Важное
Разделы
Поиск в креативах
Прочее

Х (cenzored):: - вирус спасения

вирус спасения

Автор: Dichenko
   [ принято к публикации 16:04  15-10-2009 | бырь | Просмотров: 238]
Утро будничного дня не сулило медицинским работником ничего нового – сейчас они, снабженные государством, вынесли потертую коричневую сумку с ампулами и шприцами, и поставили ее в старенькую машину скорой помощи, в простонародье именуемую «таблеткой». Работа была, как всегда, обычная и на благо возрождающегося белорусского общества – сделать детям в садике прививки от гепатита, который захлестнул вместе с экономическим кризисом нашу необъятную, но разделенную родину.
Тучный водитель уселся за руль машины, взял в зубы папиросу и наполнил салон автомобиля сизым дымом. Следом за ним внутрь таблетки загрузились два врача, затаскивая оставшееся оборудование для тотальной вакцинации. Машина тронулась с места и с визгом, характерным для скорой помощи и военных УАЗов направилась к 468-ому садику, находившему по улице Жуковского, чуть-чуть поодаль от легендарного института культуры.
Машина ехала в привычном темпе минских дорог, минуя возможные нарушения правил дорожного движения со стороны других водителей и мелкие аварийные ситуации, которыми дороги Минска часто были наполнены тут и там.
Выехав на проспект Независимости и через несколько минут езды среди домов эпохи сталинского ампира машина завернула за институт культуры. До улицы Жуковского оставались считанные минуты и затем можно было окончательно очнуться от ночи и с самого утра втянуться в работу.
Медики, сидевшие в машине, ехали молча, изредка перекидываясь между собой встречными взглядами. Ещё не до конца проснувшиеся, они явно ленились сказать что-нибудь, не относящиеся к делу.
Машина повернула на улицу Жуковского, на которой, в этой половине дня трафик был довольно ослабленным – исключение лишь составляли автомобили, чьи хозяева заведомо припарковали свои механические детища на дорожной обочине.
Внезапно на дорогу выскочил человек, истерично размахивая руками и что-то выкрикивая. Водитель, чуя нечто неладное, резко дал по тормозам и машина со скрипом остановилась посередине дороги. Невысокого роста короткостриженный человек абсолютно ничего не стесняясь открыл дверь в салон машины и сел к врачам.
- Там человек умирает! Умирает! Человек! – он говорил судорожно и беспорядочно, также отчаянно жестикулируя и внося в сонное пространство овеянное табачным дымом хоть какое-то разнообразие.
- Так позвоните 102… - цинично заявил один из врачей женского пола, поправляя воротник белого халата…
- Нет, нет, нет!! – прокричал человек и, пытаясь взять женщину за плечи. – Нельзя! Никак нельзя! – Оба врача и оба женского пола переглянулись между собой. И вторая женщина, более полная и в данном случае в соответствии с народным поверьем, более добрая, сказала водителю, чтобы следовал туда, куда укажет импульсивный молодой человек. Они, как ни странно, тут же повернули направо и въехали в гущу многоэтажных домов и заброшенных детских площадок.
- Стойте! Стойте! – прокричал молодой человек, и, хватая одного из докторов за рукав потянул вниз, явно давая знать, что случилось нечто серьезное. Врач ради такого дела даже вышла быстрее, чем обычно и ускоренным шагом направилась к ступенькам в подвале, на которых в легкой цветастой кофточке и джинсах лежала девушка с закрытыми глазами. Вслед за первым врачом вышел и второй, направившись туда же. Как только они все оказались возле прямоугольной лазейки в подвал, девушка резко поднялась и с абсолютно здоровой улыбкой наставила на врачей пистолет Макарова. Врачи даже не успели ничего сказать, как и понять. В это же время оружие достал и импульсивный парень, так яро звавший на помощь. Водитель, который так и не понял что произошло, услышал короткий но твердый стук в окошко машины, успел повернуть голову и увидеть ствол, направленный ему в лицо мужчиной средних лет, одетого в старомодный балониевой плащ и с матерчатой кепкой на голове, прикрывающей лысину. Тот жестом приказал водителю выбираться из салона, что водитель успешно и завершил, предварительно заглушив шумный двигатель и выключив трещащий радиоприемник.
- Теперь без шуточек… - произнес мужчина водителю, и они направились к подвалу, где в плен уже были взяты врачи. К моменту подхода водителя улыбчивая девушка уже открыла дверь подвала, свободной рукой стряхивая грязь с длинных каштановых волос. Врачи зашли в темный подвал, как ни странно, не произнося ни единого звука, словно до конца ещё не осознавая, что вокруг происходит. Пройдя несколько шагов, врачей и водителя завели в одно из подвальных помещений. Пока они заходили, парень снял предохранитель с пистолета. Раздались три коротких выстрела и никаких признаков паники. В подвале теперь кроме сырости витали запахи сырости и пота. Парень, довольный проделанной работой, зашел в помещение и сделал по дополнительному выстрелу в голову каждой из жертв в борьбе за ВИЧ-будущее. Когда они целовались с девушкой, мужчина в кепке закрывал дверь подвального помещения, затем они втроем вышли, достав из карманов белые халаты и погрузившись в муниципальный транспорт.
Мужчина сел за руль и снял кепку, обнажив грубую копну черных детских волос. Обнаружив возле руля на панели пачку папирос он взял одну в рот и, чиркнув зажигалкой, глубоко затянулся. Девушка тем временем, убирая упавшие на лоб волосы, открывала мед сумку и вместо ампул в прививкой они туда сгрузили абсолютно другие ампулы, кустарно приготовленные в одном арендованном помещении якобы для шитья одежды…
- ВИЧ отправляется к деткам… - ехидно произнес парень.
