Важное
Разделы
Поиск в креативах
Прочее

Х (cenzored):: - Конец света - 2012 глава 3 , 4

Конец света - 2012 глава 3 , 4

Автор: Сергей Климко
   [ принято к публикации 11:39  04-11-2012 | Лидия Раевская | Просмотров: 271]
На поверхности и под нею

Как Вадик и доложил, снаружи все было черно, как у негра в ж…е. Ничего удивительного в этом не было – ведь было только утро, солнце еще не успело подняться высоко над горизонтом.
Оглядываясь по сторонам, Серега сразу и не сообразил, в каком районе города он находился. Но пробираясь между обгоревшими стенами домов и держась от них на почтительном расстоянии, боясь испачкаться в саже и копоти, он начал постепенно узнавать окружающий его изменившийся мир.
Это была улица Фабрициуса. Здесь он когда-то, в доме под номером одиннадцать, проживал несколько лет. Раньше все здесь ему было до боли знакомо, теперь же — стало совершенно неузнаваемым. Улица выглядела так, как на старых военных и послевоенных фотографиях, разве что не было подбитой и еще дымящейся военной техники и руин на месте домов. Дым струился из глазниц почерневших домов, называвшихся когда-то окнами.
Вдалеке он заметил двигающуюся тень. Сначала Серега подумал, что это ему померещилось, так тень органично сливалась с окружающей средой. Вскоре тень остановилась и своим суетливым поведением дала понять, что ее обладатель тоже заметил Серегу.
— Смотри, собрат по разуму, — прошептал Кличко и начал подкрадываться к тени. – А я-то, дурак, думал, что буду здесь в унылом одиночестве. Надо бы узнать, кто он такой.
По мере приближения к обладателю тени Серега определил, что тот был повыше ростом, но поуже в плечах. Это уравнивало шансы на победу на случай драки или других нецивилизованных выяснений отношений.
Действие разворачивалось аккурат возле магазина №10 по улице Московской, который много лет назад гостеприимно раскрывал перед Серегой свои двери, дабы отоварить его чем-нибудь вкусным.
Наконец, Серега оказался рядом с незнакомцем. К счастью, в руках у того была
всего лишь палка, на голове, – кислородная маска, а за спиной, — заветный баллон с кислородом.
— Ты кто? – коротко спросил Кличко незнакомца сквозь непрозрачную маску.
Вопрос прозвучал невнятно, поэтому незнакомец ничего не понял и, восприняв вопрос как угрозу, попытался оттолкнуть Серегу палкой. Так как руки у Сереги были свободны, то он попытался схватить орудие обороны и вырвать его из рук противника. Незнакомец не ожидал такого вероломства от соперника и, воспользовавшись его секундным замешательством, Серега успел схватить палку и дернуть к себе.
Но противник ее не отпускал. Тогда Серега, одной рукой держа палку, другой рукой сорвал маску с лица незнакомца. Тот от неожиданности вскрикнул и грязно выругался.
Голос незнакомца показался Сереге неожиданно знакомым.
«Черт побери, да это же Павел», — в свою очередь ругнулся про себя Серега.
Заметив, что в обморок от удушья противник не упал, Серега тоже снял маску.
- О, папандос, — оторопело и не совсем радостно выкрикнул «незнакомец».
- Не папандос, а папа, — поправил Серега своего свеженайденного сына.
Он не любил некоторые неологизмы, используемые подрастающим поколением, и потому тупо и невпопад воспитывал своего младшего сына.
– Ну, рассказывай, откуда ты здесь такой грязный вырисовался? – поинтересовался папа у своего сына.
— Долго рассказывать, потом, ты на себя посмотри, сам такой же. А где ты раздобыл баллон? — ответил вопросом на вопрос Павел. — Нам они до зарезу нужны.
— У нас есть только один, а необходимо много. И, я так думаю, что нам они нужны больше, чем вам. Кстати, сколько вас?
— Только наша группа «Черри джаз» и несколько знакомых, да я и не считал, — легкомысленно ответил сын.
Пока они разговаривали, Серега сообразил, что дышать все-таки было можно, особенно если периодически вдыхать кислород из баллона.
- Может, пойдем к нам, подробно расскажешь обо всем, – предложил папа сыну. – Заодно посмотришь, где я теперь обитаю.
Павел неохотно согласился. Хотя он и встретил своего отца, но обязательства перед своими ребятами были для него важнее родственных отношений.
Рано став вполне самостоятельным, Павел давно откололся от родителей. Играя в своих многочисленных оркестрах, он мог запросто уехать на несколько дней в Киев или Коктебель. Учась в «кульке», он мечтал об учебе в более престижном музыкальном заведении, например, в Гнесинке или Катовице.
