Важное
Разделы
Поиск в креативах
Прочее

Графомания:: - Мессина

Мессина

Автор: Узник замка Ыф
   [ принято к публикации 13:28  01-04-2008 | LoveWriter | Просмотров: 598]
«На конкурс»

Когда солнечным октябрьским утром 1347-го года отец Бернардо Камарро вышел на балкон своего дома в Мессине, ничто не предвещало беды. Подставив лицо под лёгкое дуновение утреннего бриза, отец Бернардо зажмурился и замер на минуту, вдыхая свежий морской воздух и довольно улыбаясь. Несмотря на то, что всю прошлую ночь он провёл за чтением трудов блаженного Аврелия и даже не прилёг, усталости он не ощущал, и настроение его было великолепным. Во-первых, подагра, мучившая достопочтимого священника последние несколько дней, исчезла без следа, что уже не могло не радовать. Во-вторых, сегодня был вторник, а по вторникам в соседней траттории подавали свежепойманную камбалу, тушёную в сливках, что была любимым блюдом отца Бернардо. Ну, а в-третьих, пришло письмо из Рима, согласно которому, после внезапной кончины отца Витторио, случившейся вследствие апоплексического удара, настоятелем церкви св. Луки - главного храма большого портового города, становился именно отец Бернардо.
Бросив взгляд на бухту, священник нахмурился - на рейде стоял корабль, весьма странный для этих мест. Как и любой житель побережья, проживший всю свою жизнь на берегу моря, отец Бернардо неплохо разбирался в кораблях. Но такое судно он видел впервые. Большое, широкое, с глубокой осадкой и навесным рулём, а не простым рулевым веслом, оно внушало уважение и наводило на мысль о хорошей устойчивости и манёвренности. Такое судно было предназначено не только для каботажного плавания, на нём без опаски можно было выйти в открытое море. Судно не походило ни на генуэзские, ни на венецианские корабли, ни на корабли Востока, изредка заходящие в Мессину.
Бросив ещё один взгляд на странный корабль, священник выругался и протёр глаза. Корабль не стоял на рейде - он дрейфовал, медленно приближаясь к порту правым бортом.
На палубе не было ни единого человека. Даже пост вперёдсмотрящего - "воронье гнездо", расположенное на вершине мачты, было пусто.
- Ну, дела! - усмехнулся отец Бернардо. - Вот будет работы дону Алигьери, если этот корабль сядет на мель у самого порта!
Священник недолюбливал толстого коменданта порта, скупого, как ростовщик и горластого, как базарная торговка, частенько затевавшего споры с отцом Бернардо. Спорить он мог обо всём - о погоде, о ценах на сушёную треску, о том, какое вино пьёт Папа - фалернское или цекубское. Словом, человеком он был просто невыносимым. Даже на храм этот скряга жертвовал не от души, а с таким видом, словно давал взаймы. Поэтому, священник в душе надеялся, что странный корабль доставит хлопот несносному Карло Алигьери. В душе он, конечно, понимал, что подобное злорадство не очень пристало его сану, но ничего не мог с собой поделать. Если бы он только знал, что принесёт это судно коменданту порта, ему самому, да что там говорить - и всей Европе, то непременно бы уговорил Карло сжечь этот проклятый богом корабль метрах в трёхстах от берега. Причём вместе со всем экипажем!
Но всё это будет после, а пока отец Бернардо вышел из дома и неспешно отправился в "Весёлого Кота" завтракать. Войдя в тратторию, отец Бернардо коротко кивнул стоящей за стойкой Марии - пожилой хозяйке заведения и огляделся. В этот утренний час народу в "Весёлом Коте" практически не было. У дальнего углового столика сидели братья Маркони - Гильермо и Давид, видимо недавно вернувшиеся с ночной рыбалки. Приветливо поздоровавшись со священником, они уткнулись в свои тарелки и продолжили трапезу, изредка обмениваясь короткими фразами. Сев за широкий стол, священник обернулся и жестом подозвал хозяйку.