Девушка в ответ подняла на него свой взгляд и похотливо улыбнувшись, усмехнулась. Высыпая в целлофановый черный пакет ненужные ампулы с вакциной, она повернула затем голову к водителю и произнесла:
- Трогай Семеныч! – ответом Семеныча стал заведенный двигатель таблетки. Машина резко сдала назад и спустя менее чем через минуту вновь оказалась на дороге.
До детского садика оставалось проехать несколько сот метров, поэтому группа из новообращенных ВИЧ-фашистов довольно быстро достигла его пределов. Садик представлял из себя кирпичную коробку времен расцвета социализма среди нескольких десятиэтажных домов. На лавочках сидели бедные, но чисто одетые сухенькие бабушки, обсуждая последние новости и сплетни, связанные с возрастающей наркоманией и опасной криминогенной обстановкой в городе.
Машина скорой помощи остановилась возле калитки, выкрашенной в броский и абсолютно чужой для этой местности синий цвет.
Первой вылезла девушка, а ей навстречу уже спешила воспитательница, открыв скрипучие двери, ведущие в скудное помещение детского сада. Воспитательницей оказалась стройная женщина средних лет с довольно милым выражением лица, полного любви к детям. Голос ее был такой же благозвучнвый и по-педагогически правильный.
- Здравствуйте! – Вы приехали к нам прививать малышей от гепатита? – произнесла она и проявив черты официально-делового общения пожала девушке из ВИЧ-фашистов руку.
- Меня зовут Евгения Романовна. Я воспитатель. – Коротко отрапортовала она и в знак приветствия галантно кивнула головой.
- Я Оля. – Просто ответила девушка и радужно улыбаясь, готова была обнять воспитательницу, настолько Оля радовалось жизни. Она была восхищена тем, что могла подарить сейчас, с минуты на минуту, вирус спасения маленьким детишкам. Они, дети, разодетые в плотные комбинезоны и синтетические куртки, толи с интересом, толи с боязнью смотрели на людей в белых халатах. Все пухленькие и маленькие, они напоминали инопланетян, которые доселе хаотически эксплуатировали детскую площадку и наполняли окружающий их автомобильный шумо-смрад криками радости.
- Это Денис! – Громко и отчетливо произнесла Оля, показав большим пальцем правой руки на второго вышедшего ВИЧ-фашиста в белом халате. Денис выглядел абсолютно спокойным и серьезным. Актерское мастерство, привитое жетским преподавателем Университета Культуры давало первые плоды на поприще борьбы за просвещение людей. К сожалению, этот невысокий короткостриженный юноша так и не получив диплом о высшем образовании – причиной всему стало чрезмерное увлечение отвлекающими от реальности drago-ценностями.
- Вы, наверное, студенты? – спросила воспитательница, чуя нечто неладное. Оля почти уже растерялась как Денис, стоящий поодаль от нее не допустил провала начала великой миссии спасения.
- Нет. Студентами мы были год назад… - сказал он уверенно и с задором. – Сейчас мы, как это гордо звучит – молодые специалисты-практиканты! – он изобразил мужественное самоотверженное лицо, которое все-таки убедило Евгению Романовну, что к ней приехали настоящие профессионалы своего дела.
Она подошла к двери и открыла ее, чтобы «молодые специалисты» могли поудобнее разместиться внутри заведения первой ступени человеческой адаптации в обществе.
ВИЧ-фашистов провели в маленькую уютную аудиторию, выкрашенную в некий кислотно-лимонный цвет и насыщенную всяческими рисунками и аппликациями, созданными уже не первым поколением маленьких детишек. Вдоль стенки стояли пластиковые шкафчики со всякой утварью для детского творчества. Глядя на мебель, которой располагал детсад, можно было сделать вывод, что есть у него спонсор где-нибудь из Германии или Франции, что было довольно большой распространенностью среди белорусских учреждений оказавшихся почти возле самого центра финансовой дыры.
Оля и Денис поставили на одну из парт сумки. Затем они достали сначала картонки с подделанными под медицинские рисунками, а позже, вскрыв одну из них, герметично запакованные ампулы, полученные от своих заботливых соратников с Запада.
Воспитательница, организовав очередь из немного напуганных детишек, подводила их по одному к ВИЧ-фашистам. Оля как всегда с улыбкой на лице вскрывала ампулы, а Денис, хладнокровно набирая в шприц нужное количество содержимого, аккуратно впрыскивал под кожу плачущему ребенку инъекцию. Дети, ревевшие и разбрызгивающие слюни и сопли, раздражали Дениса, поэтому работу он свою сделать старался как можно быстрее.
Вскоре Денис уже собирал остатки ампул и складывал одноразовые шприцы в целлофановый мешок. Оля в это время играла с каким-то малышом, то щекоча его, то аккуратно нажимая указательным пальцем на носик. Забыв уже моментальную боль от укола, малыш смеялся, глядя в чувственные Олины глаза.
Кода они выходили, выстроившиеся дети по указу Евгении Романовны махали им на прощанье рукой. Сев в машину и закрыв дверь, Оля отвечала им тем же, все также безгранично улыбаясь.
Таблетка тронулась, распылившая по воздуху ароматный бензиновый дым, она неслась в Серебрянку [название одного из районов Минска], где ее спрячут, а потом разберут на запчасти. Новообращенные дети, получившие дозу вируса разошлись по своим нехитрым делам…
В машине, несмотря на присутствие немноголсловного Семеныча, Денис стянул с Оли кофту. Так как лифчика она не носила, то перед его взором оказалась довольно большая и анатомически правильной формы грудь с двумя набухшими от возбуждения сосками. Денис жадно мял руками грудь, целуя Олю в губы и живот, проходясь языком по всей верхней половине ее тела. Вскоре на лежак для пациента полетели джинсы и они в такт задвигались на грязном полу машины, которая продолжала петлять по минским улицам по пути к гаражу.


