Важное
Разделы
Поиск в креативах
Прочее

Графомания:: - Маленькая девочка

Маленькая девочка

Автор: DiscoPig
   [ принято к публикации 22:11  18-07-2010 | Х | Просмотров: 400]
Сырую, вязкую тишину серых стен подъезда нарушили чьи-то шаги. Это поднимается он. Его настоящее имя никому не известно, его знают лишь эти стены, на которых он пишет черные числа. Подъезд дал ему имя Один, может потому, что он всегда приходит один, а может из-за бесконечной череды одиночества, черного, неровного, нервного, нарисованного на стенах.
> > Он поднимается все выше, медленно, как бы ощупывая подошвами своих ботинок каждую ступень, живущую в ожидании его шагов.
> > Один думает сейчас о Пятнадцатом этаже с его искалеченным временем балконом, на котором все еще живет признание, представляющее собой уже выцветшее: «Света-маленький медвежонок! Люблю!»
> > Этот балкон давно уже заменил Одину дом и друзей, став для него местом, где он мог отречься от всего мирского и мерзкого, всецело отдавшись желтому дыму отчаянного, скоротечного счастья.
> > Один был выше этого города с его людьми-куклами и крохотными игрушечными домами. Лишь облака были ему под стать, облака, которые, он верил, соединятся однажды в целое небо.
> > Выйдя из полумрака лестничных площадок на освещенный весенним солнцем балкон, Один невольно прищурил глаза, глаза-зеркала, отражающие небо. Он всматривается куда-то вдаль и с минуту стоит совсем не двигаясь и, кажется, даже не дыша. Неожиданно оборачивается и бросает взгляд на меня. Я — стена, исписанная числами. Как я люблю, когда он вот так на меня смотрит, а потом проводит по мне своими длинными, тонкими пальцами+Что он ищет здесь? Один садится на холодный бетонный пол и облокачивается на меня. Я чувствую легкое прикосновение его позвонков. Я не вижу его лица, но знаю: сейчас он курит, выпуская желтый едкий дым. Увы, не в моих силах сдвинуться с места, чтобы обнять своего любимого, такого же одинокого как я. А ведь когда-то здесь собиралось много людей+ Они кричали и смеялись, вдыхая все тот же дым, говорили что-то, перебивая друг друга+Я помню, я все еще помню эти юные голоса.
> > Вспышка фотоаппарата в руках Одина и девушка, закрывающая лицо руками. Один часто приходил с ней, рассказывая ей то, о чем думает сейчас. Они играли в облака, рисуя в небе невероятные образы, а порой узнавая самих себя, и держались за руки, крепко, словно боялись потерять друг друга. Никогда не отпускай мою руку.
> > Один совсем забыл обо мне, он не рисовал уже черных чисел и не дарил мне больше желтого дыма. Изо дня в день я жила лишь ожиданием, я ждала их, и они неизменно приходили, такие свободные и любимые. Четырнадцать дней безмятежного счастья.
> > Однажды небо стянулось в одно огромное серое облако и заплакало. Так начались дожди, а они исчезли. Прошло немало времени прежде чем я снова услышала+шаги, тихие такие, обреченные. Девушка пришла одна. Нужно просто закрыть глаза и тогда не будет больно+Опустив ресницы, она прыгнула.
> > С тех пор Один снова стал приходить ко мне, мы проводили множество часов наедине, и до этой минуты я думала, что так будет всегда. Но сегодня идет дождь и я знаю: мой любимый пришел, чтобы попрощаться, и оставив на мне последнюю черную цифру один, уйти навсегда. Нет, не уйти, улететь как улетела она, чтобы найти ее в небе или узнать черты ее лица в парящем облаке.
> > Я — одинокая серая стена Пятнадцатого этажа, которая оплакивает каплями последнего дождя своего юного Одина. Насквозь изъеденная одиночеством, я жду. Жду шагов, которые разрушат эту мертвую тишину+
