Важное
Разделы
Поиск в креативах
Прочее

Графомания:: - Пуля для Сатаны

Пуля для Сатаны

Автор: latgal
   [ принято к публикации 23:19  24-09-2009 | Х | Просмотров: 382]
Если увидишь гадину, то не раздумывай о том, что отец ее был гадом, мать – гадиной, что всю жизнь обращались с нею гадко и что вокруг себя она видела преимущественно гадов – просто раздави ее. Если сможешь…
Генерал-майор С.К. Коваль

В солнечных лучах, прорывавшихся сквозь узкое окошко подвального помещения, плавали взвеси пыли, щекотавшие ноздри, мешая отчетливо разглядеть узкий переулок с административными зданиями и несколькими кафе, обустроенными в современном модерном стиле.
Народ в этот городской квартал приезжал по делам, и не прогуливался по улицам, бесцельно и лениво разглядывая вывески и витрины магазинов. Их здесь не было.
Здесь располагались лишь престижные офисы, банки и представительства коммерческих учреждений, к которым на роскошных лимузинах и джипах по утрам съезжалась бизнес-элита.
В течение всего дня не прекращалась деловая активность, заполняя пространство звуками цокающих женских каблучков, жужжаньем банкоматов, гулом голосов, переливом звонков телефонов и рычаньем моторов отъезжающих автомобилей.
Обычная жизнь делового квартала.
Ровно в шесть часов вечера заканчивался трудовой день, и толпы служащих спешили домой, покидая свои рабочие места.
Улица моментально становилась пустынной, а здания необитаемыми, моргая лишь неоном вывесок и бликами включенных сигнализаций.
В это время в свете фонарей были видны одинокие силуэты припаркованных автомобилей и изредка мелькавшие тени обходивших здания охранников.

Если долго находишься в подвале, то постепенно зловонный запах кошачьих экскрементов, журчание канализационных труб и удушающая духота перестают тревожить обоняние и слух, превращаясь в фон.
Притаившийся в подвале трехэтажного дома человек, пристально наблюдал за всем происходящим снаружи, стараясь не производить лишнего шума, изредка лишь сдерживая приступы глухого кашля.
Он посмотрел на светящийся фосфором циферблат часов – ждать еще оставалось долго.
Июльское утро только начиналось, но уже сейчас чувствовалось, что день будет жарким.
В проеме окна, загороженного металлической сеткой, появились ноги первых прохожих спешащих раньше других начать свой рабочий день.
Чтобы скоротать время, Федорович принялся считать симпатичные женские ножки, давая им свою оценку по пятибалльной шкале. Пока он не решился выставить высший бал ни одной претендентке.
Сидя на деревянном ящике, он напряженно прислушивался к каждому шороху и звуку, доносившемуся из глубины подвала.
Входная дверь в укрытие была закрыта на предварительно смазанную маслом задвижку, которая снаружи выглядела как давно неиспользуемый, намертво заваренный арматурой технический вход.
Еще раз, внимательно осмотрев открывающийся ему из окна подвала обзор, Федорович убедился, что место для выполнения задуманного плана было выбрано идеально: хорошо видна вся улица и вход в подъезд напротив расположенного здания, над которым вальяжно развивался огромный звездно-полосатый флаг.
Осторожно отойдя вглубь помещения, он достал из тайника длинный сверток, завернутый в старую скатерть, и, положа на колени, осторожно развернул.
В руках оказалась новенькая винтовка СВД-С с оптическим прицелом.
Грозное оружие, обладающее колоссальной убойной силой, своей тяжестью приятно оттягивало руки, мерцая вороненой сталью ствола, и издавая, знакомый до боли, запах оружейного масла.
Федорович нежно провел рукой по стволу винтовки, медленно откинул сложенный приклад, а затем, резко вскинув ее к плечу и, прищурив левый глаз, взял на прицел беспечно разговаривающего по телефону молодого бизнесмена, который садился в припаркованный автомобиль.
Через оптику были видны мельчайшие черты лица улыбающегося человека. Перекрестье прицела замерло прямо по центру его лба.
Очень важно в этот момент затаить дыхание, чтобы точно зафиксировать цель, и стальной наконечник пущенной пули прошел прямо сквозь черепную коробку, влекущую за собой мгновенную смерть.
Плавно, очень плавно указательный палец начал надавливать спусковую скобу, пытаясь поймать мгновение между ударами сердца…
-Пух-Х,- произнес стрелок, губами имитируя выстрел, - Вот так будет и с тобой, гадина,- добавил он удовлетворенным шепотом, бережно опуская винтовку.

Человек с оружием поджидавший свою жертву в сыром подвале не был профессиональным убийцей.
Ему еще никогда не приходилось убивать, хотя это в какой-то мере и было спецификой его профессии.
Отставной офицер, прошедший суровую армейскую жизнь, понимал толк в оружии и знал, как с ним обращаться
На этот раз он взял его не по приказу командования, а, руководствуясь личными причинами, потому что уже несколько лет ждал этого момента, когда сможет сделать то, чего хотели многие – убить Президента.

Всю свою жизнь Федорович отдал службе в армии.
Начиная с лейтенанта до полковника, он объездил многие гарнизоны необъятной и Великой страны, отдавая все свои силы делу укрепления ее военной мощи.
А теперь…
После подаренной независимости он, как и многие офицеры вернулся на родину считая, что его опыт и знания пригодятся для создания боевого потенциала молодой республики.
Но очень скоро полковник понял, что в национальной армии нужны подхалимы и казнокрады, а офицерская честь и доблесть являются абсолютно не нужными атрибутами. Звания и должности стали просто покупаться…
Генералами и начальниками становились кумовья и жополизы. Награды раздавались как значки, а должности продавались родственникам и бывшим торгашам, которые ни дня не служили в армии.
По сути, вооруженные силы стали кормушкой для приближенных к власти чиновников.
Федорович не мог смириться с новой национальной иерархией и порядками в армии и по собственному желанию ушел на пенсию, хотя морально для него это было не легким шагом.

