будни.

Автор: crazybutterfly Разрешите мне сцедить немного яду! Это очень важно: дозировано и вовремя сцеживать яд. Ведь в противном случае во мне может накопиться его слишком много, я буду, к примеру, тихо идти по улице, а яд возьми да брызни на невинного ребеночка или старушку. Нехорошо получится.
Сегодняшний мой яд предназначается всем секретарям, которые, как оказалось, самые важные человеки в современных фирмах. Раньше я думала, что самыми важными являются охранники, но нет. Ошиблась. Но обо всём по порядку.
Позднее утро. Сижу в офисе. Свирепствующий на улице мороз навевает всего лишь одну мысль – вскрыться! Или, в крайнем случае, пересидеть в теплом офисе со стаканчиком чая. Но наше правосудие, как давно уже всем известно, никогда не дремлет. И самый жуткий мороз ему нипочём. Поэтому деваться некуда! Дают мне дельце. Напяливаю унты, валенки, три шубы и столько же шапок и мчусь к клиенту. Времени на оформлению всех документов, ознакомление с делом, которое назначено на сразу же после обеда и все такое у меня часа три. Что в условиях киевских пробок и расстояний – совсем ничего, хорошо бы просто успеть в этот грёбаный суд и хотя бы лицом поторговать.
Врываюсь я, значит, в офис клиентов. Интеллигентно сообщаю секретарям, что мне надо срочно подписать адвокатский договор с ихним директором на предоставление интересов компании в судебном заседании, которое состоится через каких-то бытих два часа и так далее, блаблабла. В противном случае карающая длань закона настигнет их руководителя, вследствие чего всем придется весьма несладко, и так далее.
Но оне сидят за рисепшыном и неторопливо кушают чай, попутно пытаясь расправиться с вконец распоясавшимися компьютерными, но от этого никак не менее опасными монстрами и прочими бакуганами.
- А вы записывались на прием к нашему директору? – спрашивают баре, ничуть не скрывая раздражения.
- Конечно же нет, и согласия вселенского патриарха тоже не успела получить, но войдите, наконец, в моё, даже нет, в наше общее положение! Мне это все дали минут пятнадцать назад.
Девицы, оторвавшись от дел насущных, начинают описывать мне все тонкости их делопроизводства, но пена изо рта как нельзя точно олицетворяет моё нетерпение. Прошу как людей подписать пустую формальность — адвокатский договор, который нужен, в первую очередь, вашей же компании. Спустя полчаса восемь кругов ада в лице контрактного, ейчарного и прочих отделов – пройдены. Остаётся девятый — полчаса беседы с директором, и выслушивания его жизненной позицыйи, которая заключается в том, что он в этой жизни и мухи не обидел. Выслушала. Возвращаюсь к вершителям судеб на ресепшн и жду, пока там отсканируют договор, ибо где это видано, чтоб договор оказался неотсканированным?! Вручают. Оказывается, печать поставлена не в том месте. Объясняю: вот же написано «место для печати». Трудно разве? Хлопают глазами и обвиняют меня, что, дескать, не объяснила где печать ставить.
Но я уже тёртый калач, тертей некуда. Запасной бланк договора у меня в кармане, точнее на флешке. Прошу перепечатать. НО!!! Не так все лехко, ведь мухи отдельно, суп отдельно, и девушки начинают тот же договор сканировать сначала, предварительно опять согласовывая тот самый договор по всем отделам. Моё бытье башкой об их ресепшен несколько ускоряет процесс, но не настолько, как хотелось бы.
И вот, на последних секундах врываюсь в суд. Предварительно в машине я пробежала глазами дело, и оказалось, что оно всё заключается в каком-то телекоммунакацыонном оборудовании, маршрутизации и логическом соединении сетей. Я в этом, разумеется, ни черта не понимаю.
Худо-бедно объясняю судье, что притензии государства в нашу сторону абсолютно беспочвенны, необоснованны, но объяснять то, чего не понимаешь сам не так уже и легко.
С путешествующей по лице судьи улыбки заключаю, что думает он исключительно о привлекательных формах его жены, или даже любовницы. Вижу что деваться мне некуда, тем более, что суть дела уже уловила и громогласно заявляю: «Понимаете, инспекция связи предъявляет нам то, что мы обслужывали телекоммуникационные сети, а мы обслуживали обычные КАБЕЛЯ».
Жаль, что опиздошеную рожу служителя Фемиды уже не запечатлишь!