Повесть о настоящих бабах или Патриотический бред на 300-летие Питера.

Автор: Эбба Нутофф Посвящается моей безусловно божественной музе - Ласковой вуглускр...

Как-то раз по Петербургу
Шла ГеБешница Надежда….
Петербург - непосвященным
Сообщаю, - это город,
Где родился ВэВэ Путин,
Где цветут рододендроны,
Где скульптуры, Эрмитажи,
Где шаверма и поребрик,
Где пиздатых, сука, зданий
Дохуя и даже больше,
Где народ суровый, сцукко,
Крепит русскую культуру,
Где летает над Фонтанкой
Птица-Феникс Чижик-пыжик…

Надя шла в одном исподнем
По Литейному прошпекту.
Было жарко бедной Наде,
Вот она и заголилась...
Петербуржцы понимали –
Нагота от дискомфорта,
И прощали нашей Наде
Эпатажность поведенья...
Только этого не знали
Два залетных террориста,
Активисты Талибана
Близнецы Шампур с Мангалом...
Их заели мандавошки
На полях войны священной,
И они припёрлись в Питер
С чемоданом гексагена,
Чтоб конкретно оттянуться
И поздравить петербуржцев
С трехсотлетьем их деревни...

Близнецы Шампур с Мангалом,
Охуев при виде сисек,
Увязались за Надеждой –
Та, пиздец была красива!
Террористы полагали,
Что ГеБешница, уставши,
Устремится в подворотню,
Там, где тень и климат мягче.
А уж в этой подворотне
Два талибских коноёба
Вознамерились Надежду
Не спеша отхорохорить....
Но напрасно полагали
Пидарасы-талибаны,
Что в мозгах у нашей Нади
Только чипсы с чупа-чупсом.

Надя выросла в Сибири,
Где растут большие кедры,
Где полярные медведи
С камчадалами ебутся,
Где Челюскин и Папанин
В Центр шлют радиограммы,
Где командует Чукоткой
Губернатор Абрамович.

Нашу Надю, ой, непросто
Отоварить в подворотне,
Потому что наша Надя
Дохуя, чего умеет,
И работает в спецслужбе.
Не страшны ей террористы,
Талибаны и мюриды.
Завлить их нашей Наде –
На два пальца помочиться.

И, к тому же, у Надежды
Есть проворная коллега –
Тетя Маша с Уралмаша,
(Так записано в секретных
Списках личного состава).
Эта Маша Суралмаша –
Круче Штирлицев и Рембов.
Ей несложно в две секунды
Отмудохать взвод коммандос,
Погрузить их на тележку
И отправить ДиЭйчЭлом
Нахуй или даже дальше...
Маша за свои уменья
Многократно поощрялась
У Машуни есть медали,
Благодарности и вымпел.

В день, когда Шампур с Мангалом
Шли за Надей неотступно,
Маша тоже шла за Надей,
Исполняя роль прикрытья.
Так и шли они неспешно
По Литейному прошпекту.
Первой следовала Надя,
Чуть поодаль – террористы,
А последней в списке – Маша.
Вчетвером, как группа АББА…

Так бы шли они и дальше,
Но внезапно у Надежды
Развязалась, блядь, шнуровка
На одном из мокасинов.
Надя медленно нагнулась
И периферийным зреньем
Засекла братков-мюридов
С чемоданом гексагена.
Засекла она и Машу,
И, подав ей знак секретный,
Стала медленно, но верно
Потихоньку распрямляться…
А потом – хуяк! – развязка:
Надя с Машей грациозно
Взяли гадов в окруженье,
Гексаген у них забрали,
Две волыны типа «Шмайссер»,
Паспорта и документы,
Сто рублей, три тыщи баксов,
Напечатанных в Ираке,
Фотографию Саддама
И четыре батарейки.

Долго плакал этой ночью
Злобный мудозвон Бен Ладен.
Он узнал, что в Петербурге
Две лихие спецслужбистки
Нанесли удар элите
Мирового терроризма.
Загнобили, блядь, по полной,
Насадили на бубуку,
И теперь сидят, пьют пиво,
Оглашая Питер воплем,
Что пошло оно все в жопу,
Потому что нет на свете
Лучше крепкой женской дружбы!