вечером. А матушка говорит: так я тебе еще опресноков на неделю напекла, я знаю, потом ты есть их не будешь, ты их, лучше в церкви раздай. Я думаю: а чего не раздать, лучше раздать, чем так пропадут. Матушка их в пакет собрала, нашу домашнюю мацу (умела бабуля покойная печь мацу, ох, умела - так трещала - как кошерная; а маманя так не умела). Пошел в церковь, отстоял службу. Малое повечерие с трипеснцем Андрея Критского и утреню Великого Четверка. Где поется потрясающий ирмос: ССЕЧЕНОЕ СЕЧЕТСЯ МОРЕ ЧЕРМНОЕ, ВОЛНОПИТАЕМАЯ ЖЕ ГЛУБИНА ИССУШАЕТСЯ, ТАЯЖДЕ КУПНО БЕЗОРУЖНЫМ БЫША ПРОХОДИМА, И ВСЕРУЖНЫМ ГРОБ. ПЕСНЬ ЖЕ БОГОКРАСНАЯ ВОСПЕВАШЕСЯ: СЛАВНО ПРОСЛАВИСЯ ГОСПОДЬ БОГ НАШ! Хотя, ежели честно, поется : СЛАВНО ПРОСЛАВИСЯ ХРИСТОС БОГ НАШ. Но так я тогда и по ныне спеть уже был не готов. Творец и Машиах - это две большие разницы. Вот тогда мне это стало очевидно. Наитием.
После этой службы на первом часе читается паремия, то есть, чтение из Пророков. Конкретно - из пророка Иеремии. Что тот не знал, что враги собираются его погубить, но Творец пророка Своего избавил. Служба окончилась, я стал раздавать опресноки старушкам, не афишируя их смысла. Мол, вот, не хотите? Старушки сращу все разобрали, крестились. Не только старушки, но и церковные дети. Я раздал все и пошел домой. Прихожу домой - и вдруг звонит Софья Николаевна: Леня! Зачем ты эту пакость сделал? О чем это? - поинтересовался я. Все ж думали, что ты за упокоение бабушки хлебцы раздаешь, а и батюшке сказали. И попробовать дали. Ты ж мацу в храме раздал, хорошо одна бабка батюшку спросила. Он попробовал и сказал, что это - маца . А ты - жидовствующий. Как мацу печь правильно - я даже не знаю - ответил я. А это бабушка пекла покойная. Это опресноки, но не маца. Там строгие правила, мы их не знали.
А если б правила знали - то бабушка твоя пекла бы по ним? - зло спросила Софья Николаевна. Конечно, пекла бы по всем правилам, бабушка у меня была аккуратная, ответил я. Уже сказали, начала Софья Николаевна. Что ты - чистокровный еврей. И что всех хочешь накормить кровью христианских младенцев. Да я вообще-то четвертинка, ответил я. Но иудейская вера мне очень нравиться. Софья Николаевна вздохнула глубоко. И сказала: это видно - что ты отходишь от нас. Но вспомнишь это: без православной церкви, без отца Дмитрия, без матушки Марии - пропадешь! И повесила трубку.
И потом, бля, у меня разговор был с отцом Дмитрием. После службы Великого Пятка. Отец Дмитрий в какой-то истерике вышел. Он сказал, что я в его храме устроил самую настоящую идеологическую диверсию. Хватит тебе жидовствовать, зачем мацу раздавал в храме? Я ему отвечаю, что это просто был пресный хлеб, что это мать испекла больше, чем нужно, просила раздать. А он мне выдал: твою мать тогда надо запрятать в сумасшедший дом. У тебя мать - сумасшедшая еврейка, ее куда-то девать надо, нельзя тебе с ней жить, с ней ты - пропадешь! И вот так он все порушил. Зачем на мою мать говорить? Сразу меж ним и мной все рухнуло внутри у меня. Вспомнил ваучеры старух на восстановление храма, вспомнил рыжье Софьи Николаевны шизанутой, отданной ему. И которое супруга его стала носить. И чего-то само собой напоминаю все это ему. Отец Дмитрий киснет и говорит мне: да живи, как хочешь, только вне церкви. На этом весь базар и завершился. И с тех пор стали мы расходиться восвояси.
Сначала все было, как обычно. Со всеми предпасхальными и пасхальными праздниками. И тем, что следует после них по Цветной Триоди. Реальный напряг выпал пред Троицей или Пятидесятницей. Там вдруг пред Праздником Вознесения подошла Наташа маленькая. И спросила - могу ли я ей набрать работу дипломную на компе. Я пообещал, что могу, нужны только материалы. Она обещала мне их предоставить, я поздравил ее с иудейским праздником Шавуот или Пятидесятницы. Она сказала, что ей это просто противно. Но за малую цену работать со мной согласилась.
Я достаточно быстро набрал ее дипломную работу. И распечатывал ее в матушкином бюро, что было в здании ФА на Ленинградке. Заказал ей пропуск, проводил по лабиринту высотки. Наташа маленькая плотно засела в бюро. Я был рад этому, а маманя - нет. Наташа маленькая мне очень нравилась. Низенькая, темноволосая девушка с сальными волосами, большеглазая (видимо, у меня было что-то не в порядке с щитовидной железой, она была скорее пучеглазой, нежели большеглазой)Молчаливая, часто начинала неизвестно по какой причине улыбаться. Дипломная работа ее была посвящена творчеству Гоголя, она училась на филологическом факультете МГУ. Корректируя свою работу, она не могла придумать ничего лучшего, как начать обращать в православие мою матушку, настоятельно советовала ей поехать в женский монастырь Шамардино на послушание, а самое лучшее - уйти туда, а мне уйти в Оптину пустынь. Также она посоветовала нам приватизировать квартиру и пожертвовать ее нашему храму. Мол, она так уже уговорила сделать свою бабушку. Само собой разумеется, маманя все это встретила в штыки и стала читать Наташе нотацию. Что от верующих детей плачут родители, что она не рада моей религиозности, и точно также Наташа своей церковностью наверняка принесла много горя своим родителям. Наташа подтвердила, что дома родители неверующие, подвергают ее гонениям, не раз возили к психиатру, а несколько раз даже пороли ремнем. Это матушку рассмешило, и она сказала, что сама бы с удовольствием выпорола Наташу. Наташа стала просить, чтобы маманя ее выпорола за Христа. Это будет ей очень полезно. Матушка сказала, что это ей совершенно не нужно, просто с моими церковными знакомыми она себя чувствует, как в сумасшедшем доме. Делать ей было нечего, и она ушла на три часа раньше. Буркнула мне, что это очень бойкая и нахальная девушка, и что от нее у матушки заболела голова. И ушла, возмущаясь, как эта соплячка смеет чему-то ее учить. Ну, а я все-таки распечатал ей все. Так вот, денег у Наташи маленькой не было. Я предложил ей расплатиться телом. Она молча легла на маленький диванчик и задрала юбку. Я отымел ее, она подмахивала мне с тупой улыбкой. Потом привела себя в порядок. И сказала, что поедет в монастырь приложиться к мощам великомученика Пантелеймона. Оказалось, что у этой Наташи маленькой глубокая религиозность сочеталась с сексуальной распущенностью. Она была слаба на передок и давала всем желающим. Но мне дала потом еще раза два, и больше давать не захотела. Хрен знает почему. Надюши она так мне и не заменила.
Впрочем, с теми двумя врачихами от профилактических осмотров мы перешли как-то само собою к любовным свиданиям. Трахались со мной в своих кабинетах Ирочка и Аня. Я знал, что врачихи те были замужем, рвать с мужьями они не хотели за связь со мной. А для меня к ужасу мамани было хорошо засунуть, нежели дрочить. Просто не думая о последствиях никаких. Хотя найти спутницу жизни мне очень хотелось. И тогда понял, что в церкви мне ее просто не найти. И реально думал, что девчонка, трахающаяся со мной, о последствиях никаких думать не будет, ведь, кто трахался, те не думали. Так все это шло. Кроме того, катехизаторские беседы прекратились Отец Дмитрий от нас устал. Соответственно тусоваться в храме стало менее интересно.
А 13 июня 1996 года маманя мне все мозги проебала. Положи деньги, сделай себе кредитную карточку. В банке «СБС» Большей частью ее деньги. Я пошел и делал. Потому что надоело ворчание ее слушать. Заполнял охуенные анкеты, где спрашивали про девичью фамилию матери. Вложили все наши денежки. В банке получил две карты. Только не кредитовые, а обычные дебетовые карточки. По двум вкладам а дойчмарках и баксах. VISA ELECTRON и еще какая-то. Сначала в Москве акцептовались они с трудом. Не было техники нужной.
Настал жаркий июньский день. 18 июня 1996 года. После первого тура президентских выборов. На которых разные знакомые мне старушки, ходившие в церковь и собиравшие бутылки, собирались голосовать за Беспалого, как их и учили по ящику. А мы с маманей пришли бросить в избирательную плевательницу избирательный билютень за Зюганова. Вожака коммунистов, приятеля моего братца. С осознанием, что он - ну, не самый честный человек. Но что мамане, что мне плюнуть вот так режиму очень - очень хотелось. Мы ж отрицаловка! Ну, а 18 июня я так подумал и пошел. По адресу из справочника московских телефонов. В синагогу на Бронной. Вдруг там Талмуд куплю.
И чего? Приехал на Тверскую, пошел вниз мимо Макдональса, Некрасовской библиотеки по Бронной. Иду вниз, иду. И вижу неожиданно знакомый мне по книгам семисвечник. Неброское здание. Это - хасидская синагога в православной Москве. Я захожу туда. Тогда там не было металлоискателя. Просто зашел - и все. И ксив не ломали. Зашел, увидел книжную лавку, аналогичную лавкам книжным в церквях. И туда направился. Посмотрел там, позырил. Приобрел СИДУР. Еврейский молитвенник с комментариями - как молиться. Приобрел первый том КИЦУР ШУЛЬХАН АРУХ с подзаголовком КРАТКИЙ СВОД ЗАКОНОВ ЕВРЕЙСКОГО ОБРАЗА ЖИЗНИ. Приобрел перевод каббалистической книги ЗОhАР. Из КНИГИ СИЯНИЯ были переведены отдельные главы. Приобрел том Вавилонского Талмуда в русском переводе издания раввина Адина Штейнзальца. И в придачу кипу из темно-синей материи. Приобрел все это и тихо свалил домой. Все так тихо - мирно. Да, мы все живем, судьбы своей не зная. А в тот день судьба моя повернула круто. Я выбрал себе синагогу и иудаику в вере. Отчасти сам того не зная. Что меняю свою судьбу. А тихо ее менять тогда начал.
Вернувшись домой, я стал листать приобретенные книги. В первую очередь Талмуд. Совершенно невозможно представить что такое Талмуд, не взяв его в руки. Он не похож ни на Библию, ни на Коран. Как известно, Талмуд состоит из двух частей Мишна и Гемара. Гемара является комментарием к Мишне как бы. Точно также Талмуд содержит галаху, то есть, разные законы и предписания, и агаду - всякие сказания и притчи. Правда, в том томе, что я приобрел, никаких агадических сказаний не было. У меня всего-то была первая глава трактата БАВА МЕЦИЯ. И я, полистав этот том, понял, что имею дело с древним правом о находках и имущественном ущербе. И как все это надо разбирать в суде.
