|
Важное
Разделы
Поиск в креативах
Прочее
|
Графомания:: - СиндромСиндромАвтор: Шаня Помазов
[ принято к публикации 22:50 08-07-2012 | Лидия Раевская | Просмотров: 1384]Пройдут безобразные ноги, монахов и старых блядей Они теперь в общей кагорте. Они протестуют не зря Идут они прямо и твёрдо, а следом идут егеря Фельдъегерь — такая работа. Им нужен предельный стандарт У чистых — нечистые ноги. У быстрых — пониженный старт Монахи — в порватом и грязном. Все бляди в помадных губах У тех и других — знак протеста, гвоздика зажата в зубах Монахи несут приведенье, пошитое из простыней А бляди несут трёх матросов что сняли в порту с кораблей Их траурный ход молчаливый, лишь изредко вскрикнет моряк Но бляди — ударят о землю — и он уже снова обмяк Процессия эта прекрасна, монахи смыкают ряды Осталось ещё двести метров до неотвратимой беды Звучит дробью бой барабанный. Фельдъегери падают ниц Взрывает себя безобразно святой Мохамад — террорист И брызжет мясною волною оторванных сотня яиц И ноги взлетают в колготках как стая напуганных птиц Прогорклая гарь режит гланды и черная копоть вокруг И слышен в предсмертом дыханье сердец оглушительный звук И вот среди дымных потёмок, средь этой людской чехарды Метается дикая лошадь и ловят её за узды Потом закричали все разом — монахи, сирены, ОМОН И все как-то безрезультатно, и всюду звонил телефон… О, Русь, двадцать первого века! Фанфарно — чеченский синдром! О, бляди! О черные старцы! О, золото на голубом! Теги:  -1 
Комментарии
#0 09:52 09-07-2012Лидия Раевская
Порватом, режит, метается... Шаня, ты ведь не молод уже, вроде. Неужели так и не научился Вордом пользоваться? уходи уже в отпуск, а то каверы буду писать твою же мать это алкоголь Жара. Да не жара — жаррища. Все окна деревенской избы открыты. За столом сидит Ельцин и потягивает холодное пивко. Но это не спасает; после глотка Николаич тянется к платку и вытирает вспотевшее лицо. Мимо проходит лошадь Толстого. Слегка косит в сторону Николаича и бьет хвостом по крупу. Ельцин морщин лоб: «Вот ведь какая блядь. Хотела ведь сказать что-то. А я и не понял нихуя.» это Шаня здравствуй, друже перов — здоров для: Лидии Раевской, Григория Перельмана, Волчьей ягоды, Гельмута, Гена Жесточайшего — Я ПРОДОЛЖУ. спасибо, Шань, бальзам прям на душу пролил щас Шаня, нахуя Вы каверкаете мое фамилие. Я — Жэстачайший, а не как Вам представляетя, жестачайший. Разницу на слух улавливаете: в первом сила и моц, а во втором какая-то хуета с голубым отливом. Гена, простите, я боле не буду — каверкать. Еше свежачок
Ах, гондоны мои, разгондоны
Ах, болота, леса, и поля В уголке мой хаты – иконы Не осталось теперь ни рубля Вышел водку просить не дорогу И увидел меня постовой Почему так живу, я епона? Почему не дружу с головой? Пролетает веселая птичка Смело серет с высоких небес.... Орда шалых зверей пасётся нынче на кладбище: посты вместо пастбища, лайки вместо травы. Вскормлённые грудным безразличием, отравленные диким одиночеством ищут пастухов-королей, не познавших достоинства, ступивших в ничтожество. Королям – поклоны вечные, остальным – копыта в тело, клыки в лицо....
Несутся по небу как светлые грёзы
Весёлые тучи в рассветной дали. Настырные очень явились морозы Никак они мимо пройти не могли. Сполна наслажденье на нас привалило Со снегом в объёме сравниться пора. В чём больше зарыться получится мило Решаешь на улицу выйдя с утра.... В забытье отступает вечер,
Небо - слипшаяся полынья. А душа ожидает встречи, Наступления нового дня. Он приветливо улыбнётся, Или мимо меня поглядит? Одарит щедрой лаской солнца, Или даст под проценты кредит. День привычен мне, как сотрудник.... Летит скрипичная печаль,
Со струн соскальзывают ноты. Басы бормочут: «Что ты?! Что ты?» - «Пропала молодость. А жаль!» Альты прошли через века, Лихи, бодры, по воле рока. Их жизнь прекрасна, как барокко, И так обманчиво легка.... |
