Важное
Разделы
Поиск в креативах
Прочее

Графомания:: - Я твой продюсер

Я твой продюсер

Автор: Майский
   [ принято к публикации 06:27  05-05-2011 | Х | Просмотров: 512]
Несколько раз объехав квартал, где располагался мой офис, я все-таки приглядел небольшое, но вполне подходящее парковочное место. Стройные ряды разношерстных автомобилей, длинными пестрыми лентами покрывшие все мыслимые и немыслимые места стоянок, казалось, почти не оставили мне шансов пристроить машину рядом с моим конечным пунктом назначения. Однако неожиданно образовавшийся зазор между Лэнд Ровером и Тойотой спас меня от необходимости искать приют в более отдаленном месте. Сбавив скорость, я стал встраиваться в этот закуток, стараясь не задеть соседей. Плотность машин почти лишала возможности маневров, поэтому мне пришлось быть предельно аккуратным. И вот в тот момент, когда мой Мерседес втиснулся уже на половину, я почувствовал сильный толчок сзади. Послышался звон стекла. Сработала сигнализация на соседних машинах. От удара меня немного кинуло вперед, и я стукнулся грудью о руль.

Слегка придя в себя, я убедился, что цел и, в общем-то, невредим. Я вышел из машины и, глянув в сторону багажника моего автомобиля, увидел упершуюся в него правой фарой красную Мазду. Бегло исследовав взглядом вмятины на корпусах машин и сверкающие осколки на асфальте, я устремил взор на водителя, только что причинившего мне невероятное количество хлопот. Это была блондинка лет девятнадцати с почти побелевшим от страха лицом, что, впрочем, не портило ее миловидности. (Хотя в тот момент мне не было никакого дела до ее внешней привлекательности). Она ошарашено глядела на точку нашей «стыковки», не смея даже шевельнуться.

Я подошел к ее машине, открыл дверь и наклонился так, чтобы можно было видеть ее лицо.

- Здрасьте! – язвительным тоном произнес я. Она промолчала и лишь направила на меня свои большие, красивые глаза.

- Ну, как будем рассчитываться? – продолжил я с оттяжкой и в ту же минуту увидел, как задрожали ее губки, и глаза, в миг заполнившиеся слезами, пролили два потока страха и отчаяния. Говорить с ней в таком состоянии было явно бесполезно.

За то непродолжительное время, которое прошло с момента нашего ДТП, на проезжей части по нашему ряду успел образоваться серьезный затор. Удар был не настолько сильным, чтобы вывести наши автомобили из строя — оба были на ходу. Я вернулся в свою машину, быстро, как смог, закончил парковку, а затем, пересадив блондинку на пассажирское место, принял управление ее Маздой на себя.

Минут через двадцать мы уже сидели в каком-то кафе, где я заказал два чая. Было видно, что она уже пришла в себя от пережитого шока, и можно было продолжать беседу.

- Тебя как зовут?

- Вера, — тихо ответил она.

Ее легкая летняя маечка, обтягивающая талию и грудь, подчеркивала изящество линий ее тела. Вера была определенно красива. Она рассказала мне, что учится в университете и, будучи приезжей, живет в общежитии.

- А откуда у приезжей студентки машина? – возник у меня закономерный вопрос.

- Мне друг дал покататься, — сообщила Вера и тут же, вспомнив, что случилось с автомобилем ее друга, снова разразилась рыданием.

Из всего этого было понятно, что денег ни на ремонт Мазды, ни на ремонт моего Мерседеса у нее не было. Я смотрел, как она, уткнувшись лицом в свои ладошки и сотрясаясь всем телом, извергала очередную порцию слез, всхлипываний и тяжелых вздохов, и думал, как же поступить в данной ситуации.

По своему роду занятий я – музыкальный продюсер. Не самый, признаться, выдающийся, и мои проекты не поднимались на пики чартов, однако, о некоторые из них вам, возможно, доводилось слышать. Последний на тот момент назывался «Homo Erectus». Его лицом был молодой человек, которого я нашел в стриптиз-клубе. Этот высокий мускулистый длинноволосый жеребец напоминал своим видом палеолитического жизнелюбца, только отмытого, побритого и переодетого в чистые шкуры. Пользуясь умопомрачительной любовью самок современного «человека разумного», он не оставался и без внимания мужской половины секс-меньшинств (возможно, последних, от части, неосознанно притягивало слово «homo», часто произносимое как «гомо»).

Сценические декорации для выступления «Homo Erectus»’а представляли собой первобытные джунгли, посередине которых размещалась пещера. Из нее артист под дикий бой этнических барабанов выскакивал в начале выступления. В середине же концерта, во время продолжительных танцевальных вставок от хореографической группы, он время от времени утаскивал в темных проход своего декоративного жилища кого-то из дам, визжащих в экстазе возле сцены. Обычно дамы, распыленные ярким и динамичным шоу, носящим подчеркнутый эротический характер, отдавались кумиру прямо в этой пещере, после чего удовлетворенный самец вновь возвращался к любящей публике.