Талмудическое право - прецендентное, там рассматриваются разные случаи. Начинается этот трактат так. Двое держатся за талит. Этот говорит: я нашел его. Другой говорит: «Я нашел его». Этот говорит: «Весь он мой». И другой говорит: «Весь он мой». Пусть этот поклянется, что нет у него в нем меньше половины его. И пусть другой поклянется, что нет у него в нем меньше половины его. И разделят поровну между ними. Выведенный из Мишны закон о том, как должен решаться данный спор, послужит ключом к решению большинства спорных ситуаций, когда имущество находится во владении обеих претендующих на него сторон, ни одна из которых не может доказать свои права. Стороны клянутся, что половина точно принадлежит им, затем делят сам предмет или его стоимость поровну. А Гемара - это анализ Мишны, который нередко начинается с рассмотрения языковых особенностей: порядка расположения слов, повторов, уточнения различий между близкими по значению терминами. Это записанные рассуждения Мудрецов Израиля, изощряющихся в казуистике. Плюс неоднократные комментарии к Мишне и Гемаре. Читать все это непросто, но мне стало интересно. Я начал медленно вчитываться в Талмуд. Тот том, который приобрел. Талмудическая казуистика мне пришлась по вкусу.
Стал изучать и сидур. Узнал, что сразу после пробуждения надо произнести МОДЭ АНИ - благодарность Творцу по пробуждении, потом совершить омовение рук, сказав при этом особое благословение. Узнал, что есть особая молитва на посещение сортира. Благословен (произносится имя и царский титул Творца, Создавший человека, сотворивший его тело с отверстиями и внутренними полостями. Явно и ведомо Тебе, что если откроется одна из полостей или закроется одно из отверстий, то человек не сможет существовать и стоять пред Тобою. Благословен Исцеляющий все живое, дела которого чудесны! Мне эта молитва понравилась. С тех пор я стал ее читать каждый раз после посещения дальняка, предварительно совершив НЕТИЛАТ ЯДАИМ.
Я узнал детально, что есть три молитвы в течении суток. Утренняя ШАХАРИТ, предвечерняя МИНХА, совершаемая, когда солнце начинает явно склонятся к закату (аналогично православной вечерни) и вечерняя МААРИВ, время которой наступает примерно чрез 20 минут после захода солнца, когда на небе появляются первые звезды (аналогично православному повечерию). Что самый популярный у иудеев псалом - 144 (это как для меня привычно, в масоретском тексте немного другая нумерация псалмов). Аналогично тому, как на православных богослужениях читают 50-й псалом, 144 читается дважды на утренней молитве и раз - на предвечерней. Что ШАХАРИТ - самая длинная молитва подобно тому, как утреня - наиболее длинная служба у православных. И вообще-то надо одевать талит и возлагать тфилин. О талите с цицит я мечтал давно, но в синагоге он стоил дорого. А тфилин - еще дороже. Мезузы не было тогда в продаже.
Структура утренней молитвы ШАХАРИТ такова. Пред ней читаются утренние благословения, среди которых важны благословение души, потрясающе красивое и возвышенное (Боже мой! Душа, которую Ты даровал мне, чиста. Ты сотворил ее, Ты сформировал ее, Ты вдохнул ее в меня и Ты сохраняешь ее во мне, и Ты в будущем заберешь ее у меня, а затем вернешь ее мне в Мире Грядущем...), благословения на изучение Торы, что требуется законами Торы от каждого сына Израилева, после которого читаются отрывки небольшие из Торы, Мишны и Гемары, утренние благословения. В древние времена благословляли Творца за все явления нового дня: увиденный рассвет, петушиное пение, открытие глаз, приподнятие ног, надевание одежды, подъем с постели, твердое вставание на пол, первые шаги после пробуждения, надевание обуви (9 Ава и в Йом-Кипур, когда нельзя носить кожаную обувь, это благословение пропускают), подпоясывание (нельзя молиться, если «сердце видит стыд»; надо обязательно подпоясаться), одевание головного убора (ортодоксы с кипой и в постели не расстаются), умывания. Все эти благословения сначала произносили сразу после вставания, а в более позднюю эпоху их стали произносить как часть утренней молитвы. Потом идет потрясающая по смыслу молитва рабби Иуды Наси, председателя Синедриона в II веке, где просят Творца оберегать сегодня и впредь от дерзких людей и от собственной дерзости, от дурного человека, от плохого товарища, от злого соседа, от несчастного случая, от сатана, от тяжелого суда и неуступчивого истца.
Потом идет собственно утренняя служба ШАХАРИТ, которую в принципе можно читать каждому дома (чем я и стал заниматься), но, разумеется, лучше в синагоге, где читаются части, какие можно читать только в миньяне, то есть, когда есть 10 евреев мужского пола старше 13 лет. Там сначала идут отрывки из Торы о жертвоприношении Ицхака, молитва о еврейских мучениках, молитва о скором приходе Машиаха, отрывки из Торы о порядке жертвоприношений и о служении в Храме, отрывки из Талмуда и принципах толкования Торы, 29-й псалом (в масоретском тексте он 30). Потом читают Стихи восхваления, состоящие из отобранных стихов из Псалтиря и других библейских гимнов, среди которых в первый раз читается псалом 144 - самый популярный в синагогальной литургике. После него - все псалмы Аллилуиа (Которые после него до конца Псалтири идут) и песнь на море - это которую воспели Израилевы, пройдя сквозь Чермное море. Интересно, что большинство этих текстов псалмов хвалитных читается на православной утрени, равно как и эта самая песнь на море.
После этого наступает самая важная часть утренней молитвы - чтение ШМА ИСРАЭЛЬ с двумя предваряющими и одним заключительным благословением. ШМА ИСРАЭЛЬ должна быть прочитана в промежутке от восхода солнца до первой четверти светового дня. А само ШМА - три отрывка из Торы, два первых из книги Второзаконие, а третий - из книги Чисел - заповедь о кисточках цицит (их целуют, когда произносят наименование цицит). Первый стих ШМА ИСРАЭЛЬ АДОНАЙ ЭЛОХЕЙНУ АДОНАЙ ЭХАД положено произносить громогласно. Я обычно набирал воздух в легкие и оглашал помещение мощным рыком ШМА, что всегда бесило маманю. Почему-то и в этом она видела позор для своего сына. А после этого шепотом надо произнести БЛАГОСЛОВЕННО ИМЯ СЛАВЫ ЦАРСТВА ЕГО ВО ВЕКИ ВЕКОВ. Потом следует молитва Амида или молитва восемнадцати благословений (сначала было 18, потом вставили еще одно - против отступников.
Благословен Ты, Господи, Боже наш и Боже отцов наших, Боже Авраама, Боже Ицхака и Боже Яакова, Боже великий сильный и страшный, Всевышний Боже, Владыка мира....Первое благословение, где благословляют Бога защитника Авраама. Во втором упоминают действия Творца: ниспослание дождей, пропитание людей и воскрешение мертвых и благословляют Творца за его беспредельное могущество, в третьем освящают Божественное Имя. Следующие тринадцать содержат просьбы наши к Творцу: подать мудрость, покаяние, прощение, спасение от бедствий, исцеление от болезней, хороший урожай и достаток, собирание народа Израиля из рассеяния, восстановления правосудия, наказания преступников (в одном старинном тексте этой молитвы прямо названы христиане, то есть, евреи, принявшие христианство), награде праведников, восстановлении Иерусалима, явлении Машиаха и под конец - услышать молитву. Заключительные три благословения содержат благодарность Создателю. Просят восстановить Храмовую службу, что Израиль мог благодарить Творца, благодарят Творца за его великие благодеяния Израилю. Произносят заключительное благословение мира и потом произносят заключительные слова этой молитвы, во время некоторых положено делать определенные телодвижения. Маманя всегда смеялась, когда видела, как я это делаю, в синагоге вообще-то тоже прикольно было на это смотреть со стороны. А положено читать эту молитву, обратив лицо к Иерусалиму. Я молился на юго-запад.
После этого переходят к покаянным молитвам ТАХАНУН, которые в праздничные и полупраздничные дни не читаются. В понедельник и четверг читаются дополнительные покаянные молитвы, после чего в понедельник, четверг, в новомесячие, во дни постов, Хануку и Пурим в синагоге читают Тору с церемониями. А так вне миньяна переходят ко второму чтению 144 псалма, потом читают 19 псалом, потом сборник разных стихов из Библии, начинающийся словами: «и придет Избавитель Сиона к потомкам Яакова, обратившимся от нечестия», после которого в новомесячие и полупраздничные дни читают молитву Мусаф - в память о дополнительной жертве, которую в такие дни приносили в Иерусалимском Храме. Завершается утренняя молитва красивым гимном АЛЕЙНУ ЛЕШАБЕАХ. «На нас возложено прославлять Господа всего мира, провозглашать величие Создателя вселенной. Ибо Он не сделал нас подобными народам мира, не дал нам быть похожими на племена земные. Он дал нам не их удел, и не ту судьбу, что всем их полчищам. Ибо они поклоняются пустоте и тщете, и молятся божествам, которые не спасают; мы же преклоняем колена и падаем ниц, и возносим благодарность Царю царей, Святому Творцу, благословен Он. .....Воистину, Он- Царь наш, и нет иного. .... И поэтому мы надеемся на Тебя, Господи Боже наш. Надеемся увидеть вскоре великолепие могущества Твоего, которое сметет поганство с лица земли и уничтожит идолов, чтобы был исправлен мир под властью Бога. Тогда все сыны человеческие станут взывать к имени Твоему, и все грешные земли вернутся к Тебе. ... и все они подчинятся Твоей царской власти, и Ты вскоре воцаришься над ними на веки веков. Ибо Тебе принадлежит царская власть, и будешь Ты царствовать во славе во веки веков. А потом еще читают псалом по дню недели, а с начала месяца Элул до седьмого дня праздника Кущей, когда на Небе решается, где сколько выпадет дождей, трубят в шофар (это до еврейского Нового года) и читают 26 псалом. Вот и вся утренняя молитва. Полностью я читал ее где-то часа два, ну, а по Субботам и праздникам она расширенная и занимает где-то часа три.
Предвечерняя молитва МИНХА гораздо короче. Ее нужно читать от момента, когда солнце начинает склоняться к закату до момента захождения солнца. Начинается она с 144 псалма, потом идет молитва АМИДА, потом более короткий вариант ТАХАНУН и гимн АЛЕЙНУ, а в синагогах в дни постов пред МИНХОЙ читают Тору. Минха занимает где-то минут 35. Так я дома ее читал. А вечерняя молитва МААРИВ, которую положено читать при появлении звезд, - самая короткая. Ее предваряют два стиха из двух разных псалмов, потом идет ШМА ИСРАЭЛЬ с более короткими двумя предварительными благословениями и двумя заключительными после трех отрывков из Торы. Есть еще и третье благословение, но оно читается строго вне земли Израиля. Потом идет молитва АМИДА, а после нее гимн АЛЕЙНА. Ну, и псалом 26, в те дни, когда его читают после утренней молитвы. Я читал сам МААРИВ за минут 20 в обычные дни.
За три дня во всем этом разобрался, стал дома читать иудейские молитвы и носить кипу. С детства я никогда не выходил на улицу с непокрытой головой, на детских фотках я мог быть без штанишек и трусишек, но обязательно в кепочке. С покрытой головой я чувствовал себя как-то спокойнее и увереннее. Приближалась Суббота 22 июня 1996 года, или 5 число месяца Таммуза 5756 года от сотворения мира. Эту Субботу я решил провести с максимально возможным приближением к тому, что было написано в КИЦУР ШУЛЬХАН АРУХЕ. Хотя вчитавшись понял, что это очень трудно. Много разных запретов. Ведь в Субботу запрещено 39 видов работ и производных от них. Нельзя, например, выливать горячую жидкость из посуды, в которой она варилась, на холодную пищу, так как при этом нарушается запрет Торы варить в Шабат! Нельзя укрывать горячую пищу подушками или одеялами, чтобы она не остыла, нельзя поднимать паданцы, нельзя колоть орехи, нельзя выжимать сок из фруктов и овощей, нельзя мочиться на снег, нельзя сплести две нитки, нельзя отрывать листки туалетной бумаги от рулона (поэтому я обычно рвал их заранее в пятницу). Да много чего нельзя. Я все это читал, мотал на ус, и старался соблюдать, как получалась. Скрупулезность и дотошность Мудрецов Израиля к разным деталям жизненным мне очень нравилась.