- Доброе утро, отец Бернардо! Что подать вам на завтрак?
- Здравствуй, Мария! Камбала, я думаю, ещё не готова?
- Слишком рано, отец Бернардо, - улыбнулась Мария. - Братья только полчаса назад принесли свежую рыбу.
- Тогда мне, пожалуйста, стакан молока, хлеба и тарелку козьего сыра!
- А овощи, святой отец? Вчера вечером тушила, как вы любите. Хотите?
- Не искушай, Мария! - Усмехнулся священник. - Я знаю, твои тушёные овощи лучшие в городе, но после них нужно выпить бочонок вина, ибо все внутренности горят, словно грешники в аду! Пусть овощи будут в обед...
- Как пожелаете, святой отец! Сейчас всё принесу...
В ожидании завтрака священник скучал, в тысячный раз разглядывая интерьер "Весёлого Кота". Квадратные столы из широких оструганных досок и крепкие дубовые стулья стояли здесь уже не один десяток лет, изредка ломаясь о чью-либо буйную голову в пьяной драке. И тогда приходил старый мастер Джузеппе и ремонтировал то, что можно было починить. Пара выцветших гобеленов на стенах напоминали о лучших днях, когда ещё был жив муж Марии, водивший корабли венецианских купцов и ушедший в лучший мир восемь лет назад, в сильном подпитии сорвавшись с крыши собственного дома и свернув себе шею. За каким чёртом он туда полез - теперь уже никто и не вспомнит.
Отец Бернардо хлопнул ладонью по столу, оборвав жизнь не в меру любопытного таракана, высунувшегося из щели в столе, и щелчком отправил на пол бренные останки нерасторопного насекомого. Вытерев ладонь о подол рясы, священник обернулся к стойке - не идёт ли Мария?
Поставив перед ним кувшин молока, стакан и блюдо с нарезанным сыром и хлебом, Мария удалилась за стойку подсчитывать прибыль. Надо сказать, что прибыли заведение приносило всё меньше и меньше - в двух кварталах открылся новый трактир с постоялым двором и люди говорили, что и еда там вкуснее, и вино, мол, не разбавляют, да и цены божеские. Отец Бернардо пару раз пообедал там, но удовольствия ему это не доставило. Да, чисто и вкусно, но как-то неуютно, что ли. Лица все незнакомые, в основном моряки с пришвартовавшихся в порту торговых кораблей, с которыми и поговорить-то не о чем. Здесь взяли товар, туда доставили - вот и весь сказ. Скучно. Налив молока в стакан, священник разломил пополам кусок хлеба, как вдруг входная дверь распахнулась, и в зал ввалился комендант порта. Лик его был ужасен, словно только что он повстречался с самим дьяволом. Глаза навыкате, лицо багровое, грудь тяжело вздымается от нехватки воздуха.
Подскочив к столу священника, комендант ухватил его за руку и чуть отдышавшись, выдавил, - Там... Там... Мертвецы!
И потянул отца Бернардо к выходу. С сожалением подумав, что завтрак безнадёжно испорчен, тот встал и направился вслед за комендантом. Выйдя за порог, он остановил чиновника, всё время пытающегося перейти с шага на бег и строго спросил:
- Ну? Что с вами приключилось на этот раз, Карло? Какие мертвецы вас преследуют?
- Корабль... битком набитый мертвецами!!! В порту!
- Да успокойтесь и объясните толком!
- Полчаса назад появился в порту корабль. Но что-то явно случилось с экипажем - корабль дрейфовал. Ну, вы же знаете, святой отец, может перепились или пираты всех перебили, хотя те следов не оставляют. Они бы просто сожгли это прекрасное судно! Я и послал людей на лодках, чтобы посмотрели, в чём дело и, если нужно, поставили корабль на якорь.
Священник вполне понимал коменданта. Ещё бы! За пустой корабль он мог рассчитывать на очень солидное вознаграждение!
- Продолжайте, сын мой!
