Важное
Разделы
Поиск в креативах
Прочее

Графомания:: - Смешная любовь. Глава 20.

Смешная любовь. Глава 20.

Автор: s.ermoloff
   [ принято к публикации 19:00  11-02-2013 | Юля Лукьянова | Просмотров: 342]
Сергей Ермолов

Смешная любовь

роман о любви



20

Я смотрел на Наташу с нежностью. Весь день я провел в грусти и сомнениях, но сейчас, устроившись рядом с ней, я чувствовал себя счастливым и мне было не в чем упрекнуть ее.
Я все еще прощал, и это значило, что все еще любил. Может быть, я притворялся перед собой больше, чем перед любимой женщиной. Я боялся, что моя догадка может оказаться правильной.
Что во мне не так, если со мной случается такое? Я не ищу сложности. Жизнь и без поисков слишком сложна. Я не был уверен, что поступаю правильно. Самого себя я удивлял не меньше, чем Наташу.
Я смотрел на нее с любопытством, ведь всего лишь час назад я хотел ненавидеть ее. А теперь я просто не понимал, как такое могло быть возможно. Я не знаю, кого из нас мои признания унижают больше.
Иногда я чувствовал, что опять счастлив – в самое неподходящее для этого время. Из-за Наташи я был готов спорить с собой.
Она смотрела на меня, а мне не хотелось встречаться со взглядом ее глаз, не хотелось, чтобы мое лицо ей о чем-то говорило.
- Я никогда не позволяла мужчинам использовать себя, — сказала Наташа. – Не следует доверять чувствам. Для меня очень важно уметь скрывать правду о себе. Я вынуждена притворяться. Мужчина всегда требует от женщины ложь.
- Какая-то глупость, — я запоминал ее слова, чтобы напомнить их ей в будущем.
- Я в этом не уверена.
Мое спокойное лицо могло быть только маской. Я даже не улыбался. Чувство, которое я ощущал к Наташе мешало мне контролировать себя. Я никогда прежде не оказывался в таком положении.
Я никак не мог изобразить на лице глупую, беспечную улыбку, чтобы представить происходящее шуткой. Я не знаю, кто из нас был разочарован больше. Мне уже не удавалось убедить себя, что безразличие любимой женщины было только притворством.
Я не мог сказать ей правду. Все мои признания взаимоисключали одно другое. Пытаться возражать Наташе было бы еще глупее, чем соглашаться. Она не позволяла мне быть искренним. Я не чувствовал себя спокойно. Мне хотелось сказать о том, что я ее ненавижу. Любимая женщина сделала меня злым. Я не ищу для себя оправданий. Мне не нравятся люди, которые выдумывают свои чувства. Каждое слово Наташи было правдой. Но я не позволял себе думать об этом.
- Ты делаешь мне больно, — я мучился сильнее, чем мне хотелось.
- Мужчина никогда не требует от себя честности в отношениях с женщиной.
- Мы не понимаем друг друга. Мы говорим на разных языках.
- Ты молод. Но разве это надолго?
Она меня не слышала или не хотела слышать.
Я совсем не такой, я старше, я уверен в себе. Я смотрел на нее, не понимая, как можно не соглашаться с тем, что очевидно. Мне все еще хотелось думать, что Наташа любит меня, как прежде. Я не верил ни одному ее слову.
Она с сожалением смотрела на меня, как смотрят на глупого ребенка. Она задумалась, ее лицо было печально. Каждая женщина всегда противоречит самой себе. Что она делала со мной? И почему это делала? Мне всегда хотелось узнать, что обо мне думают другие люди.
Я чувствовал себя очень несчастным. Наташа забыла, что я ее люблю.
- Не пытайся меня растрогать. В душу ко мне тебе все равно не залезть, — она говорила слова, которые говорить не имела никакого права.
- Не надо так. Пожалуйста. Только не так, — я уже не хотел быть уверенным, что люблю.
Я не мог сказать правду. Ничто не заставило бы меня ее сказать. Возможности женского ума всегда ограничены способностью женщины подражать уму мужчины. Я не мог убедить Наташу в своей правоте. Она заставляла меня быть недовольным самим собой. Мне удается быть необходимым только женскому желанию презирать мужчин.
- Я одна из тех женщин, для которых жизненный опыт не проходит бесследно. Искренность моих признаний не может обрадовать ни одного мужчину, — ее слова всегда заставали меня врасплох.
- Не понимаю. Раскрой мне глаза.
«Не психуй», сказал я себе. «Она видит, что я злюсь. И делает все назло». Я старательно молчал.
Я не знал, что подумать, что сказать. Я не знал. Я слушал и не знал, как реагировать.
- Отодвинься, — попросила Наташа. – Пожалуйста, отодвинься.
- Тебе нравится требовать от меня невозможное, — я не хотел, чтобы ей удалось убедить меня.
- Иногда кажется, что вес мужчины отличаются друг от друга только внешностью.
Нам обоим было легче от того, что я не мешал ей так думать. Оправдываясь, я не сожалел о том, что делал. Меня увлекала противоречивость своих чувств. Нам было необходимо мучить друг друга. Спорить с Наташей было так же неудобно, как спорить с самим собой.
- Я всегда знал, что хорошее не может длиться долго, — в моем страхе перед ее признаниями не было ничего необычного.
- Всегда старайся все упрощать.
- Но не на столько, чтобы получилась бессмыслица.