Субботы маманю с одной стороны бесили, хотя отчасти и радовали. Ведь к встрече Субботы надо готовиться и помыться. Вот мама очень радовалась, что я в пятницу стриг ногти, мылся, подбривал щеки, подыскивал себе одежду получше. Сначала она никак не могла понять, в чем дело, а когда я сказал, что так положено готовиться к встрече Субботы, она так сказала: ну, хоть по еврейским книгам как-то научился следить за собой. А у меня сложился такой ритуал встречи Субботы. Потом я готовил субботние свечи, которые приобретал в той хасидской синагоге. Надо зажечь как минимум две свечи. Вообще-то, это женская заповедь, но у меня не было тогда жены, а теперь Оля в моем доме зажигает субботние свечи. Их положено зажигать за 18 минут до захода солнца. И гореть они должны на столе, где будут есть первую субботнюю трапезу. Ведь сутки по иудейской традиции начинаются с захода солнца, вернее - выхода звезд первых. Я смотрел по часам и по календарю, в назначенное время зажигал свечи, прикрывал глаза ладошкой, произносил благословение и опускал руку. И любовался горящими свечами. И я действительно радовался Царице Субботе, приходящей в мой дом. Потом ждал появления первых звезд и начинал читать молитвы встречи субботы. Субботний МААРИВ я полюбил больше всего.
Сначала читается шесть псалмов, с 94 по 98, а потом 28, который читается стоя, потом молитва, а потом я начинал громко петь на иврите ЛЕХА ДОДИ ЛИКРАТ КАЛА ПНЕЙ ШАБАТ НЕКАБЕЛА. Выйди, друг мой, навстречу невесте; с тобою вместе мы встретим Субботу. После этого гимна читают два псалма - 91 и 92. Потом идет МААРИВ. ШМА ИСРАЭЛЬ с обычными предваряющими и заключительными благословениями, а в молитве АМИДА - 7 благословений вместо будничных 19. И четвертое содержит освящение дня. Да, забыл сказать, что молитву АМИДА всегда надо читать шепотом. Потом читается отрывок из книги Бытия, а дальше все, как обычно. А вот после молитвы вечерней надо приступать к первой субботней трапезе.
Первая субботняя трапеза, равно как и прочие субботние трапезы матушку изначально напрягали больше всего. Ведь до ее начала есть вообще нельзя. Хорошо, зимой к первой субботней трапезе можно приступать в 19 часов. А летом, когда длинный световой день? Я в полночь только есть и начинал, а маманю это напрягало само по себе. К тому же, я просил сделать повкуснее, вкуснее, чем в будни. И самое главное - я пил вино на ней. Ведь надо освятить Субботу над бокалом вина, совершив обряд КИДУШ. Взять бокал, протереть его или вымыть, налить вино до краев. Хлеб при этом должен быть закрыт белой салфеткой (нужна вообще-то хала). Потом этот бокал с вином берут правой рукой, передают в левую, и держат на ладони правой руки и стоя читают снова отрывок из Библии о первой Субботе после сотворения мира, благословение на вино и благословение на освящение Субботы. Потом этот бокал вина выпить надо, после чего омыть руки, прочесть благословение Взрастившему хлеб из земли, съесть хлеба. После чего приступают собственно к субботней трапезе. А чтобы вполне наслаждаться Субботой (это же день для отдыха и наслаждений!) к субботним трапезам я брал баклашку пива двухлитровую и во время трапезы тянул пиво из кружки.
Вот это-то и не нравилось матушке больше всего. Два бокала вина (второй я пил, читая молитвы после трапезы, чтобы произнести благодарственную молитву за вино) и несколько кружек пива она считала беспробудным пьянством. Говорила, что я просто пьянствую под видом встречи Субботы. Хотя какое пьянство было тогда - я понять не мог. Я хмелел только слегка. А маманя ворчала, что я пьянствую, ем не во время, вином и пивом разжигаю свои сексуальные желания. Кстати, субботняя ночь - идеальное время для ебли. В нее надо обязательно трахнуть свою жену. Иудаизм мне представлялся веселой религией, утверждающей, а не отрицающей живую жизнь. А чего делать, ежели у меня нет жены? В субботнюю ночь я усиленно занимался рукоделием. А спали мы тогда с маманей в одной комнате, и ее это очень бесило тоже. Она, разумеется, все слышала, но ночью не говорила ничего, а днем ездила по ушам, что на то и дана людям голова, чтобы контролировать животные инстинкты. Любой намек на сексуальную активность, на сексуальные желания был для нее почему-то оскорбительным всегда. Узнав, что занимаюсь любовью с девушками, она перестала целовать меня и гладить по голове рукой. Говорила, что стесняется притрагиваться ко мне, зная, что я уже мужчина, пусть тебя твои девки гладят и целуют. Частые смены девушек ее напрягали, но во всем винила только их. И твердила, что мне нужна женщина старше меня с ребенком, да только не найти мне ее. Что меня рядом с собой ни одна женщина не потерпит. В частности, из-за моих Суббот и молитв. Кстати, тогда у мамани появилась надежда, что я познакомлюсь с еврейкой. Еврейскую жену для меня она очень хотела. Говорила, что еврейские женщины - очень хорошие жены, хозяйственные. Ее прельщала история наших знакомых о религиозной еврейке, вышедшей замуж за русского гера (я ж говорю, прикольное название у иудейского прозелита), сделавшей своего мужа раввином и родившей ему шесть детей.
Утренняя молитва в Субботу очень длинная, из-за большого числа добавок в Стихи Восхваления, да еще читается дополнительная молитва Мусаф. Где-то часа три я читал субботнюю утреннюю молитву, потом уже обедал, делая снова освящение над бокалом вина, правда, с другими молитвами, за трапезой допивал пиво вместе с маманей. Вот дневные субботние трапезы матушке нравились. Раз она мне даже сказала, что в этом что-то есть - раз в неделю устроить себе хороший стол с хорошим вином, отличным от стола будней. Но что ее напрягало - так это долгие молитвы и субботние запреты. Дело в том, что мама привыкла по выходным ездить на рынок, делать покупки, варить, готовить, убираться. А меня и попросить ни о чем нельзя. Я отвертку взять в руки не могу, деньги взять в руки не могу, даже сумку поднять вне дома - тоже не могу. Есть четыре вида субботних владений. Маманя еще любила гулять в лесу далеко - а я выйти не могу более чем на 960 метров с небольшим от границы населенного пункта. Так что покушав, я предпочитал воткнуться в перевод Талмуда и постигать казуистику Мудрецов Израиля. А маманя ворчала на меня и говорила всякие гадости. А мне хотелось соблюдением субботних законов хоть на какую-то долю микросекунды приблизить наступление Царства Божиего на земле.
А когда солнце начинало склоняться к закату явственно, я читал субботнюю МИНХУ. Она чуток подлиннее, нежели будничная, но где-то одному на минут сорок пять. Прочитав ее, я начинал читать главу из трактата «Поучение отцов», как это и положено летом (в зимнее время читают псалмы восхождения), а потом снова трапезничал с маманей. И готовился прощаться с Субботой.
Время Субботы охватывает примерно 25 часов. МААРИВ на исходе Субботы начинается примерно где-то чрез 50 минут после захода солнца. Этот МААРИВ исхода Субботы - как бы переход от Субботы к будням. Обычная будничная вечерняя молитва сначала, но в четвертом благословении ее читается благословение разделения Субботы и будней. После молитвы АМИДА читается псалом 90, начинающийся заключительными стихами 89 псалма и сводный сборник стихов библейских, потом идет гимн АЛЕЙНУ. А после вечерней молитвы совершают обряд Авдала - проводов Субботы, отделения ее от будней. Это надо поставить блюдечко, а в него - бокал, наполнить бокал вином, чтоб чуток перетекло чрез край - признак благословения изобилием. Зажигаешь свечу с двумя фитилями или две свечи, составленные вместе (в знак того, что Суббота окончилась и можно зажигать огонь). Берешь в правую руку бокал вина, а благовония (чего-то такое из восточных ароматических веществ) - в левую руку. И начинаешь читать 7 стихов из разных мест Библии. Потом произносишь благословение над вином, потом надо аккуратно переместить бокал в левую руку, а благовония в правую, произнести благословение Сотворившему ароматные вещества и понюхать чуток. Потом берешь бокал в правую руку и произносишь благословение Создавшему светы пламени. Ставишь бокал с вином на стол и какое-то время смотришь на отсветы пламени свечи на ногтях четырех пальцев правой руки. Потом снова берешь бокал и произносишь завершающее благословение отделившему святое от будничного, свет от тьмы, Израиль от других народов, Седьмый день от шести рабочих дней. И выпиваешь вино, оставив чуток на дне. Это выливаешь в блюдечко и окунаешь в это вино свечку, чтобы так потушить. Можно обмакнуть в остатки вина кончики мизинцев и смачивать им веки. Это чтоб глаза не болели. И карманы - чтоб денежки водились. Но это - просто обычай такой был давно. А когда у меня была зеленка, я после проводов Субботы забивал косяк, шел на балкон и изобретенным мною благословением: «Благословен Сотворивший психоактивные вещества» подрывал его. Вот так я учился встречать и провожать субботние дни. Быстро втянулся. И мне это понравилось все.
Кстати, план тогда у меня был далеко не всегда, употреблял я его чисто эпизодически. И точно считал, что никакой зависимости от него нет. Есть, куришь, нет - нет так нет. Редко тогда употреблял. Надюши - то уже не было. А жизнь текла. И тихо вынесла нас к второму туру президентских выборов. По еврейскому календарю они приходились в канун траурного дня 17 числа месяца Таммуза. А вот результаты о победе Беспалого объявили уже 17 числа месяца Таммуза. В годовщину 5 несчастий народа Израиля. Первой - это Моше-рабейну, он же Моисей, психанул, спускаясь с Синая и увидев близких ему людей, пляшущих вокруг золотого тельца. И разбил Скрижали Завета. Второе - в этот день Халдеи пробили стены Иерусалима и вошли в святый град по времена Первого Храма. Третье - в этот день во дни осады римлянами Иерусалима прекратились ежедневные жертвоприношения; просто не стало ежедневной жертвы. Четвертое: в этот день впервые была публично сожжена Тора во дни злодея Апустумаса. И пятое: во дни эллинистического царства Антиохийского в этот день Ава летом - это тяжело, у нас в средней полосе России жарко; в Иерусалимском Храме был поставлен идол. В мои дни в этот самый день года объявили о победе на президентских выборах Беспалого. Я незадолго до этого на балконе в кипе с сидуром освящал полную луну и в иудейской молитве просил у Творца, чтобы враги мои не могли коснуться меня и причинить мне вред. И торжественно трижды провозглашал громким голосом с балкона при виде луны, вступающей в полнолуние: Давид, царь Израиля, жив и будет жить во веки! А после ожидаемого результата выборов в голове всплывало апокрифическое предсказание Нострадамуса:
«Его изберут, но посредством обмана,
И будет без зерен дырявый мешок,
Но, к счастью, закат его кончится рано;
Слова его действиям станут не в прок».