- Так вот, вернувшись, мои люди были в ужасе! Они говорят, что и на палубе, и в трюмах валяются мертвецы! Страшные, распухшие, все в язвах, словно экипаж поразила проказа!
- Этого не может быть. - Спокойно возразил священник. - От проказы люди умирают годами. И не все сразу.
- Я знаю! Вот только что нам теперь делать с этим кораблём?
- А что вы предприняли?
- Я послал человека к начальнику городской стражи и к лекарю.
- Это мудро. Что ж, давайте дождёмся их и отправимся на судно. Нужно похоронить этих несчастных.
- Э...за чей счёт?
- За их собственный! Или ваши люди уже обчистили весь корабль?
- Что вы? Святой отец, как можно? Воровать у мёртвых?
Выйдя на пристань, священник вновь оглядел корабль, теперь стоявший практически у самого причала. Прочитав название корабля – «Vaincre ou Mourir», он грустно усмехнулся. Воистину, вторую часть названия экипаж подтвердил сполна! Теперь всё встало на свои места. Судя по названию, это был корабль франков. Но как оказался он в этих водах? Откуда приплыл?
Деликатное покашливание за спиной подсказало, что на пристани появились новые лица. Обернувшись, священник встретился взглядом с капитаном городской стражи - сутулым и худощавым Франсиско Альваресом. Тот был чистокровным испанцем, лет пятидесяти, по странному стечению обстоятельств лет двадцать назад оставившим родной дом и поселившимся в Мессине. Поговаривали, что он совратил чуть ли не сестру короля и, испугавшись монаршего гнева, покинул родину. Но какие бы ни ходили слухи, а истина была известна лишь самому капитану. Всегда безупречно одетый, одна рука на поясе, вторая на рукояти меча, гордо поднятая голова и пылающий взгляд - капитана уважал и даже побаивались. Безупречный служака, он (небывалый случай!) не брал взяток, но лишь потому (опять же слухи), что и так был сказочно богат, железной рукой поддерживал порядок и дисциплину в городе, а гарнизон муштровал так, что хоть сейчас на войну!
За спиной капитана стоял престарелый лекарь Винсенте Фольи, тревожно озиравшийся по сторонам и периодически промокавший потное лицо не слишком свежим платком. Видно было, что лекарь чувствовал себя в порту очень неуверенно.
- Ну, что тут у вас приключилось-то? - Недовольно буркнул капитан. - А то ваш посыльный двух слов связать не мог!
Повторив всю историю заново, комендант порта умолк и выжидательно уставился на представителя закона.
- Да, дело дрянь... - пробормотал начальник стражи и взглянул на лекаря. - Что скажет наместник Асклепия?
- Я не знаю, - пролепетал тот, - надо, конечно, осмотреть тела. Они могли отравиться плохой провизией, у них могла закончиться пресная вода, да что угодно! А может, они совершили какой-либо тяжкий грех, и сам Господь поразил их своей карающей десницей?
И лекарь с надеждой перевёл взгляд на священника.
- В общем, так. - Сурово ответил тот. - Карло! Нам необходимо подняться на корабль и всё осмотреть! Скажи своим людям, что если хоть кто-нибудь из них начнёт болтать об этом корабле, то лично познакомиться с капитаном Альваресом! Паника нам ни к чему.
Капитан стражи утвердительно кивнул.
- Бесполезно. - Отозвался комендант. - Корабль не иголка, его не спрячешь в порту! Думаете, жители окрестных домов не видели его? И не задали себе справедливого вопроса, почему команда не сходит на берег?
- Ничего. Главное выиграть время. А там что-нибудь придумаем! - Невозмутимый капитан стражи глянул на Карло Алигьери. - И чего мы ждём? Распорядитесь, пусть подадут лодку!
- Одну минуту! - Комендант отвернулся и вдруг пронзительно свистнул.
Пара молодых людей, топтавшихся в нерешительности метрах в десяти, тотчас подбежали к коменданту, и принялись чём-то негромко переговариваться. Отдав необходимые распоряжения, Карло вернулся и произнёс. - Сейчас будет лодка!