Длительное время пребывания в душном подвале давали знать о себе – чувствовалась усталость от бессонной ночи, хотелось пить и принять теплый душ.
Приступы волнения и страха удавалось подавлять усилиями воли и отвлечением мыслей от предстоящей задачи.
-Завтра надо будет с женой поехать на море. Там хорошо…,- внушал он себе,- все будет отлично. Все изменится к лучшему. Только я могу сделать это…
Как-то ненароком в голове промелькнула мысль о шахидах, но он отбросил это нелепое сравнение. Здесь все было гораздо серьезней и важней, нежели религиозный фанатизм.
От него одного зависела дальнейшая судьба страны, Родины.
Полковник посмотрел на остатки питьевой воды в пластиковой бутылке.
Сделав небольшой глоток теплой воды, он провел языком по пересохшим губам и закрыл бутылку.
Как опытный солдат он умел терпеть и просчитывать обстановку. Шансов благополучно скрыться после выстрела было немного, но все-таки были.
Они очень тщательно рассчитали пути отхода через канализационный коллектор, который имел выход в подвал соседнего дома, где можно было незаметно выйти на улицу и затеряться в толпе.
На все это отводилось полминуты – ровно столько, сколько времени понадобится охране, чтобы отыскать дверь и спуститься в подвал.
Он один раз пробовал пройти этим путем, и ему почти удалось уложиться в отведенное время. Пробежав по канализационному коллектору, он, уцепившись за металлические скобы, задыхаясь, из последних сил вскарабкался наверх и, скинув спецовку, шагнул к дверям, ведущим на улицу.
- Неплохо. Но надо это сделать еще быстрей. Слишком много времени потеряно на спуске,- подвел итог, ждавший наверху сообщник.
- Я все понял. Не хотелось мочить ноги, поэтому задержался. Эти десять секунд я наверстаю,- тяжело дыша, оправдывался Федорович.

И теперь он подошел к массивному железному люку с круглой ручкой, под которым проходили коммуникационные трубы, и текла река нечистот. Хоть это было и не совсем приятным путешествием, но это был спасительный выход. Люк был закрыт, чтобы не отвлекать шумом струящейся воды.
- Я успею!
От наступившей духоты знойного дня рубашка стала совсем мокрой, а по лицу стекали капли липкого пота, разъедая глаза.
Невыносимо зудела спина и казалось, что полчища невидимых насекомых атакуют открытые участки изнуренного жарой тела.
Хотелось бросить все и отправиться домой, выпить холодного пива и развалиться в кресле перед телевизором.
Но, он знал, что доведет начатое дело до конца, чего бы это не стоило, поэтому не позволял себе ни на секунду расслабиться.
Время текло не спеша. Наступил обеденный перерыв. Это было понятно по высыпавшим на улицу людям, которые, оживленно беседуя, направились в кафе и пиццерии.
Внезапно, в кармане брюк беззвучно завибрировал телефон.
По этому номеру мог звонить только один человек.
Федорович достал аппарат и услышал глухой голос сообщника: « Я звоню по объявлению. У Вас сдается комната для студентов?». Тут же послышались гудки отбоя.
Это был условный знак. Объект должен был появиться в любой момент.
Операция входила в решающую стадию.
Полковник достал оружие и, клацнув затвором, дослал единственный патрон в ствол. На второй выстрел времени уже не будет.
Беззвучно опустив планку предохранителя, он стал ждать появления объекта, непроизвольно прокручивая в голове все события произошедшие с ним до сегодняшнего дня.

В 2004 году Федорович, как и многие люди, воспринял демократическую революцию началом перемен на справедливую и обеспеченную жизнь для всех людей.
В пламенные заверения и обещания революционеров тогда поверило много людей.
Казалось, что еще немного и исчезнет коррупция, бандиты, спекулянты и создастся справедливое общество.
Вся эта огромная масса людей, поверившая новым демократам, с флагами вышла на улицы и площади городов, ликуя и упиваясь победой своего кумира как своей собственной.
Но вскоре после политической победы стало понятно, что, несмотря на причастность к ней нужно расходиться по своим ветхим избам, возвращаться к тяжелой работе и влачить такое же нищенское и рабское существование.
Никто им ничего не дал взамен кроме пустых обещаний.
Апельсиновый дождь радужных надежд иссяк.
Очень трудно осознавать человеку, который душой и сердцем поддержал новых лидеров, что его уделом остается та же доля, что и была ранее.
Преференции народного патриотизма собрали совсем другие люди, которые стали новой государственной элитой, решившей присвоить себе в личное пользование все богатства страны.
Взамен людям была предложена западная пропаганда, которая навязывала всем без исключения чуждые жизненные ценности, потоками лившаяся с экранов телевизоров и страниц газет.
Подчиняясь приказам заокеанских кураторов, новая власть насильно отнимала у людей их родной язык, культуру и даже веру.
Страна раскололась надвое, как кокос от удара молота.
Коррупция и нищета людей стали атрибутами государства.
Вокруг новоизбранного Президента появились бездарные люди, которые, заняв руководящие посты, с невероятной алчностью принялись присваивать народное достояние, прикрываясь демократическими лозунгами, раздавая взамен достойной жизни вышиванки китайского производства.
Ничтожные людишки, повылезавшие из щелей или прилетевшие на шабаш из-за океана, упивались своей властью.
За несколько лет они полностью уничтожили все, до чего могли дотянуться их руки.
С маниакальным упорством Президент провозглашал предателей героями, а заклятых врагов освободителями страны.
Ежедневно с экрана телевизора Федорович наблюдал, как маршируют по площадям бывшие пособники фашистов, переименовываются близкие сердцу названия улиц в честь предателей и преступников, рушатся дружеские отношения с Братским государством и другими странами.
-Во имя чего?!- задавал он себе один и тот же вопрос.