Молился не зря. Закат Беспалого окончился фактически чрез два года. Времена стали меняться. Временное прекращение государственной жизни в России кончилось. Стали строить новую государственную жизнь. А тогда я соблюдал пост иудейский, как положено.
Не, Зоя, иудейские посты - они короткие, но более строгие, чем православные посты. Тут есть и пить не положено вообще, а 9 Ава и в Йом-Кипур - так не положено и умываться и носить кожаную обувь. Вообщем, в течение светового дня не хавай и не пей, звезды вышли - все нормально, пост кончился. А 9 Ава и в Йом-Кипур - тоже самое 25 часов. От заката солнца до выхода звезд на другой день. Не хавать, ни попить, покурить - это само собой нельзя. Нельзя умываться, можно только веки водой омочить. Кожаную обувь одевать нельзя, трахаться нельзя, я думал, что и дрочить нельзя. Я все это соблюдал. Ради исполнения законов Торы. Как Письменной, так и Устной. А маманя бесилась - как это я жрать не хочу и пить. Наверно, напился вина.
И тут, Зоя, я скажу тебе удивительную и непостижимую вещь. Вообще-то, матушка у меня настроена негативно к религии всякой. И ее ни в церковь, ни в мечеть, ни в синагогу калачом не заманишь. Но она сама вызвалась тогда. В то самое время. Говорит: нет, вот если бы в церкви старух кормили бесплатно - я бы пошла благотворительный обед готовить. Я это отцу Дмитрию пересказал. А он мне отвечает: тебе и матери твоей не дано понять: вот- вот придет Антихрист, а мы строим храм. Надо храм построить, а старушки православные - подождут. Но ведь ни ты, ни твоя матушка - они для храма нашего бревна и камни таскать не согласны. Это все слова. Но я видел, что в той хасидской синагоге старичков и старушек кормят за просто так. Что там реальная общинная жизнь. А здесь - оклады икон, новые колокола, завитушки на церковный потолок., новое авто для настоятеля храма, микробус для прихода. В синагоге на Бронной шизанутая старушка Софья Николаевна, живущая со своими котами и кошками, заменявшими ей детей, получила бы после молитвы сытный обед. А здесь - хрен получит. Я ей это говорил. Она мне сказала: мы, старухи, не должны объедать церковь. Мы должны отрывать от себя последнее и отдавать церкви. Я ничего не мог ей сказать. Я просто подумал в себе: нет, такой церкви я просто не нужен. Да и такая церковь мне не нужна.
А шизанутая Софья Николаевна сказала мне пророческие слова: Лёня, я чувствую, как ты тихо отходишь от нас. Ты знаешь все лучше нас, но ты не наш. Умные бабки говорят, что ты - сатана. Запомни одно - без нас ты пропадешь. Без нас у тебя будут девушки, с которыми мальчики еще не то делают. О чем ты мечтаешь с девушкой сделать. Я вспомнил Надюшу. И мне стало смешно. Что благочестивая Надюша показала мне, что такое гера и игла - об этом шизанутой старушке говорить просто не хотелось. А она мне все звонила и говорила: твой друг - Сатана. Ты с ним пропадешь. Раз достала меня. И я ей сказал: так я только у вас пропаду, а в другом месте появлюсь. А бабка та испуганно закрестилась.
К осени церковные девки давать мне перестали, а вот врачихи из нашей поликлинике - те давали. И еще были два события, которые меня и матушку просто достали конкретно. Наши, личные. Сначала нам достали путевку наши знакомые на реальную жемчужину Подмосковья Истру. Маманя звонит нашей знакомой церковной семье. Где у главы семейства было авто. И нарывается: а батюшка не благословит. Матушка мне потом сказала: чтоб больше я с ними не знался, равно как и с отцом Дмитрием. Мол, на хуй мне не нужны, лучше будет, если я буду только в синагогу ходить, там народ покультурнее. И личная жизнь у меня там наладится обязательно. А Истра - это была как бы репетиция. Нашего отдыха на в Турции и моих курортных романов. Я там трахал тридцатилетнюю мать двоих очень капризных детей, которую звали Леной. Она оставляла детей под присмотр мамани и шла трахаться со мной в кусты. Раком любила трахаться. Вроде нормально было, потом она третьего ребенка родила. Может, от меня, хрен знает. А за Турцию мне матушка на Истре все мозги проебала. Давай поедем в Турцию, отдохнем, как люди. Кстати, на Истринском водохранилище я впервые соблюдал пост 9 Ава близко к установленным правилам.
Вот мне в Турцию не хотелось совершенно, просто в голову не приходило. Рекламировали Анталию. Идет реклама - Анталия, Анталия, а на хуй мне туда ехать. Но матушка настаивала. И при этом хотела, чтобы я сам выбрал, сам сходил в турфирму в здании ФА, сам взял дешево нормальный отель. Ну, ездит она по ушам и ездит. С соседней фирмы бухгалтерша два раза в год туда ездит, а получает меньше матери, цены там дешевые. Я пошел брать самый дешевый отель. Взял трехзвездочный отель без кондиционера. Под Аланьей. Как самый дешевый. Маманя вроде согласилась. Ей очень хотелось отдохнуть в Турции, но не тратить много денег при этом. Хотя как в рекламе дешево не оказалось. Вот так в первый раз взяли путевку на Средиземноморье.
Если говорить объективно, то тогда для нас это было совершенно не в напряг. Фактически маманя одна руководила представительством крупной немецкой фирмы, ее оклад был 1200 баксов. В бизнесе, естественно, она понимала мало, а доктор Метцнер - тот понимал в российском бизнесе едва ли лучше мамани. Сделок было мало, дорогостоящую немецкую медицинскую технику наши клиники просто были не в состоянии покупать. Торговля просто окупалась, но прибыли было мало. Почему-то маманя считала всех из соседних фирм и своих клиентов жуками, аферистами, мафиози. Мафия мерещилась ей везде. Она считала аферисткой и ту бухгалтершу с соседней фирмы, соблазнившую ее своим примером на поездку в Анталию, и полагала, что та существенно занижает свои доходы. И чем ближе была дата отъезда, тем более она становилась невеселой. И ныла - а могли ли мы вообще позволить себе эту поездку, ведь бюро вот-вот закроется, сделок практически нет.
Я рассказал церковным, что мы собираемся ехать на две недели под Аланьей. Кто из старух порадовался за меня, но большинство церковных дам это не одобряли - поездка без благословения батюшки им казалось весьма не благочестивым делом. А когда я самому отцу Дмитрию рассказал, что скоро уедем, он отпрянул назад, будто увидел пред собой змею. Хотя попросил привезти ему из Турции феску, в которой бы он мог ходить в турецкие бани. От этого случая и пошли эти базары, что батюшка не благословил нашу поездку. Хотя при чем тут батюшка. Набожная семья с авто довозить нас до аэропорта категорически отказалась. Раз они поехали в неблагословенную отцом Дмитрием поездку, и в пути у них сломался мотор. А если второй раз поедут, то точно в аварию попадут. Ну, и черт с ними, маманя в очередной раз помянула недобрым словом моих церковных приятелей и заказала такси. И рано утром в четверг 29 августа мы отправились в Шереметьево-2 на такси. По пути в Шереметьево я достал сидур и прочел дорожную молитву.
Этот московский международный аэропорт поразил меня своей бестолковщиной и суетой в первый раз, свободным прохождением чрез таможню. Маманя было сунулась в ларьки дьюти-фри, потому что доктор Метцнер предпочитал отовариваться именно там. Цены ее сразу обломали и она недоумевала, чего же он тут такого себе покупает. Но ведь там продают-то не товары народного потребления, а то, что облагается акцизом или сувениры разные. То есть, недешевое само по себе. А налоговые ставки в разных странах разные. Дорога была благополучной, ни задержки рейса, ничего неприятного. Вовремя загрузились в самолет, летели, я наслаждался видами из иллюминатора самолета. Чрез пару с лишним часов приземлились в Анталии. Быстро прошли турецкий контроль, нашли автобус. Помню, как меня поразил жаркий парной турецкий воздух. До отеля ехали час с лишним. Номер наш мамане не понравился, она кипешевала с портье и вытребовала себе номер с видом на море, хотя и сбоку. Ну, так была гостиница расположена.
На этом первом турецком отдыхе мне все понравилось, а матушке понравилось тоже, но была она там в постоянном напряге. И напрягало ее все ее контакты. Ехали на экскурсии - она почему-то считала, что постояльцы пятизвездочных отелей принципиально не хотят с нами разговаривать. Стремилась общаться с немцами, которых там было в изобилии. Немцев матушка считала бесстыжими. И не без оснований. Немки разных возрастов ходили и на пляже и по гостиничной столовке и по коридорам без лифчика. И не только молодые девушки, но и семидесятилетние старухи со своими дряблыми в прожилках грудями. А чуть подальше на пляже некоторые дамы и без трусиков загорали. Тогда меня отчасти удивило, что немки в массе своей с грубыми чертами лица, какие-то мужиковатые. Там на сто женских лиц и фигур было не более десятка действительно женственных симпатичных лиц. Кроме того, все немцы на курорте были очень шумными. Маманя со своим вторым немецким лезла в их тусовки. И потом говорила, что немцы оставляют уборщицам 2-5 дойчмарок чаевых, а вот мы этого себе позволить не можем. Вот на нас турки смотрят и думают - нищета приехала. Насчет чаевых - я этой темы не понимаю. А хули выкладывать, ежели пропить или проторчать можно? Вы скажите, где мой номер, а баулы свои мне самому туда не в падло занести. Еще (вот это были базары многих из наших соотечественников) - к немцам турки относятся лучше, чем к русским. Я этого не замечал. Говорили, что Анталию как курорт сделали немцы, ну, естественно, под себя и для себя. Больше программ, всего больше. А матушка вроде как бы сожалела, что она - не немка.
Меня удивляло также и отношение матушки к женщинам. Если девушка или дама поговорила с русскоговорящим гидом или соседом по номеру, то для мамани они потом будут спать вместе. Меня это удивило. И я спрашивал матушку: а может, они просто так поговорили? Ты жизни не знаешь, - раздраженно отвечала маманя. Просто так ничего не бывает. На курортах занимаются любовью! Всех одиноких женщин маманя подозревала в намерении найти себе спонсора и параллельно - молодого мальчика для траханья. Была убеждена, что люди здесь чего-то покупают, потом дома выгодно перепродают, что окупает расходы на их поездку и отдых. Это была извечная тема матушки - что другие умеют жить и трахаться, а вот мы просто существуем. И что немцы живут лучше нас. И могут позволить себе в жизни и в сексе гораздо больше нашего. Ну, еще у мамани была там такая тема - что все бабы от сорока и выше с вожделением смотрят на меня. И очень хотят затащить меня к себе в постель и развести на деньги. Откуда все это матушка забила себе в голову - я не знаю. Могу только одно сказать: турецкие курорты мне очень понравились. Я там просто отдыхал - и все.
В следующий заезд в соседнем номере появилось две дамы. Одной было 50 лет, а другой - 48. Первая была замужем, вторая в разводе. Вот они точно сюда блядовать приехали. И с турками трахались, с айзерами, которых там хватало, да и любили ловить мужиков и разводить их на деньги. За деньги не ели ничего, привезли с собой консервы, жрали их. Маманя их терпеть не могла, ее бесило, когда они садились с нами за один столик в столовке. Мне так противно сидеть рядом с этими блядями! - говорила она обычно. Мне это было по барабану: они к нам не лезли, просто трепались за столиком. Бабы были отвязные, не стесняясь, рассказывали о своих курортных романах. И это матушку больше всего и напрягало. Напрягало еще и то, что турки некоторые и немки считали меня за ее мужа. Тогда я сильно полнел с каждым месяцем.
