Важное
Разделы
Поиск в креативах
Прочее

Графомания:: - Последний поезд (1-3)

Последний поезд (1-3)

Автор: Pechora_Vedmin
   [ принято к публикации 00:08  26-12-2007 | Х | Просмотров: 234]
1.
- У нас поезд через час, - закидывая на плечо лямку рюкзака, сказал Игорь.
- Да... знаю... – ответил я и загрустил.
Вокзал жил своей обычной жизнью и этим-то терзал меня. Среди билетных касс, ларьков, лавочек, постоянного «Поезд Москва татата...», гула людей и прочей мелочи была жизнь.
Меня бесило наличие жизни, даже скажу так: наличие жизни на этом временном пристанище неизвестных мне пассажиров. «Жизнь...» - говорил я себе и мысленно бежал. А впрочем, не только жизнь вокзала грызла орех души: все грызло, все живое...
Я хотел побыстрее уехать далеко-далеко, к примеру в Питер, ну а потом оттуда к границе с Финляндией. «Уехать... уехать, - говорил я себе, - уехать туда, где нет людей, побыть одному, в тиши...». Как было бы классно наконец-таки увидеть Северную столицу, испытать на себе ее красоту, раствориться в фонтанах Петергофа, раствориться в толпе неизвестных мне людей. Потом... потом... в область... к тиши...
«... где нет людей» - но они были везде, как же без них! А что поделать: их надо терпеть и при случае ненавидеть. Вот так вот: ведь я - необычный человек...
Игорька я терпел – он мне был друг, а остальных я ненавидел. Он захотел поехать со мной, он был романтик: у него на роду было написано поискать приключений и счастья.
В последние месяцы Игорь ужасно изменился: он бежал от этой жизни, и его бег «куда-то туда» был агрессивнее моего: узнав, что я еду в Питер и дальше, он сразу же собрал рюкзак вещей и целую неделю вызванивал меня, боялся, что я уеду, а его оставлю... И это был не единственный случай...

«Час, всего лишь час, - думал я, расположившись на лавке и изучая потолок, - час...».
- Леш, че грустишь? – спросил Игорь.
- Да так... - ответил я и еще большее волнение вдарило по вискам.
- Ту забыть не можешь?
Я дрогнул телом.
- Понимаю, - с уверенностью бывалого человека начал мой оппонент, - так всегда бывает: вчера вы вместе веселись, любили друг друга, а сегодня ей или тебе уезжать... такое бывает...
- И ничего не поделаешь, так надо, – уверено-грустно ответил я.
- Почему ничего? Нет, ты здесь не прав...
- Как же! – перебил я его, - Что я смогу сделать, что? У меня меньше чем через час поезд, я уезжаю считай навсегда, а ты что-то говоришь!
Я чуть не проговорился, я чуть не раскрыл тайну. Зло проснулось во мне, доселе неизвестное зло к другу... Напомнил про нее...
- Опа-опа, как мы залепетали, - стал извить друг, - «меньше чем через час...» ну-ну... Если сейчас профукаешь счастье – потом счастья не жди. Я просто вчера видел, как ты с ней танцевал, зажимался... какое счастье было на ее лице... ух... я ведь тебе не говорил... а хотел сказать, что ее безумно люблю...
- ....
- Че молчишь, не знал? – он стал с лавки, - Самое плохое в этом деле, что ты ее не предупредил, что сматываешь отсюда... поступил как подонок... Че молчишь?
У меня пропал дар речи, я реально не мог сказать в ответ ни слова! Да, Игорь Валентинович был прав: я плохо поступил, что не сказал про отъезд, но между нами, я уже давно должен был сбежать по-тихому... и чем дальше, тем лучше...
- Танька тебя любит больше жизни, а ты уезжаешь! Ладно уж я... что мне уж... лучше мне уехать чтоб не страдать по ней, но куда ты едешь, куда? Думаешь, оприходовал бабу и в кусты? Герой! Что ж ты грустишь, что ж? Ответить хоть слово!
- ....
- Я знал... я знал, что ты трус, подонок...
- Хавальник закрой! – крикнул я со злости
- Не закрою! Да пошел ты со своим Питером! – и, сказав это, Игорь быстро выбежал из здания вокзала.
Я немного опешил, я был в шоке. Куда он, зачем, неужто к ней? К ней! Он поехал к ней! О господи!
Я стрелой вылетел из здания и врезался в толпу. Прошла минута, всего минута, но даже за это короткое время можно потерять друга, и не просто потерять, а потерять навсегда.
«Где мой телефон, где?» - стал я судорожно шарить по карманам, выкидывая на мокрый асфальт мелочь и различные бумажки-фантики. Мобильника не было: видно когда я пробирался сквозь толпу у меня его вытащили. Вот теперь-то был полный конец! Все, фиаско! Я многого не сказал лучшему другу, потому что боялся сказать, потому что хоть он и друг мой лучший, но мало ли...

