Важное
Разделы
Поиск в креативах
Прочее

Снобизм:: - Путь райдера. Фрагменты 1

Путь райдера. Фрагменты 1

Автор: Замеховский
   [ принято к публикации 11:58  19-11-2010 | Эдуард Багиров | Просмотров: 657]
Волна пришла нескоро, я коротал ожиданье тем, что катался на виндсерфинге, таская к воде, наверное, тот же самый тяжеленный прибор, что и десять лет назад. Потом, позаимствовав на своем охраняемом объекте неюзанный мустанговский рангоут, я бродил с тихими ветрам июня по заливу, наблюдая, как томятся под солнцем тополя и маслины.

Но любое ожидание заканчивается. У кого — то разочарованием, а кто- то переупрямливает и само время. Я переупрямил! После дня моего рождения море сжалилось. Я проснулся ночью, пищал комар, его я точно помню, услышал первым, а вслед за ним разобрал гул и грохот. И все.

Все остальные звуки — урчащий на кухне старенький холодильник «Днепр», беседа припозднившейся парочки под окном, ропот шелковичной аллеи — все исчезло; моё сердце, вся та вода, из которой я состою на семьдесят с каплями процентов, настроилась на ту, другую горько-соленую воду, расходящуюся от очерченного луной горизонта могучими белопенными линиями. Стадами, табунами мустангов! Единорогов, которых мне предстояло оседлать. Вся вода во мне возмутилась и вздрогнула, и пошли волнами мои мысли, и не мог я больше спать. Едва долежал до рассвета на сбитых в ком простынях.

Теперь-то я точно знаю, когда говорят, будто закипает кровь – это неправильно, это вода возмущается в человеке, она самая. Та самая, над которой носился дух Божий в начале времен.

И сейчас, в яростных от простора и ветра утренних лучах Солнца, эта вода клокотала и ходила во мне ходуном. Я, стоящий на пирсе и плачущий брызгами, солеными, как слезы! Я ждал, и я дождался!

Но вот загораются синие воды
Субтропической широты.
На них маслянисто играют разводы,
Как буквы «О», как женские рты…

О, океан, омывающий облако
Океанийских окраин!
Даже с берега, даже около,
Галькой твоей ограян,

Я упиваюсь твоей синевой,
Я улыбаюсь чаще,
И уж не нужно мне ничего –
Ни гор, ни степей, ни чащи.

Недаром храню я, житель земли,
Морскую волну в артериях,
С тех пор, как предки мои взошли
Ящерами на берег.

И. Сельвинский


На воротах «Рапаны», покрашенных шаровой корабельной краской, огромные запасы которой, сворованной с завода, до сих пор густеют у Алексеича под верстаком, висел изученный мной до мелочей огромный, аккуратно смазанный замок! Никогда еще во мне вид запорного устройства не вызывал такой ярости! Я был готов разорвать на клочки Алексеича — за то, что он этот замок так заботливо смазывает, Тренера — потому, что он каждый вечер его запирает, а Пионера с Рыжим и всей его «пожаркой» — просто заодно.

Впрочем, метался я перед воротами недолго. Сломя голову я понесся к Тренеру домой; не останавливаясь, преодолел без малого километровое расстояние в спринтерском режиме, влетел в тренерский подъезд, и начал жать на кнопки всех звонков у его двери!

Всех, потому что кнопок всего-то имелось две – одна как у обычных людей, круглая с кнопкой, справа от косяка, белая и очень заметная; вторая, в которую звонили только члены клуба – секретная, с особой трелью, ловко замаскированная под гвоздик в стене.

Предательская дверь долго не открывалась, потом за ней послышались какие-то невнятные звуки и, наконец, её открыла Ульяна – тренерская дочь, ей тогда было лет десять–одиннадцать, однако, она уже отличалась мудростью и олимпийским спокойствием, замешанными на своеобразном чувстве юмора, частью унаследованном от родителя, частью свойственном ей самой.

Поэтому она, увидев мою покрасневшую перекошенную физиономию, ничуть не удивившись, поинтересовалась:

- А может ты — козявка?

Эта фраза, как и мультфильм, из которого она была позаимствована, рассказывающего про муравья, долго и трудно возвращавшегося на свою родную березу, были у нас тогда очень популярны.

