Пульс ЛитПрома: последние комментарии

Тов. Птиц: Швейк, я не сноб. И я люблю людей. В метро они сидят друг против друга на длииинных скамейках. Это красивый образ. хочется отвечать дальше, но я многословный невежа, не смею утомлять.

Седнев: Это я не с целью унизить, а чисто для красного словца. И наоборот

Седнев: Так что, не следует умничать с соплёй на воротнике

Седнев: Трамвай, например - это романтично. В трамваях не читают Дашкову и Акунина. Разве что приблудные

Седнев: Кстати, туловища в метро, автобусах и самолетах ничем не отличаются от аналогичных в метро

Седнев: Люди идут по поверхности, дыша полной грудью, иногда оседлав самокаты или велики. А в метро - это нечто иное

Тов. Птиц: #94 Убей. Этот вечный вопрос "что делать?" который я всегда забываю задать.

Седнев: "Люди в метро" - это еще что за новости?

Седнев: Как можно говорить о качественной непролазной графомании с такими дремучими, многословными невежами

Седнев: "Может ли писатель ограничится" (с)

Убил бы

Барагозина: мило, кукольно, по-Носовски, "незнайканалуне"-стайл. Где-то между проскот и детскийсад

Тов. Птиц: Существует очень качественная шуарма (у нас так говорят) и очень ценный фалафель, за которым надо с 6 утра в очереди постоять (а дорвавшись понять, что у тебя в соседнем доме круче)



Это неразрешимый вопрос зависимости предложения и спроса, воспитывает ли читатель автора или наоборот (если автор хочет зарабатывать, конечно) Может ли писатель ограничится подкладыванием личинки другой просвещения в свои коммерческие творения?



Не все кушают в ресторане или даже дома свежеубитое....



Вот, представила себе общество, которое потребляет и понимает и чувствует понастоящему Литературу... нарисовалась картинка: люди в метро, в вагонах и все смотрят друг другу в глаза. все. и молчат недоуменно.

Седнев: Шавуха перевесит любого Вионора и Приватира. Да вообще всех вместе взятых Дашковых

Антон Чижов: не, ну раскупается даже шаурма. от этого она не перестаёт быть опасным говном. Дашкова из той же серии. ну или Акунин.

Тов. Птиц: Графоман – безвредная для окружающих страсть. Он вредит только себе и близким обделяя их своим вниманием. Как любое другое хобби. Если докучает – всегда можно переключить канал, закрыть окно браузера, вежливо попросить заткнуться.



Другое дело – потребители графомании.



Если Автор поставил в графоманы, например, Дашкову, которая печатается и раскупается. Её же читают и как это называть, всеобщей необразованностью?



На этот вопрос я дала себе ответ. Экранки, например. Ну кто в своём уме смотрит экранки? И зачем? Лет 20 назад выскочила я в видео-прокат – хотелось зрелищ. Понабирала по наивности фильмов. Расплакалась, вернулась в магазин спрашиваю: мне для пьесы, ну кто, вот кто смотрит ЭТО? Это же аудиокнига с расплывшейся картинкой, ведь не видно просто ничего!



А мне и отвечают – идите ка отсюдова, вон, у меня всё записано, 150 человек смотрели, никто не плакал, все довольны. Вот вам Броненосец Потёмкин в качестве оригинала в виде компенсации.



Людям нужны рассказы: будь это скоморох на ярмарке, гусляр, кобзарь или экранка с графоманом. Людям скучно жить и они потребляют истории в таком же количестве, как и еду и воду с воздухом. Истории.



А литература это просто история или что-то большее?



простите, ради Бога, за краткость.

Валера Лашманов: Разбрасыватель, нужно, наверно, понять, что это в какойм-то смысле стилизация. Ведь есть же, например, хорошая песня



Один теоретический физик

любил пианистку одну,

ходил он за нею повсюду.

Она ж неприступна была.



Она никого не любила,

гнала от себя всех взашей.

Она говорила: "Моим будет мужем

новый русский, крутой бизнесмен!"

Седнев: И Сталин как живой

Седнев: Это мне показалось, или реально буковки вспыхивают всеми цветами радуги и кружатся в вальсе?

Антон Чижов: школа креатива натурально

Седнев: Чековый - это Михалыч же!