Я ехал в такси...

Поезд мой ушел как десять минут назад, но сейчас он волновал меня меньше всего. «К черту Питер и дальше!» - кричал я про себя
- Шеф, дай «трубу» позвонить, - буркнул я водиле
- Лови...
На память я начал набирать домашний номер Игоряса и секунды показались вечностью. Гудок... еще гудок... гудок...
- Алло, - услышал я голос тети Маши
- Теть Маш, здрасте! Теть Маш, позвоните, пожалуйста, Игорьку...
- Что такое, что случилось?
- Ничего не случилось, просто позвоните... я б сам позвонил бы да у меня «трубу» подрезали... вы сейчас позвоните... хорошо? Спросите – где он?
- Сейчас, подожди...
Я не знаю, сколько прошло секунд, но это было так долго!
- У него абонент не отвечает, - услышал я беспокойный голос, - что ему передать, когда он вернется?
Мы заехали в туннель – связь оборвалась...

2.
История эта началась не на вокзале, и не с моего бега подальше от Москвы, ведь я уверен - она началась ровно год назад...
Отзвенел последний звонок, в голову вдарил аромат роз и хризантем, алкоголь долбанул по вискам и обжег сознание. Да, последний звонок – мы напились, ужасно реально напились! Заблеванные костюмы, белые банты в кустах, дух перегара, секс... секс... секс... И над всем этим «хорошим» мрачное майское небо, которое затягивает, которое завтра станет серединой июня – днем, когда мы получим аттестаты... А пока... пока... короче как всегда...
Тогда в пьяном угаре я познакомился с парнишкой из соседней школы. Как звали его - не помню, но то с кем он меня познакомил...
Таня с бредовой фамилией, Таня с постоянной головной болью, Таня с глазами полными слез... Да, такой была та Таня, с которой меня познакомил одноразовый кореш - Таня – серая мышка... Я смотрел на нее пьяно, мысленно съедал ее, представлял сознанием сексуальную связь с нею: когда я медленно раздеваю ее под звуки романтической музыки... наши тела сливаются как в модной сентиментальной книжке воедино и мы взлетаем к небу блаженства... Ух, чего только по пьяни не представишь, о чем только не...
Я был уже реально пьян и мало что понимал, а если лучше описать мое состояние, то можно выразить его абсолютно не литературно - я был в полное «кезло»! И что вы думаете, было дальше...? да, вы правы...
Это случилось на автобусной остановке под возглас толпы «Давай жаль ее!» и я не опишу вам свое «геройство»... Было ли мне стыдно, что я отымел едва знакомую девушку, да еще и при честной пьяно-траханной публике? нет, тогда не было, но когда спирт отпустил кровь и совершенно неожиданно на факультативе я рассмотрел себя на мобильном телефоне у одноклассника (таким активным кроликом я не был ни на одном предмете), то невольно... короче... стало стыдно... Сразу в голову пришла мысль, что сегодня она найдет меня и мы будем говорить о нашем поступке, причем долго и все такое, а в конце разговора пусть будет что будет! Вот такие мысли были в голове... а ведь ни так все пошло...
Я не старался пропадать, быть в нестабильном состоянии уходя с головой в пьянки или экзамены, нет, я жил как жил и все. Что только меня пугало (и не зря!) – это тишина мобильного телефона, дверного звонка и людей, идущих по улице позади меня. Только сейчас я понимаю, что это был действительно страх, а не что-то иное, ибо только страх заставлял меня слушать этот мир четче и быть готовым к любому повороту земной оси...
И я продолжу позже эту историю, ну вы меня поймите, мне тяжело все это вспоминать и рассказывать вам. Поймите! Запомните! Я жил плохо в моральном плане, я не умел пользоваться многими вещами, я не умел разоблачать людей сразу....

