Путин

Автор: Atlas Глухов отряхнул последние капли, поднял глаза и окаменел. В зеркале ему улыбался Путин. Семен никогда серьезно не пил, только здесь — в театре, позволил себе расслабиться в буфете. И вот на тебе!
Он испуганно обернулся, проделав рукой неожиданное для самого себя движение — то ли собираясь перекреститься, то ли отдать честь.
- Не пугайтесь, — сказал Путин, дипломатично не замечая расстегнутой ширинки. — Как вам представление?
- Спасибо, — выдохнул Глухов. — Огромное вам спасибо! От всех нас...
- Ну что вы, — растрогано наклонил голову Путин. — Это моя работа!
Было видно, что ему понравились искренние слова Семена. Он вынул из бокового кармана какую-то бумажку и самой обыкновенной шариковой ручкой быстро нацарапал что-то на обороте.
- Возьмите, — протянул Путин карточку. — И всего доброго...
Едва он вышел, в туалет вошли американские офицеры. Строгие и неулыбчивые они надвигались нестройной цепью. Их почти черная форма, наплечные галуны, пробудили у Семена подспудную, впитанную с молоком Вим-биль-дам, ненависть к захватчикам.
- А вот хрен вам! — зарычал он, отважно бросаясь в атаку.
Оттолкнув ошеломленных американцев он пробился к кабинке, смачно врезал кому-то локтем и заперся изнутри. В дверь немедленно забарабанили кулаками, снизу пытались ударить по ногам, а когда Семен вскочил на унитаз, кто-то длиннорукий приложил его по голове из соседней кабинки.
“Приплыли”, — тоскливо подумал Семен. Что-то такое он всегда подозревал. Очень уж суетились — по его мнению, американцы последнее время. Не иначе что-то готовили… Взгляд его упал на зажатую в руке карточку. С нее улыбался отеческой улыбкой Путин. Так вот им что надо!
Сердце наполнила решимость. Семен приподнялся, уворачиваясь от оплеух расстегнул ремень, и спустил брюки. Присев он уже ни на что не отвлекался, стараясь спрятать драгоценную карточку как можно глубже...
В полиции его почти не били. Сказывалось присутствие начальства, да и Семен выразил готовность сотрудничать со следствием. Степень своей вины он осознал еще по дороге, когда подслушал разговор двух сержантов:
- Представляешь, этот мужик отмудохал америкосов из военного оркестра. Они фотографировались там в холле с двойниками, а потом пошли отлить. Ага… Бухой...
От воспоминаний и собственных мыслей Семену стало нестерпимо стыдно и страшно.
- Товарищ дежурный, — робко позвал он сквозь прутья решетки.
- Тамбовский волк тебе товарищ! — лениво откликнулся тот.
- Гражданин дежурный! — воззвал в отчаянии Семен, неожиданно вспомнив формулу правильного обращения. — У меня есть вещественное доказательство!
Сидеть после недавних процедур было неудобно. Еще неудобней были вопросы следователя.
- Глухов, — начал он вкрадчиво. — Ведь ты же не дурак. Вот откуда, блядь, у тебя эта фотография, да еще в таком месте? Ты понимаешь, чем это пахнет?
Он вынул табельный пистолет и оглушительно лязгнул затвором. Испуганный Семен задрожал, не в силах произнести ни слова. Чем это пахнет — он ощущал до сих пор. От страха и отчаяния он замычал словно глухонемой и протянул скованные руки.
- Там, — просипел он, указывая пальцем на карточку. — На обороте…
Майор брезгливо поддел картонку стволом пистолета, вытер его о пиджак Семена и только потом вгляделся в цифры.
- Какой номер длинный, — проворчал он, приложив трубку к уху. — Спутниковый, что ли?
Слышно было как в динамике щелкнуло, майор открыл было рот, но внезапно замер, вслушиваясь в короткие, но такие родные фразы.
- Так точно! — выдавил он после длительного молчания. — Будет исполнено!
Лицо его выглядело неописуемо — глаза бесцельно перебегали с предмета на предмет, с него не сходило выражение крайнего недоумения, смешанного с глубочайшим восторгом. Положив трубку майор зачем-то понюхал карточку. Коротко подумав, он надел фуражку и повернувшись к Семену медленно и торжественно отдал честь.