> >
> >
> >
> >
> > Тринадцать
> >
> > Так холодно, ветрено, что мой несуществующий зонтик вырывает из рук. Он лежит покинутый, на асфальте, и как губка впитывает дождь. Хочется шоколада+и чтобы губы коричневые, пальцы сладкие, чуть горьковатые облизать. Вот сейчас сяду посреди улицы и заплачу, как маленький ребенок, потерявший где-то в толпе маму. Осень сегодня, осень+ А вчера шел снег, значит была зима. Время идет в обратную сторону. Короткая+ Пронеслась мимо, как машина на полной скорости, и обрызгала грязью мои любимые джинсы. Только вчера постирала.
> > Пойду домой и разобью банку с молоком или каким-нибудь вареньем, измажусь вся и лягу спать. Утром проснусь липкая и сладкая как сон+ И никаких страхов. Даже грязный переход, пропахший чужими словами, не напугает. Шаги сзади всего лишь эхо чьей-то жизни. Топ-топ. Быстрее, еще немного+достаю ключи+лестница+третий этаж+ мать вашу, я не хочу здесь жить+ключ в замочную скважину+а вот и моя берлога+сумрачная даже днем. Окна моей комнаты выходят на север, да и тяжелые темные шторы на них никогда не раскрываются+ Даже не знаю сколько здесь пыли скопилось, но судя по тому, что у меня снова началась аллергия, много. Свет существует сам по себе в холодильнике, в котором, кстати, ничего нет, кроме двух банок с молоком и вареньем.
> >
> >
> >
> > Двенадцать
> >
> > Моя берлога живет в замедленном ритме биения сердца. И никаких часов с их душераздирающим тик-так, отмеряющим тебе жизнь. Сколько осталось до смерти? А до любви? Дышу, а иногда становится страшно, вдруг забуду как это делается. И тогда я набираю воздуха полную грудь, чтобы подольше прожить.
> > Тяжело просыпаться со знанием того, что ничего не меняется. Здесь все так же темно, что не видно стен, на которых все ночи напролет я рисую акварелью+ Интересно, а что я рисую? Вот бы хоть раз посмотреть. Одну секунду. Две. Тик-так. Нет. Зачем тогда жить? И я, перепачканная краской, ложусь спать, но каждый день просыпаюсь. Сегодня.
> > И сегодня я тоже проснусь сегодня.
> > Выйду на улицу, вспомнить, что такое свет и цвет, помимо черного. Не очень хорошая идея, поверь мне. Хоть раз посмотри на себя в зеркало, отражаешься ведь+А, это ты, маленькая дрянь+У тебя на лице много засохшей краски. А какие цвета? Красный, оранжевый, голубой, а в уголках губ черный и зеленый. А ты, какая сейчас ты? Маленькая, совсем не выросла+ На мне кружевное, вишневое платьице, два беленьких бантика и башмачки лаковые с золотыми пряжками. Маленькая девочка, где ты сейчас? Подглядываешь за мной из-под двери+ А в зеркало все равно не посмотрю! Буду сидеть в этой комнате, пока что-нибудь+кто-нибудь+не знаю+СЛУЧИТСЯ. У него тоже была темная комната. Но его нет рядом со мной. Ни звука, и письма мои улетают в трубу, а может в огонь. Интересно, куда попадают неотвеченные письма? Они становятся снегом и падают на землю. Так много снега, так мало тепла. А той весной было солнечно, и даже дождь был каким-то летним+ Ты стоял у входа в цветочный магазин и слушал плеер. И я, почти пройдя мимо, подумала, что именно сейчас хочется музыки. И повернув голову, увидела тебя. Остановилась и посмотрела в твои голубые глаза. Что же делать, не стоять же вот так посреди улицы, изучая тебя+ Подумаешь еще, что я не в себе+И пока я терялась, ты протянул мне на своей ладони наушники. Хотелось побежать. Мои мысли оказались беззащитны под натиском чужого сознания.
