Серый (сценарий фильма часть вторая)

Автор: Иезуит Батькович Начало тут litprom.ru/thread48359.html

Сцена 8

Грязная наливайка. Герой стоит у барной стойки и разглядывает свою фотографию и список из конверта. Вокруг звон стаканов, хруст еды, энергичное чавканье. Бес сидит у дальнего столика и оживленно жестикулируя о чем-то беседует с алкашами, подмигивая Герою со своего места.

Г (обращаясь к буфетчице): У вас есть сигареты?

Б: Какие?

Г: Ну «Марка 1».

Б: Нет.

Г: А «Марка 2».

Б: Нет.

Г: Ну хотя бы «Марка 3».

Б: Нет.

Г: А хоть какие-нибудь у вас есть?

Б: Нет. Все кончились.

Г (раздражено): Так что вы сразу не сказали?

Б (мрачно): Не хами мне тут!

В наливайку входит Гламурная Киса, словно выпорхнувшая из другого мира. Ухоженная, в красивом платье, накрашенная, гламурная. Проходит к стойке, садится рядом с Героем.

К (без предисловий, обращаясь к буфетчице): Сто водки (оглядывая Героя). Двести. И сока запить. Ну привет, Сереж.

Г: Привет. Отлично выглядишь. Как всегда.

К: Рада бы про тебя тоже самое сказать, да не могу. Все убиваешься?

В воздухе повисает молчание.

Г: Есть курить?

К: Нет, что ты дурашка. Я же бросила давно уже. Для здоровья вредно. (заглядывая герою в глаза) Ты что не помнишь?

Г: Нет. Извини. Умираю хочу курить, кажется уже целую вечность не курил.

К: Брось, это тебе не нужно. (обиженным тоном) Слушай, да что с тобой такое? Ты звонишь мне сам, просишь о встрече, я несусь как угорелая, а ты меня позвал чтобы стрельнуть сигарету?

Г: Почему ты выбрала именно это место? Странно, на тебя не похоже…

К: Мало ты меня знаешь. Я здесь часто бываю, общаюсь с потенциальными пациентами.

Г: С пациентами? Здесь? Вот уж не думал. Твои пациенты по-моему меньше ста штук в месяц не зарабатывают.

К: Это не для денег. Тут у меня частная благотворительная практика.

Г: Благотворительная? У тебя? Да я и впрямь мало тебя знаю…

К (клеится всем своим видом): Это точно. Хотя тебе следовало бы знать меня получше. Знаешь я никогда не была против, чтобы ты узнал меня совсем хорошо. Я была бы для тебя лучшей парой, чем…

Киса протягивает руку и откладывает в сторону фотографию, которую Герой вертел в руках все это время.

К (жарко шепча на ухо Герою): Пора забыть. Успокоится. Уже достаточно времени прошло. Ты же знаешь…

Г (дергаясь от ее слов как от боли): Никогда не пройдет достаточно времени. Извини.

Киса откидывается на стуле, обиженно надувает губки, но взгляд хищницы дает понять, что своего она не упустит.

К: Что ты мне зубы заговариваешь? Не о том вообще речь! Зачем ты меня позвал?

Г: Ты в списке.

К: Что?

Г: Я веду свое расследование. Мне помогает один старый знакомый. Ты в списке подозреваемых по делу Стаси.

К: Что?

Г: Ты знаешь, я ведь давно уже расследую. Я всех близких друзей, дальних родственников и вообще всех знакомых уже по десять раз проверил. Тебя почему-то пропустил. Не знаю как так вышло.

Буфетчица смотрит телевизор (все в помехах), где рассказывается о серии странных убийств в области, чтобы заглушить назойливых посетителей она делает звук громче.

Г: Мой старый друг уже несколько раз давал мне наводки, в обход официальных каналов. Последний раз он указал мне на четырех человек. Там наш местный мясник, один одинокий старик, некий привокзальный бомж и ты.

К (с трудом скрывая жадное животное возбуждение, затуманенным взглядом): Ты правда думаешь, что я могла бы с ней сделать такое? Все эти зверства, укусы…

Г: Нет. Конечно это не ты. Тут и думать нечего. Мой друг научил меня одному приему с фотографией, но с тобой бы это не прокатило. Да и вообще прием не сильно нужный, я знаю, что когда увижу того кто это сделал я и так почувствую.

К (в затуманенном трансе, кладет ему руку на колено): Почувствуешь…

Г (не обращая внимания на взмокшую Кису): Да. Я знаю что почувствую. И когда я его найду я буду его мучить. Долго. Очень долго. Так чтобы он взмолился, чтобы все это прекратилось. Если понадобится я буду мучить его целую вечность. Он у меня кровью умоется. Вечность будет умываться.

