Смешная любовь. Глава 26.

Автор: s.ermoloff Сергей Ермолов

Смешная любовь

роман о любви



26

Я мало дорожу тем, что получается легко. Для меня важно знать о своих успехах. Я хотел слишком многого. Кто хочет многого, ничего не получает.
Когда можно сказать, что знаешь человека? Может, лишь после того, как поймешь, что это невозможно и смиришься с этой невозможностью. Наташа видела во мне не того человека, которого я видел в себе сам.
Лучше быть обманутым, чем недоверчивым. Наши отношения были игрой, для которой я сам выдумал все правила. Ясность исчезла, исчезла надежда – осталась только любовь. Зачем Наташа искала для меня самые унизительные слова?
Я смотрел на нее, не шевелясь. Я знал, что наше расставание будет ужасным. Наташа дала мне возможность самому признать свое поражение. Я чувствовал себя униженным, вдруг сразу поглупел. Она менялась так быстро, что я не успевал реагировать на ее признания.
- Я очень устал от твоего равнодушия, — моя любовь не могла зависеть только от меня.
- Ты меня еще любишь?
- А ты сомневаешься?
- Нет, но было бы проще, если бы не любил.
Это был удар. Я дрогнул, но тут же сказал себе: а почему бы и нет? В желании уступить любимой женщине, нет ничего необычного.
Я не могу забыть ее взгляд: злой и несчастный одновременно.
- Я тебя никогда не любила, — она сказала это очень спокойно. Уже не в первый раз. – Ну и что? Почему я должна была любить тебя? Почему вообще надо кого-то любить?
- Ты говоришь с какой-то обидой.
- Наверное, так оно и есть.
- Я думаю, что не любить – глупо.
- Не могут же все быть такими умными, как ты.
А ведь на самом деле она говорила: «Я не люблю тебя».
- Скажи что-нибудь хорошее, — мое горло сжалось, трудно было произнести даже слово.
- Что тебе сказать?
- Выдумай, что ты меня любишь.
- Зачем? Ищешь сострадания? Совета? Смысла? Объяснения?
Я хотел смотреть и смотреть на нее. Смотреть не отрываясь, но все-таки опустил глаза. Мне было стыдно, что она так легко читала мои мысли.
Почему Наташа говорила мне это? Что во мне было не так?
Я был намерен вытерпеть все, что она мне скажет. Оправдание любимой женщины не требует усилий.
- Ты меня просто используешь, — мне хотелось только соглашаться с Наташей.
- Я никогда не умела чувствовать себя виноватой перед мужчиной.
Я знал, что не смогу изменить ее. Мне было неприятно сознавать свою беспомощность. Но разве я боялся ее? Да. Мне незачем врать самому себе.
Ненадолго наступило молчание. А на меня навалилось отчаяние, показалось, что стало холодно. Руки у меня дрожали, но эта дрожь была вроде бы внутренней, для Наташи незаметной. Мне очень хотелось научиться ненавидеть ее. Но не следует признаваться женщине в том, что она не способна понять.
- Почему ты такая задумчивая? – спросил я.
- Так, вспомнила что-то.
- Вот и я тоже.
- Я не люблю тебя. Я никого не люблю. Я не хочу никого любить.
- Кто будет любить тебя, как я? – мои возражения убеждали только меня.
- Твои желания выдумывают любовь.
Я повернулся, чтобы заглянуть ей в глаза, но она упрямо смотрела перед собой. Наверное, я не умею любить так, как любят все. Наташа изменила мои представления о любви. Я не хотел оказаться прав. Не следует искать логику в своих поступках. Я оказался не готов понять правду о себе. Любимая женщина вынуждала меня ощущать себя жалким, но я не мог от нее отказаться – от ее тепла, ее глаз. Не хотел ничего исправлять.
Непонимание между двумя людьми может длиться долго. Я боялся убедиться, что преодолеть его невозможно.
- Иногда мне начинает казаться, что ты меня любишь, — мои признания удивляли меня не меньше, чем ее.
- Любовь может быть только самообманом. Я уже не хочу выдумывать в себе ощущение любви.
- Но я же люблю тебя.
- Не будь смешным.
- Ты понимаешь, что я должен буду ненавидеть тебя?
Ее губы изогнулись в насмешливой улыбке:
- Можно сказать и так.
«Разве так можно?» подумал я.
Не мог же я сдать все позиции. Я заставил себя улыбнуться, как если бы она пошутила. Я решил, что имею право на маленькую ложь.
Вспоминать о своих неудачах неприятно. Я хочу знать о них один. Мне следовало перестать удивлять любимую женщину глупостью своей доверчивости. Я ясно понимал свое положение – ни в чем другом ясности не было. Клоун. Я никогда не смогу стать для Наташи кем-то другим.
- В отношениях женщины с мужчиной всегда есть расчет, — ей нравилось злить меня.
- Я не хочу изменить свое мнение о тебе.
- Ты не выглядишь убежденным. Тебе следует научиться делить людей на плохих и хороших.
Исправить свою любовь невозможно. Я не хочу исправлять. Совсем необязательно было искать возражения против ничего не означающих фраз Наташи. Ее безразличие делало меня ненужным самому себе. У меня было ощущение, будто я играю роль, которую не успел выучить.
- Я еще не поставил на себе крест, — мне хотелось сказать ей очень злые слова. – А вот ты поставила. И шагаешь по мне. Не отвечай. Я у тебя ничего не прошу, тем более ответа. Просто я хочу, чтобы ты знала.
- Ты смешон.
А я хотел унизить.
Наташа смеялась. Я тоже, через силу. У меня нет желания оправдывать ее.
Есть вещи, случившиеся с нами, которых я совершенно не помню. Зато другие отчетливо стоят перед глазами.
Я смотрел на Наташу и пытался понять: зачем ей все это? Я подумал, что нельзя ничего оставлять недосказанным.
- Совсем не обязательно надо мной смеяться, — я уже не надеялся, что она поймет меня.
- Не будь злым. Тебе это не идет. Мужчина никогда не сможет оправдаться перед женщиной, которой он безразличен.
Я только теперь понимаю, что она хотела сказать. Тогда же я лишь спросил:
- В каком смысле?
- Безразличие всегда длится дольше любви.
Я хотел ответить – и не смог. Я не чувствовал ничего, кроме усталости. Я молчал. Мне было нечего сказать. Не ко всякому признанию любимой женщины хочется быть готовым.
Я старался не смотреть ей в глаза. Сам не знаю, почему. Я ненормальный, говорил я себе. Ненормальный.
Теперь мне предстоит расплачиваться за любовь – всю жизнь. Я об этом знал, но не мог представить.
Наташа находит удовольствие в том, чтобы дразнить меня и мучить. Я никогда не хотел ощутить себя правым в споре с любимой женщиной. Она и не подозревает о том, какую имеет надо мной власть. Мне это нравится. Я только теперь понимаю, что мне это нравится.
Я все делал правильно? Я не хочу думать о себе. Я думаю о Наташе.
Люди выживают в этом мире благодаря умению делать выводы. Однако все мои выводы оказались ошибочными. Ты можешь быть только смешным, сказала Наташа.
Я ощущаю свое одиночество. Оно не только пугает меня, но словно мешает думать и дышать. Одиночество – состояние, которое находится не только во мне, но и вокруг меня.
Я ищу жалости. Хочу, чтобы меня жалели. Шептали тихие бессмысленные слова. Гладили по голове.
Кто меня пожалеет?