> > — Это Radiohead+
> > -Cпасибо, — сдалась я и приняла дар из твоих рук. Долгожданная музыка влилась по барабанным перепонкам в мой мозг и заполнила там все пространство.
> > — А ты всегда так делаешь?
> > -Мне нравится твоя рубашка
> > -Я держу тебя за руку.
> > — Это приятно
> > -А как думаешь, кому из нас приятнее?
> > -Зачем ты это спрашиваешь?
> > -А зачем ты здесь?
> > -Чтобы спасти тебя.
> > И в этот самый момент началась весна. Мы спаслись от зимы, держась за руки, не тронутые лезвием, пропахшие сигаретами. Вот сейчас едем в автобусе и едим шоколад, смеемся как дети над каждым сказанным словом. Ловим ртом один воздух, который и существует только для нас. Хочется забраться тебе в голову и узнать о чем ты думаешь+ Посмотреть на себя твоими глазами, узнать, изучить тебя изнутри. И как только я об этом подумала, пришла маленькая девочка. Она стала сжимать меня в своих пухленьких ручонках, пока я не превратилась в маленькую капельку крови и просочившись в твой мозг, сквозь волосы, кожу и череп, стала ждать.
> >
> >
> > Одиннадцать
> >
> > Привет. Как твои дела? А знаешь, я тебя вижу, хотя нет, не вижу, знаю. А они только видят+Боялся сегодня, что никогда уже не будет твоих пальцев у моих губ. Но ты здесь и я знаю тебя, чувствую внутри+ И жду+ Все это странное время+ Все это непонятное время+ Все это долгое время.
> > Я здесь. А ты где? С тобой. Навсегда?
> > — А справка у тебя есть?
> > И я вынуждена уйти из твоего мозга, оставив лишь маленькую капельку крови.
> > — Какая справка?
> > — О том, что никогда не подаришь свои руки другим, не прикоснешься губами к чужим губам, кроме моих.
> > — Ты хочешь быть моим богом?
> > — А ты станешь мне поклоняться?
> > +++++++++++++++++++
> > Автобус резко затормозил, и я решила, что это хороший повод уронить голову тебе на плечи. Осторожно, нервными руками, ты тронул мои волосы, поднес к ним свои губы и нежно поцеловал.
> > — Хочу знать, что ты есть.
> > — Я — капля крови в твоем мозгу.
> > — Существо с другой галактики.
> > -А сколько их всего?
> > — Две. Левая и Правая.
> > — С какой из них прилетел ты?
> > -С Правой+
> > — А я?
> > И глубоко вдохнув аромат моих волос, ты произносишь:
> > — Левая галактика.
> >
> >
> >
> >
> > Десять
> >
> > Мы поднимаемся на пятнадцатый этаж, принадлежащий одной из бетонных коробок этого города.
> > На черном небе белые облака и я целуюсь с дождем. Губы чужим губам не отдам. Не уходи. Играем в облака. Их два среди миллионов других. Куски ваты, размазанные по стеклу. Они плывут навстречу друг другу. Медленно.
> > — Как думаешь, они соединятся?
> > — Думаю, да+
> > Страшно, а вдруг мы умрем.
> > Холодно, но ты закрываешь меня от ветра. И мы шагаем по асфальту, а люди нас ненавидят. Я ищу твои руки в темноте, сжимая крепче, сильнее, до хруста, до треска+
> >
> >
> >
> > Девять
> >
> > Такая маленькая девочка хочет меня убить. Во всех глазах я вижу эти ее лаковые туфельки с золотыми пряжками +и платьице цвета спелой вишни. Нет. Засохшей крови. Кого ты убила на этот раз? Ты больна. Почему? Не умылась еще. Воды хочется с его кровью. Соленой. Я сегодня чай пила и перепутала сахар с солью. Вы дали мне жизнь. Почему ты снова приходишь ко мне? Я хочу знать. Ведь ты была мертва, я сама видела твое пудрой осыпанное лицо. И ресницы не трепетали. Ты умерла, маленькая бедная девочка, на осколках моего сердца. Ах, сколько цветов вырастало из твоего тела+ Бабочки на потолке. И я захлебывалась молоком ( " Это твой щенок, теперь он твой навсегда, и ты не хочешь, но считаешь его дни и года, и с каждым новым днем твоя любовь к нему растет, она станет огромной, когда он умрет" ) и слезами. Бежала по падающим листьям, а один, лежащий на мокром асфальте. Даже вскрикнул, лишь я наступила на него+ Крик счастья и последний выдох облегчения+ Листья, листья+ Страшно мне и маленькая девочка за спиной.