Через несколько минут к причалу подошла лодка и, приняв пассажиров на борт, медленно двинулась к кораблю.
Корабль, словно спящий Левиафан, лениво покачивался на волнах, в мрачном безмолвии ожидая своей участи. Сквозь прозрачную воду священник разглядел обросшее моллюсками и водорослями днище корабля. Судя по тому, как сильно оно заросло - судно находилось в плавании уже очень давно.
Лодка ударилась о борт корабля и капитан стражи, сидевший на корме, ухватился за деревянную перекладину верёвочной лестницы, свисавшей к воде. Несмотря на свой возраст, дон Франсиско легко взобрался по лестнице и уже через несколько секунд гремел сапогами по палубе. Отец Бернардо взобрался с некоторым трудом, путаясь в длинных полах рясы, а следом за ним, пыхтя и ругаясь поднялся старый доктор.
- Матерь Божья! - Воскликнул он, бросив взгляд на палубу, и осенил себя крестным знамением. - Надо было мне, дураку, поехать в гости к сестре! Сейчас бы попивал вино, да слушал свежие сплетни, а вместо этого смотрю на эту кучу Маккавеев!
Как и говорил начальник порта - на палубе вповалку лежали мертвецы. Уже начавшие разлагаться, они в неестественных позах застыли перед остолбеневшими людьми.
Священник склонил голову.
- In nomine Patris, et filis...
- Et Spiritus Sanctus Deus... - отозвался хриплый каркающий голос и из распахнувшейся двери на палубу вывалился человек.
С трудом приподнявшись, он сжал руками голову, словно страдая от невыносимой боли и, обведя всех блуждающим взглядом, прохрипел:
- Кто вы?.. Где...
- Не волнуйтесь! Вы в Мессине и мы поможем вам!
- Помогите лучше себе! - Неожиданно рассмеялся человек и забился на палубе в страшной агонии, харкая кровью и раздирая себе ногтями горло, в последней попытке сделать вдох. Шея и грудь незнакомца, видневшиеся сквозь разорванную рубаху, были сплошь покрыты страшными кровоточащими язвами. Доктор склонился над умершим и прикрыл ему глаза. Потом подошёл к священнику и негромко произнёс. - Я читал об этом. В хрониках царствования императора Юстиниана. Кстати, он тоже умер от этого. Тогда погибло больше половины населения Восточной Римской империи. Всё то же самое - головные боли, чёрные пятна на шее и подмышками, кровь горлом и в итоге - смерть... неизбежная смерть. Оглянитесь вокруг - даже крысы подохли на этом корабле!
Доктор указал рукой на пару трупов зверьков на корме корабля.
- О, Боже! Вы думаете, что опять?!
Доктор лишь развёл руками и направился к лежащим на палубе мертвецам. Он наклонялся над каждым из них и разглядывал его лицо, иногда поднимал рубаху и, обнаруживая пятна на теле, сокрушенно качал головой.
Священник внезапно наклонился, пристально разглядывая что-то возле своих ног, обутых в кожаные сандалии.
- Что вы там увидели, отец Бернардо? - Спросил его капитан стражи.
- Кто укусил меня за щиколотку! Смотрите – да это же блохи!
- Хорошо, что я в сапогах... - негромко буркнул дон Франсиско и добавил, - Давайте-ка лучше спустимся в трюм. Проверим, что за груз есть на этом плавучем кладбище!
- Хорошая мысль! Идёмте, господин капитан!
Оказавшись в душном полумраке трюма, священник и капитан наткнулись на точно такую же картину - везде царили смерть и запустение. Тела умерших лежали вповалку на полу, между бочонками с питьевой водой, вином и солониной. Никакого груза, кроме стоящего в дальнем углу трюма большого ящика, священник так и не увидел. Подойдя к сундуку и подёргав массивный замок, отец Бернардо обернулся и позвал дона Франсиско.
- Господин капитан! Взгляните-ка!