Долгих пять лет приходилось терпеть эту объявленную войну против собственного народа, который под гнетом наваленных на него экономических проблем не мог сопротивляться.
Впереди были новые ПРЕЗИДЕНТСКИЕ ВЫБОРЫ, которые давали возможность остановить развал и дать новый шанс вырваться из критической ситуации, в которую вовлекла страну правящая клика.
Рейтинг нынешнего диктатора, несмотря на его попытки причислить себя к лику святых и спасителя нации, упал ничтожно низко. Всем давно стало понятно, что кроме нищеты и унижений Президент не дал своему народу ничего.
Появилась надежда, что он и его окружение канет в лету, а на его место придет другой человек, способный вывести страну из хаоса лжи и коррупции.
Моральной отдушиной для Федоровича стал Интернет, где на форумах он делился своим мнением с единомышленниками, обсуждая политические новости и шансы основных претендентов на президентский пост.
Особенно хорошие отношения сложились у него с человеком под ником «Робин Г».
Они даже перезванивались, обсуждая некоторые политические ситуации, происходившие в стране и мире.
«Робина Г» в жизни звали Алексеем и жил он в столице.
Общение с новым товарищем доставляло Федоровичу особенное удовольствие, который стал ему близким по духу и мировоззрению, несмотря на значительную разницу в возрасте.
Новый знакомый обладал широкой эрудицией, знаниями во многих вопросах, осведомленностью, но самым главным его достоинством было умение убеждать собеседника логическими доводами и доказательством правоты своего мнения.
Федорович неоднократно убеждался, что в любых диспутах он в итоге соглашался с точкой зрения приятеля, хотя до этого думал совершенно иначе.

Первая их встреча произошла поздней осенью, когда Алексей приехал по служебным делам.
Созвонившись, они договорились встретиться вечером в одном из городских кафе.
Расположившись в полупустом зале, Федорович с интересом наблюдал за входящими людьми, пытаясь сразу узнать виртуального приятеля.
Не спеша, потягивая из пузатого бокала душистый коньяк, он ощущал некоторое волнение от предстоящей встречи.
За окном моросил мелкий промозглый дождь, который контрастировал с теплым и уютным помещением, наполненным ароматом кофе и негромкой музыки.
Алексей явно задерживался и Федорович уже несколько раз тянулся к телефонной трубке, смотрел на часы, но каждый раз передумывал.
-Зачем навязываться. Если ему надо, то придет,- решил для себя полковник и жестом заказал официанту еще одну порцию коньяка.
Приятная волна тепла разливалась по телу и Федорович, откинувшись на удобную спинку дивана, стал наблюдать за немногочисленной публикой в зале.
В самом дальнем углу расположилась парочка: мужчина лет сорока и молодая жгучая шатенка, лица которой он четко не мог разглядеть, потому что сидела к нему спиной.
Но, судя по грациозным линиям спины и шеи должна быть неплоха собой.
Кавалер заметно нервничал, бросая настороженные взгляды по сторонам, а девушка вела себя расковано и непринужденно, своим звонким смехом привлекая внимание посетителей и официантов.
Нисколько не стесняясь, она самозабвенно и громко рассказывала своему спутнику какую-то забавную историю, жестикулируя и смеясь своим же словам. Мужчина в ответ согласно кивал головой, корча гримасу улыбки, но было видно, что вся эта церемония с распитием вина и непринужденной беседой ему приходилась в тягость.
- Встреча любовников,- сразу сообразил Федорович, и ему стало понятно состояние этого мужчины, которому наскучила обязательная любовная прелюдия за столиком в кафе и опасения быть узнанным кем-нибудь из знакомых.
Было заметно, что он мечтал о том, чтобы его девушка скорей допила свой бокал вина, и они отправились к ней домой, как это бывало, по-видимому, не один раз, чтобы заняться тем, ради чего он тратил свои деньги и время.
Это страстный получасовой секс, поцелуй на прощание, а затем такси до дома и придуманное оправдание своего отсутствия. Его мысли были понятны любому опытному в амурных грешках мужчине.
Они даже на секунду встретились взглядом, и Федорович непроизвольно подмигнул.
Тот в ответ лишь ниже опустил голову и непроизвольно взглянул на часы.
Справа сидела компания подростков, которые дружно пили пиво, закусывали орешками и обсуждали что-то совсем далекое от понимания для неискушенного в молодежном сленге человека, периодически взрываясь громким смехом.
За барной стойкой скучал официант, с надеждой поглядывая на шатенку, которая, расковыряв вилкой салат, начала просить у своего спутника десерт, чтобы растянуть романтический вечер, который он позволял ей не чаще одного раза в неделю. Она явно не спешила покидать уютный зал кафе, в отличие от своего начальника.
Ну а кем он еще мог быть, чтобы заинтересовать молодую красавицу?
Бедный любовник совсем разнервничался и жестом позвал официанта, который, принес меню и склонился над дамой, расхваливая сорта имеющегося в наличии мороженного.
Федорович обернулся на звук перезвона колокольчиков входной двери.
На пороге появился высокий, средних лет мужчина, одетый в дорогое черное шерстяное пальто.
Улыбаясь, он сразу направился к столику, где удобно расположился Федорович.
Обменявшись дружественным рукопожатием, Алексей легко скинул промокшее пальто, под которым был темный деловой костюм и белая рубашка с галстуком.
- Я Алексей.
-Поражаюсь, как ты меня сразу узнал,- присаживаясь на место, польстил товарищу полковник.
- Это было совсем не трудно,- парировал гость, обведя рукой полупустое помещение зала.
Он сразу произвел приятное впечатление на Федоровича своей внешностью и веселым тоном.
-Неплохо бы сейчас хорошо перекусить и…
- …выпить,- продолжил фразу полковник.
-Так точно! Поэтому сейчас и приступим, - и он повелительным взмахом руки махнул официанту.
Моментально на столе появилась бутылка дорогого коньяка, нарезанные дольками лимоны, графин апельсинового сока и блюдо колбасной нарезки, обильно приправленное свежими овощами.
-Так, что у вас здесь из фирменных блюд,- по-хозяйски спросил Алексей официанта, перелистывая страницы меню, пока Федорович наполнял бокалы.
-За знакомство!
- Я тоже рад нашей встречи!- произнес Алексей под звон бокалов.