> >
> >
> >
> > Восемь
> >
> > Осенний лист задумал страшное. Он решил, что уже пора. Умереть. Ему стало холодно и неуютно на этой промерзшей, почти голой ветке и потянуло к земле. Между мной и землей не деиствует сила всемирного тяготения. А дерево уже не держало.
> > Лист ждал. Он жил в ожидании ветра, который сорвет его и унесет прочь. И он дождался. Поток воздуха, который создан лишь для этого, подхватил его и понес к неведомым далям. Вскоре лист упал и прилип к мокрому асфальту. Кто-то наступил на него, и он умер. Он знал, что так будет, он ждал этого.
> > А вы думаете, почему листья падают? А почему вы думаете, что они вообще падают? Они рождаются и ждут полета, летают и ждут смерти, а не смерть поджидает их. " Не к ней готовиться, а ее для себя готовить". Лист все знал, а мы только видели его, раздавленного подошвой чьего-то ботинка+
> >
> >
> >
> > Семь
> > Весна растворилась в желтом дыму и черных числах на стене. Была нежность и я знала, если разучусь дышать, ты отдашь мне свое дыхание. И хотелось верить, что убегающий от меня трамвай — не последний, он вернется еще, и когда откроются двери, ты протянешь мне руки. Я снова вижу тебя. Ты — Странное Созданье, подарившее мне музыку. Тонем вместе, тонем. Мы — две радиоголовы одной волны, пойманной весной. И мы убегаем сквозь толпу, целуя друг друга. Я не люблю людей. Они хотят нас убить. Вот и все. Просто держи меня крепче. Только ты можешь мне помочь. Улететь и не стрелять в крылья диких птиц.
> > Прячемся в сырых подъездах, зарываемся в уходящие одуванчики поздней весны+ Ищем друг друга на фотографиях+ Стоит лишь только прикоснуться к рисунку и поймаешь радугу. Дугу.
> >
> > Зачем?
> > ________________
> > Для чего?
> > ++++++++.
> > Рисуешь меня пальцами на стекле. И хочется сказать люблю. В темноте, закрыв глаза+ Но лишь дрогнут губы, я засмеюсь. Сквозь провода, в телефонной трубке услышу твой голос.
> > А маленькая девочка грозила мне пальчиком, упрекая в трусости. Еще рано, отвечала я и прогоняла ее небрежно взмахнув руками.
> > Запах невысохшей краски мешает сосредоточиться.
> > А у тебя не было запаха. От тебя никогда не пахло духами. Помню только запах чистоты, исходящий от твоего длинного вязаного свитера, который согревал меня в дождь.Я зарывалась в него лицом, прижимала к груди и засыпала.
> > А утром были поезда и пыльные перроны, и твои позвонки врезались в мои. Так странно и страшно встречать и провожать поезда. Ту-ту-ту-ту-ту-ту-ту-ту+Бьется проклятая железяка. Кто еще бросится к твоим ногам?
> >
> >
> > Шесть
> >
> > Черемуха цвела. Злая черемуха белыми цветами истерии опускалась в мои руки. Ослепленная вспышкой фотоаппарата в твоих руках, я поняла: ты и они все, заключенные в стеклянном колпаке, не слышите собственного крика, не видите собственной боли, только вдыхаете дым, и вас уже не видно за этой желтой пеленой, она съедает, поглощает в себя и не оставляет мне выбора.
> > Бегу, не разбирая дороги. Отчаянно ломаю ветки черемухи. Она падает на землю и ко мне в руки. Слезами разбиваю стекло и дарю тебе цветы истерии. Бросаешь в чужие руки.