Тот двинулся к священнику, но, споткнувшись об ногу лежащего мертвеца, не удержался и с грохотом рухнул на пол. Священник чуть не заткнул себе уши, услышав, какими цветистыми эпитетами прокомментировал сие событие сам дон Франсиско. И вдруг, из полумрака трюма донёсся стон. Бросившись на звук, священник обнаружил на полу молодого человека, закатившего глаза и тяжело дышавшего.
- Дон Франсиско! Скорей зовите доктора!
Через минуту доктор уже осматривал лежащего перед ним человека. Закончив, он с удивлением обернулся и произнёс. - Он не болен! Я не вижу никаких признаков болезни! Этот человек ранен - смотрите!
Он отодвинулся в сторону и указал на живот человека, в котором виднелась широкая рваная рана. Гноящаяся, с копошившимися в ней личинками мух, она вызывала ужас и удивление - как можно было выжить с таким ранением?
- Похоже, мечом ударили. - С видом знатока произнёс капитан стражи и уверенно добавил. - Он всё равно не жилец. Видел я такие раны. К вечеру уже будет в Царстве Небесном.
Внезапно, человек глубоко вздохнул. Затем с трудом произнёс несколько слов.
- Э... что он там бормочет? - Удивился доктор, прислушиваясь. - Бредит, что ли?
- Это язык франков. Я немного понимаю его. - Отозвался священник и заговорил с раненым. Начальник стражи стоял позади него с откровенно скучающим видом, разглядывая гвозди в деревянном полу, но, тем не менее, внимательно вслушивался в каждую фразу. Разговор длился минут десять и к концу его священник мрачнел всё больше и больше. Наконец, отойдя от лежащего человека, священник задумчивым взглядом уставился на ящик в дальнем углу трюма. Вновь выйдя на палубу, он перегнулся через борт и крикнул гребцам, сидящим в лодке.
- Эй, вы, двое! Поднимитесь! Возьмёте в трюме большой ящик, закрытый на замок и погрузите его в лодку. Потом доставите в церковь. Оставьте его в пристройке, где живёт сторож - старый горбун Антонио. Вот вам...
И священник протянул старшему из гребцов несколько монет.
- Давайте возвращаться! - Сказал он вышедшему на палубу доктору. - Скажите дону Франсиско, что больше нам здесь делать нечего. Как чувствует себя раненый?
- Опять потерял сознание. У него горячка и я думаю так же, как и капитан - вряд ли он доживёт до вечера.
- Я помолюсь о нём и обо всех этих несчастных. Надо сказать Карло - пусть похоронит мертвецов, а что делать с кораблём - пусть решает городской совет.
И священник, спустившись по верёвочной лестнице занял место в лодке, с отсутствующим видом рассматривая ползущую по веслу муху.
Через час он уже стоял в жилище сторожа. Отправив старика Антонио на городской рынок за покупками, отец Бернардо вооружился тяжёлым топором и, исполненный решимости, стоял перед деревянным ящиком. В несколько ударов сбив массивный замок, он откинул крышку и трясущимися от возбуждения руками извлёк из ящика бронзовый кубок, матово блеснувший на свету.
- Чаша Грааля... - негромко произнёс он, словно пробуя эти слова на вкус.
А потом заново припомнил весь разговор, состоявшийся между ним и раненым человеком с проклятого корабля. Когда на судне начался мор, он решил, что во всём виноват проклятый ларец, полученный капитаном от какого-то мавра в Константинополе. Молодой человек попытался избавиться от сундука, выбросив его за борт, но получил от капитана удар мечом в живот. Он понимал, что умирает, и решил перед смертью исповедоваться в своих грехах отцу Бернардо. Он поведал о том, что экипаж корабля состоял сплошь из рыцарей-тамплиеров. Завладев, как уверял его умирающий моряк, самим Святым Граалем, тамплиеры везли его на Кипр, где нашли приют многие из членов Ордена, бежавшие от расправы. И собака с пылающим факелом в зубах, скалившая зубы