Египетские вечера

Автор: Kaizer_84 Пам-пам-пара-рам-пам. Пальцы выстукивали на руле примерно такую мелодию.

Саша стоял в огромной пятничной пробке и рассеянно слушал радио. Там ведущие уже полчаса зачитывали с различных сайтов прогнозы погоды, и ни один из них не обещал хорошего.

Жара не спадала третью неделю, от нее болела голова, и портилось все, что было к тому способно.

Шопеном зазвонил мобильник.

- Ну, где ты? Мы уже собрались.

- Я тут, похоже, в пробке застрял, часа на полтора… Может купить чего, когда выберусь?

- Не знаю, я сейчас у народа спрошу… Да вроде ничего пока не надо, я перезвоню, если что.

По пятницам они с Женей обычно ходили в гости. Сегодня был очередной «египетский вечер» у их общего (теперь уже) друга Славы Чиркунова.

Женя с ее довольно замкнутым характером не особенно привлекала людей, но при этом ей время от времени до одури требовалась компания. У Саши выходило скорее наоборот. Он легко обрастал связями, которые были в принципе ему не очень-то и нужны, особенно в последнее время.

Пробка рассасываться не желала.

Саша от нечего делать огляделся по сторонам. В соседнем ряду одна из машин на глазах превращалась в эпицентр семейной ссоры. Мужчина и женщина средних лет увлеченно и со вкусом орали друг на друга. Он не слышал голосов, но слова легко читались по губам.

Глядя на все это, Саша почему-то вспомнил детство – когда по каким-либо поводам между ним и матерью возникала ссора, она обычно кричала ему нечто вроде – не нравится тебе, ну и убирайся. Еще раньше она также кричала отцу. Словно он и отец были какими-то пришлыми, извне ей кем-то навязанными.

Он очень четко воспринял тогда эту простую формулу. Не нравится – уходи. Да и отец в результате тоже ушел.

Мобильник зазвонил вновь. Слава.

- Слушай, Санек, я забыл купить табак для кальяна. Беда какая-то просто. Какой же египетский вечер без него. У нас прямо рядом с домом магазин, ну ты помнишь.

- Конечно, нет проблем, — сказал Саша, не отрывая взгляда от скандалистов, — как только, так сразу.

«Египетские вечера» он любил за то, что мог на них присутствовать чисто номинально и думать о своем.

Обычно они просто сидели дома у Славы, курили кальян, негромко играла восточная музыка, велись ленивые разговоры, которые в основном сводились к обсуждению совершенно тривиальных планов и общих знакомых.

Саша отлично умел попеременно включаться (чтобы удостовериться, что ничего не изменилось, и все одно и тоже) и опять отключаться, уходить в себя.

Наконец, пробка рассосалась. На удивление почти мгновенно, как будто невидимому вредному демиургу просто надоело баловаться.

Саша добросовестно заехал за табаком и влился в долгожданную псевдоегипетскую атмосферу.

Но в этот раз приятно подремать под одеялом лживой заинтересованности не получилось.

Его выдернули из задумчивости буквально через двадцать минут.

Женя смотрела на него удивленно, явно требуя какой-то реакции.

Саша понял, что его замаскированное отсутствие раскусили.

- Прости, задумался. Что я пропустил?

Слава на минуту закашлялся (а кальян между тем был очень хорош) и сказал:

- Я свалить решил. Куда-нибудь в Европу.

Саша все еще не понимал проблемы.

- В смысле так, потусить?

- Да нет, не на отдых, а жить.

Вот так. Даже не «пожить», а «жить».

- В смысле как – насовсем?

- Не знаю, желательно бы да.

Дальше все охали и ахали, ничего интересного.

В мелких делах и заботах пролетело несколько недель.

Ночами Саша часто никак не мог уснуть. Лежал и думал о том, смог бы он вот так все бросить и куда-нибудь уехать. Изменить свою жизнь в корне. До сих пор ему казалось, что все в ней решается по большей части благодаря лени или случаю.

Школа рядом с домом. Институт потому что так хотела мама и у нее там были какие-то связи – сам он не знал, чего хочет, да и учился слишком средне, чтобы особенно протестовать. С Женей вообще смешно. Его как-то позвали на ночную вечеринку, которую организаторы – шутники решили устроить на крыше огромного заброшенного склада. Никому, кроме бомжей и пьяной молодежи ненужное здание было все в дырах – падение туда как минимум кого-то одного из собравшихся было лишь делом времени.

Упала в итоге Женя. И пока все остальные стояли, разинув рты, он с чего-то прыгнул туда, в эту чертову дыру. По счастью, свалились они оба не на бетон, а на гору песка. Дальше она ходила везде за ним как привязанная и топила в своей вязкой благодарности. Придумала себе, что это он от огромной тайной любви. А на самом деле влюбляться в Женю он и не думал. Прыгнул скорее ради эффекта, чтобы покрасоваться. Все и правда офигели, но толку-то…

Работа… Работа тоже нашлась как-то невзначай, можно сказать подвернулась.

Многие его знакомые трудоустраивались минимум по полгода, все им было не то и не так.

Саше же легко отдался в мерное тиканье первого попавшегося офисного пространства.

9-18, 9-18, 9-18….

В одну из ночей ему настолько не спалось, что он решил выйти на улицу и подышать воздухом, благо за окном хоть немного похолодало. Женя крепко спала, и его ухода, кажется, не заметила.

Во дворе было вроде и как всегда, а вроде и как-то иначе.

Обшарпанная лавочка. Мелкий дождь. Звезды на небе. Мокрый бродячий пес.
По коже – мурашки.

Саша успел сделать всего пару затяжек, как зазвонил мобильный.

И зачем я его взял, идиот, — выругал он сам себя. С другой стороны, оставь он его дома – и звонок разбудил бы Женю, что тоже плохо.

Звонил Слава.

- Слушай, Санек, извини, что так поздно, я просто вспомнил – у тебя ведь кто-то есть из родственников ветеринар? Я не путаю?

- Мама моя ветеринар, и что?

- Санек, надо помочь на эту тему хорошему человечку. Проблемка тут одна приключилась….

Саше показалось, что на заднем фоне из телефона слышны какие-то сдавленные всхлипы. Видимо, всхлипывал тот самый «хороший человечек».

- Надо – поможем. А ты, мне кажется, никуда уже и не едешь, да, Слав?

Саша не хотел специально глумиться, но последняя фраза сама собой вышла довольно саркастичной.

- Это здесь причем? — буркнул в трубку Слава, — не знаю, может и не еду.

- Короче, скажи человечку – чем можем поможем…..

Слава еще что-то неразборчиво гаркнул, и отключился.

А Саша раскурил уже почти затухшую было сигарету и ощутил, что тяжелые мысли пусть и временно, но отступили.

Дождь пошел сильнее.

Пам-пам-пара-рам-пам – весело падали капли.