> > Пять
> >
> > Тогда он решил спасти тебя. Я очень боялась этих лифтов и лестниц, уносящих на пятнадцатый этаж, черных чисел на стенах+ Как приговора. И тебе об этом сказала.
> > — Чего ты боишься больше всего в жизни?
> > — Ничего.
> > — А смерти?
> > — Нет.
> > Только мертвый не боится смерти.
> > Стояла посреди узкого коридора, отражаясь в бесчисленных зеркалах. Они отражаются в нас. Плакала. А ты, милый мой мальчик, упал на колени:
> > -Что с вами, милая моя? Почему вы плачете? Скажите, что мне сделать, чтобы не было этих слез?
> > — Не уходи, пожалуйста, не оставляй меня.
> > Опускаюсь на пол рядом с тобой, а ты сжимаешь мои руки, подносишь их к самым губам, и тихо-тихо:
> > -Не уйду.
> >
> > Четыре
> >
> > Ты ел с моей руки, а я приговаривала: " Ешь, птичка". И ты целовал каждый мой пальчик, а я запоминала каждое твое движенье и слово, брошенное в мою кожу. Они не смогут нас убить, у них есть все, а у нас — мы.
> > Мне хотелось умереть с тобой. Только так я представляла себе смерть+ Окурки чужих жизней, недокуренная сигарета чьей-то любви. Раздавлю, а вдруг загорится душа? Как тогда жить? Умирать как маленькая девочка в осколках собственного сердца? Нет. Лучше наступить на любовь. Больно? То-то же. Не успела сказать самое главное, именно тебе. За это сполна расплатилась твоим молчанием. Тонкая, натянутая до предела струна. Прикоснешься — больно, руки можно порезать. Кажется, вот сейчас сама разорвется. Она трепещет на ветру+Но+молчанье+ Тридцать дней молчанья и ожидания того, что оно порвется. Оно резало мои руки, но я уже не могла остановиться, подставляя лезвиям сердце и разум. Все изрезанно, исковеркано струной тишины+ черной лентой на моем левом запястье. И приговор поезда, уносящего меня от твоих глаз. Дальше+ Дальше+Ту-ту-ту-ту-ту-ту-ту-ту+л+ю+б+л+ю++.
> >
> >
> > Три
> > Иногда хочется курить. Много. До головной боли. Пить вязкий густой кофе, а лучше шоколад, пытаясь не запачкаться в страхе и не пораниться в боли. Когда я смотрю на небо, оно кажется мне высоким. Я не люблю его за это. Раньше казалось, можно протянуть руку и оно твое+ А сейчас — нет. Обороняется. Облака целятся и стреляют. И мы идем под землю. Вперед, в царство крыс и машин. Метро. Пчелиный улей, муравьиные норы. Я уже забыла как выглядит солнце и под стук колес научилась слушать музыку.
> > Стою, прислонившись к дверям с надписью: " Не прислоняться". Рядом девушка слушает музыку. Закрываю глаза. Станция. Чувствую запах апельсинов. Открываю глаза, а девушки уже нет. И где же апельсины?
> > Молчанье.
> > Да, что это с вами? — не успокаиваюсь я. А музыка все громче, волнами проходит сквозь меня, заставляя дрожать и вжаться в закрытые двери. Запах апельсинов. Только этот запах воспринимает мое обоняние. Снова станция. Все выходят+ Над ними такое странное зеленоватое свечение, обволакивающее и приглушенное темнотой тоннеля, остающегося позади. Я одна. Хочу выйти, но почему-то уверенна, что уже пыталась это сделать и двери захлопнулись. Еду по кругу. По замкнутому кругу моей опустошенности.
> > Жизнь — равноудаленные от настоящего моменты прошлого. Петля, затягивающаяся на твоей шее.
> > Память сильнее сиюминутных мыслей, она воспринимается отрывками из просмотренного кино, воспоминания прокручиваются в голове снова и снова и нет кнопки «Стоп», чтобы остановить эту безумную карусель. Слова, образы, лица, чей-то смех+ И я еду по кругу, я снова еду по кругу, и я опять еду по кругу+ по кругу+.
> > по кругу+.
> > по кру гу+.
> >
> >
> > Два
> >
> > Ах-х-х-х+. От этого головокружения хочется избавиться. Уйди, тварь из моего мозга+Оставь мое сознание тому, что от меня осталось или взорви эту пустоту, сгустками таящуюся в моем черепе.
