Важное
Разделы
Поиск в креативах
Прочее

Палата №6:: - Бунт

Бунт

Автор: gorran
   [ принято к публикации 14:29  12-10-2006 | Raider | Просмотров: 543]
Били все. Даже одноногий Виктор Иванович из глубины дерматинового кресла на больших велосипедных колесах махал отстегнутой пластиковой конечностью, по непонятному замыслу производителя затянутой в кокетливую розовую колготку, изрядно протертую на ступне. Сгорбленные и искривленные спины старушек в теплых халатиках из пестрой байки изредка разбавляли не менее сгорбленные спины дедков в спортивных костюмчиках. То и дело отлетала в сторону стоптанная кожаная шлепка с ноги, обтянутой растянутыми, советскими еще трениками, заправленными в хлопковые носки. Невнятный Танькин вой доносился откуда-то из глубины этой старческой кучи малы и почти заглушался дребезжащим брюзжанием пенсионерских голосов, сдавленными проклятиями эпохи социализма, где отборный мат заменялся причудливыми эвфемизмами.
Когда Таньке на грудь удалось таки прорваться старому СМЕРШевцу Валентину Петровичу, сменившему в стариковском приюте лихой фронтовой позывной с именем гордой птицы на обидное, данное санитаром Гогой, невыразительное прозвище «Задрот», она уже окончательно примирилась с незавидным своим будущим и только тихонько шипела что-то распухшими от побоев губами. Не разобрать что именно: не то «Пустите», не то «Простите». Задрот продемонстрировал фронтовую выучку, лихо перекинув Таньке поперек горла длинный шнурок из ботинка и резко дернувший оба его конца в разные стороны. Руки его, морщинистые, с набрякшими венами и толстыми, панцирными ногтями подрагивали, то ли от старости, то ли от напряжения, но с Танькиной пышной груди он не слезал до тех пор, пока ее ноги в зимних колготках с катышками не перестали выколачивать на больничном линолеуме. С отвращением глянув в опухшее, мокрое от слез и слюны, начинающее синеть лицо сиделки, с разводами туши под стекленеющими глазами и маленькими прыщиками у крыльев носа лицо, Задрот попытался резво вскочить, но подвела поясница. Сзади его подхватили несколько пар таких же дрожащих рук, и только тогда он поднялся, не глядя ни на кого, принялся наматывать на указательный палец коричневый, с разлохмаченными концами, шнурок, а потом, неожиданно закашлялся и вдруг смачно харкнул на подол застиранного Танькиного халатика.
-Где остальные суки – мрачно спросил приказным тоном Задрот, хотя до этой минуты никто не считал его предводителем и начальником бунта. Старики насупившись стояли полукольцом вокруг мертвой Таньки, смотрели на нее, и не отвечали на приказной вопрос Валентина Петровича. Только безногий, ничего не видя за спинами старых убийц продолжал бесноваться в своей коляске, размахивая протезом и что-то косноязычно выкрикивая под нос. Из под казенного халатика неприятно и неприлично высовывалась натертая, красная культя. Под кожей ее судорожно сокращались какие-то желваки и сухожилия, словно культя Иваныча была каким-то инопланетным придатком на его морщинистом теле.
В толпе стариков раздался первый жалостный всхлип, и вдруг все отчетливо поняли, что наступил перелом, но перелома не состоялось. Бывшая главред областного журнала Роза Михайловна, выскочила вдруг в середину круга и, тряхнув лиловыми, крашенными копиркой из канцелярии, кудрями с энтузиазмом произнесла небольшой, но задиристый спич, из которого следовало, что нельзя останавливаться после первого шага. - Враг только и ждет нашей слабины,- говорила Роза Михайловна ровным главредовским голосом, - чтобы воспользовавшись минутным замешательством безжалостно подавить наше смелое сопротивление. Она в красках живописала меру ответственности за совершенное стариками возмездие, рассказала об ужасах тюремного заключении и тяготах дальней ссылки, припомнила подлость и жадность демократического режима, приплюсовав к нему троцкистско-бухаринский уклон и хрущевскую оттепель.
Речт произвела на бунтовщиков магическое действие.
Когда Задрот хриплым голосом повторил свой риторический вопрос «Где остальные суки», старики сорвались с места и шаркающей, замедленной но ужасной лавиной покатились между зеленых масляный стен коридора.
Шествие возглавлял Задрот, как копье сжимавший в руке стойку от капельницы. За ним заботливая Роза Михайловна катила в скрипучей коляске изрыгавшего слюни и вопли бесноватого одноногого. А уж за ними, стуча палками по линолеуму, потрясая палками над головой, покручивая палками, словно конник Буденного шашкой, неслось обезумевшее старичье.
Гога погиб моментально и глупо. Он пытался остановить лавину, встав в коридоре и растопырив руки, но за спиной у Гоги открылась дверь в изолятор, из изолятора вышел почетный вор и заслуженный урка Евгений Михайлдович, с советской клюкой, изгибавшейся на конце широким крючком. Крючком он тиснул Гогу за горло, Гога упал, и тогда Задрот вонзил ему под ребро острый конец капельничной стойки, пригвоздив могучего санитара к полу. Гога захаркал, задергался, а лавина уже пронеслась по распластанному телу, с шипящим старческим улюлюканьем.
Расправа была ужасной. Санитаров насаживали на прутья, выломанные из кроватных спинок, медсестер душили и забивали насмерть железными стульями, главврача выбросили с третьего этажа, предварительно проломив докторскую умную голову неизвестно откуда взявшимся молотком.
На кухне брошенные пенсионеры устроили настоящую оргию, пожирая и без того скудный приютский припас прямо из мешков и пакетов.
… А под столом, забившись в угол стучал от ужаса зубами Лешка, помповара, стучал и глядел в исступлении на свисавшую со стола поварскую безжизненную руку, все еще сжимавшую для обороны от старичья заслуженную потертую скалку. Именно Лешка, куражась, насыпал вчера пригоршню пургена в кипящую в алюминиевом бачке старческую жидкую манку…