Несколько часов в компании с Алексеем пролетело незаметно. Они много говорили, смеялись, обсуждали события, рассказывали анекдоты. Хороший коньяк только улучшил настроение и аппетит.
Новый товарищ искренне понравился Федоровичу, хотя тот о себе говорил крайне мало, отделываясь общими фразами.
А вот полковник нашел в его лице прекрасного собеседника, с интересом слушающего богатую жизненную биографию отставного офицера.
-Алексей, ты отличный парень. Я рад, что мы вот так познакомились,- заплетающимся языком произнес Федорович, хлопая друга по плечу, краем глаза заметив, что жгучая шатенка и ее нервный кавалер еще не ушли.
Он уже несколько раз оборачивался в сторону сидевшей в углу пары, пытался поймать ее взгляд, своей неприкрытой назойливостью вызывая недовольство и нервозность спутника дамы.
Рассчитываясь с официантом, Алексей небрежно сунул ему несколько крупных купюр, оставляя гарсону солидные чаевые.
Он твердым жестом руки пресек попытку Федоровича, потянувшегося было за портмоне.
- Следующий раз.

Когда они уже стояли на улице освещенной фонарями и неоном витрин, Алексей совершенно трезвым голосом, продолжая начатый разговор, спросил: - А ты как дальше жить собираешься?
- Что значит как? Будут выборы, придет новый человек и весь этот бред закончится. Все это понимают.
Алексей поднял воротник пальто, прикрываясь от ветра, и чиркнул зажигалкой, прикуривая сигарету.
На секунду Федорович увидел его сосредоточенное лицо, оно было абсолютно трезвым и не было даже намека на недавнюю веселость.
- Не будет, Федорович, другого человека.
-Как не будет? А это кто,- он махнул рукой в направлении оживленного проспекта, который светился гигантскими бигбордами улыбающихся лиц кандидатов в президенты,- Да у любого больше шансов, чем у Него.
- Все уже давно решено. Эти марионетки не в счет. А «железную тетку» уберут. На днях экстрадируют сюда ее подельника по финансовым аферам Лазаря, который даст показания против нее, в обмен на обещанную индульгенцию. А кандидатуры подследственных снимаются автоматически с президентской гонки. Янус сам не хочет лезть в это ярмо. Ему хватает роли вечного оппозиционера и подаренного права на пожизненное владение металлургической промышленностью. Он ни одной достойной кандидатуры не представил за время премьерства, не странно ли, для серьезного политика. Понавез, бля, в правительство своих водителей и минетчец. Вот мы и получаем результат.
- Да не может быть,- у Федоровича от услышанного перехватило дыхание,- я не смогу дальше жить и видеть этого урода у власти.
- Это надо Им, а не таким как ты,- тихо произнес Алексей.
- Надо что-то делать! Так дальше не может продолжаться. Этого нельзя допустить. Кто это Они?
- Узнаешь позже. А что мы можем? Ты способен убить Его?- полушутливым тоном произнес собеседник, вопросительно взглянув на разгорячившегося полковника.
- Не раздумывая. Эта мразь заслуживает смерти, - Федорович не на шутку разнервничался.
- Возможно, у тебя еще будет шанс,- вполголоса произнес Алексей.
-Да не будет такого! Люди не позволят снова встать Ему у власти. Мы уже достаточно натерпелись…
-Кто? Эти люди…?- он кивнул в сторону бомжа, который заглядывал в мусорный бак, выискивая пустые бутылки.
- Или эти?- презрительно ткнув пальцем в группу молодежи, толпившуюся возле входной двери ночного клуба, откуда раздавались усиленные мощными динамиками звуки популярной музыки, перекрикиваемые голосами дискжокеев.
Одетые в модные яркие куртки девушки и парни, подогретые слабоалкогольными напитками и пивом, беспечно смеялись в предвкушении веселого времяпрепровождения.
- У них отняли духовность и будущее, подменив все это иллюзией счастья от потребления продуктов демократии.
Своим уверенным тоном и логикой он опять смог зародить сомнение в голове собеседника, который еще несколько минут назад имел противоположное мнение.
Так и не закончив спор, они через пять минут расстались, когда подошла маршрутка, оставив недосказанным главное.
Федорович всю дорогу думал об услышанных от Алексея фактах. И вдруг неожиданно понял, что не знает о новом знакомом практически ничего. Он все время ограничивался общими высказываниями о себе: учился, работал в одном из… и прочее.
-Не так он и прост, этот Алексей,- вслух пробормотал Федорович, трясясь в переполненном автобусе.