Однако в последнее время популярность этого экзотического персонажа пошла на спад. Подобные проекты вообще долго не живут, так как относительно быстро приедаются толпе, и продюсеру приходится переключаться на новые идеи. Впрочем, в тех немногих случаях, когда у него успели завязаться отношения с солистом, создатель проекта все-таки как-то пытается тащит его на себе, желая сохранить устраивающую его интимную жизнь. К сексуальным отношениям с моим протеже я не стремился, поэтому мне нужно было придумывать что-то новое.

Я смотрел на ее шелковистые волосы и правильные черты лица, и во мне вдруг проснулся профессионал. Вера была определенно красива. Причем красота ее была проста – красота, понятная широким массам. Природа наделила ее всеми теми аспектами внешности, которые вкупе воспринимаются среднестатистическим гражданином как «идеал красоты». Красота Веры была стандартна и легко продаваема.

- Слушай, — сказал я. – А ты не хочешь стать звездой?

Всхлипывания вдруг прекратились, и она посмотрела на меня с серьезным выражением лица, а в ее покрасневших от слез глазах промелькнула тень удивления.

- Как это – звездой?

- Ну, обыкновенно. Песни петь со сцены. Слава… Народная любовь… Деньги, в конце концов…

- Деньги… — Вера повторила за мной последнюю фразу.

- Ну, да. Деньги. – И немного усмехнувшись, я добавил – За ремонт же надо как-то расплачиваться.

В отличие от многих самовлюбленных дур, напористо ищущих моей аудиенции, в результате которой они рассчитывают тотчас же реализовать все свои тщеславные и корыстолюбивые замыслы, Вера не отнеслась к моему предложению, как к большой удаче своей жизни. Скорее, она восприняла это как некую повинность, возложенную на нее в качестве материальной и моральной компенсации за причиненный ущерб. Она стерла слезы с лица, выпрямила спину и серьезным, почти деловым тоном спросила:

- Я готова. Что нужно делать?



***



Меньше, чем через месяц мы уже во всю засели в студии и работали над фонограммами для будущей знаменитости. За это время я успел «состряпать» несколько песен (или, как их называют в нашей профессиональной среде, «вещей»), которым суждено было стать первыми композициями начинающей певицы. К счастью, зачатки композиторских и поэтических навыков, достаточных для обслуживания эстрадного уровня, у меня имелись. Теперь эти «вещи» осталось только записать в должном качестве с сессионными музыкантами (то есть такими, которые приходят в студию, наигрывают свои партии, получают гонорар и уходят восвояси) и присовокупить к этому вокальный трек.

Сделать достойную для наших с Верой целей и задач запись было делом техники. Не в смысле исполнительского мастерства, а в смысле аппаратуры и программного обеспечения. Студия, обустроенная по последнему слову, которую я выбрал для работы, обеспечивала всем этим с лихвой. Небоскребы из комбиков, усилителей, мониторов, эквалайзеров и еще Бог знает чего выстроились вдоль стен коморки звукорежиссера, а в самой середине этого помещения располагался внушительных размеров микшерский пульт. Виртуальные возможности студии тоже внушали уважение – «звукарь» неустанно хвалился мощностью своего компьютера и каждый день показывал нам то свежескаченные «plug-in»’ы для программ обработки звука, то новоприобретенный дополнительный внешний «винт» емкостью аж целый терабайт.

Для Веры все происходящее было в новинку. Ее всему приходилось учить прямо в студии, в процессе работы, а, кроме того, попутно объяснять, для чего нужно то или иное устройство: что комбик – это как бы усилитель и колонка в одном блоке, к которому можно подключать электрогитару, а мониторы – это не только экраны компьютеров, но и такие специальные колонки, в которых слышен сразу весь частотный диапазон воспроизводимых треков. (Правда, про сам частотный диапазон я объяснять ей уже не стал.)

К счастью, девушкой она оказалась прилежной и трудолюбивой, поэтому дело шло даже быстрее, чем я ожидал вначале. Работа очень быстро подходила к концу. Вслед за этим нам предстояло идти к публике и начинать сколачивать собственную армии поклонников. Начали мы нашу карьеру с серии выступлений на вечеринках в клубах моих знакомых и прежних партнеров по бизнесу. Сперва Веру включали только с парой-тройкой номеров в общую концертную программу. Однако, быстро свыкнувшись со сценой, она научилась очаровывать публику. Слух о ней быстро разлетелся по тусовке, и люди со временем стали приходить слушать именно ее, уделяя остальным выступающим меньшее внимание. Уже через несколько месяцев стал актуальным вопрос о сольном выступлении певицы. Серия «сольников», организованных мною при поддержке заведений досуга, предоставлявших нам площадки, прошла «на ура».



