Важное
Разделы
Поиск в креативах
Прочее

Графомания:: - Банально, по верхам.

Банально, по верхам.

Автор: Бологое
   [ принято к публикации 20:21  02-01-2008 | Бывалый | Просмотров: 467]
Равнодушно клацнув кодовым замком, подъездная дверь надежно отгородила Татьяну Евгеньевну от подобострастных взглядов бабок с бидончиками, ежедневно тусующихся во дворе дома в ожидании разъездной бочки с молоком, на целых пару рублей дешевле магазинного.
-Господи, откуда они меня все знают? Вроде и невелика шишка - всего-то начальник одного из отделов в Белом Доме, - в который раз подумала Таня, затаскивая тяжеленные пакеты в лифт. - Дура, что не дождалась мужа - пусть бы сам за покупками съездил. Все равно, эти стандартные гурманские «сюрпризы» уже никого из домашних не удивляют. Хоть роллов им накрути, хоть ростки пшеницы по-китайски заквась. Надо было соленых огурцов у бабок купить.
Да, невеселым получился предновогодний шоппинг. И почему надо было завернуть именно в тот магазин - вроде и не по дороге, и не славился он ничем особым - среднестатистический универмаг со стандартным набором продуктов. Зато возле входа - небольшой, еще не разогнанный местными властями, базарчик, где тетки с красными носами наперебой расхваливали - кто вкусный жирный творог, кто рыбку домашней засолки. Там-то Таня и наткнулась на бывшую золовку Оксану. И узнала ее сразу, несмотря на заиндевевшую шаль, намотанную вокруг пальто и бОльшей части лица.
-Привет,- от неожиданности Таня не смогла увернуться от разговора, хотя шанс был, был… Вот к бабке с нарезанной «а-ля Корея» морковкой можно было отойти, или к той- с банными вениками…
-Ой, Танюша! Сколько лет, сколько зим!- обрадовано заверещала Ксюша. – Как жизнь-то?
-Да все нормально. Сама-то как?
-Да я сейчас в декрете, мама с Надюхой сидит, а я вот - деньги зарабатываю, жить-то как-то надо.
-А чего так? Холодно же! Муж не работает , что ли?
-Да нету его, мужа-то,- погрустнела Оксана.- Вернее - почти нету. И на алименты не подать - дни жалко тратить, бумажки собирать. Мне ж посуточно платят, не выйду- кушать нечего будет… Сдох бы, тварь, хоть пенсию по потере кормильца Надюха получала бы!
-Ну-ну, Ксюша, ты чего! Уверена, что ты преувеличиваешь - вот и сама прекрасно выглядишь,- покривила душой Таня, окинув взглядом валенки, китайское пуховое пальто и не знакомые с пинцетом белесые брови бывшей золовки, втайне радуясь, что одела сегодня позапрошлогоднюю дубленку и припарковала машину за углом.
-Да ладно, проехали,- хлюпнула Оксана.- Саньку-то вспоминаешь?
-Ннет… Как-то не до него… И как он поживает?
-А ты не знаешь что ли?! Он ведь не поживает уже давно… Утонул полтора года назад…
Татьяну захолонуло.
-Как? Не может быть!
-Да по пьянке - обычное дело. Он ведь после развода с бабой связался - старше его намного, алкашка та еще. Вместе и бухали. Говорила ему мать - так не слушал. Неужто ты не знала?
-Нет… Ну ладно, Ксюш, меня ждут, извини,- заторопилась Татьяна. - Я у тебя вот эти варежки куплю. Спасибо. С Новым годом!
Хорошо дома. Хоть обстановка и не суперсовременный хайтек, однако тепло, уютно и всегда вкусно пахнет. Таня любила готовить, и старалась разнообразить кухню. Потому и пахло- то кориандром, то корицей, то еще чем-нибудь необычным, как любил шутить муж - пахнет домом Зайцевых.
Радио после рекламы выродило древнюю песню «Все напоминает о тебе, а ты нигде». Татьяна, дернувшись выключить, сбила с холодильника китайскую вазочку с монетками. «Что за дурацкий вкус у Зайцева, вроде интеллигентный человек, а вечно переключает на какие-то попсовые каналы,- посердилась Таня, собирая осколки и монетки с пола.
Вспомнилось что-то, как познакомились с Зайцевым. Татьяна с однокурсницами отмечала защиту диплома в ресторане. Самом крутом ресторане их городка. Как они тогда смогли наскрести денег на три бутылки шампанского и фруктовое ассорти? Парень в элегантном костюме и почему-то легкомысленной зеленой рубашке подсел за столик и представился: «Александр. Будем знакомы?». «Если Вы это мне - то нет, не будем». «Почему?»- слегка опешил кандидат в новые знакомые. «Да просто имя «Александр» у меня ассоциируется со словами «подлец» и «сволочь»»- томно ответствовала Татьяна. Взяв Таню за руку, мужчина усмехнулся: «Плохие воспоминания? Несчастная любовь? Тогда разрешите исправиться. Зайцев. Для Вас - просто Зайка». Так она и звала его пару лет - «просто Зайка»- до самой первой ночи после выписки из роддома. Тогда муж укачивал неспокойного Максика в другой комнате, дав измотанной Татьяне поспать несколько часов.
«Интересно, а Саша-первый нянчился бы так с ребенком? Навряд ли… Да и вообще - вряд ли жизнь сложилась, если бы не развелась. Шебутной он, нетерпеливый и эгоист. Чепушилло».
Чепушиллом Сашу-первого назвал Танин брат. Татьяна какое-то время допытывалась у него, что означает это слово, и почему братец дал такое определение. Но брат ничего объяснять не стал, Саня не обижался, и прозвище так и прилипло.
Порывшись в ящике со всякой ненужной мелочевкой, Татьяна Евгеньевна нашла сигареты, оставленные кем-то из гостей. Прикурила от плиты, едва не опалив ресницы - зажигалок и спичек в доме не водилось. Затягиваясь, попыталась вспомнить ту девицу, какой была шестнадцать… нет, семнадцать лет назад. Худющая, странно одевающаяся - могла на дискотеку пойти в папиной фланелевой рубашке и спортивных штанах, проигнорировав новенькие «фирменные» джинсы. Тогда деньги, выделяемые предками на обеды в институте, тратились на сигареты и шоколадки. В холода с компанией вечера коротали в спортзале или дешевом кафе, а с первыми листьями перебирались на скамейки в школьном дворе. Туда-то и завернул однажды Чепушилло, привлеченный неумелым треньканьем на гитаре местного песенника. Отобрал инструмент у слегка обалдевшего, но, впрочем, благостно настроенного парня, обвел взглядом небольшую тусовку и улыбнулся одной Тане.