Я не ищу для себя оправданий. Я уверен, что не найду их. На месте Наташи я бы сказал себе то же самое. Узнать правду о себе не всегда приятно. Нужно уметь не замечать то, что говорит обиженная женщина.
- Я не могу быть прежней, — от ее слов зависело больше, чем от моих.
- Теперь ты никогда не бываешь со мной хорошей.
- Нет. Все. Хватит.
«Нет», понял я. Не в ближайшее время. И я не сдержался.
- Я вижу в тебе только глупость, — я не умею сдерживаться.
- Нам придется расстаться.
Она опять все решила за меня. Рядом с ней от меня никогда ничего не зависело. Рассказывать о своих неудачах всегда неприятно. Я уже был уверен, что Наташа торопилась забыть обо мне.
Любовь никогда не бывает простой. Я должен был быть терпеливее. Признания Наташи уже не обманывали меня. Я был ей не нужен. Происходящее не могло быть случайностью. Она могла делать со мной все, что захочет.
- Маленький, у меня никогда не получалось скучать по любимому мужчине.
Наташа не хотела меня видеть. Невозможно объяснить понятнее. Каждая моя встреча с ней словно последняя. Я устал от объяснений. Я должен был устать. Меня уже не удивляло безразличие Наташи. Я не знаю способа защиты от разочарования.
- Я старалась быть с тобой доброй лишь потому, что ты был добр со мной.
Правда о любимой женщине мучила меня не меньше, чем ее ложь.
- Знаешь, ты не очень-то красивый. Я говорю не для того, чтобы обидеть. Просто это – правда.
Я понимал, что она права. Мне становилось страшно.
- Ты не единственный мужчина, которого я могу представить рядом с собой. Разве это не правда, в которой ты боишься признаться себе?
- Ты меня любила?
- Откуда я знаю.
- Я очень несчастен. Иногда я думаю, что было бы лучше для нас обоих, если бы мы были другими людьми.
- Ты говоришь, не подумав, малыш.
- Извини, — я никогда не смогу стать таким человеком, каким Наташа хочет меня видеть.
Я всегда стараюсь забывать то, о чем мне не следует помнить. Я позволял Наташе обманывать меня. Я не знал, в ком из нас больше притворства. Мои желания очень противоречивы.
Не следует убеждать женщину в том, в чем она должна убедить себя сама. Я не умею рассказывать о случайном.
- Ты знаешь, почему ты не права? Ты хочешь, чтобы я тебе это объяснил? – моя правота была выдумана.
- У тебя получается, что все должно быть или черное, или белое. Ты совсем запутался.
- Скажи мне, что я должен делать.
Наташа старалась лишить меня уверенности. Она вообразила, будто это возможно. Я не хотел видеть себя оправдывающимся. Я не могу сказать, что чувствовал. Я лишь подумал: «вот сейчас это случится». Притворство любимой женщины оказывалось искренностью.
- Клоун, — сказала Наташа. – Клоун, клоун, клоун.
Она открывала рот и из него выходили одинаковые слова. Каждый человек утешает себя, как умеет.
- Успокойся, — сказал я. Просто чтобы что-то сказать.
Я еще никогда не видел ее такой. Это была совершенно другая женщина.
- Клоун. Ну, ладно. Тебе от этого легче? – спросил я.
- Нет. Ты не рад?
- Чему я должен радоваться? – я не искал другой ответ. На вопросы любимой женщины не следует отвечать правдиво.
Я очень хорошо чувствовал, что она старалась унизить меня. Нужно уметь говорить себе правду. В чем же тут можно сомневаться? Я не нуждался в ее снисходительности. Я никогда не мог понять, чем мое унижение нравится женщинам.
- Ты никогда не бываешь довольна, — я засмеялся каким-то незнакомым смехом. – Никогда.
- Бывают в жизни такие вещи, к которым никак не удается привыкнуть.
- Я тебя не понимаю.
- Я сделаю так, чтобы ты меня понял, — у нее был голос, которого я никогда до этого не слышал.
Я не умею защищаться от Наташи. Презрение любимой женщины очаровывает меня также, как и ее нежность.
Я смотрел на нее и злился. Я любил ее, она была моей собственностью. Я был обречен на все мучения любви. Я открыл рот, не зная, что сказать. Когда я открыл рот, у меня перехватило дыхание. Однажды я должен был понять бесполезность своих усилий.
Легко можно было избежать разговора – достаточно было уйти. Я не стал этого делать. Я еще не был готов к нашему расставанию.
- Кажется, ты не любишь меня так, как люблю тебя я, — мне следовало перестать сомневаться раньше.
- Мне уже не удается воображать себя влюбленной.
- Скажи, что это не правда. Это не может быть правдой.
- Я не люблю тебя. Наверное, я тебя ненавижу. Но мне не хочется сомневаться в своей правоте, — разочарование всегда делает женщину упрямой.
Она улыбалась, очевидно, очень довольная собой, а у меня опять возникло ощущение, что передо мной какая-то незнакомая женщина.
Мы вдруг замолчали, как бы обо всем договорившись. Я хотел избавить себя от любви. Наташа лишь пользовалась мной. Я уже не мог примириться с ее превосходством. Я был уверен, что она смеялась над моим терпением. Слова безразличия не могут не быть жестоки.
Я все еще смотрел не нее, пытаясь понять, что мне делать, пытаясь устоять при новом поражении, при этом очередном ударе от любимой женщины. Неизбежность нашего расставания мучила только меня. Не у всякого отчаяния есть границы.