***



После уверенного завоевания клубов прилив новых поклонников вериного таланта затормозился. Замкнутая клубная тусовка хоть и приняла Веру очень хорошо, за свои пределы ее славу не выпускала. А для более серьезного бизнеса нужна была известность в масштабах страны.

Чтобы дать делу развернуться широко, была необходима поддержка таких медийных ресурсов, как радио и телевидение. Интернет в этом смысле совершенно не годился, так как сетевая аудитория отторгала формат моего нового проекта, уничижительно именуя его «низкопробной попсой». С теле- и радиоэфирами тоже было все сложно – чтобы редакторы включили в трансляцию твою песню, нужно было заплатить за это внушительную сумму. А средств на такие цели у нас сейчас не было.

Я отчаянно ломал голову, решая вставшие передо мной стратегические задачи, и даже подумывал о продаже своей квартиры или получении кредита. Однако один случай помог разрешить ситуацию.

Как-то раз мы с Верой стали гостями не презентации новой книги одной модной писательницы. Такие светские вечеринки очень полезны с точки зрения знакомства с новыми, полезными людьми, поэтому мы старались не пропускать подобные мероприятия. Кроме того, в этот раз нам представилась возможность и громко заявить о себе — Веру, дабы поздравить автора со столь знаменательным событием, попросили исполнить для нее и всех собравшихся пару песен из своего репертуара. Вера, как всегда, пленила всех своим обаянием!

После выступления, огибая фуршетный стол со всевозможными закусками и выпивкой, ко мне подошел мой бывший одноклассник Борис. Я знал, что после окончании школы, он отслужил в армии где-то на юге, а, демобилизовавшись, занялся каким-то бизнесом и сейчас очень круто «поднялся». Говорили, что он открыл сеть филиалов своей компании по всей стране, и что у него есть собственная служба личной охраны, сотрудников в которую он подбирает исключительно сам. Я почти не общался с Борисом (и совершенно напрасно!), однако несколько раз встречал его на подобных мероприятиях.

Он подошел ко мне сам и, поздоровавшись, сообщил, что ему очень понравилась моя подопечная. Я поблагодарил бывшего одноклассника и только хотел было узнать поподробнее про бизнес Бориса, но коммерсант с предельной деловитостью опередил меня со своим вопросом:

- Сколько стоит твоя девочка?

- Что?.. – переспросил я, несколько опешив от неожиданности вопроса.

- Я хочу ее на ночь, — ответил Борис.

Я попытался объяснить ему, что вряд ли то, о чем говорил Борис, возможно, но мой отказ был встречен озвучиванием суммы, которую «клиент» готов был заплатить за интим с юным дарованием. Это немного сбавило мой протест. Сумма была внушительной. Этих денег вполне могло хватить на то, чтобы запустить верины песни на телевидении и радио. А ведь это было как раз то, что нам так было нужно для развития!

У Бориса был крутой нрав. О нем ходило много разных историй, которые показывали его весьма деспотичный характер. Говорили, что, отстаивая свои интересы, он мог очень жестко обходится даже с партнерами по бизнесу, которые его побаивались, а провинившимся подчиненным часто прилетало от босса хорошо поставленным ударом. А однажды ему приглянулась некая замужняя дама, и он назначил ее свидание. Не знаю уж, насколько охотно согласилась сама избранница, однако ее супруга охрана Бориса продержала на протяжении всей их «романтической» ночи на какой-то загородной базе, дабы тот не мотался по всему городу в поисках своей половины.

Находясь в замешательстве, я посмотрел в глаза Бориса. Его взгляд – одновременно спокойный и устрашающий – казалось, пробивал меня насквозь. Прейдя в некоторое оцепенение, я понял, что спорить бессмысленно. Борис был из той породы людей, которые всегда добиваются желаемого, и если бы наша сделка не состоялась, наверняка подошел бы к делу с другой стороны. Возможно даже не с самой законной. Я дал согласие.

Теперь нужно было как-то убедить Веру в необходимости такого шага. Я нашел ее взглядом
среди гостей и не спеша направился в ее сторону. Весь тот небольшой отрезок, который мне нужно было преодолеть, чтобы подойти к Вере, я напряженно думал, с чего начать разговор. Вера беседовала с двумя подвыпившими дамами на какую-то, по-видимому, веселую тему – их разговор периодически прерывался их же собственным смехом. Казалось, Вера была в тот момент очень счастлива. Я подошел к их компании и отозвал девушку на пару слов. Мы отошли в сторонку. Вера с доверчивой улыбкой ждала, что же я ей сейчас сообщу. Я собрался с мыслями и начал.

- Вера, тут один мой знакомый, очень солидный бизнесмен, хочет пригласить тебя сегодня к себе…, — я попытался подобрать слово покорректнее, — пообщаться.