И именно на этом курорте маманя говорила мне, что со мне с ней здесь мало интересно, мне сюда надо ехать с подружкой и спать с ней. И посоветовала мне найти молодую девочку 18 лет, предложить ей съездить в Турцию за наш счет. И тогда мне эти две недели покажутся сказкой. А маманя мне все это оплатит. Где найти такую девчонку только? Вот этого матушка и не знала, но была уверена, что многие на это поведутся. Сейчас молодежь развратная - она в этом была убеждена железно. Но идею фактически купить девушку за поездку предложила она мне. Мне такого в голову просто не приходило. В склонности всех женщин к продажности маманя была уверена свято.
А чего еще сказать про этот отдых? Особо-то и нечего. Вставали, купались в бассейне, потом шли на завтрак, потом на пляж. Обедали в ресторанчике на берегу моря, брали там себе шашлык, пиво, кофе. Отдыхали в номере, потом снова на море до захода солнца, потом ужин, потом гуляли по берегу моря, как мы любили, потом приходили в номер и ложились спать. Скучно мне не было. Маманя иногда общалась с немцами, порой ее приглашала одна немецкая семья посидеть с ними. Ездили на экскурсию в потрясающе красивое место Пумуккалле с его минеральными горячими источниками. Там мне помнится интересная сцена. В бассейне с термальными водами плавал пожилой толстый турок, а его молодая жена в платке и очках сидела в кресле. Увидев, что муж собрался выходить из бассейна, она молча взяла его шлепанцы и принесла их ему с полотенцем. Потом стала его вытирать, он взял ее под руку. И они пошли вместе в кабинку для переодевания. А я плавал в бассейне и думал: я тоже так хочу!
Природа в Турции разнообразна и очень красива. Еще мы ездили в Аланью сами, бродили по рынку и городу. В начале осени погода начала портиться, ездили в город не раз, раз сами залезли в замок Клеопатры, накануне отъезда сходили на морскую прогулку до Аланьи и обратно. Приятно провели время, хорошо отдохнули. Неожиданно туроператор подарил нам день. И вернулись мы домой не 12, а 13 сентября. В самый канун еврейского Нового года, к которому я закупил нужные фрукты: финики, смоквы, виноград, гранаты.
Возвращение было тяжелым. Долго ждали в аэропорту Анталии, в полете не раз попадали в турбулентные потоки, долго ждали подачи трапа в Шереметьево, два часа стояли в очереди к погранцам, долго искали свой багаж, долго ждали его, прошли мимо таможни по зеленому коридору. Долго торговались с бомбилами, которые заламывали бешеную цену. Возвращались в наше осеннее Очаково с начинающими желтеть деревьями. Нас встречала толстая соседка Лена Гербалайф, сготовила поесть. Но я уже есть не мог. Только успел прочитать МИНХУ, как пришло время зажигать свечи субботние и Нового года. Зажег, подождал, взял Махзор. И начал совершать праздничный МААРИВ. А потом начал первую трапезу Новолетия. Там есть ряд особенностей. После освящения вином и омовения рук, хлеб макают в мед. И потом произносят благословение на плод дерева и пожелание: да будет воля Твоя возобновить для нас год добрый и сладкий. И яблоко тоже окунают в мед. Едят также гранат с пожеланием, чтобы заслуг наших стало больше, чем зернышек в гранате; едят рыбу с пожеланием расплодиться и размножиться, как рыбы в море; едят голову рыбы (лучше бы баранью голову) с пожеланием быть головою, а не хвостом. А финики едят с пожеланием, что бы в наступающем году были прикончены все ненавидящие нас враги наши (игра слов на иврите вызывает такую ассоциацию). Вот так я и встретил Рош- hошан. А весь день праздника я молился по Махзору, провел день в молитвах, трапезах и изучении Талмуда. И надеялся, что в этот день суда мне Творец определит хорошую долю. Усилия мои не пропали даром. В наступившем 5757 году от сотворения мира судьба моя стала определенным образом меняться. Творец определил мне поступить в Финансовую академию.
А на другой день (так как первый день праздника выпал на Субботу) я пошел совершать обряд стряхивания грехов к нашему Очаковскому пруду. После МИНХИ. Прочитал молитвы, потряс одежду да и вернулся домой. В понедельник был пост Годолии, наместника Иудеи, поставленного царем Навуходоносором после взятия Иерусалима (видно, это был потомок знатного иудейского рода, бывшего всегда против союза с Египтом) - в память об его убийстве, совершенного сторонниками проегипетской партии. Постился. Вроде вернулся к привычной для меня жизни. Потом подошел Йом-Кипур - когда в древние времена возлагали на козла все грехи народа Израиля, выводили в пустыню Иудейскую, что к югу от Иерусалима и сбрасывали со скалы. В этот день полного поста от захода солнца накануне до выхода звезд на другой день (где-то 25 часов), когда нельзя есть, пить, умываться, носить кожаную обувь и вступать в половые сношения, когда читается не три обычные, а пять молитв - я все это читал Текст покаянных молитв Слихот - удивительный по своей силе и эстетичности. И я считаю, что свой первый Йом-Кипур совершил очень хорошо. А маманю это бесило. Что я 25 часов не ел и не пил. Но как потом хавать было приятно!
Вообще больше всего праздников в месяце Тишри. Новолетие, Йом-Кипур и Суккот - праздник кущей. Праздник кущей продолжается целую неделю и завершается праздником Торы. В течении недели положено жить или теперь есть в кущах. Шалашах. Чрез крышу которых видна хотя бы одна звезда ночью. В седьмой день праздника Творец решает, где сколько выпадет дождей в наступившем году. И молятся в этот праздник и своевременных и благоприятных дождях, для чего используют лулав и эстрог. Этрог - это такой цитрус, похож на лимон, а лулав - связка ветвей из финиковой пальмы, мирта и вида речной ивы. И все это составлено надлежащим по традиции дотошных Мудрецов Израиля. Я помню, что как только прочитал у Шолом-Алейхема про лулав и этрог на праздник кущей - мне сразу захотелось исполнить эту заповедь. Поэтому я решил, что непременно сгоняю в синагогу и выполню эту заповедь над общественными лулавом и этрогом. Своих-то нет, а поспрашивал в синагоге - этрог прилично стоил очень. Да и веселый хасид сказал мне, что он лично редко видел в Москве этрог в продаже. Ну, хоть посмотрю, как это делают, а там тихонько и сам сделаю, если повезет.
В первый день праздника кущей мне позвонил мой приятель с детских лет из Омска. Он мотался тоже туда и сюда, увлекался экстрасенсорикой поначалу и уфологией, потом прибился к церкви, чрез меня делал подарки отцу Дмитрию. Я его два с половиной года не видел и не слышал. А он сказал мне, что в Очаково. Что хочет мне сделать поручение. Воцерковить его крестницу. Девушку из неблагополучной семьи, наркоманку. Сразу вспомнилась Надюша. Она чего, колется? - спросил я с надеждой в душе. Нет, она какие-то таблетки глотала два раза, ответил мне омский кент. Но такие таблетки, что потом видела, как к ней подруга приходила, а к ней никто и не приходил на самом деле. Потом я узнал, что девушка в тринадцать лет побаловалась тареном и циклой. Два эпизода. Отчего бы не познакомиться с такой девушкой? А сколько ей лет? - спросил я его? Шестнадцать, семнадцать скоро будет, ответил омич. Блин, да это была ровесница моей коханы, семь раз пропханной. Ее трудно воцерковить будет, говорил мне приятель, с которым мы познакомились в Анапе. Она любит дискотеки, разврат, наркотики. Ей все это интересно, но воцерковить ее можно. Я хочу тебя с ней познакомить. И ее матерью. Зовут ее Аня. Я вспомнил, что ты просто живешь здесь. И мог бы проследить за этой девушкой.
Ну чего? Пошел я на перекресток, где у нас книжный магазин, встретился с этим чуваком, зашел к ним в новые дома, построенные на месите снесенных трехэтажек пятидесятых годов. Он звонит в дверь, открывает такая вертлявая дворовая пацаночка темно-каштановая с хвостиком сзади, очень красиво подкрашена. И первым делом начинает строить мне глазки. Ой, какой у тебя друг интересный, оказывается. Меня зовут Аня, а Вас как? Пошли мы с ее матерью знакомиться. А мать ее в натуре инвалид - ДЦП. На костылях ходит. Она на кухне курила. Мы идем на кухню, а Анька там ржет со своей подружкой насчет моей полноты - да этот боров залезет - так раздавит! Интересно, а какой у него хуй?
Мать у нее такая миловидная, добрая нравом, общительная. Она на дому на телефоне работала. Мне дочка ее сразу понравилась. Хотя она первым делом на дочку ныть стала. Как обычно: вот у нее на уме одни гулянки, со своей подругой два раза таблетки какие-то жрала, потом такую ахинею нести начала, вот дискотеки, ночные клубы на уме, мальчики. А приятель моей ей по ушам церковную волыну катает: вот все дехристианизация, в храм ходить надо, исповедываться, причащаться. И бля, рассказывает все это, как отец Дмитрий на катехизаторских беседах. Греховная скверна, таинства, это надо всем. А баба на костылях ему возражает по-мирскому: да хорошая у меня дочь, молодая еще, тут в другом дело, жизнь у нас такая, что нам даст церковь. И так далее. Пока они базарили так, мне слить захотелось. Попиздовал я в дальняк. А у дальняка стоит юная Аня и курит. И с интересом смотрит на меня. Нахально так. И говорит мне: а я еще и курю! Это Вас Сергей привел мне нотации читать? Да ему только в батюшки и идти, ответил я. Он так каждый раз нотации читает? На церковную тему? Да, ответила мне Аня. Просто достал меня. Что надо в храм ходить обязательно, батюшку слушать, каяться, причащаться. Что на дискотеку ходить нельзя. А я хочу на танцы! Теперь меня Вы также учить будете? Меня мама ремнем воспитывает, а все равно не помогает.
Мне чего-то смешно стало. Вот чисто приколоться захотелось. Блин, чрез неделю примерно в синагоге будут танцы на праздник Торы. И я ей сказал: а ты не хочешь пойти со мной в синагогу на праздник Торы? Там как раз положено танцевать, только еврейские танцы.
Дворовая пацаночка удивилась. На танцы в синагогу? - переспросила она. Я танцы национальные люблю смотреть, если красиво пляшут. Но я только с подругой пойду, можно? Платочек надо одеть будет? Я сказал, что для молодых девушек незамужних платок не обязателен. Отвязная старшеклассница чего-то заинтересовалась. И стала меня расспрашивать про эти танцы. Я так рассказал ей немного про веселый праздник Симхат-Тора, на котором полагается немножко напиться, чтобы весело сплясать. Ровесница моей коханы загорелась желанием посетить синагогу. Она тут же вспомнила, что бабушка ее была еврейкой. Вот так в первый раз пригласил девушку посмотреть на веселые еврейские танцы. Анька была рада. И чмокнула меня в щечку.
