Звероферма.

Автор: Воспитатель дебилов По каридору шли два существа, создания явно бального воображения учоного-генетека. Первое созданее было с человечискай галавой и телом непознанного жывотного, длинная шелковистая шерсть росла па всему телу, масластые, суставчатые канечности заканчивались острыми трёхдюймовыми когтями. Второе существо в противаположность спутнеку сваему было нааборот с галовой жывотнаго и телом человека, ужасная гиеноподобная морда с каторой капала злавонная слюна плохо сочеталась с телом маладой женщены с харошеми формами, к сажелению никагда не знавшим мыла и мачалки.
Они шли па большому дому. Пастройка давно пришла в запустенее, лианы и другие вьющееся растения обвили дом плотным коконом зелени. Субтропичиский климат установившийся в России в начале 21 века за триццать лет сделал сваё дело. Существа шли па ежедневной сваей надобности, дорога вела в центр пастройки, бывшый раньше бальшой, просторной гастиной.
Сегодня в день палналунея они должны были совершить ритуал священного ёба-йоба перед картиной. На картине была изображена маладая женщына с надменным, несколько лошадиным литцом, она сидела на некоем падобии царского трона, рука с наманекюренными пальчикаме сжимала бутылачку вады бес газа «Ивиан». Шею её украшало чудесное калье ат Картье.
Зверолюди вашли в комнату и астанавились перед партретом.
- Ксенея! Ва имя полной луны, мы пришли дать тебе силу ёба-йоба! – прагаварил шерстяной чилазвек.
Женщина с гееновай мордой начала тихо паскуливать и трогать сибя за грудь и прамежность.
Шерстяной не долго думая перешол от слов к делу. Он быстро нагнул геену раком и засадил ей в махнатку свой колом стаячий зверохуй. Медленно начал ввадить все дваццатьшесть сантиметроф в нутро зверажыны, пака не упёрся залупой в матку. Звирушка завыла и задражала всем телом. Чилазвек уперевшись взглядом в партрет начал монотонно долбить тело женщыны стараясь не сматреть на её звериное литцо зашедшееся в страшном аргазме.
На месте глаза у партрета Ксенеи медленна, открылся патайной глазок и показался, чей та зрачок, он с жадностью наблюдал за ебущемися звералюдми. Звералюди начали кусаться и орать на все голоса, навевая дикую жуть, женское тело билось в череде страшных аргазмоф. Вот и апофеоз, шерстяной взвыл асобенно протяжно, выгнулся калесом и замер на несколько секунд, плотно прежавшися к телу гееногаловой женщыны.
Прошла минута, зверолюди расцепились, самец взял небольшую керамическую тарелку, падставил её пад женщыну, та уселася враскаряку и патужевщись выдала в тарелку харошую порцыю спермы из пизды. Пакланившись партрету они, не оглядываясь, быстро ушли ис комнаты, дабы не накликать на сибя гнев великой багини К.
Когда звук шагов умолк вдалеке картина отошла в бок, открыв павтайную комнату. Ис комнаты вышла голая женщина, чей партрет был на картине, но только немного постаревшая, с ещё более олашедевшем литцом, тело правда ещё сахранилось вполне неплохо.
Она взяла тарелку са спермой памешала длинным наращенным ноготком и стала намазывать ей лицо и шею, другой рукой женщина сильно и быстро тёрла сибе между ног.
- Я бландинка в шакаладе. – Лицо её исказила гримаса сильнейшего оргазма. – Я Ксенея Сапчак.
24.08.2007. В.Д.