Но родители, особенно отец, отговаривали его от столь рискованного шага.
- В Минске учиться лучше, поближе к нам с мамой, хоть не будем волноваться за тебя.
Вот и выжил благодаря тому, что остался учиться в Минске, стало быть, правильно родители сделали, что отговорили.
Дети, слушайтесь своих родителей, они кое-что понимают в этой жизни!
Вадим и остальные ребята удивились тому, что Серега возвратился не один.
— Вы не поверите, я нашел своего сына Павла, — радостно доложил Кличко своим друзьям.
Павел рассказал пытливым Серегиным товарищам, как он с друзьями спустился в метро, как они блуждали по станциям, как, в конце концов, вышли наружу на станции «Институт культуры» и после долгих поисков нашли себе убежище.
После рассказа о своем чудесном спасении Павел заторопился к себе.
— Я тоже пойду с тобой, покажешь ваши апартаменты, — напросился в попутчики Серега.
Должен же был он узнать, где и как обустроился его сын.
Они долго шли дворами и закоулками, пока не пришли к старому бомбоубежищу, вырытому еще в пятидесятых годах двадцатого века.
— Здесь мы и обосновались, — деловито сказал Павел.
Он открыл дверь в убежище, и они по ступенькам спустились вниз.
Вошедшим в бомбоубежище людям открылась следующая картина. Светящиеся фонари сразу с нескольких сторон выхватывали из темноты фигуры находившихся здесь людей, а их тени отражались на стенах и потолке в причудливой искаженной форме. Разговоры на секунду прекратились, лучи света потянулись к гостям и на несколько секунд ослепили их.
— А я вас знаю, вы – папа Павла, — обрадовано произнес один из присутствующих в убежище людей.
Это был Сашка Орехов, друг Павла. Такой же высокий детина, за метр девяносто сантиметров ростом.
Серега Кличко был ростом около метра девяносто сантиметров, два его сына – метр девяносто четыре и метр девяносто пять сантиметров. Серега считал, что они питались, видимо, исключительно витаминами для увеличения роста. Только один из друзей Павла был ростом ниже Сереги.
По тембрам услышанных звуков Серега сообразил, что среди присутствующих были и девушки.
— Ну, раз здесь есть и женщины, жизнь на планете Земля спасена, — пошутил он, надеясь, что его шутку оценят.
Однако смеха после его слов не последовало. В убежище царила кислая, унылая атмосфера, почти апатия.
— Нет на вас Вадика Шалыгина, он бы вас быстро перевоспитал, — сказал Серега в сердцах.
Видя, что и этим его словам не сильно обрадовались, Серега заторопился домой.
И, как только он вышел из убежища, грянул гром.
— Да уж, силам природы на смерти плевать. — Сереге вдруг вспомнилась известная песня Высоцкого.
Зонта, конечно же, у Кличко не было, только зимняя кожаная куртка, джинсы и зимние сапоги помогали ему пережить все свалившиеся на его плечи невзгоды.
Воздух по мере усиления дождя становился все свежее. Читатели, наверное, заметили, как пыльно бывает в городе после окончания зимы, когда весь снег растаял и испарился и остался насыпанный на дороги и тротуары песок? Стоит только подуть ветру, как тут же поднимается пыль и становится нечем дышать. Но стоит пройти дождю, как пыль оседает на землю, и воздух становится чистым и свежим. Только сейчас воздух был насыщен сажей, и нужны были сильные ливни, чтобы его очистить до такого состояния, чтобы им можно было дышать, без риска зацементировать себе легкие.
— Глядишь, и жить станет веселее, — вслух заметил Серега, вдыхая живительный кислород полной грудью.
Минут через двадцать выглянуло солнце.
— Так вот ты какое, солнце нового мира, — радостно воскликнул Серега и взглянул на уже довольно высоко поднявшееся над горизонтом дневное светило.
Это был весьма опрометчивый поступок. За два месяца лишений и жизни в полной темноте он совсем отвык от солнечного света, поэтому на него напал такой продолжительный и сильный чих, что мозги едва не вылезли из его бедной головы.
— Не могло же Солнце так стремительно сменить свой цвет и из желтой звезды превратиться в белую, — недоуменно пробормотал Кличко.
Если бы это и произошло, то эффект от усиления яркости светила был бы приблизительно таким же. Вдобавок Сереге пришлось бы еще и постоянно прятаться в тень, ибо под палящими лучами нового Солнца находиться было бы невозможно.
Кое-как поборов свою слабость, Серега поплелся восвояси.
В «норе» Серега поделился впечатлениями от всего увиденного с приятелями.