Вера была далеко не дурочка и в другой ситуации легко бы поняла, что скрывается за эти «пообщаться». Но сейчас то ли ее настолько захлестнула эйфория вечера, то ли цинизм момента был настолько глубок, что ее сознание, видимо, просто проигнорировало этот скрытый смысл. Она согласилась на тет-а-тет так легко, как я даже и не мог ожидать. «Ну, раз надо…», — только и сказал мне Вера. Мы сразу же направились к Борису, который в тот момент опрокидывал в себя очередную стопку водки. Я представил их друг другу. Вера сперва очень серьезно посмотрела на меня, а потом перевела взгляд на своего нового знакомого и мило и приветливо улыбнулась ему.

Когда черный автомобиль моего бывшего одноклассника и его пассажирки скрылись за поворотом, я достал из кармана конверт, полученный от одного из телохранителей Бориса и заглянул во внутрь. Фасадная иллюминация ночного клуба, где проходила презентация, осветила тонкие ребра купюр, сложенных в зажатую между стенок конверта пачку. В моей голове уже вырисовывался план по осваиванию этих средства в целях нашего проекта. Спрятав наличность во внутренний карман пиджака, я направился к своей машине, желая поскорей добраться до дома и лечь спать. Завтра мне предстоял насыщенный день.



***



Утром я приехал на квартиру, которую снимал для Веры. К моменту моего появления возле ее двери она еще не успела вернуться от вчерашнего «клиента», и я открыл квартиру своим дубликатом ключей, сделанным на всякий случай. Я произвел небольшой осмотр этого девичьего обиталища и сел в кресло дожидаться его хозяйку.

На сегодняшний день в планах было множество звонков и, вероятно, личных встреч. Я в уме перебирал всех известных мне программных директоров радиостанций, размышлял, как вести с ними беседу, и удастся ли скостить где-нибудь хоть часть цены. И пока я размышлял над всем этим, я все больше и больше ощущал радость от того, что есть деньги и можно действовать.

Вера появилась примерно через час. Она медленно вошла в квартиру, открыв дверь ключом, и не спеша прошла в комнату. Взглянув на нее, я увидел пустой и потерянный взгляд. Вера увидела меня и слегка кивнула, ни произнеся не слова. Задержавшись в таком положении буквально на несколько секунд, она прислонилась спиной к стене и стала сползать вниз, а из ее глаз хлынул поток слез. Она плакала молча, почти не всхлипывая, иногда утирая слезы рукавом.

Вчера, когда я говорил ее про вечер Борисом, она действительно не поняла, что от нее требуется. После непродолжительного ужина с фужером шампанского с вериной стороны и несколько рюмок водки со стороны хозяина, не любящий терять время бизнесмен стразу перешел к кульминации свидания. Сперва начал по мирному, но Вера попыталась дать ему решительный отказ. Тогда взбешенный Борис швырнул ее на диван, заорал, чтобы она не кобенилась, так как деньги он за нее уже заплатил и, попросту говоря, изнасиловал.

Все это она рассказала мне, когда немного успокоилась. Ситуация была не из простых. Веру нужно было как-то вытаскивать из этого состояния, поэтому я предложил ей пройтись по магазинам и обновить ее гардероб — шоппинг, как известно, может оказывать на женщин успокаивающее действие. Она стала собираться, правда, без особого энтузиазма – девушка никак не могла прийти в себя от пережитого накануне.

Полдня, жертвуя драгоценными временем, которое планировал потратить на встречи по нашему бизнесу, я мотался с Верой по всевозможным бутикам. По началу она изучала ассортимент встречавшихся по дороге магазинов несколько вяло. Однако, глядя на щедро демонстрируемое продавцами разнообразие нарядов, спустя пару часов, уже совсем повеселела, и придавалась примерке с нескрываемым азартом. Выхватывая из рук симпатичных работниц торговли платье за платьем, Вера вновь и вновь юрко скрывалась за ширмой примерочной, и уже очень скоро выскакивала в очередном облачении, чтобы узнать мое мнение.

Закончили мы наш поход с большим облегчением для меня. Вера по-детски сияла от радости.

- Я раньше никогда не получала столько подарков, — восхищенно лепетала она и все норовила расцеловать меня в щеки в знак благодарности. Я предоставил ей такую возможность, после чего мы сели в машину. Гора пакетов с обновками завалила все заднее сидение и саму Веру, севшую посередине. Очень скоро моя мы подъехала в вериному дому. Я помог моей пассажирке высадится и выгрузить ее новобретенное имущество, а сам поехал осуществлять намеченные планы.

«Хорошо, что все-таки с этого подонка денег взяли» — подумал я, когда уже мчался в потоке других автомобилей на переговоры, то тормозя на светофорах, то вновь набирая скорость.