Поздно мой приятель захотел увидеть мою маму. Пошел к ней. Маманя знала его ребенком в возрасте 12-ти лет. И охотно с ним пообщалась. Пока он и ее пытался катехизировать, у успел прочесть МААРИВ и сделать обряд Авдалы. Потом пошел провожать омского кента своего. На прощание он мне пожаловался на маманю. Что та совершенно бесперспективна для ее воцерковления, очень негативно настроена против церкви и священников. Как и его мать. Он возвращался в Омск. Я спросил его, о чем он говорил с маманей достаточно долго. О жизни в церкви, ответило он. И что надо туда прийти. А она мне в ответ ныла. Переживает за твою неустроенность. Что нет жены, нет работы. Надо тебе решить все быстро будет. И или жениться или уйти в монастырь. Ведь чрез год ты будешь в возрасте Христа! А Аня эта замуж за меня не выйдет?- спросил я с тайной надеждой в голосе. Омич перекрестился и сказал: упаси Боже! Во-первых, разница в возрасте, а во-вторых - это же блудница растет! А она мне понравилась, - сказал я. Это только блудные помыслы, - сказал мне омич. Он на прощание подарил мне братское лобзанье. И мы пошли в разные стороны потом. По путям жизни. Он - к церковной карьере, я - к торчевой. А Аня потом вышла замуж за мусульманина из солнечного Дагестана, от которого со своим гепаком С уже родила 4 детей. Воистину, мы все живем, судьбы своей не зная!
Ну вот, во вторник полупраздничный на четвертый день праздника Суккот поехал я в синагогу на Бронной. Маманя, помнится, очень беспокоилась. В шапочке, ну, в кипе, я собираюсь туда из дома идти. А я кипу свою одел под кепку, ну, матушке так и объяснил. Ее это вроде устроило. После синагоги она просила меня заехать в бюро и чем-то помочь ей с настраиванием вычислительной техники. Ну, и что из этого вышло?
Да ничего особенного. Нормально доехал до синагоги той, нормально в нее зашел. В синагоге молятся раздельно по половому признаку. Для женщин есть отдельные места, галереи, точно также, как и в мечети. И точно также, как и хоры в церкви первоначально были задуманы для женщин, а вовсе не для хора, который пел на клиросе. И здесь для женщин просто нет ничего не приятного. Увидев симпатичную девушку, любой мужик будет думать не о молитве, а о том, как бы хорошо было ее отыметь. Я это уже знал.
Молящихся в синагоге было мало. Состав напоминал церковь. Прихожане - старички, миньян - молодой, явно из готовящихся посвятить себя служению в синагоге. Я тихо достал свой сидур и начал молиться по нему, как научился. Никто не спрашивал моего паспорта, никто мной не интересовался. А я стою так с понтом, молюсь с чувством, зырю, что эти богомольцы делают. И стараюсь им во всем подражать. Ну, иудеи при молитве совершают определенные телодвижения, кто не видел, тому и не понять. И вот ШАХАРИТ впервые при миньяне и совершил молитву. Слушал чтение Торы. В обряде том есть один момент прикольный. Свиток Торы разворачивают и всем показывают. Чтоб три колонки текста могли увидеть. И вот тут молящиеся показывают мизинцем на свиток и произносят словами: «вот Тора, которую передал Моше сынам Израиля, по слову Господа, данному чрез Моше». Вообще-то, вроде у хасидов любавичских это не принято - мизинцем показывать, но там показывали. И я показал, произнося на иврите эту самую фразу. Я смотрю, чего они делают - тоже и я делаю.
И я вот так зырю - вижу, чего-то все пиздуют мимо меня периодически. А там сзади лежит чего-то типа лимона в картонной коробочке и букета растений. Ага, кумекаю, да это ж лулав и этрог. Хотя вообще-то это в сукке положено. Но позырю. Смотрю, как там это делают, молитву по сидуру читаю. Ага! Дошел до этого места, когда начинают читать хвалебные псалмы, так с понтом подхожу к лулаву и этрогу. Беру лулав в правую руку, обращая его к себе стволом, а этрог - в левую и произношу благословение над лулавом, соединяю этрог с лулавом, как видел и совершаю 18 телодвижений, потрясая вместе лулавом и этрогом. Ну, не знаю, правильно ли я все сделал или нет, это на Небесах лучше знают. Как умел, как видел, так и сделал. Мне никто ничего за это в синагоге не сказал. Помолился вместе со всеми, потом там на трапезу всех пригласили праздничную, а я поехал к мамане в бюро. С великой радостью, что подержал в руках лулав и этрог.
И чего? Приезжаю, в столовку сходил, где потом сам не раз ел студентом, мамане все это рассказываю. Ей это неинтересно. Она мне свое рассказывает. Что в Финансовой академии есть шестимесячные бухгалтерские курсы. Может, мне туда пойти, получить корочку и работать бухгалтером? Бухгалтера много зарабатывают. Я соглашаюсь - а почему нет? Настраиваю компы мамане и факс, совершаю там МИНХУ, вместе едем домой.
До синагоги было далековато, но я все равно оставшиеся дни бегал туда совершать обряд с лулавом и этрогом. Уж больно мне понравилось. Потом был день суда о воде, совпавший с престольным праздником в нашей церкви первым. По привычке я пошел туда, меня там пригласили остаться на праздничную трапезу, за который крепко бухали. Набрался здорово, по пьяни начал приставать впервые публично к церковным девушкам. С тремя пообжимался и пососался девчонками. Отец Дмитрий тоже набрался. С удивлением увидел, что сел за руль. Как же он поедет? - спросил я. Батюшек менты не останавливают, - объяснил мне церковный сторож. А отец Дмитрий вызвался неожиданно отвезти меня домой. И отвез.
На другой день праздника Шмини Ацерет вечером я созвонился с юной Аней. И отвел ее и ее подружку Свету в синагогу на танцы в честь праздника Торы. Там ничего не было, но эти танцы девушкам понравились. Потом тихо потекла моя обычная жизнь. Примерно чрез неделю к своему дню рождения матушка рассказала мне, что на шестимесячные бухгалтерские курсы берут только с высшим образованием. Она туда сходила, попробовала с ними ругаться. Мол, он инвалид, дайте ему выучиться, чтоб работал. А сонные тети ей ответили: нет, сюда можно только с высшим образованием. Маманя стала на них наезжать: а что ему делать тогда? Тети сонно ответили ей: так у нас нет лимита по возрасту, пусть попробует поступить к нам, получит диплом. И это был поворотный пункт. Маманя впервые крепко задумалась над этим.
Матушка у меня по жизни слышит звон, да не знает, где он. Ее коллега бывшая по НИИ ей рассказала, что сын ее - мой тезка, - у которого высшее техническое образование было, работает в сотовой связи, ставит антенны, неплохо зарабатывает. И что в эту фирму берут только с высшим образованием. И вот начала мне этим мозги ебать и уши. Ноет: сейчас на фирмы берут только с высшим образованием, хотя бы даже антенны ставить на крышах. Тебя никуда без высшего образования не возьмут! Иди учиться в Финансовую академию! Ставить антенны или класть шпалы для мамани было неприличной работой. Которая приличному человеку просто не подходит. Но даже на такую работу берут только с высшем образованием! - повторяла она мне. А ведь установка и наладка антенн сотовой связи требует определенных познаний в электронике и технике.
Странно, но она спрашивала об этом у других своих подруг и знакомых. Ее знакомые ее же возраста это подтверждали: для хорошего трудоустройства нужно высшее образование или корочка. В том году шли базары о баснословных зарплатах работников банков. Матушка сунулась к своей знакомой операционистке в банке СБС, которой работала с бюро этим немецким. И рассказывала мне потом, что та сказала ей по другому. В банки берут со средним образованием, если человек умеет работать в бухгалтерских программах на компьютере. Однако, сказала она мне, в банке, к сожалению, ты работать не будешь, не возьмут тебя. Тебе лучше пойти получить высшее образование. Потому что во время учебы ты привыкнешь регулярно ходить рано, привыкнешь быть с нормальными людьми. А для любой работы нужна корочка. И ты станешь более светским. Я обязательно узнаю, что нужно для поступления в Финансовую академию.
Сначала это были просто базары. Приближался мой день рождения, когда мне должно было исполниться 32 года. Маманя была не против того, чтобы я пригласил кого-то из церковных знакомых, но просила не звать отца Дмитрия, чтобы с ним не пришло столько же народа, как и год назад. Я так человек 8 пригласил, они вроде согласились, а потом взяли да и не пришли. Сказав мне в последний день - батюшка не благословил. Явилась одна шизанутая Софья Николаевна, Анечка юная с Любкой - своей подружкой да соседка - толстуха Ленка Гербалайф. Маманя стала выступать, что меня в этом приходе ни во что не ставят, что мне надо от них отходить, что без них будем праздновать. Чтоб я носа не вешал, что только оставлю их - и у меня все изменится. Будто по мановению волшебной палочки. И в первый раз в жизни налила мне водки. Которой я едва не подавился. Водка пробила меня на жуткий депрессняк. Чрез 20 минут я плакал, как маленький ребенок неизвестно по какой причине. А после второй стопки, налитой маманей же, меня стало откровенно зарубать. Борясь с сонливостью, я начал петь на иврите синагогальные гимны.
И вот после днюхи моей маманя очень часто закатывала мне вечером скандалы. И ныла и по ушам ездила, что я ни хрена дома не делаю. Шел бы учиться. Узнала телефон приемной комиссии с автоответчиком. Сует мне его и говорит: позвони! Позвони! Я ей говорю: а ты не можешь разве сама позвонить? Она орет, что ей некогда, а все равно ни хрена не делаю - хоть бы позвонил. Тем более, что это нужно мне, а не ей. Ладно, позвонил, думаю, может отцепиться хоть. Автоответчик мне рассказал, где находиться приемная комиссия - на Кибальчича, условия приема, что в приемной комиссии можно приобрести литературу абитуриентам о требованиях на вступительных экзаменах. Ну, рассказал я это матушке. А она вцепилась в меня снова - поезжай туда, узнай там все сам. Я был в полном недоумении. Чего узнавать-то буду? Этот вопрос маманю бесил. Начинала она ругаться тогда. Какой у нее сын идиот! Не понимает самых элементарных вещей. Ну, если не понимает, так объяснить надо, а она вместо этого только орет на меня, дверями хлопает, не разговаривает. Я ей говорю, что полным - полно разных шестимесячных курсов, куда возьмут и без высшего образования. А маманя, соглашаясь со мной, говорила, что они мне не подходят. Что сейчас на фирмы берут только с высшим образованием. Мне надо идти в вуз и получить диплом сначала. На этом ее как заклинило.
Она мне все долдонила и долдонила, какой хороший вуз Финансовая академия, что там учатся дети шишек, дочь Черномырдина, сын Руцкого. Я спрашивал ее, а смогу ли я вообще туда поступить, может, какой вуз попроще найти. Маманя мне говорила категорично: ты обязательно поступишь! Не знаю, поступай куда хочешь. Сейчас многие идут получать экономическое образование, чтобы работать на фирмах. Хотя впоследствии я узнал, что большинство бухгалтеров были со средним образованием и шестимесячными курсами по бухгалтерскому учету. Представления мамани были далеки от реальности.
Потом был день Октябрьской революции, я договорился с теткой о встрече в метро. Мы вместе снова прошлись под красными знаменами. Тетка мне рассказала, что ее сын фактически женился на дочери секретаря ЦК КПСС, умершего в 1992 году, что ее будущую невестку зовут Ирина, как и ее. Что она окончила Финансовую академию. И что она мне ее покажет на митинге. Познакомился братец с ней в Думе, где они были помощниками депутатов от фракции коммунистов. Что братец мой возглавляет молодежное движение КПРФ, привлекает в партию молодые кадры из студентов. И его Ира там с ним. Действительно, невысокая девушка с каштановыми волосами выступила пятой или шестой от имени патриотически настроенной молодежи. Она была моложе братца на десять лет, в лице было нечто неприятное. Мне она не понравилась сразу. Послушав выступление будущей невестки, тетка сразу съебалась домой, а я остался до самого окончания митинга, потом побродил еще там, пива попил. И поехал домой.