— Нам тоже нужно найти убежище, — деловито заключил из рассказа Вадик. — Ну, а что солнце ярче светит и воздух свежеет, – просто здорово, значит, будем жить.
Все решили искать такое же убежище, но без конкурентов, как обозвал группу Павла Василий.
— Еще и нас заразят своей хандрой, – с предубеждением добавил Вася.
И так как харчи у ребят стремительно заканчивались, а есть хотелось с небывалой силой, они решили не откладывать поиски в долгий ящик.
На разведку пошло восемь человек. Вася взял свои отмычки, Серега – монтировку, Вадим – лом, в общем, кто что захотел, или подо что были руки заточены. Сашка, ворчливый коротышка лет сорока, взял с собой домкрат.
Как они нашли убежище, это долгая история. К концу дня с превеликим трудом они открыли входную дверь, за ней вторую, внутреннюю. И сразу по обонянию буквально ударил трупный запах.
Перед ребятами открылась ужасная картина. Убежище было полно мертвецов! Трупы лежали полуголые и в неестественных позах, видимо люди умерли от невероятной жары
и отсутствия вентиляции, просто задохнулись.
— Нам еще повезло, – прошептал убитый увиденным Вася. — Мы хоть ушли в тоннель метрополитена.
— Да, мы оказались в нужное время в нужном месте, — мрачно добавил Жора.
— Так, философы, хватайте приглянувшиеся сумки и на выход, пока меня от всего этого не вытошнило, — скомандовал Вадик.
В общем, каждый взял по две сумки, тяжелые и объемные. Домой шли с чувством
выполненного долга, хотя и не до конца, ведь для комфортного проживания это убежище уже не годилось.
Дома ребята исследовали содержимое принесенных сумок. После обнаружения новых
поступлений провианта о голодной смерти не могло идти и речи. На радостях Вася вспомнил об одном важном деле.
— А кто обещал, когда выберется наружу, сыграть с нами в «Один против своих»? – закинул он свою удочку.
— Ну, я обещал, — нехотя признался Жора.
— Теперь самое время рассчитаться по счетам, — как в западных вестернах вызывающе произнес Василий.
— Нашел время, – проворчал сквозь зубы Сашка.
Он и раньше недолюбливал таких умников, как Вася, а сейчас готов был порвать его, как тузик грелку. Вообще, в любом коллективе есть какие-то противоречия, и есть антагонисты, ненавидящие друг друга. А Сашка и так был довольно резок и до двух редко считал.
— Отчего же, извольте получить должок, — сказал со злостью Жора.
Этими словами он сильно озадачил ребят.
— Жора, не надо, не до этого сейчас, пошли ты его к черту, — затараторили пацаны, не догадываясь, что Жора задумал.
Однако Жора стал совершенно неумолимым.
— Сейчас будет игра, — зловеще сказал он своим товарищам.
— А деньги у тебя для этого есть? – дразня Жору, едко спросил Вася.
— Есть, — уверенно ответил Жора, хотя денег у него не было, по крайней мере, больших. Да и те были на магнитной карточке, снять их было негде. – Вот мой первый вопрос.
И Жора начал задавать вопрос за вопросом, один труднее другого. Надо сказать, он это делал мастерски, без тени смущения и робости, как иногда бывало, когда показывали эту передачу по телевидению. Можно сказать, что экстремальная ситуация заставила его превзойти самого себя.
Но и Вася был, как говорится, не лыком шит. Насмотревшись ранее этих передач, он запомнил почти все ответы и с помощью только двух подсказок дошел до последнего уровня.
— Ну, вот вам последний вопрос. Как на самом деле звали Пеле? Варианты ответов…, — не успел договорить Жора.
— Не надо, — перебил его Василий, со значением глядя на ребят. – Эдсон Арантес ду Нассименту.
Никто не ожидал такой прыти от Васи. Только Серега, с молодых лет увлекавшийся
футболом, знал ответ на этот трудный вопрос.
— Вы только что выиграли пятьдесят миллионов рублей, — торжественно сказал Георгий
Победоносец. – А получить свои деньги вы сможете только после показа этой передачи по телевидению.
— Что же ты раньше не предупредил меня об этом, — обиделся Вася, понимая, что по телевидению теперь его не покажут никогда. – Я бы тогда сыграл с тобой не в «Один против своих», а, например, в карты.
— Незнание законов не освобождает от ответственности, — заметил Вадик. – А игра
была хорошей и поучительной.
Он по-отечески похлопал Васю по мужественному, но легкомысленному организму, допустившему такую сильную оплошность.
— И правильно, что все так получилось, — добавил Серега. – У своих товарищей выигрывать не красиво, Вася.