> > Умереть просто. Две пули, два выстрела. Я убиваю тебя в мыслях и вижу, как сделаю это наяву. Тебя, которого в сущности уже нет. Образ вымышленный и извращенный моим больным сознанием. Я кричу, корчась в судорогах одиночества и беспамятства и ты вот здесь, в каждой клеточке моего мозга, бьешься в висках, пытаешься вырваться. Не отпущу. Закрываю глаза и иду за тобой, тенью обреченной на ожидание или смерть. Я убиваю тебя выстрелом в сердце. Ты красивый. Ты такой красивый ребенок. Бледно — покойный в своем бесконечном сне. Теперь ты не смотришь на других, а я была последней, увидевшей твои глаза. Даже ты не познал их. Вот видишь, я знаю о тебе больше, чем ты сам. Моя любовь исследует тебя изнутри, я везде, где ты есть, я чувствую, когда ты рядом, знаю твой запах+ И чувства мои обостряются, когда тебя нет, от этого болит все тело и тошнота подкатывает к горлу. Освободиться. Пускаю пулю себе в висок, туда, где пульсируешь ты. И мы, два юных, бездыханных тела, лежим на пыльном бетонном полу, одетые в красное. Томатный сок+ Клюквенный сироп+ Твоя рубашка мокрая от краски. Гуашь+ Акварель+ Мои волосы слиплись от крови. Хорошо. Сливаемся в одну кровь, дышим без дыханья, умираем одной жизнью и живем одной смертью. На двоих.
> >
> >
> >
> > Один
> >
> > Сон. Опять этот сон. Просыпаюсь. Пью зеленый чай с солью, морщась от отвращения. Иногда пишу тебе письма и собираю осень в конверты+ Сердце уже привыкло лежать осколками в глубине моего организма. А маленькая девочка вновь ожила. Приходит ко мне все чаще и чаще. Не успеваю дочитать до раз два три, она уже здесь. Прячусь от ее глаз, белых бантиков и тихого детского голоса, убегаю, но она снова настигает меня. Даже здесь, в этой комнате и с черной лентой на левом запястье, находит меня. Карманным фонариком светит в лицо, вливается в меня словами. Только бы ничего не видеть. Выколоть себе глаза. Не хочу перемен. Нет. Нет. Нет. (++++++++..) Уходи, девочка.
> > Уходи.
> > Уходи.
> > У
> > х
> > о
> > д
> > и!
> >
> >
> >
> > Теряю равновесие. Девочка чиркает спичкой. Спички детям не игрушка, разве тебя не учили?
> > Молчит, бросаясь искрами в мои шторы+ Они мгновенно загораются и исчезают, вылетая пеплом в окно.
> > Вспышка фотоаппарата в твоих руках. Слишком много света. Жмурюсь и из-под опущенных ресниц, вглядываюсь в стену, изрисованную красками. Вдаль расходящиеся линии, хаос цветов складываются в образ. Твой образ. Небесно — голубые глаза, тонкая красная линия губ, бледная кожа+ Смотришь на меня, словно я снова оказалась в той параноидальной весне. 10+11+12+13+14+1+16+17+18+19+20+21+22+23+24. (?!?) Мой май — боль моя.
> >
> >
> > Ты остался там, в стене моего одиночества. А я здесь. И мир разделился на две части. И в той половине, что принадлежит мне, я живу. Не играю в облака. Убегаю от тебя в зиму, чтобы успеть туда, где упадет снег, чтобы сбежать от маленькой девочки. И в побеге своем теряю черную атласную ленту, слишком долго жившую на моей руке. Пытаюсь поймать, но ветер уносит ее и зарывает в снег, где спят сладким сном осенние листья и целуются в губы.
> > Ты настигаешь меня. Да нет же+ Это не ты+
> > — Холодно тебе?
> > -Какого цвета мои глаза?
> > — Не голубого.
> > -Прости+Я не он+
> > — уходи! Зачем ты здесь?
> > — Чтобы спасти тебя+
> > Он протягивает руку и вырывает меня из плена слепого одиночества. Боже, как грустно. Я просто маленький щеночек, выброшенный кем-то за дверь. На шее у меня веревка. Но это не петля, а всего лишь поводок. Я так хочу, чтобы меня приручили+
> > В этой зиме больше нет пятнадцатых этажей( привяжи меня к своим рукам)
> > И только густой желтый дым с горьковатым привкусом паранойи не дает мне забыть, что где-то есть ты(смотри как я люблю тебя+приручи меня) да маленькая девочка между нами топчет, превращая в снег, цветы истерии+