***



Полученной от Бориса щедрой суммы вполне хватило, чтобы оживить наши дела. Очень быстро несколько наших песен начали крутиться на ведущих каналах и станциях. Треки с первого и пока единственного вериного альбома планомерно занимали все лучшие позиции в хит-парадах. Ее голос начал проникать в кафешки и маршрутки. Про Веру стали узнавать широкие массы слушателей.

У моей протеже стали появляться самые настоящие фанаты. Группа молодых парней и девушек почти круглосуточно дежурила возле ее подъезда. В Интернете появилось несколько фанатских сайтов, публикующих про Веру всевозможную информацию, в которой зачастую правда была тесно переплетена с вымыслом. Сами ли ярые поклонники искажали действительность или принимали за чистую монету любые сообщения о своем кумире, было не понятно. Особо уверенные в себе юноши даже пытались навязаться в качестве ухажеров. Однако, благодаря моему активному участию, проигрывали в конкурентном бою солидным дядям, способным доказать свою любовь и преданность звезде финансовыми вознаграждениями, что и давало им шанс на ответное внимание.

Редакторы развлекательных программ, отметив растущую популярность певицы Веры, стали приглашать ее принять участие во всевозможных передачах и ток-шоу. И мы старались давать положительный ответ всем, кто хотел нас видеть у себя в гостях.

Как-то на одной радиостанции Вера была участницей утреннего шоу, включавшего в себя, кроме веселого трепа ведущих, игру со слушателями. Игра заключалась в том, чтобы убедительно разыграть по телефону в прямом эфире кого-нибудь из своих знакомых. То было нужно рассказать, что ты сейчас, якобы, в Ялте и у тебя нет денег на обратный билет, то притвориться, что участвуешь в какой-то телевикторине, и просишь подсказки на какой-нибудь нелепый вопрос. В этот раз дозвонившейся в студию барышне с веселым голоском по имени Анна требовалось убедить кого-нибудь из подруг, пока их слушает миллионная аудитория, что в нее (подругу) влюбился какой-то киноактер. И теперь этот неожиданно застенчивый поклонник просит Анну познакомить их. Задача была в том, чтобы выманить ее на свидание, назначив время и место.

- Кому будем звонить? – задорно поинтересовался ведущий.

- Тане, моей бывшей одногруппнице.

- Замечательно! Звоним Тане!

Послышались длинные гудки, оповещающие о вызове абонента. Секунд через десять тихий голос на том конце телекоммуникационного соединения произнес:

- Да. Я слушаю.

- Это Аня!

- Привет, Аня!

- Привет, подруга! Представляешь, что я узнала! — восторженным голосом затараторила в трубку Аня. – Тут, оказывается, один мужчина от тебя просто без ума! Актер! Только вот не знает, как к тебе подойти. Он вышел на меня через «В контакте» и попросил…

- Анюта, погоди, — прервала Татьяна подругу. – У меня горе… Виталик, мой муж… Он умер сегодня…

- Как умер?

- Погиб. Мне только что позвонили, сказали, что разбился в ДТП…

В этот момент редактор наконец сообразил увести разговор из эфира. После небольшой заминки в радиоприемниках вновь зазвучал слегка растерянный голос ведущего:

- Вот такая вот накладочка вышла. Ну что ж – жизнь есть жизнь! А мы продолжаем наш эфир композицией от группы «Дискотека Авария»…



***



Вслед за ростом популярности, рост благосостояния однако не приходил. Чтобы заработать большие деньги, нужно было организовывать туры по стране. Но в начале требовалось хорошо в это вложиться. Средств же, как всегда, не хватало. К тому же необходимость поддерживать престиж через телевидение и радио вытягивала все больше и больше денег.

У меня возникла мысль выдать Веру замуж за одного из ее состоятельных клиентов, но это бы означало конец карьеры начинающей певицы, и все мои усилия оказались бы напрасными. Поэтому, чтобы как-то поддерживать материальное благосостояние нашего проекта, Вере приходилось проводить свидания, подобные тому, на которое нее в свое время пригласил Борис. К счастью, теперь публика попадалась сдержанная и деликатная. Да и Вера, наученная опытом, теперь старалась угодить клиенту. Со временем такие услуги мы предоставляли все чаще и чаще.

Периодически я отправлял Веру принять участие в различных благотворительных мероприятия. Такие выступления были очень хорошим «пиаром» и помогали завоевать признание у сердобольных граждан. Однажды нас позвали спеть песню на концерте в поддержку каких-то там детей-сирот, страдающих не то от рака, не то еще от чего-то. Подъехав к назначенному часу, я отправился к звукорежиссеру, чтобы отдать ему фонограмму. Когда я протянул молодому человеку, сидевшему за микшерским пультом, диск, он поинтересовался, что это такое.

- «Плюс». Исполнительница Вера, — ответил я.