Глава 4

Четверка заезжих героев

Однако вопрос о новом жилье с повестки дня снят не был. Ребята решили отложить по-
иски на завтра. Заодно и поискать себе подобных горемык, кроме членов уже известной группы Павла Кличко, которые тоже смогли выжить после катастрофы.
И одного такого человека нашли довольно скоро.
Они решили начать поиски в направлении площади Независимости. Выйдя утром из своего логова, на подступах к площади ребята вдруг заметили лежавшего на земле человека. Он еще, к счастью, дышал и своими чертами лица отдаленно напоминал ведущего обалденно-информационной программы «Проректорпенисшилтон» Ивана Уркана. Лежащий на тротуаре был одет в длинное черное пальто, на ногах были черные модные ботинки, на голове – модная шляпа. Диссонансом же являлись дырявые носки под ботинками, начищенными в первый и последний раз несколько месяцев назад, и черная щетина, покрывавшая впалые щеки и местами превратившаяся в бороду.
К тому же был он грязный, как бомж, регулярно сдающий стеклотару в приемном пункте. В общем, непростой корабль занесло в тихую минскую бухту.
Ребята отнесли его в свое жилище, уложили на пол, застеленный для этого старой одеждой, и попытались напоить его водой. Когда вода была жадно выпита, решили дать бомжу для укрепления организма стакан водки.
После нескольких попавших в организм граммов живительного зелья бородатый незнакомец глубоко вздохнул и цинично произнес:
— Дайте лучше виски.
— Вот привереда, — поразился таким словам Вася. – Если судить по запросам, то это действительно тот самый Уркан.
— Виски у нас нет, — добавил к сказанному Вадим. – Лучше расскажи нам, что ты за птица и как здесь оказался.
«Вдруг это все же не Иван Уркан, а похожий на него человек? У того Ивана были знаменитые пухлые щеки, – спросил у самого себя Вадим. – А если это он, то не стал ли он после катастрофы другим?»
«Птица» долго пыхтела, кряхтела, не желая махать крыльями и приходить в себя. По всему было видно, что человек был не в своей тарелке. Но через час, после того, как он помылся и утерся любезно предложенным Серегой полотенцем, ребята узнали от него следующее.
Да, он был тем самым Иваном Урканом, и он здесь был не один, а со своими друзьями.
В прошлом году они приехали в Минск снимать «Самы лепшы фiльм» с Цветиковым и Занустяном по приглашению белорусской стороны. А тут вдруг этот Армагеддон начался. Они стремглав спустились вместе со многими минчанами в метро, где приготовились переждать самое страшное. В конце концов, оказались они все вместе в подземном торговом центре «Столица». И все было неплохо, еды было вдоволь, да только здорово поцапались они с режиссером фильма Александром Чекало.
— Ты, наверное, его подкалывал, как строптивый инок отца Александра в «Большой ризнице»? – не удержался от изощренно-садистского вопросика Вадик.
В глубине души он немного завидовал Ивану и его способности с юмором и не очень деликатно обращаться к соведущему.
— Да не так уж и сильно, как раньше, но, видимо, зуб он на меня имел. После одного неприятного случая Александр предложил мне искать для себя другое место. Я и ушел.
— Сразу на улицу? – удивился Вася и с жалостью посмотрел на Уркана.
— Не сразу, — продолжал Иван страдальческим голосом. — В общем, оказался я за бортом их здорового коллектива. И до того мне стала немилой такая жизнь, что я вылез наружу. Уже попрощался мысленно со всеми своими друзьями и врагами, лег на землю и стал ждать своей смерти, но тут пришли вы, словно подземные ангелы, и притащили меня в свое жилище.
— Да-а-а, — протянул Вася. – А ведь могло все прийти к летальному исходу, если бы не мы.
— Не волнуйся, Ваня, мы тебя возьмем на перевоспитание, — обнадежил подкидыша Вадик. – Научим старших уважать, да, Серега?
— Слепому видно, что он уже раскаялся, — пожалел Ивана Кличко. – Теперь он будет полноправным членом нашего коллектива.
- А ежели будет выпендриваться, то получит в глаз, – вдруг агрессивно добавил Сашка, с интересом наблюдая за реакцией Ивана.
Если кто-нибудь смотрел фильм «Плохой, хороший, злой», то злой – это Сашка. На нем постоянно надета маска необузданности, может быть для того, чтобы его уважали и боялись, считали крутым. А дать кому-то в морду – это круто. Хотя по своей натуре Сашка был неплохим и покладистым малым. Поэтому ребята относились к нему больше снисходительно, чем с опаской.