К (в трансе): Мучить… Вечность…

Г: Я уже столько времени на это убил и ничего! Ничего!

Герой со злостью бьет кулаком о стол, на израненной руке проступает кровь. Киса замечает, что его рука перебинтована, замечает алые капельки на столе, облизывается, полностью меняется ее поза, становясь из расслабленно-расплывшейся хищно-напряженной.

К (шумно сглатывая слюну): Да у тебя же кровь идет! Тебе нужна помощь, срочно!

Г: царапина. Все обойдется.

К: Нет! Это нужно срочно перебинтовать, обработать и… Пойдем скорей!

Г: Да что ты так завелась? Что тебе нужно?

К (облизывает губы, затем его ладонь): Мне? А ты не догадался?

Г: Тебе нужна моя кровь?

К: Это тоже лечение, в некотором роде. Знаешь ведь раньше лечили только кровопусканием и пиявками и как-то удавалось. Пойдем, я уже не могу! Пойдем отсюда! Хочешь я заплачу?

Г: Заплатишь?

К: Да. Я часто так делаю. Именно за этим я сюда и прихожу. Я заплачу, мне не сложно. Эти спившиеся бедняги тоже ведь люди, я понимаю. Пойдем уже. У тебя не такая серьезная рана, не думаю что это может тебе повредить.

Г (делает медленные пасы кровоточащей рукой, Киса заворожено на нее смотрит): А какая она на вкус?

К (следя за рукой): Металлическая… соленая поначалу. Это все знают. Но только подобные мне понимают, что настоящий ее вкус – это Горечь. Она горька, но эта горечь пьянит. Чтобы понять нужно выпить не стакан и не два. Горький вкус, горький…

Г (резко вставая): Извини, я пас. Найди себе на сегодня другого пациента.

Герой быстро выходит из наливайки, оставляя растерянною Кису одну у стойки.

Сцена 9

Бес уже стоит на улице, режет яблоко и ест с ножа.

Б: Ты видел как она потрясающе выглядит? Много кровушки из мужиков попила, ох много. Я бы так не смог, лопнул бы точно. Бабам в этом плане легче, они раз в месяц сцеживают. (мерзко смеется). Яблочко хочешь?

Герой проходит мимо Беса вообще не обращая на него внимания, полностью игнорируя его присутствие, он снова куда-то идет вдоль серых улиц, Бес вышагивает за ним.

Б (снова лекторским тоном): Самое дикое в вампирах и им подобных – это то, что они не имея своей крови и своего тепла крадут чужое. Это как черная дыра, как минус, в котором тонут все плюсы. Как прошлое. Кровь ведь стала их пищей не спроста. Кровь – это символ, это сосредоточие жизни. Кровь и сперма вообще самые любимые жидкости человечества. Они самые живые. Одна поддерживает жизнь, другая ее дает. А вампиры ее крадут, откусывая от человеческого тепла по маленькому кусочку. Казалось бы жизнь – вещь абсолютная и ее нельзя препарировать на куски, ан нет! Вампиры, как истинные так и мнимые, доказали, что можно. Только это противоестественно. А все что противоестественно – суть безумие. А безумия люди боятся, потому что безумие – это Ад. Хотя в вашем спятившем мире все немножечко вампиры, также как немножечко оборотни и самую капельку мертвецы. Эй ты меня вообще слушаешь?

Герой подходит к заброшенной телефонной будке, запирается в ней, спасаясь от докучливого Беса и набирает номер майора.

Г: Да возьми ты эту чертову трубку! Ну!

О (сонно): Да. Слушаю.

Г (истерит): Это я! Слушай, что за фигню ты мне впариваешь, а? Какого черта? Я обошел уже трех человек из списка, все не то, вообще, даже близко не то! А какой этот список по счету я уже и вспомнить не могу. Мне нужно обойти всех людей в Городе, так?

О: Серый, это ты? Успокойся! Ты опять куда-то встрял? Снова нужна помощь?

Г: Нет, хватит уже меня опекать! Я прошу чего-то реального, а не ниточек уводящих в никуда. Кстати, почему меня раз за разом пытаются взять твои люди, а? Ну как тогда на Лесной? Мне это все не нравится!

О: Серый, угомонись! Ты же знаешь, что мы сотрудничаем неофициально, я не могу поставить их в известность…

Г: А ты вообще хоть что-то можешь? Ты не можешь найти убийцу Стаси, не можешь найти какого-то полоумного душегуба, который оставляет все больше и больше трупов, хотя кажется что у тебя есть адреса вообще всех психов в Городе! Как так?