- Надо «минус». На этом фестивале обязательное условие – «живой» вокал. Вот и в афише сказано, — парень показал рукой на плакат формата А3, извещавшем о предстоящем мероприятии.

«Плюс» и «минус» — это два вида фонограмм. Разница между ними лишь в том, что «минус» содержит только аккомпанемент, то есть, запись всех музыкальных инструментов, наподобие караоке, а «плюс» включает в себя еще и вокал. На практике это обозначает, что под «минус» исполнитель должен действительно исполнять песню сам, то есть петь «в живую», а под «плюс» только открывать рот.

Вся сложность в нашем случае была в том, что Вера «в живую» пела очень плохо. Ее пение записывалось в студии, а потом обрабатывалось специальной программой, которая «подтягивала» все неправильно взятые ноты. Вера как вокалистка могла существовать только в записи и на сцене являлась всего лишь внешне привлекательным объектом, который озвучивается почти что виртуальным персонажем. В такой ситуации зарабатывать деньги исключительно музыкой было крайне затруднительно. И верины клиенты были, пожалуй, единственным спасением.



***



Как-то вечером я сидел дома и флегматично щелкал каналы телевизора. Хандра навалилась еще дня три назад и никак не отпускала. Я лениво перебирал варианты, чем бы можно было себя отвлечь от этого убийственного состояния. Одна из первых мыслей, автоматически пришедшая на ум, касалась бара. Однако совершенно не хотелось покидать пределы квартиры и тащиться в какое бы то ни было заведение во внешнем мире, казавшемся сегодня таким чужим и враждебным. Медленно потягивая сухое вино из бокала, я вспомнил и о своих любовницах. Правда и этот вариант тоже мне не подходил. Одна из них – Светка — в последние месяцы даже по телефону со мной неохотно разговаривала, а от встреч постоянно отмазывалась. Было похоже на то, что у нее кто-то там завелся. Да и Бог с ней! Другая – Машка — не так давно подкинула мне венерологических проблем. Когда я только об этом узнал – думал, порву дрянь на части! Но, немного успокоившись, приободрил себя шутливой мыслью, что это нормальная взрослая болезнь, а не какая-нибудь позорная для моего возраста ветрянка или золотуха. С недугом я, конечно, справился, но вот разносчицу, хоть и тоже исцелившуюся, видеть у меня не было никакого желания. А третья — дура Жанка — просто надоела. К тому же почти наверняка она переняла от меня венерическую эстафету, о чем я ей решил не сообщать. А рецидивов мне, понятное дело, не хотелось.

В общем, на личном фронте ситуация у меня складывалась как-то неважнецки, и я подумывал о том, что в свою сексуальную сферу пора привнести что-нибудь свеженькое. Однако сегодня я был в таком унылом состоянии, что вариант идти и кого-то снимать отпадал сам собой.

И тогда я вдруг вспомнил про Веру. Вспомнил ее молодое тело, так соблазнительно вырисовывавшееся всегда из-под ее легких нарядов. Странно, но до этого момента у меня не просыпалось к ней как к женщине никакого влечения. Видимо, этому препятствовал мой профессиональный взгляд на эту юную особу. Но сейчас мой внутренний профессионал, подавленный депрессией, куда-то подевался. И я понял, что ласки моей подопечной могли бы вернуть мне бодрость духа.

Я достал телефон и набрал ее номер.

- Вера, подъедь сейчас ко мне.

- Хорошо, — отозвалась она.

- Жду.

Примерно через час она уже была у меня. По квартире разнесся притягательный аромат ее духов. Я проводил гостью в комнату и усадил на диван, а сам сел в кресло напротив.

- Что случилось? – спросила она, глядя на меня

- Ничего, — ответил я, пристально смотря на нее.

Мы промолчали так, наверное, минуту или больше. Однако неловкости в этой ситуации совсем не чувствовалось. В какой-то момент я пересел рядом к ней. Сел так близко, что она даже немного отклонилась от меня. Тем не менее, в этом угадывалось желание не отстранится, а, скорее, лучше рассмотреть меня в такой непосредственной близи. Я провел рукой по ее щеке и шее, слегка касаясь нежных волос. Она глядела на меня, стараясь не шелохнуться. Я неторопливо прогулялся взглядом по ее лицу, груди, животу и ниже, ниже. Затем, также не спеша, принялся расстегивать белоснежную блузку.

Уже через несколько минут я был в ней. В диком азарте сексуального возбуждения я совершал фрикцию за фрикцией. Вера, слегка постанывая, аккуратно водила своими ладонями по моей спине, а ее губы, красивые и чувственные, жадно пытались коснуться моих. И в этот момент я понял… Даже не понял, а ощутил всем своим телом, какое глубокое чувство испытывает ко мне эта девочка. Оказалось, что все это время Вера носила в своей душе любовь ко мне. Любовь безграничную и необъятную. Только в этот момент мне стало понятно, почему она так безропотно приносит себя в жертв нашему проекту. Жертву эта юная особа, в действительности, приносила мне. Вот почему она терпела всех своих клиентов. Она отдавала себя другим только ради меня одного…

Вслед за этим открытием наступила эякуляция.