А в это время в противоположном лагере, находящемся под площадью Независимости, протекала «дружеская» беседа.
Посреди большого помещения стоял стол. На столе находились остатки пищи и недопитого спиртного. За столом на стульях сидели трое участников этой беседы. Четвертый стул сиротливо стоял под столом, чтобы не мозолить глаза.
— Ты зачем выгнал Ивана? — яростно допытывал Сашу Чекало Сергей Цветиков. – Где
он сейчас, может уже сдох. Его смерть я тебе не прощу, Саша.
— А ты хотел, чтобы я его вот этими руками задушил, — глядя на свои руки, возбужденно оправдывался Саша. – Он меня уже задолбал своими однобокими шуточками. Тебя же он так не подкалывал, поэтому ты не знаешь, как это больно.
- Да, если бы он меня хоть раз подколол, то я бы ему пасть порвал, — неохотно согласился с режиссером Сергей.
- Ой, да не порвал бы ты ему пасть, — вмешался в спор Миша Занустян.
- Почему же это? – угрожающе поднял брови Сергей.
— Да потому что ты лошара микантара, — дерзко ответил Миша, почесывая отросшую бороду.
— А ты — Гадя Петрович Хренова, — ответил в тон Мише безбородый Сергей.
— Я знаю, мужики. Но мне и без вашего спора хреново. Что делать-то будем? – страдальчески спросил Миша.
— Искать будем, — уверенно произнес Чекало. – Найдем – и по ребрам ему, по печени. Ладно, я шучу, будем его терпеть такого, как есть.
Кстати, друзья выходили на поиски своего пропавшего друга уже один раз, но по известной уже причине, ни к чему они, конечно же, не привели. Иван Уркан как в воду канул.
— Наверное, он отполз куда-нибудь и умер мне назло, — пробормотал упавшим голосом Саша.
— Еще и сам закопался в землю, и землю сверху утрамбовал, — дерзко добавил Сергей. – Да
успокойся ты, живой он, нашел себе где-то лежбище и жирует там, смеется над нами.
Надо сказать, враждебный лагерь жировал не слабо. Они обосновались в трехуровневым подземном торговом центре. Тот был соединен с Метрополитеном
подземным переходом, по которому москвичи перебрались в него наугад, как ночью по тайге, инстинктивно чуя, где лучше.
В этом торговом центре было много точек общественного питания. Одно из них – кафе-пиццерия под названием «Кружка». Именно под большой кружкой и находилась дверь, ведущая в теперешнюю резиденцию москвичей. Рядом стояла большая искусственная новогодняя елка, над которой находился стеклянный купол. А сквозь купол пробивался дневной свет и хоть немного радовал глаз.
О приближающейся катастрофе они узнали слишком поздно. В Москву на самолете улететь не успели, и пришлось волей-неволей поучаствовать в конкурсе на выживание в незнакомом городе, что, быть может, было выше их человеческих сил.
Не согревало душу и то, что бок-о-бок с ними расположилось немало минчан, которые в другой обстановке друзей бы на руках носили. Хорошо, что в этой ситуации они были
хоть не одиноки.
Жили они в этом торговом центре хоть и в некоторой тесноте, но не в обиде. Поначалу народу в их «Кружке» было, хоть отбавляй, но затем народ разбрелся кто куда, и остались наши заезжие герои одни в четырех стенах, наедине со своими возникшими проблемами и неприятностями.
— Да, хотели снять самый лепшый, а получился самый страшный, и совсем даже не
фильм, а лайф, — вздохнул Чекало. — И я — невольный режиссер этого ужаса.
— Нашелся более крутой режиссер, чем ты, — глубокомысленно изрек Сергей, обратив свой взор к небу. – Еще вдобавок и продюсер.
— Это кто? – сразу не понял Саша.
— Кто-кто, дед Пихто, — решил поиздеваться над другом Сергей. – Всевышний, вот кто!
— А ты знаешь, что нечто подобное на Земле происходит каждые несколько тысяч