Теги:





2


Комментарии

#0 17:25  12-10-2006Лев Рыжков    
ахуенно. Только воздуху бы побольше
#1 17:52  12-10-2006А.Gad    
ОТЛИЧНО


только с острым концом стойки для капельниц непонятно. слабо себе такую стойку представляю.

#2 18:00  12-10-2006Спиди-гонщик    
рассвет живых мертвецов прям

хорошо!

#3 23:06  12-10-2006Гудвин    
очень реально написано, отлично.
#4 09:56  13-10-2006Luka    
хорошо вроде эдак как-то...


про бунт.


ужос, ужос...


последний абзац несёт высокую (правда, несколько завуалированную) мораль, беспесды...

#5 11:22  13-10-2006Девочка-скандал    
ебануцо...

люблю такие темы.

молодца и придрацо не к чему.

#6 11:30  13-10-2006Цапфанов    
это афтар иносказательно описал форму и суть Российско-Грузинского конфликта. Но, подход спорный, и может вызвать бохатую дискусию.
#7 20:53  13-10-2006мараторий    
знаков припинания много.


диалога много.


кучерявости нету.


Комментировать

login
password*

Еше свежачок
09:30  09-08-2017
: [12] [Палата №6]
Я строки брал
Из состоянья сна
По ту сторону забрал
Ужас реальный
Себе накаркал
Смерть как весна
Пси-хи-ка-жуть срок отмерила
Ночью энурез
Утром сплю в одежде левой
Абсолютно трезв
Но тоскую
По расовоблизким существам
В случайной надежде
На обман
Богов новых
Друг кстати запил снова
И умер счастливый и пьяный
Я скоро последую
Вены готовлю
Обжигаю волос с руки
Как с синей питерской куры
Точу нож
Фотографирую ауры
Дрожь
Передается
С рук...
11:07  02-08-2017
: [3] [Палата №6]
1.

12 ноября 2007 года наша кампания встречала Мишку Котова из армии. Утром приняли его на руки из вагона, отпустили повидаться с родителями, а сами повалили в дом, который специально сняли под пьянку. Закупили самогона и наготовили салатов, хоть свадьбу играй....
11:14  26-07-2017
: [17] [Палата №6]
Тео стоял рядом со своей каретой и курил длинную женскую сигарету. всё, что смог раздобыть этим утром. небо безоблачное. расстройств никаких. дел тоже. разве что потом заехать в одно место. но можно и в другой раз. или без него справятся. так даже лучше, чтоб без него....
15:22  25-07-2017
: [9] [Палата №6]
ОМм… ЧАНДРАя… НАМАха…

прости меня дурака

за всех поэтов прости

буду здрав коль готов отгрести

оплеуху за все изголения

над тобой под тобой

это стихотворение

; )



ОМм… ЧАНДРАя… НАМАха…

пожалей ты меня дурака

не от жизни хорошей

и ума РАzооmА

мы такие какие есть

пожалей нас убогих

окажи нам честь

: )



ОМм… ЧАНДРАя… НАМАха…

успокой меня дурака

луноликой моею женой
13:14  18-07-2017
: [5] [Палата №6]

действие тоже (н не то же, но тоже хуzнакакое):


Та же «комната». Всё та же компания: Блымая нарисованными глазами на столе сидит «я»; справа – прикуривая от окурка новую сигарету, облокотившись на столешницу стоит смерть; слева: на расшатанном белом табурете, в луже пепла, сидит рождение....