- А, может, ты? – прохрипел я, и с еще большим трудом выдавил: — Попить дай.

Ульяна просеменила на кухню; дверь спальни отворилась, и заспанный Тренер возник на её пороге вместе с вопросом:

- Ты че, дурень?! Или, может, ты – все-таки, козявка?
- Там волны, Олег, пошли скорее, «Рапана» закрыта, пошли! – запричитал я, игнорируя дурней и козявок.
- Да, тише, ты, не ори, Инна спит, я еще зубья буду чистить. Уля, дай чего-нибудь поесть. А ты иди в комнату, — распорядился Тренер, — телевизор посмотри.

Вконец сломленный этой задержкой, необходимостью смотреть проклятый телевизор, хихикающей над моим горем Улей, я, было, собрался уже пройти в комнату, как вместе с тучей едкого цигарного дыма в коридор с балкона вплыл Алексеич, который у себя дома был неизменно вежлив, внимателен и гостеприимен. Увидев меня, он поинтересовался:

- О, э! Ну, что там? – и благожелательно чуть склонил голову набок.

Узнать — «что там», — Алексеич так и не успел, потому что Ульяна вдруг принялась чихать, и он юркнул в свою комнату, унося с собой табачные миазмы.

Пока Тренер вычистил все свои зубы и собрался, начало хмуриться небо. От яркого солнечного утра не осталось и следа, и шторм разыгрался не на шутку.

Пионер нес службу в Севастополе, Рыжий спал в своей «пожарке», поэтому свидетелем спуска меня и моего бодиборда на воду, помимо Тренера был только Женечка — «Виноградный столбик», прозванный так за то, что на виндсерфинге в ветер любой силы держался необычайно прямо.

Долго и по всем правилам я облачался в гидрокостюм неограниченного пользования, тщательно перешитый из советского «гидрика» под названием «Чайка». Впрочем, он сохранил все чудесные свойства «Чайки»: поднять в нем руку или нагнуться было весьма затруднительно, потому что сработан он был из необычайно жесткой резины. Для чего я его надевал летом при температуре воды в плюс двадцать два градуса, я сейчас не понимаю; для антуража, скорее всего, и вящей солидности.

В конце концов, когда мы вышли из «Рапаны», море перед нами так и рвалось из берегов, заливая парапет, и Тренер сказал:

- Прыгай с пирса, и отгребай в сторону «Рапаны», а я пойду вдоль берега, и покажу тебе точку старта.

Дело принимало серьезный оборот: прыгать с пирса в шторм человеку, у которого после был только один выход из воды – через прибой, мимо волнорезов и всяческого железного хлама, набросанного еще в войну немцами по всему берегу, со временем сползшего аккуратно в прибойную полосу… Но разве я думал об этом? Я несся по пирсу, пригибаясь под водяными струями, в которые разлетались волны, ударившись о трехметровую бетонную стену.

Добежав до конца пирса, я натянул ласты, перелез через перила, и встал — уже ничем не отделённый от гула и кипения.

Теперь, отгороженный мокрыми насквозь проржавевшими трубами от надежного берега, от всего того, что любому живущему придает уверенность в своих силах, я один на один стоял перед бушующим морем, и — испытывал восторг! Восхищение перед новым, грядущим его постижением. Мне было страшно, но ужаса не было, я хохотал вместе с ветром, а возникавшие позывы страха мне просто хотелось перебороть и преодолеть. И я прыгнул в отходящую волну!

И уже под водой, ещё не вынырнув, усиленно стал грести ластами, отплывая прочь от пирса, от его густо поросших мидиями свай, о которые разъярившаяся стихия размозжила бы всякого – дерзкого или неумного.
Наконец, я всплыл, подтянул «бодик», прикрепленный ко мне шкотиком через сделанную Тренером «манжету», и, усиленно работая ластами, погреб в сторону «Рапаны», забирая немножко выше, мористее, чтобы меня не снесло течением на волнорез.

Плечом взрезаю синь, безумствую на воле
В прозрачной, ледяной, зеленоватой соли.