***



После этого случая с Веры как будто слетела маска, прятавшая ее чувства ко мне. Теперь в этих больших, красивых глазах отчетливо читалась такая глубокая преданность, граничащая с собачьей, что, казалось, скажи я ей сейчас выпрыгнуть из окна, он бы выполнила это не раздумывая. Новая плоскость, в которую перешли наши отношения, меня вполне устраивала, и несколько раз в неделю я вызывал Веру к себе или наведывался к ней сам. Некоторые свои вечера ее все так же приходилось уделять клиентам.

Однажды мне позвонил один клиент и поинтересовался расценками, уточнив при этом, что их будет сразу трое. Это было, конечно, слишком, но выбора у меня не было – не отказываться же от денег, которые сами идут в руки. Я назвал сумму, а довольный клиент – адрес. Веру я ждал с минуты на минуту, поэтому звонить ей не стал, решив, что будет лучше, если подробности сегодняшнего заказа я сообщу ей при личной встрече.

Раздался звук дверного звонка, и меньше, чем через минуту Вера впорхнула в квартиру. Было видно, что она соскучилась по мне – я отлучался из города по делам, и мы из-за этого не виделись две недели. Почти сразу она бросилась мне на шею. Я дал ей насладится объятиями с полминуты, после чего, отстранив ее от себя, направился в комнату. Девушка преданно засеменила за мной.

Я сел на диван, откинувшись к его спинке. Вера примостилась рядышком, сев на самый край и повернувшись ко мне, насколько это позволяли ее великолепные ноги. Молодое тело клонило ко мне, как будто я являлся мощным магнитом, а она – пружинкой, легко поддающейся воздействию моего поля. Она была готова отдаться мне по первому же моему сигналу, совершенно не раздумывая ни о своей чести, ни о своей гордости, как она уже делала не раз прямо на этом диване.

- Вера, — начал я. – У нас новый клиент.

Лицо Веры помрачнело. Я понял, что ей сейчас особенно не хотелось уезжать от меня к очередному ни то коммерсанту, ни то бандиту, чтобы выполнять то, что уже прочно вошло в круг ее профессиональных обязанностей.

- Милый, ну ты же обещал, что все это закончится, и я буду только твоей, — произнесла она умоляющим тоном, и по ее щекам потекли темные от туши ручейки.

- Послушай, я не собираюсь сейчас ничего обсуждать. Клиент ждет – надо ехать.

- Любимый! Но может можно как-то это отменить, — умоляла Вера, рыдая. — Я больше не хочу… Я больше не могу…

- Давай, успокаивайся и иди умойся. А то приедешь к ним зареванная.

- К ним? – подняла на меня Вера мокрые глаза.

- Клиентов трое, — сказал я, отворачиваясь и стараясь произнести это как можно равнодушнее.

Вера застыла, кажется, в глубоком шоке. Видимо, она моментально себе представила, как ее будут трахать сразу трое каких-то незнакомых мужиков. Пока она осмысливала услышанное, я вышел на кухню, чтобы взять из холодильника воды. Подойдя к окну, я отвернул крышку пол-литровой бутылочки и сделал глоток. За окном начинало темнеть. Я увидел, что на улице идет мелкий, противный дождь – осень подобралась в этом году как-то незаметно. Из приоткрытой створки сквозил холодный, почти морозный воздух и казалось, что этот дождь вот-вот сменится снегопадом, который покроет весь обозримый мною мир и, приправленный морозом, погрузит его в глухую тишину. И город с его машинами, улицами, парками, скверами, лавочками будет похоронен под этим ярко-белым снегом как замерший труп, которому, возможно, даже не будет суждено оттаять весной.

Я стоял так несколько минут. Сзади послышался легкий шорох – Вера вышла из комнаты.

- Вера! Все! Собирайся, — не поворачиваясь, распорядился я.

Однако вера ничего не ответила, как будто замерев где-то сзади. Я не спеша повернулся. Вера стояла в дверном проеме кухни напротив меня. Она держала пистолет. Схватившись за него двумя руками, она направляла дуло прямо на меня. От неожиданности ситуации я даже не догадался задаться вопросом, откуда у нее взялось это оружие. В тот момент мне почему-то вовсе не показалось это странным.

Вера выглядела бледной и жалкой. Казалось, эмоционально она еще продолжает плакать, но слезы уже закончились, как будто их запас подошел к концу или железы вдруг утратили способность вырабатывать этот символ горечи и обиды. Она слегка дрожала, но смотрела мне в лицо, не отводя глаз.