Осенние события подтвердили правоту слов нового знакомого.
С экранов телевизоров дикторы наперебой разоблачали коррупционеров и преступников пробравшихся в государственные структуры из оппозиционных партий. Им был дан справедливый бой правоохранителями и припомнены все прежние грехи.
Был задействован весь репрессивный аппарат для борьбы с инакомыслящими и недовольными гражданами.
События развивались стремительно, как по сценарию голливудского боевика.
Уже к Новому году стало понятно, что противостоять карающей руке Президента не сможет никто. Он остался единственным без грехов, которые мог отпускать себе сам.
Большинство политиков и олигархов были сразу арестованы и давали в кабинетах следователей признательные показания, а оставшиеся на свободе либо сбежали заграницу, либо публично раскаивались в своих преступлениях на страницах газет и экранах телевизоров.
Пеницитарная система, не успевшая провести демократические реформы, работала с полной нагрузкой, принимая VIP-пополнения в свои бетонные бункеры.
Колода кандидатов на высший пост кардинально поменялась на глазах, как будто ловкий шулер в мгновение руки перетасовал ее перед изумленными зеваками, оставив в их руках одни шестерки, а набор козырей в руках Сатаны.
И все, как будто по правилам. Учитесь шулера!
Для него было главной целью купить оптом души – стать Президентом страны. И ему помогали, на него поставили по-крупному. Над ним были Они.
Масонское сообщество пошло с очередным крестовым походом на Святые земли, накидывая паутину своего владычества на новые государства.
Всевозможные секты, которые проникли в страну, собирали урожай разочаровавшихся в жизни и справедливости мирян, пытаясь отнять у них Душу и Веру.
Для этих иностранных проповедников была создана благоприятная почва деятельности, и они словно земляные черви набросились подтачивать фундамент православной церкви и жизненных устоев, суля людям взамен отречения от веры свои материальные блага, облаченные в культ поклонения их ценностям.
Основной задачей новоиспеченных сект было разрушить славянскую духовность, чтобы влиять на сознание людей и подчинить их своей воле. Они были верными слугами Сатаны. А сам он, пытаясь обмануть, приняв вид ангела света.

Для Федоровича, победа на выборах того, кто был неприемлем большинству населения, и все последующие события стали полной неожиданностью.
Как могло случиться невозможное?
Ради материальной выгоды, должностей, из трусости и приспособленчества, ранее вполне адекватные люди встали в один ряд с Сатаной, стали национал - карьеристами, чтобы разделить с ним власть над остальными людьми.
Неужели в этом заключалась их национальная идея? Они вместо молитвы исполняли с Хозяином бесовские ритуалы, публично надругавшись над святынями.
Произошла большая Измена.
Наступил тот час, когда Сатана опять стал править бал. Он выбрал себя Господином.
С еще большей силой он стал свирепствовать и уничтожать все светлое, что оставалось от духовной жизни простых людей: натравливал брата на брата, отнимал последнюю рубашку и надежду у того, кто противился его черной воли.
За полгода Сатана совершил многое из задуманного и теперь готовился нанести свой главный удар - пролить большую кровь и сжечь огнем всю землю, начав Большую братоубийственную войну.
Это еще больше бы обогатило его и дало безграничную власть его Наставнику.
И никто, даже на словах, несмел, противоречить ему.

- Я, не колеблясь, всажу ему в грудь осиновый кол, если представиться возможность,- сам себе вслух произнес Федорович, наливая из банки в граненый стакан, самогон собственного приготовления.
Если Алексей подготовит операцию, то я соглашусь на это. Мне нечего больше терять. Будь дальше что будет!
В этот вечер он напился. Несколько раз пытался дозвониться Алексею, но номер телефона был отключен.
Он уже знал, что его новый товарищ работает в секретной службе и также ненавидит нынешнего правителя и своего хозяина.
Он открылся неожиданно, после очередной их встречи, когда тот приезжал в отпуск.
Тогда они сидели за пластмассовым столиком на набережной в кафе и наблюдали, как группа молодых людей одетых в одинаковые вышиванки демонтировали памятник погибшим во время войны советским солдатам и матросам.
Сорвав с постамента краном бронзовую скульптуру, молодчики принялись восторженно кричать и улюлюкать.
Прохожие, увидев эту картину, с опаской обходили их стороной.
Стрела крана вместе с грузом зависла над морем и фигуры советских солдат были низвергнуты в морскую пучину, из которой они семьдесят лет назад, не щадя жизни, высадились на берег, чтобы освободить родную землю от врага.
На освободившийся пьедестал кран водружал скульптуру Сатаны, который в величественной позе, выставив свои огромные руки, как бы охватывал все простиравшиеся перед ним пространство.
Молодчики, выстроившись в шеренгу и положив руку на сердце, одухотворенно запели ему оду, прославляя его великие подвиги.
- Я не могу больше на это смотреть, пойдем,- мрачно произнес Алексей.
Они долго гуляли по тенистым аллеям южного городка и говорили. Их мысли полностью совпадали: - Так больше жить нельзя.
И тогда, Федорович узнал о замысле Алексея убить ненавистного Президента.
Лично самому Алексею сделать это не представлялось возможным, но у него уже был готовый план, для которого требовался надежный помощник.
- Ты готов мне помочь?- спросил он Федоровича, пристально глядя ему в глаза.
-Я готов!- твердо произнес полковник, пожав ему руку,- я больше не могу это терпеть!
После этого, Алексей изложил сообщнику свой секретный план.
- К нему просто так не подобраться. Он осторожен и недоверчив, все время меняет места ночевки и ест только проверенную пищу. Никогда не знаешь, где он появиться.
Но в этот раз я знаю точно место и время. Он не сможет отказаться от этой встречи, потому что ее назначил Наставник.
- Когда это произойдет?
- Через неделю. У нас еще есть время все подготовить.

