Важное
Разделы
Поиск в креативах
Прочее

Х (cenzored):: - Чаепитие в Мытищах

Чаепитие в Мытищах

Автор: Dim
   [ принято к публикации 03:16  11-05-2007 | Психапатриев | Просмотров: 434]
После духоты июльского дня в распахнутые окна пятиэтажки в Мытищах потянулась вечерняя прохлада. Дуся подперла пухлыми кулачками второй подбородок в ожидании, пока остынет краник электросамовара, чтоб не обжечь пальцы. Лень было встать и тащиться на кухню за полотняной рукавицей, к тому же начинался сериал.
На припотевший лоб Дуси изредка набегали не пуганные кремами, массажами и масками морщины. Сразу несколько тяжелых альтернатив свалились на ее буйну голову в красном с райскими цветами платке, повязанном как бандана, и не давали сосредоточиться на двух периодически спаривающихся мухах. А Дусе было интересно, приземлятся ли они на сахарнице или вляпаются в розетку с медом. Если в мед, Дуся с удовольствием поотрывала бы им лапки.
С детства Дуся не любила и не умела выбирать. А сейчас, за чаепитием, ей предстояло решить сразу несколько проблем. Первая: открывать ли банку вишневого варенья или не полениться сползать в кладовку за земляничным. На вишневом сквозь стекло видна была обильная плесень под крышкой. Дуся представила, как будет брезгливо смахивать ложкой серо-зеленую дрянь, и поморщилась. С другой стороны, идти в кладовку без мужа, чтобы снова повстречаться с крысой, было не то чтобы боязно, но визга-то никто не услышит, и переживания со страхами как-то обесценятся, а рассказам-страшилкам даже соседки потом не поверят. Но и мед же намазывать на бутерброд с маслом уже противно. Да, это проблема посерьезней, чем с пирожками, которую Дуся легко решила минуту назад. На нее приветливо смотрели с трех блюд пирожки с капустой, мясом и курагой. Она долго выбирала, прислушивалась к журчанию в желудке, глотала слюнные ручейки, и, наконец, откусила сразу три. Смешение стилей и жанров Дусе понравилось.
Вторая проблема была еще серьезней. Дуся ждала хахаля – молдавского гастарбайтера Иона, с ближайшей стройки. А что надеть: сарафан с рюшками или джинсы с розовой кофточкой? Сарафан немодный, а любовник молодой и заграничный, в джинсах же лишний раз не вздохнуть, и пояс в брюшко больно впивается – чаю долго не попьешь, лишний пирожок не съешь. А Ионка любит за столом посидеть, колбаску украдкой поесть да о жизни ближнезарубежной порассуждать с возбуждающим акцентом.
Дуся с тоской погладила амурские волны живота под ночной рубахой, накатывающие на береговую линию резинки трусов, тяжело встала, подошла к зеркалу. Она всегда считала себя истинно русской, кустодиевской красавицей. Пышное молочно-белое тело и румяность щек не угасли и к сорока пяти. Она взяла пинцет и выщипала несколько треклятых волосков над верхней губой, поправила пергидролевый пучок на макушке, уверенно подвела глаза и вдела блестящие сережки. Затем накинула скромный халатик из парчи со стразами и решила вечор быть простой и народной.
Третья проблема Дусю пугала: рожать или делать аборт? У нее были двое взрослых детей: сын в армии и дочка замужем. Уж бабкой скоро быть. А тут рожать соседям на смех. К тому же незадача: Ванькино дите или Иона? А ежели чернявый молдаванин вылезет, как ее белобрысый Ванька посмотрит? Уйдет к Райке-буфетчице или бить будет? А и аборт делать не хочется. Давеча батюшка в церкви сказывал, что грех большой это, смертоубийство, и что на сковороду в геенне огненной угодить эдак можно. Дуся с ужасом посмотрела на чугунную сковородку, представила, как она поместится на ней, и инстинктивно поджала ноги.
Дожевывая пирожки, Дуся наконец наполнила заварной чайник, но вскоре тучка набежала на серые глазки, губки обиженно надулись: «Ну где же мой лапуля из солнечной Молдавии? Эдак и Ванька с футбола вернется…» С досады Дуся съела еще три пирожка, запила приторно-сладким наваристым чаем. Сериал не пошел: она снова перепутала, кто чья жена, кто кому изменил, кто настоящая мать и кто главный подлец. «Только б он не явился, когда Ванька уже будет дома, а то конфуз и мордобитие».
От чая прошиб пот и потянуло на соленое. Дуся тяжело поднялась, достала из холодильника шмат сала. «Сегодня уж не придет, сверхурочные, наверно». Вздох русской красавицы оборвал поворот ключа в прихожей.
– Дууусь, лябоф моя! – Ваньку изрядно покачивало. – А у нас гооости!
Следом за ним в дверь неожиданно просунулся поджарый Ион, ее Ионка. У Дуси засосало под ложечкой. «Откуда Ванька узнал? Сука Райка выследила и донесла, точно. Ой, ну сейчас будет разборка…» Виновато опустив глаза, Дуся молча дожевывала сало. «Аборта не миновать, – пронеслось в голове, – только б не по лицу…». Но, вспомнив женский опыт поколений, Дуся решительно взяла чугунную сковородку и заняла оборону у входа на кухню.
– Дууусь, ну выпил я немного, ну че ты… За победу ж! Наши надрали люберецким! Вооот, хорошего человека привел со стадиона, он вином молдавским угостил. Дусь, познакомься, это Ион, с берегов Днестра, хороший мужик.
Ион, в потертом советском пиджачке и видавших виды трениках, смущенно жался к вешалке в прихожей. Ванька, не разуваясь, плюхнулся за стол, потянул носом над блюдом с пирогами и размашистым нетрезвым жестом пригласил молдаванина. Ион робко присел с краешку.
«Кажется, драка, если будет, то не сейчас», – успокоилась Дуся. Она включила подостывший самовар и присела за стол с по-русски гостеприимным каменным лицом жены алкоголика. Ион заговорщицки стрельнул карими глазами.

