Про наш колхоз

Автор: Модест Рустик Все хорошо в нашем колхозе. Захотел сладенького — выкопал свеклу и погрыз как следует. А уж если иного сладенького захотелось, то пошел в женскую баню. Но с такими желаниями осторожность не помешает: легко под шконарь залететь, даже и не заметишь.

Поэтому мужики наши иногда ходят на колхозную конюшню, где более сдержанные разглядывают круглые лошадиные жопы, а более чувственные ребята этим не ограничиваются. Но тут главное иметь с собой какое-нибудь ведро, иначе, без подставки, до лошадкиной дырочки не дотянуться. А с жеребятами мы дел не имеем — совсем ведь малята. Не очень это по-христиански, правда?

В воскресенье строго на исповедь. Там подозрительный батюшка Павел, который каждый раз грозится похудеть, но за базар не отвечает. За это его смачно дубасят по пузу, а он визжит и обещает сделать из нашего колхоза конфетку. Ему в ответ говорят, что советская власть еще вернется и будет он в ПТУ преподавать историю КПСС, а не слушать откровения блядей из числа доярок.

Не нужно, однако, думать, что у нас в колхозе сплошь прохиндеи и лихие люди. Нормальный у нас народ, хоть и горячий. Вот взять хотя б нашего председателя — Василия Трофимовича Телогрейкина. Это — голова! Приходим к нему однажды занять денюжку на майские праздники, а он нам — «говна въебите!». Мы сначала обиделись, а потом скумекали, что тут не оскорбление наших личностей, а совет отеческий — мол, навоз соберите и продайте в оранжерею городскую. Так мы и сделали. Хотя денег нам и не дали, потому как все городские цветочники — жадные и жуликоватые чурки. Мы потом с мужиками к ним подъехали и по кепкам надавали. Денег все равно не нашли, так хоть гвоздик ветеранам набрали. Так вот село взаимодействует с городом.

Но Теглогрейкина, конечно, жаль. Хороший был мужик. Но оступился, упал и из саквояжа его выпала маца. Пропал потом. Говорят, что видели его в Ереване. Но это не точно. Ничего, доберемся и туда. Будет и там советская власть, цветение ста роз и спор ста ученых. Но потом.