Теги:





-1


Комментарии

#0 10:45  12-02-2013И луч    
мне кажется, автор - молодой парень, а эта история - крик его души после того, как он познакомился с зрелой Наташей, у них был роман, а потом Наташе надоело.



хм... поток мыслей главного героя заставляет усомниться в том, что он пересёк черту отрочества.

"Каждая женщина всегда противоречит самой себе."

"Возможности женского ума всегда ограничены способностью женщины подражать уму мужчины." (вот от этой фразы шарики за ролики уезжают очень уверенно).

"На вопросы любимой женщины не следует отвечать правдиво." (складывается впечатление, что автор хочет убедить кого-то, что женщина всё-таки любима).

"Я любил ее, она была моей собственностью."

Комментировать

login
password*

Еше свежачок
08:30  04-12-2016
: [16] [Графомания]

По геометрии, по неевклидовой
В недрах космической адовой тьмы,
Как параллельные светлые линии,
В самом конце повстречаемся мы.

Свет совместить невозможно со статикой.
Долго летит он от умерших звезд.
Смерть - это высший закон математики....
08:27  04-12-2016
: [4] [Графомания]
Из цикла «Пробелы в географии»

Раньше кантошенцы жили хорошо.
И только не было у них счастья.
Счастья, даже самого захудалого, мизерного и простенького, кантошенцы никогда не видели, но точно знали, что оно есть.
Хоть и не было в Кантошено счастья, зато в самом центре села стоял огромный и стародавний масленичный столб....
09:03  03-12-2016
: [8] [Графомания]
Я не знаю зачем писать
Я не знаю зачем печалиться
На судьбе фиолет печать
И беда с бедой не кончается

Я бы в морду тебе и разнюнился
Я в подъезде бы пил и молчал
Я бы вспомнил как трахались юными
И как старый скрипел причал....
09:03  03-12-2016
: [6] [Графомания]
Преждевременно… Пью новогодней не ставшую чачу.
Молча, с грустью. А как ожидалось что с тостами «за».
Знаю, ты б не хотела, сестра, но поверь, я не плачу –
Мрак и ветер в душе, а при ветре слезятся глаза.

Ты уходом живильной воды богу капнула в чашу....
21:54  02-12-2016
: [7] [Графомания]
смотри, это цветок
у него есть погост
его греет солнце
у него есть любовь
но он как и я
чувствует, что одинок.

он привык
он не обращает внимания
он приник
и ждет часа расставания.

его бросят в песок
его труп кинут в вазу
как заразу
такой и мой
прок....