Теги:





-1


Комментарии


Комментировать

login
password*

Еше свежачок
08:00  05-12-2016
: [0] [Х (cenzored)]
Лает ветер на прохожих
белых, желтых, чернокожих,
В подворотнях остужая пыл.
Лихорадит всех до дрожи,
перекошенные рожи,
Как же этот чум людей постыл...

Нет ни дня без войн, насилья,
плачет небо от бессилья,
И снежит, снежит, снежит в душе....
07:59  05-12-2016
: [0] [Х (cenzored)]
МРОТ тебе в рот
или скажешь, наоборот?!
так кому из нас повезет
встретить этот новый год?

а ведь будет год петуха,
ты же сидевший,ха-ха;
так что сам понимаешь что и как,
когда у Снегурки ищешь ништяк.

на своих двоих пока мы оба,
на закуску только сдоба;...
08:30  04-12-2016
: [5] [Х (cenzored)]
...
08:26  04-12-2016
: [2] [Х (cenzored)]
Иван Петрович был не простым человеком. Ещё он был писателем. Взялся он как-то роман писать, причем писать его необычно, не так как все - обычными чернилами или же карандашом. Взялся он его писать невидимой пастой. Такой вот он был скрытный, чтобы даже муха не прочла что же он там пишет....
08:25  04-12-2016
: [6] [Х (cenzored)]
I
Я не надеюсь не на что,
Хочу лишь принести я вам тепло,
И пусть не плед, ни чай, всего то слово издалёка,
Но пусть запомниться надолго, навсегда,

Как запах розы зимней ночью,
Он закрывает разум до утра,
И греет сердце теплой речью,
Мой стих, который не прочтете никогда....