И песню-то спел глупую, вспомнить бы… а, вот: «Ты танцуешь, а юбка летает, голова улеглась на погон, и такая тоска подступает с четырех неизвестных сторон». Но Таня как заглянула в темное болото Санькиных глаз, так и оторваться не могла до рассвета. Уж и компания вся разошлась, и мама приходила загонять домой («Сейчас, мам, ну еще полчасика, завтра же воскресенье»)
Сумасшедший этот роман долго продолжался. Ругались постоянно – Чепушилло частенько пропадал на неделю - другую, Таня врывалась к нему домой, била родительские тарелки и ломала магнитофонные кассеты. Сто раз обещала «вычеркнуть из сердца» (почему-то штампованные фразы как нельзя удачней выкрикивались). Санька являлся с глазами побитой собаки, названивал в дверь, ночевал в подъезде, кидал камушки в окно. Примирения были не менее бурными и сладостно-надрывными. Во время одного из таких примирений, в старом Москвиче, позаимствованном у приятеля, Санька, отдышавшись, сказал: «Малыш, меня уже этот ручник достал - вся коленка в синяках. Возьми завтра паспорт – пойдем в Загс».
Свадьба… да не было ее, этой свадьбы. Хоть и белое платье, и Волга, взятая напрокат на последние деньги (отец к тому времени умер, Санька шоферил, Таня училась - даже нижнее белье на первую брачную ночь на толкучке покупалось). Подружки не пришли (не захотели «участвовать в этой глупости» - не любили Саньку), матери на свадьбе перессорились, Чепушилло напился, Таня проревела всю ночь. И после свадьбы ничего не изменилось, кроме того, что Татьяна во времена перемирий стала ночевать у Саши. А однажды банально пришла не вовремя.
«Господи, как же я это пережила тогда? Ведь как сейчас помню – засыпала с мыслями о Чепушилле и просыпалась от воспоминаний о нем! Все конспекты изрисованы были буквой «С»! Стихи какие-то тупорылые писала: «Пройдут года, тебя, быть может, встречу. В глаза твои как посмотрю тогда? На твой вопрос «Как жизнь?» - что я отвечу? Быть может, что ждала тебя всегда?»»
И ведь всерьез думала, что всю оставшуюся жизнь любить и страдать будет. Ночей не спала- грезила случайной встречей. Ан нет, не довелось… Так после развода и не виделись ни разу, даже странно для такого маленького города. А может, и виделись… У Татьяны зрение было не очень, а очки одевала только на лекциях. Вот и замирало сердечко каждый раз, когда вдалеке показывалась похожая фигура.
Как выбралась-то из болота? Порвала все свадебные фотографии, скандалами отвоевала право не слышать от окружающих разговоров на тему «Видел(ла) твоего бывшего», мысленно перечеркивала возникающую в памяти ненавистную рожу. А потом, потихоньку, ту рожу из снов вытеснил неизменно положительный и терпеливый Заяц. Таня понять не могла – что он нашел в ней, сумбурной и временами отвязной студентке. В ответ на прямой вопрос Заяц долго и громко смеялся, потом в момент стал серьезным и сказал, щелкая автоматическим «Паркером»: «Породу, Танюша, породу. И потенциал. Ты ведь как пружинка сжатая, надо только научить тебя грамотно и в нужное русло высвобождать энергию».
Как-то само собой получилось, что Татьяна окончательно остановилась на деловом имидже, не напрягаясь и досрочно защитила кандидатскую, начала расти по службе, и не вспоминала уже своих юношеских глупостей.
Заяц предложение сделал стандартно - все как положено, ресторан, шампанское, кольцо, путевки хоть и не в Париж, зато в самый крутой санаторий области. Помнится, Таня его спросила: «А почему ты хочешь жениться именно на мне?» «Милая, ты умна - это раз, красива - это два, и я тебя люблю - это три». «Интересная арифметика,- оскорбилась Татьяна. – Почему это «люблю» на третьем месте? И вообще – о моих чувствах – ни слова?» «Любовь моя, я не задаю вопросы, на которые не хочу услышать ответы. Одно я тебе обещаю – я сделаю тебя счастливой». И ведь сделал. Всегда умел держать слово. Дом – полная чаша (все сами, никто не помогал - ни одной возможности подзаработать не упускали), работа интересная и ответственная (а начинала простой секретаршей), сынище на зависть всем соседям – неизменный победитель школьных олимпиад, симпатяга, душа компании и ее, Танина, душа.
Стукнула входная дверь. Татьяна Евгеньевна торопливо вытряхнула пепельницу.
-Куришь?- муж недоуменно поднял брови. – И глазки красные? Что случилось?
-Да ничего, дым в глаза попал. Уж и пошалить нельзя немного.
-Ну-ну. А где Макс?
-В бассейн пошел. Ты чего так рано?
-К тебе торопился, любимая. Смотри, что я тебе принес.- Зайцев зашуршал оберткой и вытащил несравненный пеньюар. Примерь-ка. Ооо, да ты в нем - сказочная Леди Ночь. Тебе помочь готовить?
-Нет, салаты я с утра нарезала, осталось второе в духовку засунуть. Сергеевы не придут - у них няня заболела. Сейчас сын вернется - и сядем за стол.
-Ну и хорошо, что будет тихий семейный праздник. Притомили меня приемы уже- бешеная неделя. Покоя хочется.
…И уже после поедания под дорогое шампанское расхваленного домашними ужина, после просмотра положенного «Огонька» или что там сейчас вместо него…после ответов на поздравительные смс-ки, после качественного супружеского секса… уже засыпая, Татьяна Евгеньевна думала: «А хорошо, что в моей жизни все сложИлось… СложИлось, сложИлось… СлОжилось».