лет, — как ни в чем не бывало, продолжил разговор Саша. – Пять тысяч лет назад, например, был всемирный потоп. Тогда чистые и нечистые твари спаслись в ноевом ковчеге, теперь же мы, грязные и немытые, – в метро.
— Да эти катаклизмы были и будут всегда, пора к этому привыкнуть, — буркнул
Миша. – Наше дело – спастись самим и продержаться до прихода спасателей.
— Уже два месяца держимся, где же твои спасатели? – вопрошал друга Сергей – Что-то не
приходят сваты гарну дивчину сватать.
— Сейчас как перееду по горбу за дивчину, педик, — закричал Миша, схватив рукой
пустую стеклянную бутылку из-под коньяка.
— Вы подеритесь еще, краснодарские пацаны, — попробовал помирить друзей Саша. – Как потом «Нашу кашу» снимать будете?
— Действительно, сняли какую-то кашу, а не дело, — самокритично произнес Сергей. – А все ты со своими яйцами, заладил — у меня их три, у меня их три, — переведя стрелки на Занустяна, кривлялся Цветиков.
- Конечно, нужно было снимать только хитрожопую учительницу и святого гаишника, — продолжил беседу Миша Занустян.
И тут как гром среди ясного неба раздалось:
— Эй вы, тряпки, может, хватит уже воздух сотрясать своей болтовней?
Друзья и не догадывались, что у чужих стен бывают не только уши, но и голос. В помещении, где как им всегда казалось, никого, кроме них самих, не было, все-таки была какая-то женщина.
— Кто это там возникает? – раздраженно спросил Сергей, на всякий случай, посмотрев вверх, не потревожил ли он ненароком высшие силы, и не смотрят ли на него с высоты недовольные его поведением ангелы.
— Не возникает, а разговаривает порядочный человек, — снова прозвучал грозный женский голос.
— У меня одного слуховые галлюцинации? – уже жалобно спросил у друзей Цветиков.
Опешившие друзья с неимоверным напряжением, наконец, определили направление на источник звуковых колебаний и посветили туда фонарем. В дальнем углу помещения на стуле сидел человек.
— Что вы хотите, сударыня? – как можно вежливее спросил Саша, к которому раньше остальных вернулось присутствие духа.
— Чтобы вы успокоились, господа, а то не очень-то приятно вас слушать, — продолжала их воспитывать женщина.
— Так не слушайте нас, мы же никого не заставляем, — резко сказал пришедший в себя Сергей.
Однако Саша галантно предложил даме:
— Вместо того чтобы ругаться, присаживайтесь лучше к нам.
И услужливо выдвинул из-под стола четвертый стул.
Миша тотчас достал бутылку с припрятанным на всякий случай армянским коньяком и вежливо предложил:
— А не выпить ли нам, сударыня, за знакомство?
Сударыня, присевшая после некоторых раздумий к друзьям за стол, оказалась женщиной сорока с лишним лет, неплохо выглядевшая, несмотря на тяжелые условия теперешнего существования. Хотя одета она была не слишком шикарно, на ее лице были даже следы косметики. Все говорило о том, что женщина следила за своей внешностью и опускаться на самое дно жизни не была намерена.
— Меня зовут Елена, — кратко представилась женщина и выпила налитую ей рюмку
коньяка.
Затем она закусила предложенным шоколадом и печеньем, так как более калорийная пища была съедена друзьями еще раньше.
— Ну и кто же вы такая? – смело продолжил беседу Саша после того, как друзья привычно осушили свои стаканы.
Непринужденность незнакомки была явно ему по душе.
— Фотограф человеческих душ, — загадочно произнесла Елена. – А вас я знаю, можете не представляться.
— Страна знает своих героев, — с пафосом съязвил Сергей.
— Не хвастай, Сережа, я этого не переношу, у меня муж такой же хвастун и, кстати, ваш тезка, — осадила его Елена.
— А я, наоборот, – Саша, — ласково произнес Чекало, противопоставив свое имя (Саши, мол, лучше Сереж) и явно стараясь понравиться женщине. – А почему вы фотограф?