с эмблемы монахов-доминиканцев, на некоторое время потеряла их след. "Псы господни", составляющие основу инквизиции без сомнения рано или поздно доберутся и до Кипра, но сейчас в руках отца Бернардо было его собственное настоящее и будущее. Нет-нет, священник и не думал о том, чтобы оставить Чашу себе или продать её - такая реликвия достойна только Папы! Но держать в своих руках нити к остаткам проклятого Богом ордена еретиков и содомитов - это был шанс! И очень хороший шанс в ближайшем будущем переехать в Рим и водрузить на свою голову кардинальскую биретту. Надо только отправить письмо в Рим и немедленно! Папа не забудет своего верного слугу - отец Бернардо мечтательно закатил глаза, представляя себя одетым в кардинальскую мантию. Э! Да что там кардинал, есть возможность и самому стать следующим наместником Бога на земле! Итак, письмо! Но сначала надо спрятать сокровище - священник завернул Чашу в тряпьё и бодрым шагом двинулся к церкви.
Войдя в храм, отец Бернардо плотно прикрыл за собой двери и опустил тяжёлый засов, отрезая себя от внешнего мира. Подойдя к алтарю, священник преклонил колено и перекрестился, после чего подошел к стене и с трудом повернул укреплённый на ней бронзовый подсвечник на 180 градусов. Потом он перешёл к противоположной стене и проделал то же самое со вторым подсвечником. Раздался негромкий щелчок, и алтарь медленно откатился в сторону, открывая ступени винтовой лестницы, уходящей вниз. Спустившись, он оказался в небольшом помещении, в центре которого возвышался каменный гроб. Прежний настоятель утверждал, что в этой гробнице покоится сам евангелист Лука. Отец Бернардо, хоть и был человеком набожным, но в то же время здраво смотрел на вещи и предполагал, что гробница существовала задолго до постройки церкви и являлась частью здания, на прочном фундаменте которого и был возведён храм. Однажды ночью он сдвинул тяжёлую крышку каменного гроба и с удовлетворением обнаружил, что там ничего нет. Гроб был пуст и по всей вероятности его так никогда и не использовали по назначению. Сегодня же священник планировал спрятать здесь Чашу, справедливо предполагая, что лучшего тайника ему не найти.
- Так вот, где священники хранят свои сокровища! - Раздался за его спиной негромкий голос, услышав который отец Бернардо чуть не взвился под потолок и судорожно дыша, ухватился за сердце и обернулся. Перед ним, собственной персоной стоял дон Франсиско Альварес.
- Фу-уух! Ну и напугали вы меня! - Облегчённо выдохнув, произнёс священник.
- Тому, чья совесть чиста, нечего бояться! - Усмехнулся капитан.
- Как вы вошли сюда? - Удивился священник. - Я отчётливо помню, что закрывал двери!
- Я уже был здесь, когда вы вошли. Ждал вас...
- Ждали меня? Но для чего?
- Из-за этой вещи, - дон Франсиско указал на бронзовый кубок. - Видите ли, святой отец, дело в том, что я немного понимаю язык франков.
- Значит, вы всё слышали. - Утвердительно произнёс отец Бернардо. - Тогда вы понимаете, что это дело святой инквизиции и Чаша принадлежит Риму! А проклятые еретики, укрывшиеся на Кипре, очень скоро станут добычей псов господних!
- Неужели? И какова цена их крови? - Капитан поднял с пола реликвию и небрежно оглядев, положил её на крышку гроба. - Лично для вас, а? Кардинальская мантия?
Священник вздрогнул. Проклятый испанец словно читал его мысли.
- На всё воля Божья, сын мой! И если Папа сочтёт мои труды достойными кардинальской мантии - я со смирением приму такую ответственность!
- Ответственность? Да, безусловно... Так вот, об ответственности... Если Чаша Грааля попадёт в руки Рима, то конец света, о котором писал евангелист Иоанн, настанет гораздо раньше, чем вы думаете. Ибо она не должна была покидать Святой Земли.