Несколько дней Федорович провел в нервном ожидании. И вдруг вечером раздался звонок, он сразу узнал голос Алексея.
-Выходи, я жду тебя в машине.
Федорович накинул на себя спортивную куртку и на немой вопрос жены спокойно ответил: Я в гараж. Скоро вернусь.
Сбежав вниз по ступеням подъездной лестницы, Федорович увидел припаркованный автомобиль.
Через открытое стекло ему помахал Алексей.
Федорович сел на переднее сиденье «Вольво», и как только захлопнул дверь, автомобиль сорвался с места.
Они ехали по улицам вечернего города, не произнеся ни слова. В салоне тихо играла музыка. Было тепло и уютно, и совсем не чувствовалась ответственность момента, пути отступления от которого были отрезаны.
Казалось, что сейчас они остановятся возле ресторана, закажут столик, выпьют, поделятся новостями и разойдутся по домам.
Но на этот раз все было совсем по-другому.
Наконец машина остановилась недалеко от городского делового квартала.
Алексей, кивнув головой, молча вышел из машины, Федорович последовал за ним, не решившись начать разговор.
По пустынной улице мужчины направились к одному из зданий.
Федорович оглядывался по сторонам, но так и не увидел ни одного прохожего. В этот вечер как - будто все вымерло вокруг.
Ускорив шаг, он еле поспевал за своим спутником.
Наконец они остановились возле малоприметной двери цокольного этажа.
Оглядевшись по сторонам, Алексей вставил ключ и распахнул дверь, за которой зияла кромешная темнота.
Подтолкнув за локоть спутника, они скрылись за бесшумно захлопнувшейся дверью.
Глаза постепенно начали привыкать к темноте, пока Федорович на ощупь спускался по крутым ступеням, ведущим в сырой подвал.
Только оказавшись на ровной поверхности, Алексей зажег фонарь, и Федорович смог разглядеть окружающую их обстановку.
Небольшое пространство, по стенам которого проходили трубопроводы. На полу горы мусора и сколоченная из досок скамья. Кроме всего прочего, в нос бросался неприятный запах нечистот, исходивший из урчащих канализационных труб.
Возникла пауза, после который Алексей произнес: Так ты готов? У тебя есть еще время отказаться.
- Мы уже все решили. Я готов.
-Хорошо. Тогда слушай внимательно.
Алексей наклонился и достал из тайника увесистый длинный сверток.
Когда он его развернул, глазам Федоровича предстала новенькая снайперская винтовка.
- Держи. Надеюсь, умеешь обрушаться?- спросил Алексей.
Полковник взял в руки протянутое оружие. Его контуры и механизм он узнал бы и с закрытыми глазами, настолько близким это оружие стало ему за время его долгой службы.
Со знанием дела он осмотрел затвор и вскинул приклад к плечу: - Знакомая вещица. Столько лет с ней вместе прослужил.
Алексей оценивающе смотрел на державшего в руках винтовку полковника.
- Значит, знаешь, как обращаться. Все пристреляно, осечки быть не может. А теперь о главном.
Федорович застыл, внимательно слушая собеседника.
- Вот патрон,- Алексей достал из кармана завернутый в целлофан цилиндрический предмет.
- Пуля пропитана сильнодействующим ядом, поэтому любое попадание дает стопроцентный результат.
Он взял из рук Федоровича винтовку и, надев перчатки, вставил патрон в затвор.
- А теперь запоминай! Это очень важно,- винтовку он бережно завернул в тряпку и положил на место.
Затем Алексей подошел к стене и, откинув картон, освободил небольшой оконный проем, огороженный металлической решеткой.
Их взору открылся кусочек пустынной улицы освещенной тусклыми фонарями.
Федорович тоже приник к крохотному окошку, разглядывая расположенное на другой стороне улицы здание.
- Он приедет сюда. У тебя будет всего несколько секунд пока он выйдет из машины. Надеюсь, фотография не нужна?
Полковник внимательно всматривался в открывшуюся перед ним панораму.
- После выстрела ты должен незаметно уйти,- тихо промолвил Алексей,- Иначе, меньше чем через минуту здесь будет охрана и спецслужбы. А дальше сам знаешь, что будет.
Смотри сюда.
Он откинул лежавший на полу деревянный ящик и их взору предстал небольшой металлический люк.
Алексей поднял его за кольцо, и глубоко внизу послышался шум воды. Узкая металлическая лестница вела вниз этого мрачного подземелья.
- Это единственный путь к отходу. Ты должен успеть, прежде чем охрана попадет сюда. Я беру на себя задачу, что подвал не будет проверен спецслужбой до акции. Это мои проблемы.
Федорович с опаской заглянул в разверзнувшееся пространство, скрываемое люком.
- Ты не должен попасться, потому что тогда провалюсь я и другие люди. А иного случая больше не представиться. Ты должен успеть уйти или…
- Понятно. Мне тоже не хочется умирать,- попытался пошутить Федорович,- Сатану только из подземелья достать можно.
- Шутить будем потом, давай отрепетируем, как ты будешь отходить.
Алексей первым спустился в темное лоно колодца. После того, как послышался всплеск воды, Федорович последовал за ним.
Повиснув на скобах, он разжал руки и грохнулся в зловонную жижу. Попытавшись подняться на ноги, полковник поскользнулся и вновь окунулся с головой в подземный поток.
- Я здесь,- услышал он приглушенный сводами бетонного коллектора голос сообщника и разглядел вдали мерцающий луч фонарика.
Расставив ноги над журчащей рекой, он брел по бетонным сводам на брезжащий впереди свет, сдерживая подкативший к горлу ком тошноты. Казалось, что прошла вечность, прежде чем он преодолел этих несколько десятков метров.
- Так вот он, какой ад,- прерывисто дыша и задыхаясь от усилий, думал Федорович, черпая сандалиями грязную воду.
Наконец он добрался до поджидающего его Алексея.
- Ну, как ты, жив?- спросил он, перекрикивая шум городских стоков.
- Нормально, если это можно так назвать,- еле вымолвил, пытаясь сдержать отдышку, Федорович,- давно я не занимался спортом. А зря.
- Смотри,- поднял вверх руку Алексей,- здесь выход.
Федорович разглядел уходящие вверх ступени. Еще одно препятствие.
Когда он выкарабкался на поверхность, его сердце стучало, как кузнечный молот, а одежда была безвозвратно испорчена.
-Фу, не очень комфортно в доме Сатаны.
Алексей, напротив, выглядел совсем не уставшим, а его одежда осталась сухой. Казалось, что он и не преодолевал эту преграду.
Федорович отдышался, а затем смог осмотреться. Они находились почти в таком же помещении, откуда и спустились, только здесь было намного светлей.
- Вон выход на улицу,- указал рукой сообщник на дверь,- выйдешь наверх, сядешь на автобус и вернешься домой. Никто тебя не заподозрит. Все зависит только от тебя.
- Я хочу еще раз попробовать пройти маршрут. Засеки время,- окончательно отдышавшись, ответил Федорович.
Он, преодолевая отвращения от зловония, спустился вниз и, смешно расставляя ноги, побрел к месту предстоящей засады.
Там он, взяв винтовку, попытался в точности проделать все предстоящие в ближайшем будущем действия. Подошел к окну, прицелился, а затем бросился к открытому люку.
Спрыгнув со ступенек вниз, он чуть не подвернул ногу, но тем не мене довольно быстро преодолел туннель и вскарабкался на поверхность.
- Неплохо,- похвалил его Алексей,- надеюсь, что тебе по-настоящему удастся еще быстрей. Напоминаю, что в твоем распоряжении всего полминуты.
- Я понял,- отдышавшись, ответил Федорович. На этот раз проделанный путь дался ему намного легче.
-Пошли, расставим все по местам,- и они опять спустились в колодец, закрывая за собой люки и двери.
Когда они вышли наружу, на улице стояла уже глубокая ночь.
-Связь будем держать по телефону условными фразами,- продолжил инструктировать Алексей, когда они сели в машину,- я тебе позвоню с этого номера. Запомни.
Федорович напряженно слушал, пытаясь запомнить условные фразы, пароли и свои дальнейшие действия.