А тетка мамане позвонила и рассказала тоже все это. Маманя первым делом попросила ее, чтобы братец меня куда-то пристроил в Думу, но тот даже не почесался. Уйдя в большую политику, он стал отдаляться от нас, да и от своих родаков тоже. У него была своя партийная и думская тусовка, где его и подцепила эта думская бикса. Как говорила тетка - у них общие интересы. А с нами ему было уже неинтересно.
Потом было еще одно поворотное событие в моей жизни. Это было 10 ноября 1996 года, на втором престольном празднике в нашем очаковском храме. Чего было? Это было воскресенье. Сходил на обедню, после которой был молебен святителю Димитрию Ростовскому и крестный ход. Около часа все завершилось, я так с понтом влез в трапезную. Мне хотелось похавать фаршированных помидоров, которые очень вкусно делала Лена ризничная, моя давняя симпатия, побухать на халяву да и девчонок церковных полапать. Ну, занял место меж двух Лен, там музыку церковную врубили, хаваем, бухаем. Пива они не пили, шампанское, кагор. Я все на шампанское налегал. Отец Дмитрий на этот раз был немногословен, налегал вместе с матушкой Марией на коньяк. Правда, набрав нужный градус, он вдруг пустился в рассуждения о душеполезности телесных наказаний. И стал перебирать своих прихожан - кого нужно выдрать в первую очередь. Как первая кандидатка на порку им была выбрана глупая горластая бабка Галина, нередко оглашавшая храм воплями восторга во время проповедей отца Дмитрия.
Вот так сидят, гонят порожняк на церковные темы, а я сижу себе, молчу, да молча подливая себе. Хавчик кончился, пошла чистая пьянка. Мне домой к постоянно ворчащей мамани идти не хочется. Думаю, уйду одним из последних. Долговязая Ольга предложила плясать. Я им рассказывал про танцы в синагоге на праздник Симхат Тора, как пляшут с Торой. Рассказывал, как выносят свиток Торы, вызывают к чтению, ну, про все эти обряды, как мизинцем показывают. И сокрушался, что в православной литургике Евангелие может читать только священник. А там Володька, молодой врач-гепатолог был. Так вот, он мне раз коньяку налил, другой. В голове у меня зашумело. Ну, я там стал ныть, что матушка поедом ест, взяли б меня на работу в храм, может, тогда она от меня отстанет. Они мне стали говорить, что ни один батюшка не возьмет в храм человека, который ходит в синагогу, что я впал в ересь жидовствующих, что со мной вообще страшно находиться рядом.
И где-то около половины седьмого вечера я неожиданно услышал свой громкий голос, который пел на иврите субботний гимн на встречу Субботы: ЛЕХА ДОДИ ..... А глаза у меня были закрыты и голова лежала на столе. Володька меня тряс за плечо. Леонид, давай вставай, поедем в синагогу. В какую, в хасидскую? - уточнил я. Да-да, мы с тобой поедем, сдавать будем христианскую кровь, продолжал он прикалываться. Они все там ржут, усираются. А отец Дмитрий говорит: вставай, сейчас Ольга тебя домой отвезет на машине. А я пьяный вдугаря, а соображаю, что не знает она, где я живу. Ведь не была у меня никогда. Так она ж не знает, где я живу! - говорю. Отец Дмитрий говорит: ничего, ей покажут, кто у тебя был. А я говорю: а я не хочу один ехать. Пусть Лена со мной поедет да и переспит со мной. Они ржать снова. Она сейчас посуду помоет и придет к тебе попозднее, - говорит отец Дмитрий. Они меня так аккуратно загружают в авто, Ольга за рулем перекрестилась и мы поехали. С нами был Володька и Кирилл. В дороге я продолжал петь субботние гимны. А когда увидел, что подъезжаем к моему дому, сказал, обращаясь к нашей певчей: Оля! Ты со мной ляжешь! Она молчит. Въехали во двор, остановились, открыли двери. Я приподнялся, схватил правой рукой Ольгу за груди и говорю: пойдем, пососешь у меня! Володька мне говорит: она сейчас машину закроет и к тебе поднимется, а мы пойдем первыми. Поднялись на лифте, я кое -как открыл дверь ключом. Они меня туда впихнули и тут же смылись, потому что увидели мою маманю. А она высунулась в коридор и заорала им вслед: алкаши православные, сына напоили, вдугаря пьяным привели! Потом стала меня раздевать и уложила.
А я лежу, прусь по алкогольному, пою синагогальные гимны. Мне хорошо. И очень хорошо так. И тут заходит соседка Ленка Гербалайф. Маманя к ней выходит, начинает ныть, что в церкви меня напоили до чертиков, привели вдугаря пьяным. А толстуха Ленка сама бухая, ей весело, она ржет. А я слышу, что пришла Лена. У меня в голове отложилось, что вроде обещали мне Лену ризничную. И давай орать: мама, а чего, Лена пришла? Скажи ей, чтоб шла ко мне и отсосала у меня - она ж обещала, а отец Дмитрий за нее поручился! А потом пусть потрахается со мной. Маманя хватается за голову, краснеет до корней волос. И говорит, что утром мне наверняка надо будет опохмелятся. А Ленка Гербалайф ржет и говорит - проблем нет, опохмелю его. Маманя дает ей деньги на чекушку хорошей водки для меня.
Где-то к часам одиннадцати вечера стало попускать. Маманя загнала меня в ванну, постелила мне постель. Тогда мы спали в одной комнате на разных кроватях. Матушка хотела меня еще покормить, но я отказался наотрез. Жрать-то в натуре не хотелось, только пить. Маманя мне еще за пивом сходила. Попил пива, лег спать. Но не спится. А тут маманя ложиться спать. И давай мне со своей софы по ушам ездить. Ноет: Лёня, мне говорить неудобно, найди себе женщину, стыдно уже. Я тебя боюсь, что ты меня изнасилуешь. Ты так откровенно обо всем говоришь. Нельзя так. Просто нельзя. Мне за тебя стыдно было. Я ей все так рассказываю, как Лену ризничную хотел, как к Ольге приставал. А она говорит мне: какой ужас! Про тебя ж все говорить будут теперь в церкви, что ты - сексуально озабоченный! Это кошмар просто! Найди себе женщину. Может, тебе надо сходить к проституткам и там ты найдешь постоянную проститутку. Я не знаю, как это тебе будет. Я смотрела итальянский фильм, там чистый юноша сходил к проститутке, ему стало страшно. И он потом бросился под поезд. Как у тебя будет - я не знаю. Но лучше бы ты нашел себе проститутку, чем мне слышать твое: я трахаться хочу. Я такого никому не могла сказать!
Мам, а может ты меня с кем-нибудь познакомишь? - спросил я. Маманя вздохнула и сказала: ты - мой крест, моя ноша, я никому тебя навязывать не могу. Не с кем знакомить. Вот если б ты мне не сын был, а посторонний мужчина - я бы такого мужика рядом с собой не потерпела. Ноги воняют, в субботу ничего не делаешь. А женщина хочет опереться на мужчину. Кому ты нужен, кроме меня? Никому! А я просто вынуждена тебя терпеть. Твоя сверстница никогда с тобой жить не будет, женщина старше тебя - тоже. Но вот если ты поступишь в вуз, молодая студентка за тебя выйдет замуж. Они глупые, раскованные, они хотят заниматься любовью, им еще все - все равно. Я ж видела, в Финансовой академии они кучкуются с парнями. Поступишь туда - какая-нибудь девчонка глупая к тебе сама прикучкуется. И станет твоей женой. Иди учиться! Ну, съезди завтра в приемную комиссию, узнай все.
В понедельник 11 ноября, само собой разумеется, я никуда не поехал. В 10 утра маманя съебалась на работу в то немецкое представительство. И тут же зашла Ленка Гербалайф. Кормить меня завтраком и опохмелять. Как и просила маманя. Только она не чекушку, а поллитра мне принесла. Вернее нам двоим, а я попросил ее еще за пивом сходить. Как позднее мне сказала моя кохана, похмелье - вторая пьянка. Никуда я не пошел, да и не хотел уже. Как поллитровку убрали вдвоем с толстухой - соседкой, мне так хорошо стало. А ей мало. Я дал ей денег на вторую. Сходила. Короче, в тот день вечером матушка пришла и застала нас за бутылками вдугаря пьяными. Она тогда не орала. Спросила только: а чего вы делаете? Гербалайф ей ответила по пьяному куражу: а мы похмеляемся! Побухать она любила. Веселая эта баба, мать троих детей. Маманя присоединилась к нам. К десяти вечера я, маманя и Лена Гербалайф набрались весьма основательно.
А на другой день маманя уже с утра сходила за чекушкой нам на опохмелку. И опохмелялись мы вдвоем с маманей. Она мне все по ушам ездила - да ты позвонил туда, адрес узнал, так съезди! В церкви этой ты просто сопьешься. Ну, а мне ж интересно, чего я там накуролесил. Я решил пойти к Лене ризничной, которая в будние дни торговала книгами по церковной тематике в магазине нашем книжном. Леночка эта была достаточно развязной и общительной. Она рассказала мне все, рассказала, что церковные от меня просто охуели, а Ольга та - вообще в шоке была. И батюшка не благословил девушек со мной как-то общаться, а то мало ли чего может быть. Хожу в синагогу, хочу блудить. Скорее всего, моя цель - вовлечь воцерковленную девушку в блудодеяние, чтобы увести ее в синагогу. Я пригласил Лену ту съездить со мной в Турцию. А она мне говорит, что любит только Европу и пятизвездочные отели. Как в душу плюнула. А маманя вечером снова на меня орет - и чего это я не съездил в приемную комиссию.
Так что в среду 13 ноября 1996 года, этот день также был 2-ым числом месяца Кислева 5757 года от сотворения мира я так утром встаю. Маманя на работу ушла, помолился, похавал. Прочел МИНХУ пораньше да и поехал в половину третьего дня в приемную комиссию. Пошел на станцию, взял билеты, приехал на Киевский вокзал, попил там пиво, зашел в метро, вышел на Проспекте Мира, перешел на радиальную линию и вышел на станции метро Алексеевской. Как мне говорили по автоответчику. Короткий ноябрьский день был пасмурным. И уже начинало смеркаться. Я позырил по сторонам и увидел троллейбусную остановку. Подходил нужный мне троллейбус. Предо мной в него вошла юная симпатичная девушка - типичная студентка, как бы я сказал позднее. Доехал до улицы Кибальчича и вышел. Постоял там, впервые позырился на это место. И пошел впервые привычным позднее путем. К пятиэтажному зданию с пристроенным к нему зданием другой планировке. Похожим на столп. И не знал, что иду навстречу своей судьбе.
Захожу в здание, вижу, что там пропускная система, говорю охраннику - так и так, вот я в приемную комиссию. А он мне - проходите направо по коридору, по лестнице на второй этаж, налево, называет номер. Я так и пошел. Посмотрел на месте, там висят стенды с конкурсом прошлых вступительных экзаменов. Там я впервые узнав, что в Академии были Финансовый факультет, кредитный, налоговый, учетный и страховой. А еще, с особыми правилами поступления - МЭО и Налоговой полиции. Так было тогда. Позднее факультеты, называемые в Академии институтами, стали множиться. Я зашел в приемную комиссию, приобрел брошюрки для абитуриентов и правила поступления на отдельном листке. Чего мне спрашивать - я так и не знал, а маманя только орала, а научить не удосужилась. Возможно потому, что сама не знала.