- Сын мой! Ваши речи очень неприятно пахнут ересью! Что вы можете знать о вещах, недоступных вашему пониманию? Даже мне, служителю Господа, открыта лишь ничтожная часть истины! Я сегодня же напишу в Рим, и очень скоро эмиссары Папы будут здесь! Оставьте ваши речи, и я забуду о том, что слышал сейчас и обязательно доложу о том вкладе, что вы внесли в это дело! Церковь умеет быть благодарной! Ваши труды оценят по достоинству!
- Не сомневаюсь! - Усмехнулся капитан. – Дыба и аутодафе?
Дон Франсиско приблизился вплотную к священнику и, пристально глядя ему в глаза, чуть слышно промолвил. - Requiescant in pace...
После чего, резким движением выхватил из рукава мизерикордию и по самую рукоять вонзил её в глаз священнику. Тот захрипел и стал заваливаться на пол.
Капитан подхватил его и, подтащив к каменному гробу, с трудом поднял крышку и перевалил труп через край. Тело священника заняло своё место в пустующем гробу, столько лет ожидавшем своего хозяина. Следом за ним в гроб отправилась и Чаша.
Капитан заглянул в гроб и усмехнулся:
- А ведь и правда! Пройдёт лет двести и потомки, открывшие этот гроб, будут думать, что перед ними святой Лука!
Затем он задвинул крышку и, погасив свечи, быстро взбежал по винтовой лестнице наверх. Здесь он вернул бронзовые подсвечники-ключи в исходное положение и алтарь, тяжело вздрогнув, начал двигаться, скрывая под собой лестницу и мрачный подвал, где только что пролилась кровь отца Бернардо.
А капитан Франсиско, выйдя из церкви, отправился обедать в "Весёлого кота", думая о том, что сегодня же поднимет шум по поводу пропажи священника. В том, что расследование поручат ему, он не сомневался ни секунды. У него уже был отличный кандидат на должность убийцы священника - старый горбун Антонио. Посадив того в казематы, капитан получит возможность беспрепятственно вынести Чашу Грааля из церкви и переправить его в надёжное место. Да! Именно так он и сделает! И сегодня же надо написать братьям в Париж, Мадрид и на Кипр.
Плотно пообедав, капитан стражи отправился домой, чтобы вздремнуть часок-другой. После всех этих волнений дон Франсиско явственно ощущал, что немного отдыха ему бы совсем не помешало.
Проснулся он от дикой головной боли и страшного озноба. Слабость была такая, что капитан смог подняться с кровати, лишь с помощью слуги.
Спросив который час, дон Франсиско потребовал принести ему кувшин вина и тяжело откинулся на подушки, не понимая, что с ним происходит. Капитан то впадал в минутное забытьё, то снова приходил в себя. Было семь часов вечера.
К шести часам утра следующего дня дон Франсиско Альварес умрёт в страшных мучениях, так и не успев забрать священную реликвию из Церкви святого Луки. Старый доктор, поднимавшийся вместе с ним на корабль, переживёт капитана всего на несколько часов. А начальник порта повезёт, он переживёт их обоих почти на двое суток. И это станет только началом. Появившись в Мессине осенью 1347-го года, эпидемия чумы соберёт обильную жатву по всей Европе. За несколько лет умрёт свыше 25 миллионов человек, более трети населения Европы. Чума будет царствовать везде - в Италии, Франции, Скандинавии и даже дойдёт с торговыми караванами до Руси. Городские улицы превратятся в кладбища, целые селения будут вымирать до последнего человека.
Болезнь не пощадит никого. Ни нищих, ни королей, ни еретиков, ни инквизиторов.
И уже никому не будет дела до странного корабля, появившегося на рейде этим солнечным утром. Так же, как уже никто никогда и не спросит, куда же всё-таки исчез отец Бернардо вместе с загадочным сундуком.