В нескольких шагах от окна, чтобы его не могли заметить снаружи, Федорович соорудил из ящиков надежный упор и сквозь оптику наблюдал за происходящим на улице.
На крыльце дома напротив зажегся свет, и появились двое мужчин в черных костюмах. Они внимательно осмотрели улицу, отмечая для себя все подозрительное.
От волненья по лицу стрелка потекли капли холодного пота. Сердце бешено колотилось.
Большим пальцем руки он опустил скобу предохранителя.
Бесшумно к крыльцу подкатил черный микроавтобус с тонированными стеклами.
Из него выскользнули двое охранников и встали по обе стороны автомобиля.
Широко открылась дверь здания, и на пороге появился небольшого роста представительный мужчина, который как хозяин приготовился для радушной встречи дорогого гостя. Расставив руки, он ждал, когда появится его друг.
Наконец из салона автомобиля вышел Он и стремительным шагом взбежал на крыльцо.
Федорович мгновенно узнал его.
Эта фигура, прическа, а главное лицо.
Он тысячи раз видел его на экране телевизоров, на многочисленных портретах развешенных во всех учреждениях и плакатах. Ошибки быть не могло.
Тем временем хозяин дома, улыбаясь, пожал гостю руку и, похлопав по плечу, жестом пригласил войти в помещение.
Дверь перед ними услужливо открыл один из охранников.
Еще мгновение и они скроются в здании, где их будет не достать.
Неужели провал!?
Следовавшие позади телохранители замешкались на ступенях, открыв на секунду обзор для выстрела по цели.
Федорович, точно совместив прицел с седовласой головой гостя, плавно нажал на курок.