– Ой, Дусь, как наши им надрали! Кода пеналь забили, весь стадион целовался в обнимку! Какой был футбол! Иди, Ион, еще раз поцелую, друууг мой!

Радушно улыбающийся Ион подставил щеку. Чмок. «А может, и не знает», – подумала Дуся и с натянутой улыбкой протянула руку Иону:

– Евдокия. Кушайте пирожки, дорогой гость, которые с краю – с мясом...

Над самоваром заклубился пар, крышка мелодично позвякивала. Дуся рукой в варежке разлила чай. Ион смущенно отлучился в ванную мыть руки.

– Ну, как он тебе? – виновато улыбаясь, спросил Иван.
– И где ж ты подцепил такого дружка?
– Ну, в парке, туда-сюда, он меня вином угостил, а я его на стадион повел. Хороший мужик...
– Он что, и ночевать у нас останется?
– Тут знаешь, Дусь, такое дело… – Ванька отхлебнул чаю. Морда покраснела еще больше.
– Ну, не томи, пьянчуга, что стряслось? – Дуся насупила бровки.
– Ну, понимаешь… ставки мы делали перед игрой… Ну кто ж мог подумать, что любера так облажаются… Ну, а денег у меня не было, сама знаешь. Ну что я мог выставить против его трехсот? Ну, предложил… предложил… тебя.
Ванька стал жрать пирог с капустой, торопливо захлебывая чаем, будто сейчас у него все отнимут и нальют кипятка за шиворот.
– В каком смысле?!
– Дусенька, прости. Но это ж не насовсем, на один раз только… Он хороший мужик, жена в Молдавии, дети…
…Рука у Дуси тяжелая. Но справедливая. Долго откашливался потом Ванька, подавившись пирожком, и прикладывая холодную ложку к разбитой губе.
– Прости, Дуся, я пьяная сволочь, прости, – промямлил Ванька, отползая спать в детскую.
Вышел прилизанный Ион и юркнул за стол. Дуся ощутила на коленке его горячую ладонь. «Прав батюшка, не надо делать аборт. И соседки, старые сплетницы, пусть подавятся», – решительно подумала Дуся, и чай показался ей необыкновенно ароматным, и пироги удались, и тихий мытищенский вечер расплылся в прохладной звездной ночи.


Теги:





1


Комментарии

#0 11:00  11-05-2007Вечный Студент    
чо-то ниасилил
#1 00:07  12-05-2007Lenta Mebiysa    
чото кругом хуебень и блядство какое то...

Комментировать

login
password*

Еше свежачок
12:53  27-04-2017
: [10] [Х (cenzored)]
Ганюшкин с силой распахнул окно, и привычным движением снял со стены плазму. Со словами: "иди полетай", он выбросил телевизор с восемнадцатого этажа.
Что странно, плазма, не стала планировать, а полетела вниз камнем. Достигнув земли она совершенно бесшумно разбилась в пыль....
Ближе к полудню барыня Татьяна Алексеевна проснулась. Не открывая глаз она прислушалась к непонятным процессам внутри своего организма. Внезапно ее стошнило и она вырвала,успев лишь повернуть голову, чтобы не испачкать подушку.
«Неужели отравилась шампанским?...
С берёзы брызжет сок обильно,
По банкам в сумрачном лесу,
Весна. Нетронуто либидо,
Хоть член срезай на колбасу.

В траве клещи хранят истому,
В преддверии больших чудес,
С надеждой впиться в чью-то жопу,
Зашедшей обосраться в лес....
поэтесса-стрампонесса,
метр семьдесят, без лишнего веса
составит компанию поэту
и ей нужно конкретно вот это:

адекватный би-универсал в заход,
без лишних рифм, но "полиГЛОТ";
для дружбы и интима-
не проходите мимо.

Фейсситинг обязательное условие!...


...В субботу друг Рафа Шнейерсона Тит привел пару первоклассных девиц.


Где он их взял?


Почему Тит не приводил таких красоток прежде? Например, тогда, когда Рафу было тридцать?.. Или сорок? Или пятьдесят? Или даже – шестьдесят?...