О: Серый, я…

Г: Почему ты все время спишь? Здесь все спят, все всё время спят, один я бодрствую и то ты вечно меня загоняешь прямо к черту в пасть! Что за херня? Кстати о чертях! Угомони уже своего бешеного соглядатая, я не знаю уже куда от него деться!

О: Какого еще соглядатая?

Г (снова взрываясь): Какого соглядатая? Это ты мне расскажи какого! Черт бы драл всю вашу хренову секретность и конспирацию.

О: Серый, что за соглядатай, я правда ничего не понимаю.

Г: Ну такой… Пьяненький все время, вечно ходит за мной, впаривает какую-то чушь про вампиров и оборотней. Рост… ну не знаю, чуть ниже меня. Особых примет нет. Мерзко смеется.

О (после долгого молчания): Сергей, я никого следить за тобой не посылал. Это просто невозможно.

Г: Как не посылал?

О: Так. О нашем сотрудничестве никто не знает и не должен знать. Я просто не мог бы этого сделать, даже если бы и хотел.

Герой потрясенно молчит. И оглядывает улицу в поисках беса. Того нигде нет.

О: Серый? Ответь! Где ты сейчас? Я приеду, подожди меня. Этот мужик все еще рядом? Что он тебе говорил? Серый! Ответь! Я сейчас подъеду, жди, это серьезно! Серый!

Герой кладет трубку. Осторожно, слегка побаиваясь выходит из будки. Осматривается по сторонам. Затем фыркает, сбрасывая с себя оцепенение.

Г: Бред.

Герой разворачивает конверт, где осталось не загнутым всего одно имя.

Г (читая вслух): Бомж по кличке «Гном». Обитает где-то в районе вокзала. Шикарно, твою мать!

Герой замечает на земле бычок и коробок спичек рядом. Поднимает бычок и спички, пробует закурить.

Раздается грома, снова проливается дождь.

Г: Шикарно, мать твою!


Сцена 10

Привокзальный индастриал. Группки бомжей греются у какой-то небольшой свалки, возле горящих бочек под нехитрыми навесами. Герой ходит от одного бомжа к другому повторяя один и тот же вопрос «Гнома не видели?». Большинство просто шарахается от него, многие не могут произнести и двух связных слов. Герой обходит их по второму кругу. Наконец к Герою подходит низкая сухая старуха.

Старуха: Ты ищешь Гнома?

Г: Да! Вы знаете где он? Мне очень нужно его увидеть, я не из органов, это личное дело. Мне нужно с ним поговорить.

С: Ну сходи, поговори. Он там за той кучей.

Герой отходит в указанном направлении. Видит только тело, накрытое газетой, так что торчат одни босые синие ноги. Приподнимает газету и весь содрогается, отшатывается назад.

К Герою подходит Старуха.

С: Ну как, поговорил? Вот он твой Гном. Был Гном да весь вышел.

Г: Давно он тут лежит?

С: Третьего дня вроде как околел, а труповозка до сих пор сюдыть не добралась. Она сюда редко добирается.

Г: А люди вокруг? Что всем все равно?

С: Гдей-то ты тут людей увидал, милок? И да… Всем все равно.

Герой кричит, с размаху бьет перебинтованной рукой какой-то жестяной лист, раздается гром, всполохи молний.

Г (кричит): Ну как же так, а? Ну как так? Я не могу больше! Сколько можно ходить по кругу?

Бомжи испуганно прячутся по темным норкам, как крысы, все кроме Старухи.

Г (сидя на земле и всхлипывая): Сколько еще? Сколько? Сколько?

С (подходя): Уезжал бы ты отседова сынок. Эдак ты никогда из Города не выберешься и будешь так тут бродить туды-сюды. Сперва пока с ума не сойдешь, а потом просто вечно.

Г: В смысле пока не умру?

С: В смысле вечно.

Старуха заходит под навес, отрывает от журнала тонкий листок, сперва пробежав глазами по тексту, затем делает самокрутку. Потом прикуривает ее от веточки, которую засовывает в костер. Вкусно затягивается дымом.

