Эх, чёртов балаган - где свора шутовская...
Автор:

[ принято к публикации
22:26 23-12-2012 |
Юля Лукьянова | Просмотров: 2104]
Эх, чёртов балаган — где свора шутовская,
где Кремль занял хам, где обхамился рус,
я, к сожаленью, слишком долго наблюдаю.
Они пришли, они уже вошли во вкус,
а я гляжу на всё – всё нераскаян.
Плен, я попал на счёт – раз, два, четыре, десять;
минуты как года, ещё немного и
останется им нас, как вес живой завесить,
и в солнечный Стамбул отправить, назови
мне цену этой адской, гадкой смеси.
Смесь, где найти славян – они почти на небе,
который год подряд язык сиона лжёт
о том, что геноцид – всем прочим только небыль,
о том, что остальным лишь в рабской силе счёт.
Отрежь язык, скажи, что небо – мне бы.
Мне! — эти города. В которых мы царями,
в которых Меч и Плуг, в которых Сталь и Серп,
где побеждён кошмар, где жизнь — Вальхаллы пламя -
спасительный рассвет, где Ойкумены нерв
дрожит лишь потому, что время с нами.
Но, для того чтоб так случилось нужно взяться
за Меч, за Плуг, за Сталь, за Серп – коси жнивьё,
да, чёртов балаган, но мы сильнее, братцы,
за друга думай ты – в том находи своё.
И отдаляйся от тех чёртовых паяцев.
Мышиный шопот, шорох, шелест,
Опавших листьев хрупкий прах.
Цвет фильма черно-белый. Серость
Сгоревшей осени в кострах.
Пока прощались, возвращались
И целовались, невпопад,
Случайно, словно чья-то шалость,
Пал невесомый снегопад
На землю, веточки растений....
1. ПЯТНИЦА
Утро медленно прокатывалось по просторной квартире, как щадящее прикосновение перед началом дня. Сквозь высокие окна струился тёплый, золотистый свет. На стенах висели фотографии: свадьба, первые шаги Насти — мгновения жизни, пойманные в неподвижных кадрах....
Жизнь - шевеление белка.
Бессмысленна и хаотична.
Бывает, даже гармонична,
Клубится, словно облака.
Она обманет вас чуть-чуть,
И опечалит вас безверьем.
И пропадет народом «меря»,
И призрачным народом «чудь».
Ее цветные витражи
Обворожат при первой встрече....
Линь жирел стремительно, и сом
Врос скалой в желе похолоданий.
Осень изменившимся лицом
Озирала веси с городами.
Не теряя вектора в зенит,
Всё ж летел стремительно к надиру
Век, ещё способный изменить
Пьяницу, поэта и задиру.
Сон переиначивал рассвет,
Судьбы переписывал, под утро
Выл свистящей плёнкою кассет,
Сыпал с неба бронзовою пудрой....
Передайте соли, розовой да с перцем
С гималайских склонов. Сыпьте прямо тут.
Где сидело детство, потерялось сердце.
В сводке похоронной спрячьте институт.
Упакуйте плотно в целлофан надежды.
Пусть их внуки внуков ваших ощутят.
Солнце завтра выжжет всех распутниц снежных,
Фарш из грёз девичьих провернёт назад....
Коряво и по смыслу, и по исполнению.
Безвкусный пафос дремучего человека.