Теги:





0


Комментарии


Комментировать

login
password*

Еше свежачок
21:57  10-12-2016
: [0] [Графомания]
Я выброшен морем избытка угрюмо бурлящим, голубо-зеленого цвета
Просящим мольбы, остановки среди переливов и тусклого, лунного света
и солнца лучей – золотистых, слепящих наш взор.
От лжи и усталости нынче грядущего века.
Пытаясь укрыть и упрятать весь пафос, позор
от боли и страха, что заперты вглубь человека....
16:58  08-12-2016
: [2] [Графомания]

– Мне ли тебе рассказывать, - внушает поэт Раф Шнейерсон своему другу писателю-деревенщику Титу Лёвину, - как наш брат литератор обожает подержать за зебры своих собратьев по перу. Редко когда мы о коллеге скажем что-то хорошее. Разве что в тех случаях, когда коллега безобиден, но не по причине смерти, смерть как раз очень часто незаслуженно возвеличивает опочившего писателя, а по самому прозаическому резону – когда его, например, перестают издавать и когда он уже никому не может нагадить....
19:26  06-12-2016
: [43] [Графомания]
А это - место, где земля загибается...(Кондуит и Швамбрания)



На свое одиннадцатилетие, я получил в подарок новенький дипломат. Мой отчим Ибрагим, привез его из Афганистана, где возил важных персон в советском торговом представительстве....
12:26  06-12-2016
: [7] [Графомания]

...Обремененный поклажей, я ввалился в купе и обомлел.

На диванчике, за столиком, сидел очень полный седобородый старик в полном облачении православного священника и с сосредоточенным видом шелушил крутое яйцо.

Я невольно потянул носом....
09:16  06-12-2016
: [14] [Графомания]
На небе - сверкающий росчерк
Горящих космических тел.
В масличной молился он роще
И смерти совсем не хотел.

Он знал, что войдет настоящий
Граненый во плоть его гвоздь.
И все же молился о чаше,
В миру задержавшийся гость.

Я тоже молился б о чаше
Неистово, если бы мог,
На лик его глядя молчащий,
Хотя никакой я не бог....