Я заплатил таксисту и стрелой забежал в подъезд ее дома – бешеной ракетой Королева взмыл на третий этаж. Чертов дом, чертовы квартиры, чертова дверь с цифрой «13», чертово все! Не поймите меня как сумасшедшего, ведь мои слова – это эмоции, это всего лишь великие эмоции необычного человека, который барабанить с ног и рук в дверь дома той, что отняла дальнейшую жизнь.
3.
- Алексей, вам уже лучше? – спросил меня следователь, поднося к моим губам стакан с водой
- Да, - ответил я, - получше...
- Вы нас уж простите, что мы к вам в таком состоянии, да еще и с допросами, вы уж простите...
- Понимаю... работа у вас такая...
- Ну и ладно, начнем что ли?
- Конечно, - произнес я сквозь боль в теле, - начнем...
- Расскажите, как на вас напали?
- Напали, - повторил я, - да, напали... мне вам придется рассказать очень длинную историю...
- На то я и здесь, - сказал с легкой улыбкой следователь,- кстати, меня Виктор зовут, вы... ты не бойся, рассказывай, как было...
Следователь был высоким, белокурым практикантом с юридического факультета. Странно, я всегда ненавидел различную ментовскую и следовательскую шушеру, неистово призирал людей с погонами, а этот «следак» пришелся мне по душе. Глаза его блестели: отражали счастье, какую-ту пацановскую радость вперемешку с серьезностью благородного мента. Вот как сказал, даже самому нравится эта игра слов...
- Да что мне бояться, - начал я, преодолевая разговором, боль в теле, - я тебе сейчас все расскажу... Короче, в тот день я должен был уезжать в Питер с другом своим – Игорьком Смертиным... ну так вышло, что мы с ним поссорились...
- Из-за чего поссорились?
- Из-за бабы одной...
- Понятно, продолжай...
- Так вот... поссорились мы с ним – он «срубил» от меня... Я тогда тормознул – надо было его сразу остановить, поговорить нормально, а оно вон вышло...
- Вижу, - ответил Виктор, - вижу...
- Ну вот... я когда уже «догнал», что он к ней едет... сразу побежал за ним...
- Че ж ты испугался за кореша?
- ...давай по делу поговорим... Значит, я сразу поехал к той бабе домой, думал, что он у нее... В общем-то, я был прав... вот только я слегка припоздал...
- Что бьешься в дверь? Уехала она с пацаном каким-то на вокзал... – сказала мне той бабы испуганная соседка
- Как давно? Откуда знаешь?
- Минут 10 назад... он все про вокзал трындел...
Дальше я выбежал на улице и поймал первую встречную тачку...
- И на Ленинградский сразу?
- Да, а куда же еще: я знал куда они едут, ведь если Игорек уезжал куда-нибудь из Москвы – то только с Ленинградского... ну... к корешам в Химки, или к бабке в Зеленоград... ему некуда было больше ехать...
- Хорошо... ясно, - произнес следователь, не отрываясь от своих записей
- Я короче срываюсь на вокзал, приезжаю и первым делом бегу смотреть расписания электричек: блажащая до Зеленограда 20 минут назад ушла, а там значит и до Химок... а следующая... – я махнул рукой
- Интересно... интересно...
- Дальше... дальше мысль в голове, что нужно до первого таксофона добежать и звонить домой его матери и все рассказать про ту бабу... И тут... тут я получил по затылку... дальше меня ногами пинали... сколько не знаю... потом здесь очнулся... наверное, все...
Следователь, прослушав эту длинную историю, посмотрел на меня, потом на свой лист, в который он так усердно записывал мои показания...
- Все ясно, - сказал он и на моих глазах порвал лист с показаниями.
- Э... зачем?
- Знаешь... потом выздоровеешь – мы тебя по повестке вызовем...
- А так можно?
- Наверное, - он усмехнулся, - знаешь... я как бы не хочу лезть в твою жизнь, но ты мне про ту бабу не расскажешь случаем? ну так мне интересно че ты так перепугался за «корня» своего... че в ней такого, а?
Вот это было интересно! Вот это меня зацепило!
Я посмотрел на «следака», немного подумал и решил для себя: а как разница, а? все равно ведь опоздал...
- Ой, Витек, - начал с досадой я, - расскажу... разницы уже никакой нет... расскажу...
Москва. Универ. Первый курс. До этого волнение, бессонница, голодовка, пьянки, а итог – поступление в ВУЗ. Бюджет. Я с детства увлекался математикой, ибо мой отец – инженер, а мать преподаватель этой дисциплины в школе, и мне пророчили тоже самое: или инженер или препод. И решил я, что буду преподом...
- Почему?
- У меня в школе был учитель хороший – Виктор Иваныч – редкий человек и гений математического анализа. Мой кумир. Это конечно можно связать как-то с бабой про которую я тебе хотел рассказать, но связи мало: я не фаталист. Так вот, вышло так, что на один факультет со мной попала и она. Я ужасно удивился и не нашел слов... Я был в шоке! Почему она здесь? Что она здесь забыла? Почему? Нет, это не судьба, мне, наверное, это все кажется. Но...
- Привет, - произнесла она, сжав нежно мою руку
- Привет, - ответил я и по моему телу проскочила канонада мурашек.
- Ты любишь математику? – спросила она, не отпуская моей руки
- Да, - тихо произнес я и неожиданно заново открыл для себя новую Татьяну: Татьяну студентку.
Она изменилась. Она поменялась. Как это еще выразить словом – не знаю, но то, что было раньше у нее... эммм... сейчас этого уже было...
Таня была сродни ранней садовой розы: нежностью и мягкостью пропитался ее взгляд. Естественный запах вперемешку с легкой горчинкой пота пленил меня, завлекал в сети непонятного предприятия под названием «секс без обязательств». С ней по части секса было непредсказуемо: это возможно меня и цепляло.
Радость была в глазах этой молодой богини: достаточно увидеть ее глаза и все – ты ее навсегда! А черты, черты лица! Мое больное тело, мой безумный разум запомнил навсегда это лицо, а наряду с ним и бархатное тело в плену белой простыни...
В тот вечер у нас случилась связь. Ее нельзя сравнивать с той связью, что была на остановке, когда мы были пьяны: нет! Большое НЕТ! Это было приятно, как-то романтично, необыкновенно, непредсказуемо.
- Ты хотел бы секса на стиральной машинке? – спросила меня Таня.
- Да, - не соврал я...
Так и случилось...
Мы начали встречаться и все было классно. Но однажды...
Между нами встал Игорь. Усиленно причем. Он ее любил и это я узнал самым последним. Обидно, что самым последним я узнал и тот факт, что моя Таня спит со всей нашей группой. Кстати, кино сняли неплохое про ее грешки... по моей просьбе...
Игорь потирал руки, а я не был зол на него... А нечего тут злиться? – пусть забирает ее себе! А мне сейчас предстояло вызвать у нее чувство стыда: легкая расплата...
С доказательствами на руках, с чувством, что я полный кретин, но я все-таки прав, я побрел к ней. Она не плакала, не начинала истерик, а просто сказала мне, что у нас не было отношений, был «тупо секс».
- Как же мне тебя наказать? – с иронией спросил я
- А ты переспи со мной в последний раз: трахни меня так, чтоб вообще!
- Да? Ну-ну... – ответил я
Я ее «трахнул, чтоб вообще!»: реально поглумился. Злость проснулась к ней, забыл я сразу ее красоту, а начал тупо трахать ее. Когда устал, когда уже «не стоял», я разбил о стену стул и начал тыкать ей во влагалище деревянной ножкой! Оказалась, я имею вот такие вот наклонности.
Я закончил измывается над ней, спокойно оделся и вышел. Она, наверное, и тогда не заплакала, ведь сука готовила такое мне...
А потом 1 декабря и...
- Черт, тест на СПИД положительный! – кричал я в своей комнате общаги. Я плакал! Оказывается глупое это дело – принципы: принцип не пить водку из горла, принцип не трахать девушек «за 30», принцип спать с бабой без гандона. Принципы довели меня до ручки...
- Жаль, - сказал на мой рассказ следак
- Бабская месть самая страшная: я «пер» только Таню и только от нее мог так попасть...
Я злее не бывает ворвался в ее комнату и напал на нее. Начал душить паскуду и кричать почем мать! Она шипела что-то типа: «Я пере...ме..., я пер..»
- Я беременна, - догадался следователь
- Да... она была беременна, причем от меня: сомнений не было...
Я отпустил ее горло и медленно сел на стул. Она отползла в противоположный угол и заплакала...
- Почему все так? Почему? – сквозь слезы произнес я
- Потому что... – ответила она
- Месть...
- Месть...
- Сука...
Мы долго молчали: два смертника, даже три...
- А кто будет мальчик или девочка? – вдруг спросил я и расхохотался, дабы она подумала, что ее месть для меня ничего не значит.
- Нас не будет Леш, нас, - ответила она, - я хочу быть с тобой...
- На небе будем, - ответил я и решил уйти из ее комнаты.
- Стой, не так быстро, - решительно заявила она, - будь со мной... до смерти...
- Ага, а еще мы умрем в один день! Пошла ты, сука такая!
- Мне не нравиться как ты со мной...
- А мне блядь нравиться как ты со мной!
- Молчи урод и слушай! Если не будешь со мной – с твоим другом будет также... Я знаю о ваших дурацких принципах, а вот факультет не знает и потому...
- Ну ты и блядь! Я ж всем расскажу, что ты...
И тут меня доперло: никому я ничего не расскажу, потому что она про меня расскажет, что я теперь спидозник! Она знала это, и ей это нравилось: она улыбалась...
- И что тебе или... кто тебе дороже: друг, репутация, собственная жизнь? Хотя, какая жизнь, - она поднялась из угла и подошла ко мне. Ее теплые руки обвили мою шею, - жизнь-то прошла. Нам по 18, а жизнь теперь ничего не значит: ни-че-го!
Я не откинул ее от себя, я просто смотрел ей в глаза, а в душе плакал. Доигрался...
- Я сделаю аборт только ради тебя, милый, - произнесла она.

