Любовь и зайцы, 2.

Автор: Маня Графо 1. www.litprom.ru/thread43029.html

Однажды Андреев, самозабвенно вычищая вольер зайцев-беляков Никанора и Евдокии от какашек – нормальные, горошинками, зайцы здоровы – и напевая «А нам все равно», спиной почувствовал на себе чей-то взгляд. Это так говорится: спиной почувствовал – Андреев, кстати, никогда не понимал, как можно почувствовать взгляд – это казалось ему, как минимум, литературным преувеличением. Палкой если тычут тебя – можно почувствовать, это да. А тут вдруг понял. Выпрямился, обернулся, одернул старую клетчатую рубашку, которую обычно надевал в зоопарк.

На него смотрела девушка: курносая, голубоглазая, белокурая, с нежным румянцем и слегка вздернутой верхней губой. Она спросила:

- А вы любите зайцев, да?

Так Андреев познакомился с Катей. Все было как в кино: чувство необыкновенной легкости, волшебства и абсолютная невозможность быть без нее хотя бы минуту. Одним словом, Андреев влюбился. Немыслимо – но даже зайцы на какое-то время отошли для него на второй план. Романтические свидания с Катей – стоял сентябрь, теплый и ласковый – занимали почти все его свободное время.

Катя училась на третьем курсе какого-то странного Университета дизайна и газа. Андреев так точно и не понял, что именно она там изучала, хотя, со свойственной ему дотошностью, и задал девушке множество вопросов о ее будущей специальности. Казалось, Катю это вообще не волновало – спокойная, лишенная тщеславия и амбиций, среди своих однокурсников она считалась странноватой и заторможенной. А для Андреева – она была самым лучшим и понимающим собеседником, потому что как никто умела слушать. Ровный, спокойный, искренний интерес озарял ее круглое лицо, о чем бы ни заводил речь Андреев: о нигерийской нефти или суданском референдуме, о наркотрафике в Эфиопии или голландской конопле, о Викиликс или новом фильме фон Триера.

Но особенно оживлялись ее глаза, когда Андреев говорил о зайцах и кроликах. Что они едят и как размножаются, как живут в неволе и на природе, чем болеют и как их лечить, какими они могут быть разными внешне и характеру – информация о зайцах, которой владел Андреев, была неисчерпаемой, ведь собирал он ее с тех пор, как научился читать. Чувство благодарности и восторга охватывало Андреева каждый раз, когда он видел этот неподдельный интерес – и чувства к Катюше крепли с каждым днем.

Катя на удивление спокойно относилась к дорогим подаркам, которые ей делал Андреев (однако золотой кулончик в виде зайца носила, не снимая), и первое время смущалась, когда он подвозил ее до университета. Близких подруг у нее, в общем, не было; однокурсницы начали было сплетничать, но Катино спокойствие лишало это занятие всякого интереса. Со временем студенческая общественность привыкла к тому, что у Кати теперь «все шоколадно» и обсуждать эту тему перестала.

Немного омрачало эйфорию поначалу безобразное, по мнению Андреева, поведение Насти, которая считала Катюшу «тупой коровой» и никогда не упускала возможности над ней поиздеваться. Катя же как будто не осознавала Настиного к себе отношения и к девочке относилась приветливо и дружелюбно. Андреев в итоге решил, что во всем виноваты ревность и переходный возраст и что все само собой со временем наладится.