С: Я тут давеча читала в журнале каком-то, что мол на этой земле никогда изверги не переводятся. Нельзя тут жить. Толи ветры как-то не так дуют, то ли еще. В общем нельзя тут людям жить, только извергам. Вот и режут девиц да деток почем зря у нас чуть не каждую неделю. Агась… А еще вот читала давеча, но то раньше было, что мол было тут поместье одного знатного колдуна, мастера темнейших дел. Уж не знаю чего он творил, но где-то в музеях у нас тут грят гроб с его прахом, а в гробу то и пусто! Да… Тот дядька, написано было, очень многого в своей науке достиг. Лютым был человеком, лютым. Да только злоба его же его и сгубила. И так ее много было, что она не рассеялась, не ушла, а осталась. И все вокруг пропитала, да людей потихонечку жрет. Это даже не призрак, не хмарь, это что-то без тела и без имени! И все мы служим тут ему. А ты тут ходишь кругом, да кровью все вокруг поливаешь (показывает взглядом на окровавленную руку). Нехорошо это. Нехорошо. Ехал бы ты прочь.

Г (поднимаясь, отряхиваясь): Коли такая умная, чего ж сама не едешь?

С: Так у меня ж денег нету, дубина!

Старуха кряхтя и покашливая уходит прочь.

Герой закрывает глаза и подставляет лицо дождю. Один из бомжей сбрасывая грязный плащ оказывается Бесом, который начинает расхаживать около Героя.

Б: Между прочим, старушка советовала тебе уйти отсюда. Искренне вполне советовала, ты уж поверь мне. И про призрака – это не такой бред. Был тут один – достойный ученик, я тебе скажу. Сходил бы как-нибудь в краеведческий музей, поинтересовался бы. Бывают же на свете вампиры и оборотни! Ты прослушал в этой истории главное – Зло, а особенно большое Зло никогда не исчезает бесследно. Оно поселяется в сердцах людей, в поступках людей, в мыслях людей, даже в воздухе. У Зла нет имени, нет тела, но единожды принесенное в мир оно всегда продолжает существовать. Нет тела – а оно живет, как призрак или святой дух. Безумие, правда?

Г (не открывая глаз): А безумия люди боятся, потому что безумие – это Ад…

Б (обрадованно): Совершенно верно! Ты начинаешь слушать, значит начинаешь понимать. Чуть ли не впервые за два года. Впрочем, в такие ночи ты всегда понимаешь чуть больше и чуть внимательней слушаешь. На тебя хорошо действует Новая Луна.

Герой срывается с места, хватает Беса за грудки и припирает к стенке.

Г (в бешенстве): Кто ты такой? Что тебе нужно? Почему ты вьешься около меня? Отвечай! Отвечай или я тебя убью!

Б (испуганным взглядом смотря куда-то в сторону дороги): Ой! Гляди, волга черная!

Герой инстинктивно оборачивается, Бес тем временем успевает дать ему под дых, вырваться из захвата и убежать на другую сторону ж/д путей, на ходу смеясь, подпрыгивая и щелкая каблуками.

Б (убегая): Я же Дьявол, забыл, что ли? Короткая же у тебя память, ой короткая!

Бес выбегает на возвышенность и снова кричит Герою.

Б: В музей сходи, Серый! Память проветри!

Бес залихватски свистит, вставив два пальца в рот. Его свист сливается с шумом проходящего мимо поезда. Лицо хохочущего Беса отражается в свете вагонов.

Когда поезд проезжает мимо Беса снова нет.

Г (словно нащупывая разгадку): Музей… Краеведческий музей…

Герой подбегает к Старухе. Хватает ее за руки.

Г (зло): Где тот журнал? Там где статья про колдуна? Где он!

С: Отстань от меня, бешеный! Скурили твой журнал уже давно небось-то! И Гном твой протух!

Г (звериным рыком): Где статья?

Старуха пугаясь кидается к куче макулатуры и довольно быстро достает нужный номер журнала.

С: Вот забирай свой журнал, припадочный, отстань только!

Герой быстро пролистывает журнал, находит нужную статью. Главная иллюстрация в статье это старое фото (возможно портрет) того самого колдуна, в котором безошибочно узнается Майор. Раздаются раскаты грома.

Г (читая про себя, проговаривает часть текста вслух): …Известный чернокнижник… Поиски эликсира бессмертия… Ритуальные жертвоприношения… Был признан виновным в гибели семнадцати девушек… Убийства совершались в ночь Новолуния… Господи… Нет, нет…

Быстрой нарезкой в памяти героя проносятся образы-улики в частности перстень с эзотерическим символом изображенный на другой иллюстрации и перстень который все время носил майор.