После этого случая мы виделись еще пару раз, а потом она перевелась на заочку и укатила хрен знает куда! Мне не стало легче – мне стало страшно за тех людей, с которыми она еще переспит. Я знал, что такое будет...
Шел июнь, и сессия не напрягала. Почему? – да какая теперь разница: у меня в голове были другие планы. Прежде всего, я взял в долг три штуки «баксов», наплел матери, что перевожусь учиться в Питер, а сам думал побыстрее сбежать пока есть время: пока это сволочь не появилась здесь.
За день до отъезда она нашла меня и пригласила познакомиться с родителями. Вот тут-то я на очко и сел: все думаю, убежал... А собственно, зачем нужно знакомиться?
- Какой славный карапуз! – воскликнул ее отец, качая на руках нашего ребенка.
- Она значит, аборт не сделала? – прищурив глаз спросил следователь
- Да: я стал папашей...
Ее родители были мне лишь рады: два ВИЧ-инфицированных и представь себе – здоровый ребенок! Имя дали – Сережа...
Потом под руку с ней пошли в ресторан и там встретили Игоря. Он составил нам компанию, мы хорошо посидели-потанцевали, а потом...
- У нас поезд через час, - закидывая на плечо лямку рюкзака, сказал Игорь.
- Да... знаю... – ответил я и загрустил.