— Не фотограф, а рентгенлаборант, я в госпитале работаю, — поправила сама себя женщина.
— Вот оно что, вы и лечить умеете? – заинтересованно спросил Саша.
— А вы разве больны? – удивилась Елена.
— Пока нет, но скоро, наверное, заболею, — жалобно произнес Саша. — Я уже старый,
мне ведь уже за пятьдесят.
— Моему мужу пятьдесят пять, но на здоровье он сильно не жаловался, — насмешливо сказала Елена.
— Потому что Сережи покрепче Саш будут, — вставил свои пять копеек Цветиков.
— Но мы, мужики, хотим, чтобы нас хотя бы иногда пожалели красивые женщины, — не унимался Александр.
— Вы хотите, чтобы я вас пожалела? — напрямую спросила Елена.
— Да, — кротко ответил Саша.
А сам подумал: «Не сейчас, попозже, когда мы оба этого захотим».
Это было очень дальновидно со стороны Саши, что он не озвучил свою мысль. Нужно было Елене дать время подумать, а себе дать время, чтобы хоть немного понравиться ей. Жизнь в заточении принимала другой оборот, и это начинало нравиться Александру.
Но все-таки он не смог удержаться от естественного в таких случаях вопроса:
— А где теперь ваш муж?
— Кто его знает, наверное, погиб, как многие. И от сына тоже нет никаких известий, — с грустью в голосе ответила Елена.
— Сын у вас взрослый? – поинтересовался Саша.
— Студент.
— А мои родные в Москве остались, — сказал со вздохом Саша. – Что с ними, я не знаю.
— Товарищи по несчастью, — заключила Елена.
Они еще долго вспоминали прошлую жизнь. Все вокруг начинало казаться таким нереальным, будто происходило не с ними, а с совершенно другими людьми, их
предшественниками. А если так, то перед кем сейчас держать отчет – перед прежним «я» или перед теперешним? Можно начать жизнь с чистого листа, но если вдруг всплывет прошлое, не помешает ли оно настоящему?
Через два часа душещипательных разговоров с москвичами Елена внезапно заторопилась.
— Устала, пойду я к себе, воздух у вас ядовитый, наверное, вы где-то поблизости испражняетесь, — сказала она, решительно встала из-за стола и пошла к двери.
Действительно, друзья использовали в качестве туалета чулан, закрывающийся не совсем герметично. Вынести свои испражнения на улицу они еще не догадались по причине привыкания к стоящему здесь смраду.
Саша робко потянулся за ней.
- Можно, я вас провожу? – галантно спросил он.
— Хорошо, проводите, хотя живу я здесь рядом, если это жалкое существование можно назвать жизнью.
— А как вы вообще здесь оказались?
— Да зашла в «Столицу» посмотреть на товары, что-нибудь купить к Новому году, тут все и началось.
Они прошли по коридору нижнего этажа до небольшой двери.
— Вот здесь меня и приютили работницы подземного города, — печально сказала Елена.
Она открыла дверь своим ключом. В каморке никого не было.
— Вот я и дома, — сказала женщина, зайдя вовнутрь.
— Приходите к нам в гости, когда пожелаете, — сказал ей на прощание Саша.
— Зайду, когда буду проходить мимо, — пошутила Елена – Я и сейчас зашла к вам
чисто случайно, услышала знакомые голоса и не удержалась, вмешалась в вашу дискуссию. А теперь я вам вручаю дезодорант, выгребайте свои Авгиевы конюшни и освежите им воздух в своем жилище.
Она закрыла за собой дверь на ключ.
Отойдя на достаточное расстояние, и не теряя из виду заветную дверь, Чекало начал
наблюдать за ней. Через короткое время он вдруг заметил, как в дверь постучал какой-то тип. За дверью послышался женский голос, и тип попросил ему открыть. Но через минут пять, видя, что никто не открывает, тип растворился в темноте.
— Ну и ну, у меня появился соперник, — пробормотал Саша. – Надо бы узнать, кто он
такой.