Оглушительный взрыв и пороховая гарь наполнили тесное помещение подвала.
Винтовку вырвало из рук, и отлетевший обломок с силой ударил Федоровича по переносице.
Упав на пол, он увидел искореженный взрывом ствол оружия.
- Что произошло? Почему разорвало ствол?... Так это патрон! Все дело в нем,- соображал истекающий кровью полковник.
Он понял, что его безжалостно подставили. Он станет козлом отпущения в большой политической игре.
По окну началась стрельба. Пули бесшумно впивались в противоположную стену, откалывая куски штукатурки.
Отбросив кучу ветоши, Федорович с силой дернул за кольцо спасительного люка.
Но стальная створка остался неподвижной, словно кто-то наглухо заварил ее изнутри.
Он еще несколько раз пытался сдвинуть с места неподвижную крышку. Все было безрезультатно. Он оказался в мышеловке.
Снаружи послышались сильные удары в дверь. Через мгновение она слетела с петель, и в подвал ворвался резкий луч дневного света.
На лестнице послышались осторожные шаги множества человек, и через мегафон, как в кино, прозвучала оглушительная команда:- Сдавайся! Руки за голову! Стреляем на поражение!
В подтверждении правдивости своих намерений раздалась короткая автоматная очередь, и пули со свистом пронеслись над головой Федоровича, застывшего как изваяние в неестественной позе перед закрытой крышкой люка.
-Не стрелять! Брать живым!- послышался еще один приказ.
И Федорович сразу узнал этот голос.
Да, это был его сообщник Алексей.
Он, не таясь, первым спустился в подвал, а за ним ворвалось несколько спецназовцев в черном обмундировании, вооруженных короткоствольными автоматами.
Сильным ударом приклада Федоровича сбили с ног, и он лицом вниз упал на грязный пол.
Сильные руки хлопали его по полам одежды, извлекая из карманов телефон, ключи, очки…
Затем его грубо перевернули на спину, и он почувствовал, как его руки сковали холодные браслеты наручников.
Он лежал на полу, не проявляя ни малейшего сопротивления как посланное на заклание животное, окончательно смирившись со своей дальнейшей участью.
Бойцы спецназа, обыскав и сковав пленника наручниками, внезапно исчезли, как и появились, оставив лежащего на полу Федоровича и Алексея один на один.
Он подошел к нему вплотную, нависнув над Федоровичем.
Их глаза встретились.
- Ты хорошо справился с заданием, Федорович,- с иронией сказал Алексей.
Полковник с ненавистью смотрел на недавнего приятеля.
- Ты предатель, Леха,- еле слышно прошептал тот, с трудом ворочая окровавленными губами.
- Это была сложная комбинация, но это было нужно на благо страны. Рассказывать правду я не советую. Никто не поверит. Но, я гарантирую тебе жизнь, хотя и долгие годы за решеткой. Мы будем тебе помогать, все не так и плохо, поверь мне. Прости, здесь нет ничего личного. Ты отличный мужик, Федорович.
Снаружи послышались оживленные голоса.
Алексей, прервав себя на полуслове, отпрыгнул назад и вжался в стену.
Все ближе шаги на лестнице, промелькнули тени, и в помещении появился Он в сопровождении своего иностранного друга.
Они вошли в подвал и остановились возле Федоровича. Минуту они молча смотрели друг другу в глаза.
Лицо Сатаны было намного ужасней, чем Федорович видел на фотографиях или в телевизоре.
Его спутник выглядел совсем испуганным, и Президенту приходилось дергать его за рукав.
- Ты должен лично убедиться, что кремлевские террористы хотели убить нас. Вот он! Смотри!
Алексей сделал несколько шагов вперед и вытащил из ящика камуфляжную форму с нашивками кремлевской армии.
Он на вытянутой руке продемонстрировал находку спутнику Президента.
- Я все понял. Мне ясно,- бормотал спутник Президента, трусливо пятясь к выходу.
Сатана расправил грудь и, удерживая за руку спутника, заявил, словно перед телекамерой:- Ви повинні доповісти в Департаменті, що вони вирішилися убити мене. Тепер мої руки розв'язані. Хай прибудуть всі ЗМІ. Це буде справедливий крок. Їх кораблі будуть затоплені. Я починаю війну.
Федорович не отрывая глаз от них, подтянул колени и нащупал привязанный скотчем к левой ноге груз.
Он в последний момент перед началом операции зашел в свой гараж и достал спрятанную в подвале гранату Ф-1.
Этот трофей хранился у него уже несколько лет. Он прихватил его еще на службе много лет назад, так, на всякий случай.
Повертев в руке, он сунул ее в карман. - Так будет надежней.
И вот случай настал.
Нащупав ребристую поверхность гранаты, Федорович, пользуясь тем, что противник отвлекся, Федорович незаметно открепил гранату и зажал ее в руке.
- Я немедленно скликаю Пораду Безпеки і оголошую війну. Сподіваюся, що ви мене підтримаєте!?- кричал Президент
Конечно, конечно,- испуганно шептал его спутник.
Федорович привстал на локтях и очень тихо проговорил, но его услышали все: Сатана, сатана… Ты сейчас умрешь, гадина…
Он уставился на него, как на сумасшедшего, но в глазах появился страх.
Федорович вырвал чеку и раскрыл ладонь, в которой лежал начиненный тротилом ребристый фугас..
В последние секунды он увидел ужас на лице Сатаны и его Наставника.
Алексей в ужасе, отпихнув их, попытался прорваться к выходу.
Сделать что-либо за оставшиеся секунды времени было практически невозможно.
Сатане был поставлен мат.
Огромной силы взрыв прогремел в тесном помещении подвала.
От смертельно жалящих осколков не было шансов укрыться.
Из близлежащих домов со звоном вылетели стекла.
Люди выскочили на улицу, не понимая, что случилось.
Они с изумлением смотрели на небо, не понимая, откуда доносятся эти звуки.
И вдруг на город набежали темные тучи.
Облака разверзлись, и на город, который уже много месяцев изнывал от жары, пролился теплый ливень, смывая накопившуюся пыль и очищая от нее дороги и тротуары.
Народ понял, в чем причина грохота – это гроза.
Люди смеялись и танцевали под струями дождя, подставляя им свои лица.
Дождь закончился внезапно, как и начался , а на небе образовалась яркая дуга радуги.
Над городом разлился радостный перелив колоколов находящихся на кафедральном соборе города.
Это было странно, потому что не было церковного праздника, и служба еще не начиналась.
Сатана низвергся в ад.


Теги:





0


Комментарии

#0 01:04  25-09-2009X    
какой то ебучий набор штампов. заебался читать.

автор, поди продай текст белкину


Комментировать

login
password*

Еше свежачок
21:57  10-12-2016
: [0] [Графомания]
Я выброшен морем избытка угрюмо бурлящим, голубо-зеленого цвета
Просящим мольбы, остановки среди переливов и тусклого, лунного света
и солнца лучей – золотистых, слепящих наш взор.
От лжи и усталости нынче грядущего века.
Пытаясь укрыть и упрятать весь пафос, позор
от боли и страха, что заперты вглубь человека....
16:58  08-12-2016
: [2] [Графомания]

– Мне ли тебе рассказывать, - внушает поэт Раф Шнейерсон своему другу писателю-деревенщику Титу Лёвину, - как наш брат литератор обожает подержать за зебры своих собратьев по перу. Редко когда мы о коллеге скажем что-то хорошее. Разве что в тех случаях, когда коллега безобиден, но не по причине смерти, смерть как раз очень часто незаслуженно возвеличивает опочившего писателя, а по самому прозаическому резону – когда его, например, перестают издавать и когда он уже никому не может нагадить....
19:26  06-12-2016
: [43] [Графомания]
А это - место, где земля загибается...(Кондуит и Швамбрания)



На свое одиннадцатилетие, я получил в подарок новенький дипломат. Мой отчим Ибрагим, привез его из Афганистана, где возил важных персон в советском торговом представительстве....
12:26  06-12-2016
: [7] [Графомания]

...Обремененный поклажей, я ввалился в купе и обомлел.

На диванчике, за столиком, сидел очень полный седобородый старик в полном облачении православного священника и с сосредоточенным видом шелушил крутое яйцо.

Я невольно потянул носом....
09:16  06-12-2016
: [14] [Графомания]
На небе - сверкающий росчерк
Горящих космических тел.
В масличной молился он роще
И смерти совсем не хотел.

Он знал, что войдет настоящий
Граненый во плоть его гвоздь.
И все же молился о чаше,
В миру задержавшийся гость.

Я тоже молился б о чаше
Неистово, если бы мог,
На лик его глядя молчащий,
Хотя никакой я не бог....