В бой идут одни старики.

Автор: Alexandr CHoo Остывающий песок. Мы сидим с Пашкой на детской песочнице и пьем вино «Кагор». Конец Августа. Первый час ночи.
-Оно кажется церковное – искрит знаниями Пашка.
-Оно не церковное, а хуевое и дешевое- вполне справедливо замечаю я.
-Хорошо что хоть не старое, а то бы отравились к ебеням уже. – подыгрывает он.
Мы смеемся на весь двор. Смех эхом отражается от уже почти заснувших хрущевок. И возвращается к нам уже маленькими остатками. Мы слышим эти обрывки, и снова ржем.
- Ну как пошли нахуй отсюда алкошня ебучая- Массивная фигура мужика на балконе издает этот пугающий спич.
До нас доносится лишь : …шня …чая.
- Чая? Ты хочешь принести нам чая? Дерзай задрот! – начинает ерничать во весь голос Пашка.
Тень мужика еще осталась на балконе тогда, когда тело уже семенит в трениках на улицу.
Я делаю глоток, корчусь и смотрю Пашке в глаза. В них оседает страх, белая пелена страха накрывает его земки. Мне как по цепочки передается это чувство животного ужаса. Но мы сидим дальше, потому что каждый боится сыграть в «терпило» и поэтому мы сидим подобно двум далбаебам и чего-то упорно ждем.
Я достаю сигарету «винстона» и начинаю курить. Дверь дома с которого кричал тот амбал открывается и из нее выбегает этот обиженный гладиатор. Я уже было хочу «встать на ногу», но Пашка ни с того ни с сего начинает рвать, красным церковным вином. Я почему то вспоминаю фильмы про экзаржизм и людей одержимых дьяволом.
Тем временем качок в тельнике уже бежит в наше личное пространство с залитыми кровью глазами и арматуреной подобранной на скорую руку.
- О!!!! да у нас тут герой нарисовался! – вставляет Пашка, чередуя человеческую речь с изгнанием своего внутреннего дьявола. Его слова как допинг ускоряют нашего вполне ожидаемого гостя.
По внешним признакам этот конь напоминает помесь вдвшника и работника МЧС, хотя эти определения скорее взаимосвязанные, нежели взаимоисключающие друг друга. Он большой, очень большой, в красивых белых красовках . И какого спрашивается хуя я сейчас оцениваю его красовки?!
Я встаю с лавочки, что бы сказать: Бро, не сердись, мой друг изрядно перепил, мы сейчас уйдем, ну реально уйдем.
Все это бы я конечно сказал если бы не четкий боковой в челюсть. В верхнюю. Которая почему-то пришла в движение, хотя во всех учебниках сказано, что она статична. Уже на коленях я вдруг подумал, что он нас убьет: от этих мыслей меня отвлек удар с пыра в живот. Которым он «проткнул» меня, словно шпагой. Ах зачем я так много читал книг про Д’артоньяна, и почему в них не написано что если на тебя движется дурмашина нужно съебываться, а не играть в дипломатию.
Я в ногдауне. Лежу. Выплевываю свои зубы. Кровь брызжет из носа. Глаза вздулись как шарики с гелием. И поэтому то что делает эта «Зубная фея» с моим острым на язычок другом, вижу достаточно смутно.
Но судя по частоте кулачных фрикций, моему другу,( который по совместительству сегодня подрабатывает грушой) сейчас не совсем комильфо. Я всматриваюсь в движение его кулаков, и моя голова начинает кружиться, валюсь в песок.
***
Два часа ночи. Песок вперемешку с намими резус факторами и мы спина к спине, как в старых голливудских боевиках. Я смотрю на свои молочные зубки, которые уютно лежат на моей ладошке. Пашка хнычет и говорит, что его папа убьет этого хуесоса.
З.Ы Чуть не забыл мне 9, а Пашке 10 лет.
Alexandr Choo
Specially for Дэвид [Духовный] у которого сегодня д.р.