Письмо к матери

Автор: Вася Пупкин Здравствуй, маманя!

Во первых строках своего письма спешу сообщить тебе, что живу я по-прежнему жирно.
Жиру же накопилось столько, что значительную часть его пришлось перевезти в Западную Европу.

Я развозил жир этот на автобусе по городам Стокгольм и Треллеборг (Швеция), Росток, Любек и Гамбург (Германия), Амстердам (Нидерланды), и ненадолго задержавшись в городе Лилле (восточная Франция), привез изрядное количество жира в Париж. Там я измазал жиром Эйфелеву башню и мостовую в Версале. В Версале я выпачкал жиром какую-то обезьяну, непонятно почему без присмотра околачивавшуюся у входа в парк. Это является документальным фактом и фотография прилагается к письму.
Отправляясь в Западную Европу, я не преследовал других целей, кроме как выпачкивание жиром территории ненавистных мне буржуазных государств (этому меня учили в школе), поэтому практически ничего не приобрёл там из материальных благ. Зато удовольствия приобрел много: процесс выпачкивания жиром европейских достопримечательностей и особенно негров доставил мне незабываемое наслаждение, особенно когда выпачкать удавалось толстым слоем. В эти минуты я чувствовал себя настоящим комсомольцем, руководителем первичной организации ВЛКСМ, и даже кандидатом в члены КПСС.

Побывав в государствах Западной Европы я убедился воочию, что капитализм там действительно загнивает. Чтобы ускорить этот процесс, российские и украинские туристы, движимые чувством антагонизма, стараются оставить в стане врага побольше разного рода дерьма и жира. Когда же они дорываются до бесплатного питания, которое входит в стоимость тура, то жрут, как голодные свиньи, стараясь залить в свои классовые глотки неимоверное количество бесплатного апельсинового сока (от чего некоторые уссыкаются сидя на месте) и сожрать чудовищные порции сливочного масла, то есть жира, от чего, разрываемые классовыми противоречиями, блюют уже сидя в автобусе.
Глядя на это я восхищался духовной мощью русского (украинского) Человека: рассерая всё на своем пути, изредка подворовывая в ненавистных буржуазных супермаркетах, Он (русско-украинский человек) ни на минуту не забывает о своей далекой Родине с вонючими подъездами и гниющей помойкой прямо под окнами тесной квартиры. Ни на секунду не забывает он исступленного и ошалелого выражения пролетарского лица своего соседа; нетрезвые и зычные вопли какого-то паренька во мраке двора; сырой и мерзкий климат родных широт; дорогу в глубоких выбоинах, заполненных водой… Дорогу к дому…

…Вадим же живет жидко. Жира у него осталось совсем мало, классовое чутье притупилось. Поэтому в Западной Европе с такими кондициями ему делать нечего.

Высылаю тебе две фотографии и Эйфелеву башню.

4 июня 2005 г.

Андрiй.