Теги:





0


Комментарии

#0 14:35  01-04-2008Шрайбикус    
"КамАЗу похуй трудовая!" (с)

Очень понравился рассказ. 10.

#1 14:44  01-04-2008Алекс БалудиньО    
8+
#2 14:49  01-04-2008Файк    
+10
#3 15:15  01-04-2008RRRITA    
10
дас истъ факъ
#5 15:31  01-04-2008Кешастик    
10
10, кстатьи
#7 15:53  01-04-2008Линуар    
10
#8 15:54  01-04-2008Иван Гилие    
По-моему это Изуит Батькович.. ну очень похоже. десяточка!
#9 16:47  01-04-2008Дымыч    
10 Канешна.
#10 18:20  01-04-2008Розка    
10
#11 19:18  01-04-2008ГССРИМ (кремирован)    
Боюсь что испорчу общую картину но кроме знания исторических фактов литературной ценности я не обнаружил.

Оценка 5

#12 02:16  02-04-2008Хренопотам    
Очень захотелось поставить одиннадцать.

Автору - рекомендовано ... перечитать текст. досадные ошибкоопечатки.

10.

#13 09:21  02-04-2008Григорий Залупа    
Асилел. Пездато! 10 очькоф!
#14 10:02  02-04-2008Докторъ Ливсин    
ахуенно..

10..

10
#16 15:20  02-04-2008norpo    
осилил... а еще я осилил множество произведенийприключенческой литературы в подростковом возрасте, так что смеломогу сказать, ч то качество сего опуса ниже среднего, а то что никто не воспользовался чашейпо назначению - это вообще бред сивой кобылы.

2.

#17 15:50  02-04-2008Лихоухов    
Чума, однако, не так скоротечна

Эт прям лихорадка Западного

Нила иль ещё чо. Марбурга, ебучега, балезнь.

8

#18 16:05  02-04-2008joy_division    
Неудачный закос под Умберто Эко
#19 16:43  02-04-2008joy_division    
Оценка 2
#20 16:51  02-04-2008Лев Рыжков    
Слы, Дивижн, а ты чо вообще за клоун? Хоть один высер у нас опубликовал? Текст - 6.
#21 17:32  02-04-2008ося фиглярский    
8 баллов есть
#22 21:23  02-04-2008Artur    
10

очень!!!

#23 21:45  02-04-2008гадцкий Папа    
**Подставив лицо ПОД лёгкое дуновение... - бливанул
#24 22:04  02-04-2008гадцкий Папа    
1
#25 22:50  02-04-2008Руслан С.    
9
#26 22:52  02-04-2008Kambodja    
8 за шаблонность некоторых оборотов. вот, да, легкое дуновение, наводило на мысль и проч.

Комментировать

login
password*

Еше свежачок
13:16  22-04-2018
:
[5] [Графомания]

Я, пресловутые полстакана
Наполню жизнью на полпути
У сумасшедшего старикана
Который мог по воде идти

Который — не надрывая глотку
Водил сквозь волны слепой народ
И потому, не нужна мне лодка
Чтоб жизни море осилить вброд

И я, наученный, пошагаю
Седой и голый, как идиот....
23:53  21-04-2018
: [12] [Графомания]
У современности в фарватере
Мне скучно. Я в другом году
Ругаясь запросто по матери
В колонне воинской иду

Близки покрикиванья ротного,
Не в тягость тощий сидорок,
И в радость топот войска потного
И хлёсткий русский матерок.

Легко солдатам быть с ним смелыми
На марше ухватив кураж,
Он под бомбёжкой и обстрелами
Звучит почти как "Отче наш"....
12:31  21-04-2018
: [7] [Графомания]
В ворчанье утреннего бытия,
В отсутствии кофейных ароматов,
Смотрело на меня второе я,
Как будто бы под дулом автоматов.
Как будто виноват, я безгранично,
Что сны стряхнул покинувши кровать
И негу сладкую нарушил не прилично,
Не дал благоговеянно доспать!...
14:28  20-04-2018
: [15] [Графомания]
Жорж был редкостным подлецом!
Саша не выдержал, схватил за лицо!
Indignation, indignation!
C'est pas ma faute. Je n'y peux rien.
Да простит меня няня Арина,
Жорж, вы редкостная скотина!
Как вы могли, обрюхатив Екатерину,
Мерзкие пальцы свои ,потянуть к Наташе....

Если долго кого-то ждёшь
Начинаешь терять рассудок
И к тому же, уж трое суток
По истрёпанным нервам — дождь

Отрывается первоцвет
Как придаток, для жизни лишний
Зимних яблонь и дикой вишни
А кого-то, как прежде — нет

Я кому-то пишу стихи
Вечерами, и хмурым утром,
Только кажется мне, что будто
Не писал ни одной строки

А отверженный первоцвет
Голубями летит под ноги,
От которых белы дороги,
И кого-то, как прежде — нет....