Раздается звонок от стоящей рядом телефонной будки. Герой бросает газету и в панике бежит прочь. Герой достает из кармана список и выбрасывает его на ходу, вместе со списком из кармана вылетает и фотография. Герой пытается поймать ее, но фото уносит ветер. Герой бросает и бежит к вокзальному входу. Кидается к кассам. Кассы закрыты, все до одной, на вокзале ни души, мимо проносится очередной поезд, даже не думая останавливаться.


Сцена 11

Герой выходит с вокзала. Идет по пустой темной улице. Садится на остановке на скамейку. Рядом сидит Девушка.

Герой опускает голову, обхватывает её руками и тихо поскуливает.

Девушка (неуверенно): Что с вами? Вам плохо?

Г: Да. Мне плохо. Я хотел уехать отсюда. Уехать и подумать. Но отсюда невозможно выбраться.

Д: Да. Я понимаю. Я сама хотела уехать, но кассы зыкрыты. И автобусы не ходят. Странно.

Г: Куда ты хотела уехать?

Д: Куда угодно. Лишь бы отсюда.

Молчание.

Г: Знаешь, кажется сегодня я узнал кто убил мою жену. Это был человек, который помогал мне в её поисках. Забавно да?

Д: Ваша жена погибла?

Г: Да. Давно. Это неважно. Я устал. Это очень влиятельный человек, но у меня есть с ним связь. В следующий раз когда я его увижу…

Д (подсаживаясь к герою и закрывая ему ладонью рот): Не надо. Не говори этого. Не думай. Пожалуйста. Лучше вспомни её.

Г: Она… (перебивки коротких сцен-воспоминаний, на которых мы не видим лицо Стаси) Она была волшебной. Она была родом не отсюда. Совсем другая. Она была для меня всем. Я понял это только когда её не стало. Её звали Настя, но я называл её Стася. Моя Стася… (закрывает глаза)

Д (задумчиво): Так меня называла мама…

Герой долго смотрит Девушке в лицо. Она смущается. Потом внезапно порывистым движением целует его.

Д: Ты не думай, я не всегда такая… Просто мне было очень плохо сегодня. И вчера. Долго. Я устала. Тот кого я любил сделал мне больно и… В общем… Не знаю. Не важно.

Герой смотрит Девушке в лицо и молчит.

Д: Знаешь, я когда тебя увидела, я сразу… не знаю, как будто почувствовала. Почувствовала что ты такой же. Такой же как я. Тебе сейчас плохо и ты устал. Очень устал. И ты не знаешь как выбраться отсюда. И ты очень хочешь забыть, то что тебя гложет. Давай попробуем забыть это. Оба. Хотя бы ненадолго. Пойдем, тут холодно. Холодно и серо. Пойдем. Тебе нужно отдохнуть. Нам нужно отдохнуть.

Она поднимает Героя за руку и ведет за собой.

Сцена 12

Темнота. Сцены-«вспышки», в которых всплывают воспоминания Героя о Стасе, встреченные странные люди, майор-особист. Слышится порывистое страстное дыхание, стоны девушки и биение сердца. Бес, находящийся в пустой комнате сидит на стуле и вертит в руках фотографию, которую все время носил с собой герой. Зритель видит, что на фотографии изображена та самая девушка, которая встретилась герою в прошлой сцене. Бес приговаривает «Тили-тили тесто, жених и невеста, тили-тили тесто жених и невеста» и всячески портит фотографию, втыкает в неё иглы, режет ножницами, пробивает степлером, мнет, кусает. Стоны усиливаются, биение сердца становится чаще, затем мы слышим шепот героя переходящий в крик «Стася… Стася. Стася!»


Сцена 13

Повторение первой сцены от и до.


Сцена 14

Герой сидит в квартире перед телевизором. Смотрит выпуск криминальной хроники, с собой в роли диктора.

Герой: Очередная жертва серийного убийцы была вчера обнаружена в районе Главного Железнодорожного вокзала. Это уже седьмая жертва «Новолунного Потрошителя», так окрестила пресса маньяка, поскольку свои преступления он совершает только в этот период месяца. Как и прочие жертвы этой серии, убитая — молодая девушка 23-х лет. На теле обнаружены многочисленные порезы и укусы, Тело было расчленено с особой жестокостью. Вот что говорят по этому поводу работники органов правопорядка.

На Экране появляется Особист, дающий интервью корреспонденту.

О: Судя по почерку это определенно тот же самый убийца. Следствие располагает определенными данными, которые указывают на ряд лист, которые возможно причастны к совершению этого и других преступлений. В интересах следствия их имена не разглашаются…

В тот момент, когда по телевизору передают интервью Особиста, Герой разматывает бинты на руке, берет нож и оставляет себе седьмую зарубку.

Титры.