Передовица

Автор: Шлёма Кацхен Некоторые женщины позиционируют себя ангелами. И у них действительно есть крылья. Иногда. В трусах. От Олвейса.

Люди обеих полов склонны к блядству, это нормальная человеческая сущность. Блядство бывает разным, осознанно-открытым и мутируемо-сдерживаемым. Всякое оно бывает. Мне ближе то что выпускается на волю без стеснений, глупых предрассудков и мыслей «а что обо мне подумают?», потому что ничего хорошего могут и не подумать.

Одна знакомая гражданка металась в сомнениях, как захомутать мужчину. Мужчина, надо признать, был шикарен, весь из себя джентльмен, всё при нем, включая жену, регалии, возможности, жажду приключений и вероятность постоянных обоюдоприятных отношений. Девичья мечта.

Знакомая гражданка долго металась, хотела-мечтала, но боялась выглядеть блядью, т.е. не угодить. По ее разумению, джентльмену само собой требуется приличная леди. То что леди и бревно не синонимы, моя знакомая гражданка в расчёт не брала, но старательно водила джентльмена за нос, пользуясь его возможностями и не торопясь принять горизонтальное положение.

Джентльмен пылал половым интересом, немного искрился и настаивал на ночи любви, моя знакомая гражданка немного еще поломалась и согласилась. Явившись на свидание в странной части гардероба, с потупленным взором монашки, которая почти без греха. Морковь, которой монашка услаждала все годы свое лоно, в расчет само собой не берется.
Вино, свечи и прочая романтика. Поцелуи, объятия и жаркий шёпот. Одежда потихоньку слетает с тел и вот на моей знакомой гражданке остается последний бастион – странная часть гардероба.

Трусы моя знакомая гражданка выбрала невинные. Хлопковые рейтузы с принтом из газетной страницы. Джентльмен охуел, но виду не подал и увлеченно начал читать текст на этом мануфактурном чуде. Долго и вдумчиво читал, не проявляя полового интереса. Потом взял себя в руки и прикрыв глаза, силой мысли вызвал эрекцию и решил провести всякого рода манипуляции.

Моя знакомая гражданка решила, что произведенного эффекта избы-читальни для ее полноценного образа приличной леди недостаточно и вспомнив английские традиции возлегла недвижимым бревном. Лежала она так недолго, джентльмен попыхтев некоторое время над ней, не ощутил ответной реакции, ни тепла, ни стона, ни движенья, некоторое время еще вызывал зрительные образы, а потом окончательно утомившись в борьбе за эрекцию в недружественных условиях скотомогильника, вызвал моей знакомой гражданке такси и выпиздил ее в ночь, не по джентельменски буркнув в спину: «Пизда библиотечная».

В расстроенных чувствах знакомая гражданка пригнала это такси к моему дому, решив излить свою боль про джентльмена, его неджентльменское поведение и личный проёб в расчётах. Я выслушала всё и заинтересованно попросила показать трусы с газетным принтом. Мне не отказали, я посмотрела и сказала «И правда, пизда библиотечная».

Теперь у меня на одну знакомую гражданку меньше.