Теги:





1


Комментарии

#0 15:53  19-07-2010дервиш махмуд    
вот эти значки >> чо означают?
#1 15:55  19-07-2010STEBO    
это, кажется.нашивки на рукаве… у нквдэшников там…
#2 15:56  19-07-2010тихийфон    
это клювы гусей, выч о?!
#3 16:05  19-07-2010STEBO    
аааа… гусей гонют… ладно, мы обождем, покурим пока…
#4 17:50  19-07-2010Волчья ягода    
это еще что за танцующая свинья с иероглифами?
#5 19:51  19-07-2010Шева    
Не осилил.
#6 21:02  19-07-2010дважды Гумберт    
любопытный тегзд для фриков и извращенцев. не поленюсь, сделаю небольшую выборку:
*Один невольно прищурил глаза*
*Я стена, исписанная числами*
*Я чувствую легкое прикосновение его позвонков*
*Опустив ресницы, она прыгнула*
*Утром проснусь липкая и сладкая, как сон*
*А, это ты, маленькая дрянь. У тебя на лице много засохшей краски*
*Маленькая девочка, где ты сейчас? Подглядываешь за мной из-под двери*
*Воды хочется с его кровью. Солёной*
*Бежала по падающим листьям*
*Сердце уже привыкло лежать осколками в глубине моего организма*
Свинка, не учись писать правильно. Не фильтруй эмоций. Главное, различай и выцеливай своего читателя.





#7 21:47  19-07-2010castingbyme*    
осилила начало и в середине частично. Скучно…
#8 03:48  26-07-2010Лев Рыжков    
Чота говно какое-то. До цифры 12 осилил.

Комментировать

login
password*

Еше свежачок
16:58  08-12-2016
: [2] [Графомания]

– Мне ли тебе рассказывать, - внушает поэт Раф Шнейерсон своему другу писателю-деревенщику Титу Лёвину, - как наш брат литератор обожает подержать за зебры своих собратьев по перу. Редко когда мы о коллеге скажем что-то хорошее. Разве что в тех случаях, когда коллега безобиден, но не по причине смерти, смерть как раз очень часто незаслуженно возвеличивает опочившего писателя, а по самому прозаическому резону – когда его, например, перестают издавать и когда он уже никому не может нагадить....
19:26  06-12-2016
: [43] [Графомания]
А это - место, где земля загибается...(Кондуит и Швамбрания)



На свое одиннадцатилетие, я получил в подарок новенький дипломат. Мой отчим Ибрагим, привез его из Афганистана, где возил важных персон в советском торговом представительстве....
12:26  06-12-2016
: [7] [Графомания]

...Обремененный поклажей, я ввалился в купе и обомлел.

На диванчике, за столиком, сидел очень полный седобородый старик в полном облачении православного священника и с сосредоточенным видом шелушил крутое яйцо.

Я невольно потянул носом....
09:16  06-12-2016
: [14] [Графомания]
На небе - сверкающий росчерк
Горящих космических тел.
В масличной молился он роще
И смерти совсем не хотел.

Он знал, что войдет настоящий
Граненый во плоть его гвоздь.
И все же молился о чаше,
В миру задержавшийся гость.

Я тоже молился б о чаше
Неистово, если бы мог,
На лик его глядя молчащий,
Хотя никакой я не бог....
08:30  04-12-2016
: [17] [Графомания]

По геометрии, по неевклидовой
В недрах космической адовой тьмы,
Как параллельные светлые линии,
В самом конце повстречаемся мы.

Свет совместить невозможно со статикой.
Долго летит он от умерших звезд.
Смерть - это высший закон математики....