- Вера, не делай глупостей, — говорил я почти приказным тоном, не до конца веря в возможность трагической развязки. – Я – твой продюсер! Ты должна меня послушать! Немедленно положи пистолет на стол.

Но Вера продолжала глядеть на меня исподлобья, все так же направляя в мою сторону черное отверстие дула.

- Вера, я кому гов…

Я почти закричал на нее, но в это момент оглушительный хлопок порохового взрыва сотряс мембраны моих ушей, а ее полные безнадеги глаза и слегка расфокусированное дуло навсегда заволокло черной, непроглядной пеленой.


Теги:





0


Комментарии

#0 23:35  05-05-2011X    
кто прочтёт, расскажите, о чём эта хуйня?
#1 23:37  05-05-2011ricky    
а кто это это вобще читать будет?
#2 23:37  05-05-2011Мама Стифлера    
Штото в стиле «Гастарбайтера». Не дочитала.
#3 23:38  05-05-2011Мама Стифлера    
А, нет. Што-то похожее на 9 12 франков. И на Гастарбайтера
#4 23:41  05-05-2011херр Римас    
я тока треть прачел, далее нахуй, ибо кароче это типа пра Пыль офесную, ну там пиричисляет долго и нудна афтор машынки, марки какие у ниво в деццтве были, диривянные инастранные в основном. Хотя мок и про травмы деццкие напесать головы, это бы многое обиснило.Патом он каво то на свайом ведре уебал, вроде каг бабу, а можыт и транса.Далее все переходит уже в шоубиз.ГИХШП в чистом виде.
#5 23:49  05-05-2011дважды Гумберт    
недочетал. подноготная какая-то. *Вера, не делай глупостей. Я — твой продюсер!* Zvera, или Z-вера — хороший сценический псюданим
#6 04:17  06-05-2011Лев Рыжков    
Да не такая уж и сквернятина. Читал и даже с интересом. Финал с пистолетом, правда, хуйня. Там и красоты в виде «черного отверстия дула» и «мембран моих ушей» появляются.
#7 07:46  06-05-2011Агата Кристи    
мне больше интересно, что автора вдохновило. Отодрали веру или нет в оконцове? Скока дали срока? Или она оказалась тайным агентом юэсэй под прикрытием? тема веры не раскрыта
#8 09:25  06-05-2011Григорий Перельман    
эту йобаную хуйню смогут прочитать токо крутые московские тёлы
#9 10:27  06-05-2011Светофор Кузьма    
полное говно
проскролил
первой и последней фразы хватило
#10 10:46  06-05-2011mephistophelus    
перманентное гавно
#11 15:07  06-05-2011дервиш махмуд    
по-моему марки автомобилей не надо писать с заглавных буков. а то какой-то мультфильм про машинки получается.
#12 01:49  08-05-2011Рыбий Глаз    
Средне. Ну и концовка ни к чёрту.
#13 22:21  11-05-2011Евгений Ларин    
Надо было Веру в конце все же грохнуть! Это было бы правильнее

Комментировать

login
password*

Еше свежачок
19:26  06-12-2016
: [0] [Графомания]
А это - место, где земля загибается...(Кондуит и Швамбрания)



На свое одиннадцатилетие, я получил в подарок новенький дипломат. Мой отчим Ибрагим, привез его из Афганистана, где возил важных персон в советском торговом представительстве....
12:26  06-12-2016
: [7] [Графомания]

...Обремененный поклажей, я ввалился в купе и обомлел.

На диванчике, за столиком, сидел очень полный седобородый старик в полном облачении православного священника и с сосредоточенным видом шелушил крутое яйцо.

Я невольно потянул носом....
09:16  06-12-2016
: [9] [Графомания]
На небе - сверкающий росчерк
Горящих космических тел.
В масличной молился он роще
И смерти совсем не хотел.

Он знал, что войдет настоящий
Граненый во плоть его гвоздь.
И все же молился о чаше,
В миру задержавшийся гость.

Я тоже молился б о чаше
Неистово, если бы мог,
На лик его глядя молчащий,
Хотя никакой я не бог....
08:30  04-12-2016
: [17] [Графомания]

По геометрии, по неевклидовой
В недрах космической адовой тьмы,
Как параллельные светлые линии,
В самом конце повстречаемся мы.

Свет совместить невозможно со статикой.
Долго летит он от умерших звезд.
Смерть - это высший закон математики....
08:27  04-12-2016
: [5] [Графомания]
Из цикла «Пробелы в географии»

Раньше кантошенцы жили хорошо.
И только не было у них счастья.
Счастья, даже самого захудалого, мизерного и простенького, кантошенцы никогда не видели, но точно знали, что оно есть.
Хоть и не было в Кантошено счастья, зато в самом центре села стоял огромный и стародавний масленичный столб....