Теги:





1


Комментарии

#0 11:40  05-11-2012Солангри    
Класс! Примерил ЛГ на реальных-ржачнее вдвойне!

Один вопрос, как давно были написаны эти части, да и весь рассказ? Или пишется сейчас?
#1 13:41  05-11-2012Дмитрий Перов    
от нечего делать в больнице читаю. Давай продолжение, автор
#2 16:24  05-11-2012Сергей Климко    
5-6 уже выложены) Этим кончается 1 часть

Комментировать

login
password*

Еше свежачок
20:57  02-12-2016
: [5] [Х (cenzored)]
Наш царь-Донбасс,
Он грезит планом невозможным,
Не в те проливы он ведет баркас,
И кормит нас подножным кормом.

Наш царь-"Сирийский принц",
Воюет за контракт арабский,
Привел он в мир нас рабский,
А сам имеет трех цариц....
20:48  02-12-2016
: [0] [Х (cenzored)]


Иду я по скользкой дороге,
авто мне врезается в спину -
надежды впитались кровью,
в асфальтову сердцевину.

Бескрылие - для покойничков,
над саваном не летаю,
но бабочка за биографа,
в ткань вшила: его я знаю....
Если вдруг Вы идёте в лютый мороз и усердно шевелите языком, а на встречу Вам идёт металлическое сооружение и Вы прилипаете к нему, то:

1) Вам нужно сделать так, чтобы металлическое сооружение почувствовало себя неловко и засмущалось; таким образом оно станет теплее и Вы без труда пройдете мимо....
Дочка Таня померла. Выпила холодного молока из подпола, шустрой мышкой пробралась в горницу – и давай окна мыть. Золушка – звали её в деревне. Падчерица, неродная дочь Ваньки-печника. Народ-то тёмный, неразборчивый: мачеха, отчим ли – Золушка да Золушка....
08:00  29-11-2016
: [9] [Х (cenzored)]
Сидела за столиком в баре
Девчонка со сложным лицом -
Без имени. Катя, иль Валя..
И бавилась темным пивцом

Мужик к ней подсел, Волобуев
Совсем простодушный чувак
Без денег, с одним только хуем
И начал примерно вот так:

Привет....