В. Рождественский

Тренер уже стоял на крыше клуба; рядом торчал Женечка — «Виноградный столбик». Первая задача была решена: я уже видел, где мне нужно преодолевать течение, чтобы успешно стартовать, но передо мной стояла еще одна задача, не менее важная: я должен был найти ту высокую относительно берега точку, где волны еще не превратились в пену, но уже имеют достаточный склон, чтобы соскользнуть с него.

Три или четыре выбранных мною волны я не взял, опаздывал, да и сносило меня сильно в хаосе «ветровой каши». Потом я высмотрел водяную спину волны, мало чем отличающуюся от других, но понял – моя. И не задумываясь, погреб ей навстречу, забирая немного вбок. Я уже не видел ее, но мне казалось, что между мной и этой волной возникло некое единение, появился эфемерный, но ощутимый контакт, узнавание, потому что мы были созданы друг для друга — благодаря сложной причинно-следственной связи событий. И неизвестное доселе чувство заставило меня развернуться в сторону берега и, даже не оглядываясь, начать усиленно работать ластами!

Потом все звуки смолкли, и какая-то непреодолимая сила потянула меня назад и вверх, и я оказался на самом гребне, подо мной зияла водяная яма, дальше виднелся берег с глазеющими отдыхающими, и голубями над ними. Мне показалось, что я парю в вышине, рядом с облаками, стою на плечах у самого неба! А потом я рухнул вниз с этой вершины, превратившись в комочек, в каплю окружавшей меня водяной Вселенной, почти растворился в ней, стал её частью! И билась, и бушевала во мне моя личная вода, отделённая от своей праматери только ничтожной толщиною кожи, и не менее тонкой пленкой сознания! Я, еще не умеющий даже поворачивать, обогнал волну и приостановился, водяная стена обрушилась сзади, и, накрыв меня пеною, уложила на песок.


Теги:





-1


Комментарии

#0 12:10  19-11-2010Эдуард Багиров    
Образно и живо. Мне нравится. Но…
#1 13:24  19-11-2010Лев Рыжков    
Кататься и ебаться — всегда интересно и приятно. Но как начнешь это описывать, хуйня получается. Афтырь любит кататься и честно про это нахуйачил. Читать очень сложно. Хотя пара-тройка образов промелькнула.
#2 14:49  19-11-2010Шева    
Х/з.
#3 15:55  19-11-2010Joy Molino    
серферы и так крутые. им совсем не обязательно писать

Комментировать

login
password*

Еше свежачок
16:33  22-05-2018
: [8] [Снобизм]
То ли вы не сечёте нисколько,
То ли я вас никак не пойму,
Я прощаюсь, постольку-постольку,
Мне и так хорошо, одному.

Ночь, машина - лечу, а вы спите,
Разрывает динамики Шнур,
Как же тошно, блин, с вами, простите,
Но мне лучше вот так, одному....
20:35  21-05-2018
: [10] [Снобизм]

Не смотри на женщин, и башкой не верти,
даже если она Нефертити,
всё равно,
убавь свой аппетит,
умерь свой пиетет,
наложи твёрдолобое вето,
на любое тэт-а-тэт,
на любой возможный флирт.

Не смотри на женщин, твой поезд ушёл....
15:53  14-05-2018
: [7] [Снобизм]
Помню ночью на небо взглянул и завис,
В котелок мой просыпался звёздочек рис,
И крылатого духа скольженья
Вдруг раздули огонь постиженья.

С той поры, где могу, я для плова беру
Влагу знаний и мудрых учений зиру,
В аромате густеюще пряном
Сам себя ощущая бараном....
Для размещения во всех общежитиях страны.

I. Если хуедрочка липо́вая в ротик брать стесняется,
дай ей по пиздёнке - пускай покривляется.

II. Если поскуда ссаная на хуй бросается,
будь, товарищ, осторожен -
триппер возможен

III....
21:22  10-05-2018
: [4] [Снобизм]
Здравствуй Питер.
Все почти нормально, наслаждаюсь в свободное от бухла, работы или поисков работы, время, атмосферой центра города, забитого туристами, завидующими бедными коренными жителями, местами голова кружится от самого Питера, вообщем наслаждался культурной столицой во всей ее красе или по мере возможности....