Стал я изучать их рекламные проспекты. Из них я узнал, что надо сдать четыре экзамена вступительных в тестовой форме. Математику, бывшей профилирующем экзаменом, русский язык, английский язык, экономическую географию. Оценки - по десятибалльной шкале. И вчитался, что, согласно правилам, вне конкурса при наличии положительной оценки на учебу в ФА берут инвалидов I и II групп. Тут мне стукнула в голову мысль, что я на тройку-то точно сдам вступительные экзамены. И благодаря своей инвалидной справки поступлю в Финансовую академию. Хотя как можно сдать вступительные экзамены по этим четырем предметам чрез 15 лет после окончания школы - я просто не представлял. Тем более, что в английском я - ни в зуб ногой. Ну, там был английский, немецкий, французский, испанский, итальянский - по школьному аттестату. Кто что в школе учил.
Вот так я впервые вошел в здание моей будущей альма-матер. Там на первом этаже у входа еще банкомат стоял. СБС-Агро. Я вытащил оттуда некоторую сумму в еще неденоминированных рублях да и попиздовал оттуда. С надеждой, что на этот раз отмазка от матушки у меня точно есть. Листки и брошюры. Пусть сама их посмотрит и подумает. Долдонила, чтобы я съездил. Ну, вот я и съездил. Может, наконец-то отстанет от меня. По пути еще пива попил.
Ну, доехал домой. Матушка тоже вернулась из своего бюро. Показал ей памятку поступающему, брошюрки по предметам. Рассказал, что съездил. Маманя мне сказала холодно: поступай туда. У тебя должно получиться. Если инвалидам можно по положительным оценкам пройти вне конкурса - ты просто должен поступить. А английский? - спросил я. Ведь тут я ни бум-бум. Да и вообще школу 15 лет назад закончил. Маманя стала на меня орать: а ты хоть узнал, какие там документы насчет здоровья нужны? От врачей? А я ей - ты ж не сказала. Ну, она больше со мной разговаривать не захотела сутки. На другой день поехала на работу. Вдруг звонит мне: Лёня, у меня тут компьютер не работает нормально, приезжай, настрой.
Приехал, комп в натуре глючил, за минут сорок настроил. Прихожу к матери, говорю: мама, я настроил. А матушка сидит и слезы вытирает. И говорит мне: Лёня, я все эти брошюрки внимательно просмотрела. Такие экзамены ты сдать можешь вполне. Иди учиться. У тебя корочка будет, работа и девушка. Сама по себе появиться. А я тебе после работы хорошее пальто куплю. Чтоб ты хорошо выглядел. Очень тебя прошу - иди учиться в Финансовую академию! Поверь мне - твой статус сразу измениться. А там молодежь, она сейчас распущенная, какая-то девчонка к тебе прилипнет. А куда идти-то, спросил я. На какой факультет? Куда ты хочешь? - спросила маманя. Где конкурс меньше, - ответил я. На страховой. Не надо, - сказала мне маманя. Ты потом просто на работу не устроишься. Иди на учетный, будешь дипломированным бухгалтером. Бухгалтера много зарабатывают. И с бухгалтерским образованием можно работать в банке. А там конкурс выше, - сказал я. Ничего, ты поступишь. Иди на учетный, - сказала маманя. А с таким дипломом я тебя всегда устрою на хорошую работу. Эх, маманя, не ответила ты за свой базар! Прошло время - и это стало очевидно. Слышала ты звон, да не знала, где он.
Да я как эти вступительные экзамены сдам! - вопросил я. Я ж школу окончил пятнадцать лет назад. И почти все забыл! Лёня, ты их обязательно сдашь на отлично, сказала маманя. Ведь ты мой сын! Я всегда считала тебя вундеркиндом. Просто сам подумай - как ты можешь их сдать. А английский? - снова спросил я. Я ж его не знаю. Ты его выучишь, - сказала маманя. Ведь научился молиться на иврите. И английский выучишь к экзамену. Хотя лучше был бы у тебя на экзамене немецкий. Я бы могла тебе реально тут помочь. Я ошиблась, видно, отдавая в школе тебя в английскую группу. Я думала, что ты в школе выучишь английский, а со мной сам захочешь выучить немецкий. Не получилось. Но ты сам выучил старославянский и теперь учишь иврит. У тебя все должно получиться. Ты очень любознательный. Запомни - у тебя все получиться.
Ну, кохана моя говаривала: если долго мучиться, что-нибудь получиться. Базара нет! Тогда я смотрел на маманю и думал с неизбывной тоской - а чего ты от меня хочешь? Я ведь все равно не поступлю! Я ж давным-давно забыл всю школьную программу. Одна экономическая география чего стоит! А ей сказал: мам, а у них есть подготовительные курсы для абитуриентов. По математике, русскому, географии. Но дорого стоят. Маманя посмотрела на меня и спросила: Лёня, если они тебе нужны для подготовки к вступительным экзаменам, я найду деньги и заплачу. Только ты бы захотел кем-то стать. Подумай об этом. А я думал о другом: когда ты от меня отъебешься?! Про себя.
Мы поехали вместе домой, матушке вдруг стукнуло в голову купить мне финское пальто на Юго-западной. Хорошее пальто за 450 баксов. Тебя нужно одеть, и тогда любая девушка тебе на шею повесится, говорила мне она. И с расстояния лет могу сказать одно - маманя, ты в натуре обломалась! На шею вешались мне весьма специфические девушки. Которые тебе в упор сразу не нравились.
После этого дня начались матушкины истерики и скандалы по новой. Мол, сидишь дома, и ни хуя не делаешь! Хоть бы кем-то стать захотел! Ни одна баба такому ноги не раздвинет! Такому, какой ты есть! Вон себе пузо отрастил! Иди учиться! На бухгалтера! И будешь чувствовать себя совсем по другому! После престольного праздника прошла неделя. Настало воскресенье 17 ноября. Снова по привычке пошел в храм. Матушка посоветовала мне купить по коробке конфет для тех девушек, к которым я приставал. И чего? Подхожу к кресту. Отцу Дмитрию говорю: простите, батюшка. Он усмехается и говорит в ответ: Бог тебя простит, перепил, с кем не бывает! Но к девчонкам нашим не надо приставать! Я там лишний раз извиняюсь. Иду к Ольге, отдаю ей коробку конфет. Оля, говорю, прости меня, я не хотел тебе чего-то плохого сделать. Ольга эта коробку конфет берет, зырится на нее и говорит мне: это ты мне принес? Я из нее две конфеты попробую и на канун положу остальное. И пиздует. Я к Леночке ризничной с второй коробкой. Лена, говорю, я прощения прошу. Неправильно себя повел. Леночка эту коробку берет и говорит мне: пить надо меньше. И в синагогу не надо ходить. И я внутри чую: мне от них больше ничего не обломиться.
И вот, пришел домой, одел кипу. Думаю - а попробую вопросить Творца. Чего мне делать. Беру Библию, закрываю глаза, открываю. Тыкаю пальцем. Открываю глаза и читаю текст. Тот стих, куда указывает мой палец, поставленный вслепую. И читаю вслух начало 12 главы книги Бытия: «И сказал Господь Авраму: пойди от земли твоей, от родства твоего и из дома отца твоего в землю, которую Я укажу тебе; и Я произведу от тебя великий народ, и благословлю тебя, и возвеличу имя твое, и будешь ты в благословение; Я благословлю благословляющих тебя, и злословящих тебя прокляну; и благословятся в тебе все племена земные».
Думаю, надо раза три. Второй раз попробую. Закрываю глаза, раскрываю второй раз Библию, тыкаю пальцем и читаю: «Господь сказал: конец твой будет хорош, и Я заставлю врага поступать с тобою хорошо во время бедствия и во время скорби». Это из книги пророка Иеремии. Ладно, попробую третий раз. Закрываю Библию, закрываю глаза, открываю, тыкаю снова пальцем. И читаю: «Ибо отец мой и мать моя оставили меня, но Господь примет меня. Научи меня, Господи, пути Твоему и наставь меня на стезю правды, ради врагов моих; не предавай меня на произвол врагам моим, ибо восстали на меня свидетели лживые и дышат злобою. Но я верую, что увижу благость Господа на земле живых».
Прошлая жизнь исчерпана, все пройдено. Там нет ничего. Надо чего-то менять, надо куда-то идти. А пойду-ка я, как праотец наш Авраам из Харрана - куда глаза глядят. Куда хочет Творец - туда и выведет. Так подумал я. А потом снова подумал: маманя просто достала. Каждый день орет. Надо развести ее на эти курсы подготовительные. Пусть заплатит. И убедиться, что только зря деньги выбросила. Хрен мне куда поступить. Но до вступительных экзаменов, может, хоть отъебется от меня. Достала своим ором и истериками. Лучше потешить ее душеньку. А дальше - как получиться. В принципе, еврейские молитвы и субботы можно совмещать с подготовкой к экзаменам и компьютером. А вдруг на учебе мне девчонка ноги раздвинет да и решит со мной остаться? Вот так, Зоя, я внутри себя впервые подумал, что надо попробовать. Поступить в Финансовую академию. Чисто на зло мамани. Чтоб поняла - не хуй до меня доебываться. Все одно не получится. А вышло-то все по другому. И не по мамашиному напору, но и не по-моему. Вот, такая жизнь.


Теги:





0


Комментарии

#0 10:34  16-06-2005Зепп    
я так понимаю это про сионизм
#1 11:02  16-06-2005Собака Локуста    
Кто нибудь читал этот высер?
#2 14:54  16-06-2005Дик Кант    
Пра жыдоф. Не читал. Дохуйя слишком
#3 21:56  22-06-2005*Sever*    
Опять Лёня дохуя настрочил.


Очень дохуя написано.


Комментировать

login
password*

Еше свежачок
20:57  02-12-2016
: [5] [Х (cenzored)]
Наш царь-Донбасс,
Он грезит планом невозможным,
Не в те проливы он ведет баркас,
И кормит нас подножным кормом.

Наш царь-"Сирийский принц",
Воюет за контракт арабский,
Привел он в мир нас рабский,
А сам имеет трех цариц....
20:48  02-12-2016
: [0] [Х (cenzored)]


Иду я по скользкой дороге,
авто мне врезается в спину -
надежды впитались кровью,
в асфальтову сердцевину.

Бескрылие - для покойничков,
над саваном не летаю,
но бабочка за биографа,
в ткань вшила: его я знаю....
Если вдруг Вы идёте в лютый мороз и усердно шевелите языком, а на встречу Вам идёт металлическое сооружение и Вы прилипаете к нему, то:

1) Вам нужно сделать так, чтобы металлическое сооружение почувствовало себя неловко и засмущалось; таким образом оно станет теплее и Вы без труда пройдете мимо....
Дочка Таня померла. Выпила холодного молока из подпола, шустрой мышкой пробралась в горницу – и давай окна мыть. Золушка – звали её в деревне. Падчерица, неродная дочь Ваньки-печника. Народ-то тёмный, неразборчивый: мачеха, отчим ли – Золушка да Золушка....
08:00  29-11-2016
: [9] [Х (cenzored)]
Сидела за столиком в баре
Девчонка со сложным лицом -
Без имени. Катя, иль Валя..
И бавилась темным пивцом

Мужик к ней подсел, Волобуев
Совсем простодушный чувак
Без денег, с одним только хуем
И начал примерно вот так:

Привет....