Сейчас-то уже все равно жить или умирать, но Игоря жалко: еще один смертник...
- Слушай меня внимательно Леша, - начал Виктор, - дай-ка мне адресок этой суки, сам же заяву катай на нее: мы ее привлечем...
- А что, можно?
- Походу можно...
- А толк?
- Будет толк – поверь...
Я продиктовал ее адрес... До выписки из больницы оставалось два месяца...


Теги:





2


Комментарии


Комментировать

login
password*

Еше свежачок
16:58  08-12-2016
: [2] [Графомания]

– Мне ли тебе рассказывать, - внушает поэт Раф Шнейерсон своему другу писателю-деревенщику Титу Лёвину, - как наш брат литератор обожает подержать за зебры своих собратьев по перу. Редко когда мы о коллеге скажем что-то хорошее. Разве что в тех случаях, когда коллега безобиден, но не по причине смерти, смерть как раз очень часто незаслуженно возвеличивает опочившего писателя, а по самому прозаическому резону – когда его, например, перестают издавать и когда он уже никому не может нагадить....
19:26  06-12-2016
: [43] [Графомания]
А это - место, где земля загибается...(Кондуит и Швамбрания)



На свое одиннадцатилетие, я получил в подарок новенький дипломат. Мой отчим Ибрагим, привез его из Афганистана, где возил важных персон в советском торговом представительстве....
12:26  06-12-2016
: [7] [Графомания]

...Обремененный поклажей, я ввалился в купе и обомлел.

На диванчике, за столиком, сидел очень полный седобородый старик в полном облачении православного священника и с сосредоточенным видом шелушил крутое яйцо.

Я невольно потянул носом....
09:16  06-12-2016
: [14] [Графомания]
На небе - сверкающий росчерк
Горящих космических тел.
В масличной молился он роще
И смерти совсем не хотел.

Он знал, что войдет настоящий
Граненый во плоть его гвоздь.
И все же молился о чаше,
В миру задержавшийся гость.

Я тоже молился б о чаше
Неистово, если бы мог,
На лик его глядя молчащий,
Хотя никакой я не бог....
08:30  04-12-2016
: [17] [Графомания]

По геометрии, по неевклидовой
В недрах космической адовой тьмы,
Как параллельные светлые линии,
В самом конце повстречаемся мы.

Свет совместить невозможно со статикой.
Долго летит он от умерших звезд.
Смерть - это высший закон математики....