Сувениры моего сердца

Автор: гандон на всю голову Начало здесь: www.litprom.ru/thread47988.html

Осень настала неожиданно, но к этому времени года мы с Васькой были уже далеко от места назначения.
Раны от ежедневных упражнений посредством общения с крапивой зажили и зарубцевались. Уже мы успели привыкнуть к нормальной человеческой пище и забыли вкус этого овощного супа с сырыми шкварками, как его там? Бор(ж.ч.).
Я решил, что настала Пора. Появилась Необходимость.
Но Васька на этот раз наотрез отказался следовать со мной для борьбы. Он сказал мне, что для Необходимости достаточно будет меня одного, что у него, у Васьки, язва и гастрит от плохого питания, а на пальцах ног гангрена.
Я тут же приказал Ваське снять башмаки, чтобы осмотреть гангрену. Для этого мне пришлось лично сдирать с его ног портянки, они приклеились к подошвам и превратились в желе, и было не разобрать, где кончаются Васькины ноги, а где начинаются портянки.
Эти самые ноги мы опустили в раствор соли и уксуса, и запах, имевший силу трех тысяч топоров, постепенно ослаб до вполне приемлемого. Портянки мы выплеснули вместе с водой, и я велел Ваське надеть носки со своего плеча – белые. Это мои единственные носки и я решил некоторое время походить босым.
Но все мои предварительные действия не возымели успеха! Васька заболел Трусостью. Вероятно, это гангрена его мозга. Поэтому Ваську пришлось сдать в поликлинику на лечение, там ему ежедневно делают щекотание головы электромеханическим аппаратом и говорят, что лечение будет долгим.

Я поехал один! В этот раз это был обычный рейсовый автобус, и чтобы не платить денег за проезд, я прикинулся контролером. Пассажиры входили и выходили, а я сновал между ними. В конце-концов набегался, устал и, засыпая на ходу, присел в проходе. На меня наступали чьи-то ноги, об меня вытирали башмаки, под конец даже стали пинать в бока. Я терпел до самого конца, я все вытерпел!
Хуже всего было с едой, то есть, с ее отсутствием. Запасов с собой не было, подножный корм иссякал. И всего-то удалось вытащить из котомки зазевавшегося пассажира краюху хлеба и с десяток сухих груш, да еще одного пассажира я оштрафовал на сто мелких медных монет, но на них я возлагал особенные надежды.
И они пригодились, да еще как! Сразу по прибытии в этот город я купил на них три коробка спичек, это были сувениры и подарки Ваське, томящемуся на излечении в поликлинике.
Я сразу пустился в обратный путь, не задерживаясь ни на минуту! Я отодрал от себя этих шлюх, набросившихся на меня в предвкушении порабощения. Ишь, повадились. Да не на того напали.
Возвращался пешком, иногда забредая в огороды с уже выкопанной картошкой. Приходилось и ботву есть, сухую. Но я привез, привез Ваське сувениры моего сердца. Он идет на поправку, снял мои белые носки и уже обмотал ноги портянками.